1

      С тех пор, когда целители спасли еë от болезни месяц назад, Морис Блэквуд не узнаёт свою дочь. Еë поведение разительно отличается от любого ребёнка. Любимые куклы и рапира, которую он подарил ей на день рождения забыты, в еë комнате начало появляться всë больше и больше книг, содержание которых слишком сложное для девочки восьми лет.       Его дочь не любила учиться и книги без картинок. Все считают, что девочка просто «выросла», но Морис знает, что это не так.       Она смотрит на мир с глазами незнакомца и с удивлением смотрит на дом, в котором Амели выросла. Почему он вообще единственный замечает это? Горничные, гувернантка, даже его сын, Сэмюэль, даже бровью не ведут на это и на другие изменения.       И если он выскажет свои мысли, то в лучшем случае, посоветуют уменьшить количество работы, в худшем посчитают за сумасшедшего. Но главное, он не знает, что именно произошло.       Отчаяние привело его к месту, которому он ненавидел больше всего. К Башне Магов.       Его злой взгляд и мешок золота заставил этого ублюдка Гектора удержаться от комментариев, но его широкая самодовольная ухмылка выдавала, как он наслаждался происходящим. Эта же ухмылка пропала, когда Морис закинул его себе через плечо и телепортировал их в поместье с помощью талисмана.       – Это срочное дело. Будь тише, – сказал Блэквуд на ругательства мага, шокированный выходкой мужчины.       – Может герцог Блэквуд отпустит меня на землю? Или я начинаю думать о том, что вы так за мной ухаживаете.       – Нет, ты неуклюжий, и обязательно привлечëшь внимание.       Морис опустил Гектора только у двери комнаты Амели. Скоро он выяснит, безумен ли он,или с его ребёнком действительно что-то не так.       Спящая девочка даже не подозревала, что решается еë судьба. Амели Блэквуд была копией еë покойной матери с еë каштановыми волосами и зелёными глазами. Единственное, что ей досталось от Мориса – это родинка под левым глазом.       Маг начал свой ритуал, герцог держал Амели за руку.       «Пожалуйста, пусть это всë окажется плодом моей больной фантазии»       Следующие слова убили эту надежду.       – Морис, это не твоя дочь.