Часть 10. Танец со смертью

– Что вы там делаете? – рявкнул у зарешёченной двери надзиратель, проводивший обход, когда прутья между камнями начали шататься слишком громко. – Будете трогать окно – посадим в колодки! Тюрьму нельзя ломать! – Он просто хотел подышать воздухом! Здесь сильно воняет. – попыталась заступиться Мари. – Воняет им! Можно подумать во всех остальных тюрьмах эти, как их... розы благоухают! Сбежать небось хотите! Сейчас ребят позову... Но никого позвать он не успел – со стороны входа раздался пронзительный крик. Алекс и Мари тоже обернулись. – Он здесь. – выдохнули оба одновременно. – Что там за хрень? – нахмурился охранник. – Сидите здесь и никуда не уходите, я пойду разберусь! Тяжелыми шагами он потопал к выходу, унося связку драгоценных ключей. – Не успеем! – Алекс всё-таки выломал один оконный прут, но расстояние между остальными было слишком мало. – Мы не пролезем! – Мари в отчаянии подергала остатки решетки. Эхо донесло до них отголоски еще одного предсмертного крика, лязг оружия, удары дерева об каменный пол, стоны. Где-то на той стороне коридоров тюремные стражи отдавали свои жизни один за другим. Алекс быстро обхватил девушку за плечи и посмотрел ей в глаза, заставляя успокоиться. – Путь на свободу – с другой стороны. Я отвлеку его, а ты сразу беги через главный вход. Встретимся под мостом. – Он убьёт тебя! – Это мы ещё посмотрим! Готовься. – он встал возле двери с прутом в руке. Мари закрыла уши, чтобы не слышать грохота и криков за стеной. Шаги приближались. Несколькими ударами попытались выбить дверь, но она оказалась слишком прочной даже для металлического голема. Тогда раздалось царапанье в замке, затем скрежет, словно от отмычки – и дверь распахнулась. Девушка замерла на самом освещённом месте возле окна, ноги не слушались её. На пороге показался тот самый широкоплечий гвардеец, который нападал на них в карете и был отправлен в пропасть. В руках у него оказались на этот раз две окровавленные сабли, явно отобранные у тюремщиков. Девушка в ужасе закрыла рот обеими руками, видя в облике этого человека ходячую смерть. Несмотря на полумрак, она четко и как будто в замедлении различала каждое его движение – он замахнулся, готовясь кинуть в неё саблю. За секунду до броска на голову гвардейца обрушился мощный удар прута, разбивший его буквально пополам, как переспелую тыкву. Алекс толкнул бесформенного врага к стене и швырнул сверху пенёк-табурет. – Беги же! – проорал он, прыгая к голему и нанося ему удары тем же чурбаном, пытаясь размазать, раскатать неуловимый жидкий металл по полу. Краем глаза увидел, что девушка, наконец, выскочила за дверь. Оставалось лишь надеяться, что ей хватит сил выбраться самой и скрыться, потому что его силы должны были уйти на удержание противника. Густая лепёшка каждый раз пыталась подняться и принять форму человека, через несколько минут парень чувствовал, что он уже на пределе. Учащенно дыша отскочил к двери и подобрал обе упавшие сабли. Напротив него неторопливо обретал свой облик всё тот же гвардеец. – Пока я жив, ты не выйдешь из этой камеры. – Тогда мне придётся тебя убить. – отстранённым голосом ответил солдат, почти полностью вернувший свой облик. – Тебя создали по моему образу! – Это меня не остановит. У меня есть цель. Прочь с дороги! Гвардеец напал. Резко, неумолимо, точно. Лишь безумно чёткая реакция позволила Алексу в последние доли секунды чуть уклониться и отбить удар. Он исполнял танец со смертью. С прыжками, уворотами, захватами, снова и снова отбрасывая облеченную в металл дикую колдовскую силу обратно к стене. Клинки сверкали в скупых отблесках солнечного света. "Металл – это стихия земли. Но проклятая стихия сейчас не слушается меня! Сила пропала, а чтобы уничтожить эту дрянь, нужна магия!" – перелетев в очередном безумном кульбите через противника, Алекс снова воткнул в него обе сабли и почувствовал, что клинки крепко увязли. – Переходи на нашу сторону! – предложил металлический голос. – Вы отняли у меня всё! Не дождетесь! Голем с неимоверной силой отшвырнул его к стене. Теряя сознание, Алекс различил размытый силуэт в гвардейском мундире, выходящий из камеры. "Надеюсь, эта дурёха успела сбежать!" – промелькнуло в последние секунды в его голове.