4.

Первый луч солнца осветил гребни каньона, прогоняя задержавшиеся сумерки. Андреа удалось поспать… Часа три? Уж точно не больше. На столь крохотном диване не удавалось разместиться так, как нравилось девушке. Она ворочалась долгое время, то и дело стискивая зубы от периодически скрипучих пружин, давивших не только на её нервы, но и медика автоботов. В конце концов, ей удалось уснуть. Девушке снился сон. Отрывок из далёкого прошлого. Андреа было десять. Ровно десять. И весь мир пах сладкой ватой, асфальтом, политым летним ливнем и дорогим одеколоном отца. Он вернулся из экспедиции. Девочке казалось, что они длились вечность, а возвращения были похожи на Рождество в июле. Загорелый отец, с улыбкой на лице, сжимал её руку в своей большой, шершавой ладони и вёл в кинотеатр на мультфильм про девочку и ушастого инопланетянина. Сам момент просмотра мультфильма показан во сне не был. Следующий кадр был ярким, словно кадр из старой диафильм-ленты. Кафе. Гул чужих голосов, прохлада кондиционера после уличной духоты. Перед ней — высокий бокал с шоколадным мороженым, сверху шапка взбитых сливок и торчащий крохотный бумажный зонтик. Это было её любимое мороженое. Внезапно произошла катастрофа. Липкая коричневая капля сорвалась с ложки и упала прямиком на новое розовое платье. Детский мир потускнел. Губки девочки дрогнули, глаза наполнились слезами. Отец, чтобы подбодрить дочурку, рассмеялся. Его смех был громким, раскатистым, таким же тёплым, как летнее солнце. — Не беда, Андреа! — глаза мужчины лучились добрыми морщинками. — Купим таких ещё десять. А это… это мы в рамочку повесим на память. И трагедия девочки растворилась в его смехе. Девочка засмеялась ему в ответ, уверенная в том, что её отец может всё. Купить десять платьев, остановить дождь, победить чудовище. Она засмеялась и от счастья закрыла глаза. А когда открыла… Оказалось, что сидит за столиком одна. В руке была всё та же ложка. В бокале растаявшее мороженое, что даже присохло к стеклу. А то пятно… давно засохло, стало жёстким бурым кружочком на ткани. Отца не было рядом. Андреа проснулась. Девушка потянулась, ощутив, как по спине пробежала мелкая дрожь. Тело было слегка влажным, вспотевшим, будто от жары того давнего дня. С чего это вдруг её сознание решило извлечь на свет именно эту плёнку? Возможно, виной была тоска. А может и навалившаяся усталость. Спать больше не хотелось. Встав с дивана, Холлден сладко потянулась и вальяжно отправилась делать кофе. Когда кофейный напиток был готов, девушка вернулась в главный зал, теперь это помещение называется так с её слов, устроившись около перил. — Не много кофейного напитка на такое крохотное тело? — проходя мимо, задал Андреа вопрос медик автоботов. — Кофеин, будучи стимулятором центральной нервной системы и мозга, ускоряет определённые физические реакции, а также стимулирует работу сердца и расширяет кровеносные сосуды, что приводит к повышению давления. Это, разве, не плохо? — Плохо, но… — пожала плечами Андреа, довольствуясь горячим напитком, -… на самом деле, если пить кофе регулярно, к кофеину развивается устойчивость. Это не означает, что давление совсем не повышается, но рост показателей в таких случаях, как правило, имеет умеренный и краткосрочный характер. — То есть, это что-то вроде привыкания? — Андреа кивнула. — Хм, вот оно что. На самом деле, Холлден была удивлена чрезмерной общительности медика. Со слов детей, а они здесь намного дольше, нежели она, Рэтчет старается не поддерживать словесного контакта с людьми, наоборот даже является противником их появления на базе. В особенности, медика раздражает Накадаи, «чересчур шумная девчонка, мешающая сосредоточиться на работе». — Рэтчет, можно я выйду на свежий воздух? Хоть на секундочку! — взмолилась девушка, обращаясь к медику. — Домой забегу, возьму всё необходимое… Рэтчет, не отрываясь от экрана, издал звук, средний между вздохом турбины и фырканьем раздражённого кота. Как быстро вывести меха из себя. Андреа с радостью даст урок. — И что дальше? — процедил автобот. — Полюбуешься тёплым солнышком, вздохнёшь полной грудью свежий утренний воздух, попутно вдыхая порцию токсичной пыли и оглянуться не успеешь, как окажешься в манипуляторах десептикона, который всё это время таился за скалой в ожидании такого идиотского повода. Нет уж. Все вопросы к Прайму! Я не ручаюсь за твою жизнь. Андреа закатила глаза, но спорить с медиком не стала. Она поняла: спорить с ним — как стучаться кулаком по двери в никуда. Бессмысленно. Поэтому девушка решила дождаться возвращения Оптимуса на базу. Он строг, но более мягок в высказываниях. Да и с пониманием отнесётся к проблеме девушки. Всё-таки, вся её жизнь осталась за плечами, под совершенно другой крышей. Автоботы вернулись с патруля около восьми утра. Андреа каждые полчаса поглядывала на часы, вынашивая в себе вопрос: где запропастились друзья медика? Патруль должен был закончиться ещё на рассвете. Оптимус поведал девушке о причине их задержки, хотя Холлден не успела задать и вопроса. Видимо прочёл по её глазам. — Нам удалось предотвратить попытку десептиконов добыть крупное месторождение энергона. Нам помог Старскрим. — Помог? Сознательно? — удивлённо поинтересовался медик. — Конечно! — сказала Арси с едва уловимой ноткой того, что у людей зовётся сарказмом. — Его целью был Прайм. — Да, — кивнул лидер автоботов. — Бластерный заряд миновал меня и угодил прямиком в залежи энергона. К счастью, из нас никто не пострадал. После рассказа причины задержки долгожданная вылазка с базы свершилась. Сидя на переднем пассажирским сидением Камаро, Андреа рассматривала мелькающие каньоны в окне, вспоминая, как мечтала забраться на самый верх, чтобы быть ближе к звёздам. — Бамблби, заедешь за мной, как Раф освободится со школы, — выходя с машины, выдавила из себя нежеланные слова девушка. Дождавшись, когда машина отъедет от дома, Холлден выдохнула, покачав головой. — Надеюсь, когда-то это закончится. Решив не сразу идти домой, а пройтись, не могло же всё случится именно так, как описывал это Рэтчет, Андреа направилась в супермаркет, докупить некоторые продукты и кофе, который начал стремительно заканчиваться. По дороге к супермаркету мимо девушки два раза промчался красный спортивный автомобиль, что начинало вызывать лёгкое подозрение. Ей показалось или за рулём никого не было? После супермаркета, купив банку содовой и мороженое, Андреа направилась домой, по пути зашла в парк, где застряла на сорок минут, разговорившись с милой старушкой, что выгуливала собаку. Неизвестно, когда подвернётся подобный щедрый момент наслаждения природой. Покинув парк, Холлден поспешила домой. Небо затянуло серыми густыми тучами, намечался дождь, а промокнуть девушка не горела желанием. И всё же, на половине пути дождь застал её врасплох. Промокнув до нитки, Андреа перешла на бег, осталось перебежать дорогу, завернуть за угол и она дома, но у судьбы на неё были совершенно другие планы. Позади Холлден послышался гул двигателя. Красный спорткар стремительно набирал обороты в её сторону. Завернув за угол, машина преградила девушке путь. — Садись в машину или автоботам придётся отдирать тебя от асфальта, — прозвучал голос из салона. Сдаваться Андреа не собиралась. Решив обмануть судьбу, развернувшись на пятках, бросилась бежать в противоположную сторону, оставив пакет в переулке. Нужно укрыться и набрать автоботов. Без разницы где и как, главное спасти свою шкуру. Бегала Холлден отменно ещё с колледжа. Подтянутое тело, регулярные тренировки по выходным всё-таки дали свои плоды. Стараясь часто не оглядываться, Андреа бежала так быстро, как могла, смотря только под ноги. Если она споткнётся и упадёт, это будет провал. Ей удалось добежать до моста, который разделял жилой комплекс и местность с каньонами. Спустившись под него, Андреа присела, начав интенсивно набирать номер, которым с ней поделилась Мико. «Звонить только в экстренных случаях» — она это отчётливо помнила. Ответ не заставил себя долго ждать. Рэтчет был не в настроении и вновь подумал, что это проделки Накадаи, пока не услышал встревоженный голос Андреа: — Рэтчет, меня преследует красный спорткар, — тихо сказала девушка, пока сердце отбивало чечётку. — Я думаю, это десептикон. — Нокаут! — шикнул медик. — Где ты находишься? Назови точ…е ко…и…ы, — начал прерываться механоид, заставляя Холлден нервничать ещё сильнее. — Рэтчет, связь прерывается. Я нахожусь под мостом, который разделяет жилой комплекс… — звонок прервался, связь на телефоне пропала. Стало ясно — её глушат. — Чёрт! — шикнула девушка, прижимая смартфон к груди. Понял ли Рэтчет, где она находится? И как долго придётся сидеть здесь? Под мостом было довольно холодно, да ещё и в промокшей насквозь одежде. Казалось, сердце вот-вот выпрыгнет из груди и начнёт жить отдельной жизнью от тела. Всё же медик оказался прав. За ней следят и поджидают удобного момента. Позади послышался гул двигателя, а после и звуки трансформации. Затаив дыхание, девушка медленно обернулась и тут же была схвачена огромным алым роботом. — Добегалась, органика! — шикнул ей в лицо алый мех. — Знаешь ли, я не люблю играть в догонялки, — приняв альтформу алого спорткара, мех приковал Холлден к сидению, закрыв входные двери. — А теперь говори, где находится взрослое белковое существо. Отвечай честно, иначе это будет стоить тебе жизни. — Кто вы и что вам нужно? — Андреа притворилась дурочкой. Откуда он узнал, что Андреа является дочерью Ваэля Холлдена? У десептиконов тоже есть доступ к архивам города? Если это так, то она влипла. — Неважно, кто я. Ответь на вопрос, если не хочешь стать безжизненным куском мяса. Где Ваэль Холлден? — Ваэль Холлден? Я понятия не имею, кто это, — бегая глазами по салону, девушка искала способ удачного побега. Нужно было лишь освободиться от ремней, пересесть на водительское место, поставить машину на ручник и выбраться. — Не пытайся обмануть меня, Андреа Холлден. Я знаю, что артефакт находится у взрослого белкового по профессии археолог, — прорычал красный мех, разгоняясь по трассе в неизвестном направлении. Андреа тихо хмыкнула. Информация, к сожалению, давно устарела. Артефакт успел погулять по рукам и в данный момент находится под охраной. — Вы явно меня с кем-то путаете. Я не Андреа Холлден. Моё имя — Кэссиди Фриман, ученица старшей школы. И я не знаю никаких Андреа и Ваэля Холлден! Отпустите меня или я вышибу стекло! — Бойкая белковая, — хмыкнул мех. — Говоришь, ничего не знаешь? Тогда, откуда тебе известен автобот по имени Рэтчет? Не ему ли ты звонила, сидя под мостом? — Рэтчет? Впервые слышу это имя. Что такое автобот? Это блюдо? — захлопала глазами девушка. Алый спорткар резко затормозил посреди проезжей трассы, повернув зеркало заднего вида на голубоглазую особу, старающуюся держать себя в руках, чтобы не начать истерить раньше времени. Ей же не придётся вызволять себя без чьей-либо помощи? Если это так, дело действительно дрянь. — Хочешь обмануть меня? — хмыкнул нервно алый мех. — Смотри! — из бардачка показался длинная, непонятного рода, штука, напоминающая щупальцу. На щупальце был прикреплён планшет, где светилась фотография Андреа и вся информация о ней. — Я знаю, кто ты, Андреа Холлден. И не пытайся обмануть меня! Где находится артефакт? — Там же, где и отец, — сдавшись, фыркнула темноволосая, закатив глаза. Ей начинает раздражать этот металлолом на четырёх колёсах. — Исчез без следа вместе с ним три года назад. Доволен? А теперь отпусти! — Ты снова лжёшь. — Нет! Зачем мне врать, если на кону стоит моя жизнь? — начала ерзать на кресле девушка. — Отпусти меня, ведро с болтами! Иначе я нанесу тебе непоправимый ущерб! — Ведро с болтами, как банально, — из того же бардачка показался электрошокер. — Придётся тебя усыпить на некоторое время, чтобы… — Не смей! Не прикасайся этой штукой ко мне! Если сделаешь это, я выберусь и расцарапаю тебе… — удар током выбил девушку из сознания, в салоне повисла гробовая тишина. — Никто не смеет портить мою полировку.

База автоботов, 16:21

— Телефон находится вне зоны действия сети, — набирая номер Андреа в сотый раз, вздохнула Мико. — Рэтчет, что у тебя? Оптимус не выходил на связь? — поправил очки Раф. Он, как и Накадаи, переживал за новую знакомую. — Тишина, — мех перевёл оптику с монитора на детей, что с нетерпением ожидали появления Андреа на экране монитора. После звонка, заставившего переполошить всю базу, Холлден пропала со всех радаров. — Думаю, её взяли в плен. — Это плохо, — подытожил Дарби-младший. — Надеюсь, с ней всё будет в порядке. — Будет! — заверила друзей Мико. — Артефакт у автоботов, его никак не достать десептиконам, — довольно улыбнулась японка. — Я уверена, её найдут, там ведь и Бамблби, и Арси, а они… хороши в этом деле, — девочка заметно поникла, опустив руки по швам. — На самом деле, я не верю ни единому своему слову. Если её доставят на корабль десептиконов, мы не увидим Андреа. — Мико, ты права, автоботы обязательно отыщут Нокаута и вернут Андреа, — похлопав японку по плечу, улыбнулся Джек. — Да и она девушка не глупая, сообразит, что… — Дарби прервал вышедший на связь Оптимус. Лидер автоботов сообщил, что Нокаут был обнаружен, Андреа, в бессознательном состоянии, находится в заложниках. — Попробуйте загнать его в тупик и дать трёпки! — выкрикнула Накадаи, сжимая кулаки. — Оторвите ему колёса, чтобы знал! — Мико, тихо! — рявкнул на девочку Рэтчет. — Оптимус, её нужно спасать. Если Андреа попадёт на Немезиду, живой оттуда ей не выбраться, — связь с лидером Автоботов была внезапно прервана.

***

Сознание возвращалось к Андреа медленно, нехотя, как сквозь густой-густой сироп. Первым пришло ощущение тяжести — свинцовой, давящей на веки. Потом — тупая, ноющая боль в висках, настойчиво стучавшая в мозг. Она попыталась пошевелить руками, но движение тут же прервал жесткий ремень, врезавшийся в грудь. Несколько раз она моргнула, пытаясь прогнать мутную пелену перед глазами. Очертания начали проступать сквозь туман: приглушенная подсветка приборной панели, мягкая ткань сиденья, темное стекло окна, за которым мелькали размытые огни ночного города. Машина. Она была в салоне машины. Чужой. Память ударила обрывками. Улица. Дождь. Рев мотора. И… красный спорткар. Оскаленная решетка радиатора, похожая на хищную пасть. Холодный ужас пронзил Андреа до самых костей. Её похитили. Мысль пронеслась ослепительной вспышкой, и в следующее мгновение Андреа уже кричала. — Выпусти меня! Немедленно выпусти, тварь! Если не отпустишь, я… я не ручаюсь за себя! — ее голос звучал чужим, искаженным паникой. В ответ салон огласил бархатный смех. Панель приборов перед ней ожила, и зеркало заднего вида плавно повернулось, поймав ее отражение. Андреа замерла, вперившись в него. Из зеркала на нее смотрела испуганная девушка с растрепанными волосами, прилипшими ко лбу. Большие голубые глаза, казалось, занимали пол-лица, а в их глубине бушевала буря из страха и ярости. Ее свитер был неаккуратно, почти грубо задраны, обнажая бледную кожу на животе и порез от ремня. Она дышала прерывисто, словно только что пробежала марафон. — Успокойся, органика, — раздался голос. Он был удивительно гладким, бархатным, с явной ноткой саркастического веселья, и исходил отовсюду сразу — из динамиков, из самой ткани автомобиля. — Рекомендую сохранять неподвижность. Система пассивной безопасности, проще говоря — разряд электрического тока, уже знакома тебе. Повторение впечатлений будет малоприятным, — Андреа сглотнула ком в горле, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. — Кроме того, — продолжил голос, и в нем теперь проскользнул интерес, — позволь отметить любопытный факт. Твои верные друзья, автоботы, уже здесь. Следят за нами с самого моста. Но что-то… не спешат атаковать. Странно, не правда ли? Почему, как думаешь? Может, ты в курсе причины их… нерешительности? Вопрос повис в воздухе. Девушка почувствовала, как новая волна паники подкатывает к горлу, но на сей раз ее перекрыла слепая, всепоглощающая ярость. Он издевается над ней? Открыто насмехается? Да как он смеет! — Я ни черта не знаю! — проревела она, и прежде чем разум успел остановить тело, ее нога в тяжелом ботинке резко дернулась и со всей силы ударила по «торпеде», по этим мерцающим экранам и кнопкам. — Отпусти меня! Салон содрогнулся от мощного удара, приборы на мгновение взбрыкнули. — Эй! Прекрати это немедленно! — голос «машины» потерял свою бархатную насмешливость, в нем зазвенело настоящее возмущение. — Это салон премиум-класса! Ты царапаешь отделку! Андреа уже не слышала. Адреналин пьянил, заглушая голос рассудка. Она увидела свой шанс — ее мучитель отвлекся на свою драгоценную обшивку. Собрав в комок все свои силы, сделав рывок, от которого больно дернулись затекшие мышцы, она вытянула руку. Пальцы с бешено бьющимся пульсом на запястье схватили поворотное основание зеркала заднего вида. Раздался сухой, жесткий хруст. Рывок — и зеркало, отбрасывающее ее перекошенное от гнева лицо, оказалось вывернуто в ее сторону. — Вот что, — прошипела она. Голос Холлден дрожал, но в нем не осталось и капли страха, только холодная, обжигающая решимость. — Если сию же секунду не остановишься и не отпустишь меня, я разнесу это твое дурацкое зеркало вдребезги! А потом возьмусь за твои сиденья! Проверим, что тебе дороже! Нокаут ответил не сразу. На долю секунды в салоне повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Андреа и тихим жужжанием приборов. — Вот оно как… — протянул он с неожиданной серьёзностью. В его голосе впервые прозвучала не насмешка, а лёгкая тень раздражения. — Решила шантажировать меня моим же зеркалом?! Андреа сильнее сжала ладонь в кулак. Внутри всё дрожало, но показывать слабость она не собиралась. — Даже если и так! — прорычала Холлден. Робот прыснул, но смех получился каким-то натянутым. — Знаешь, в тебе есть что-то… занимательное, — признался Нокаут. — Обычно люди при виде меня либо визжат, либо теряют сознание. А ты — дерёшься, да ещё и угрожаешь, — в его голосе прозвучало отдалённое уважение. Но тут же на смену ему пришло раздражение. — Ты не понимаешь, во что ввязалась, белковая, — резко бросил Нокаут, его голос стал твёрже, холоднее. — И если продолжишь ломать мой салон, я лично прослежу, чтобы тебе стало куда хуже, — он рыкнул. Машина дрогнула, от чего сердце Андреа ухнуло вниз. — Тогда отпусти меня, — упрямо произнесла она, несмотря на то что голос сорвался. — Иначе я доведу тебя до белого каления. Нокаут снова замолчал. Впервые за всё время у Нокаута мелькнула мысль: а не слишком ли смело он недооценил эту крошечную, но слишком упрямую человеческую особь? Тишину вдруг разорвал грохот. Что-то массивное обрушилось неподалёку, и земля под колёсами дрогнула. Металлические стены салона эхом отразили звук, отчего Андреа вздрогнула и невольно обернулась к окну. Снаружи, за стеклом, мелькнул яркий луч — он скользнул мимо и исчез, словно тень от огромного движения. — Ну вот, — протянул мех почти сквозь зубы. — Пришли твои спасители. Андреа почувствовала, как сердце радостно затрепетало. Появилась надежда. Её спасут. И скоро это закончится. Ей придётся запастить успокоительными. Грохот снаружи повторился, на этот раз ближе. Слышался звон металла, треск ломаемых камней и скрежет, от которого у Андреа мурашки побежали по коже. Нокаут рыкнул и ускорился. Салон дрогнул, рванулся вперёд, и ремни вжали девушку в кресло ещё сильнее. — Держись покрепче, белковая, — процедил он. — Если твои автоботы хотят нас догнать… им придётся постараться. Машина сорвалась с места, набирая скорость. Свет фар выхватывал из темноты извилистую дорогу, а сзади всё громче раздавался рёв чужих моторов. Андреа вцепилась пальцами в сидение. В окнах мелькали смазанные полосы деревьев и редкие огни придорожных фонарей. Андреа едва удерживалась на месте. — Сиди смирно, — бросил Нокаут, в его голосе снова проступали насмешливые нотки. — И наслаждайся поездкой. Такое шоу ты больше нигде не увидишь. Андреа хотела ответить очередной колкостью, но не успела. Позади, в темноте, раздался мощный рёв двигателя. Сердце девушки подпрыгнуло в груди. Она в отчаянии прижалась лбом к холодному стеклу. — Би! — сорвалось у неё, почти шёпотом. В тот же миг из темноты вырвался жёлтый силуэт. Фары вспыхнули, прорезая ночь. Машина стремительно ринулась наперерез Нокауту. Тот среагировал мгновенно: руль дёрнулся, и вся кабина накренилась так резко, что Андреа едва не ударилась виском о дверь. — О, неужели это Бамблби? — Нокаут рассмеялся, но смех был больше похож на рык. — Что ж, будет весело. Бамблби обошёл его слева, выравниваясь вровень. Его корпус блестел в свете фонарей, а каждое движение говорило о готовности к бою. Впереди же, на обочине, показался другой силуэт — массивный, тяжёлый грузовик. Андреа даже не пришлось гадать, кто это. Горло сдавило так, что невозможно стало вдохнуть. Хвала небесам, они пришли за ней! Нокаут снова вдавил педаль в пол, выжимая из мотора всё, на что он был способен. Машина взревела и сорвалась вперёд, уходя в резкий вираж. — Не так быстро, красавчики! — крикнул он. Дорога уходила вниз. Фары выхватывали из темноты серые полосы асфальта. Бамблби резко ускорился, обогнал красного спорткара и встал поперёк трассы. Свет его фар ударил прямо в глаза Андреа, и она, ослеплённая, прикрыла лицо рукой. — Что ты делаешь?! — голос Андреа сорвался, паника снова захлестнула девушку. Нокаут не останавливался. — То, что должен, — хмыкнул десептикон, отвечая спокойно на вопрос. Колёса взвизгнули, когда он вдавил педаль до конца. Машина понеслась прямо на преграду, ни на миг не сбавляя скорости. — Ты с ума сошёл?! — закричала Андреа. — Расслабься, — ухмыльнулся мех. — Это называется риск ради удовольствия. Столкновение казалось неизбежным. Сердце Андреа колотилось, будто вырываясь из груди. В последний миг Бамблби моргнул фарами, словно давая сигнал, и рванул вперёд, уходя от удара. Нокаут промчался мимо, на скорости меняя направление езды. Андреа вскрикнула и вцепилась в ремни, когда салон качнуло, а всё её тело бросило в сторону. — Держись! — почти выкрикнул Нокаут, но было неясно — это он ей или самому себе. Сзади раздался низкий гудок. Оптимус резко вывернул на трассу. Красно-синий грузовик преградил путь, и теперь выхода не было. Нокауту пришлось вдавить педаль тормоза в пол, так как портить краску мех не горел никаким желанием. Раздался звук трансформации. Оптимус принял робоформу, медленно двигаясь в сторону спорткара с выставленной пушкой. — Отпусти её, Нокаут, — прозвучал властный голос. Андреа подняла глаза. Над спорткаром, будто башня, возвышался Оптимус. Его манипулятор упёрся в капот, не позволяя Нокауту предпринять попытку двинуться с места. С другой стороны подоспели Бамблби и Арси. Оптимус не стал ждать ни секунды. Огромная рука протянулась к красному корпусу Нокаута. Пальцы сомкнулись на блестящих колесах, и одним рывком Прайм оторвал врага от земли. Вторая рука Прайма двинулась к кабине. И, не обращая внимания на сопротивление, он с силой сорвал дверь, где в салоне находилась Андреа. Металл треснул, искры брызнули в стороны, и пространство разорвалось резким скрежетом. Девушка, сбив дыхание от ужаса, оказалась на ладони Оптимуса. Тёплый поток воздуха от его вентиляционных систем коснулся её лица. Наконец-то она в безопасности. — Всё в порядке? — поинтересовался Прайм, отбрасывая изуродованный корпус машины в сторону. Среагировав, красный спорткар принял робоформу. Приземлившись на землю, мех схватился левым манипулятором за правый, где вместо двери зияла пустота. — Ты… — прошипел Нокаут. Но договорить мех не успел. Сбоку, словно тень, метнулась Арси. Её стройная фигура врезалась в него стремительным ударом. Воздух разорвал звон металла. Нокаут, не удержавшись, отлетел в сторону, в полёте принимая альтформу. Его гордость кипела, но здравый смысл брал верх. С визгом шин он сорвался с места и помчался прочь, оставляя за собой след из пыли. — Как низко, — тихо произнесла Арси, глядя ему вслед. В её голосе не было злорадства — лишь констатация факта. Андреа, всё ещё сидевшая у Оптимуса на ладони, дрожала от пережитого. Её волосы растрепались, свитер был разорван, как это случилось, остаётся загадкой. Девушка не верила, что кошмар наяву наконец окончен. Её спасли. Теперь Холлден понимала смысл слов Рэтчета. И, также понимала, что базу девушка если и покинет, то в случае эвакуации.