Часть 2

      Открыть глаза казалось для Саши самой непосильной задачей. Только вот солнце явно не хотела скрываться с глаз, продолжая светить в лицо девушки. Ещё бы спала и спала. Простонав, девушка перевернулась на другой бок, нос к носу столкнувшись с мужским лицом.       Удивленно рассматривая спящего Кащея, Царевна заметила, что её одеяло в тихую стырили, а сама она спала без ничего.       — Костя, блять, — воскликнула девушка, толкая брата в бок. Ноль реакции. — Проснись ты, крыса подзаборная.       — За крысу и втащить могу, — еле проговорил Кащей, утыкаясь в подушку. Солнце и до него добралось.       — Надо же, твое тело может разговаривать. Так ещё и в состоянии угрозами раскидываться, — посмеялась Саша, хотя самой ей было не лучше. Вчера она не думала о том, что с утра будет болеть голова, а в рот словно кошки нассали.       — Втащу.       — Не втащишь, рука не поднимется. В прямом и переносном смысле, — похихикала девушка, уворачиваясь от ноги брата, летевшей ей в живот. — Не по-пацански это, девушек бить.       — Нормальных никто и не бьёт. А тебя, суку такую, можно. Разбудила ни сравши ни жравши, ещё и условия ставит, — Кащей сел рядом, пытаясь разлепить глаза. — Всё равно дерешься как пацан. Зря учил что-ли.       Царевна лишь посмеивалась с попыток брата проснуться. Плюнув на всё это, Кащей снова упал на кровать, подминая под себя одеяло.       — Ты чё пришел то? Тетка говорила ты неделями дома не появляешься.       — За тобой следить буду, — ответил мужчина не открывая глаз. — Мало ли замутишь че. С Адидасом со своим.       — Не мой он.       — Ага, помню я какой он не твой, — хмыкнул Кащей, все-таки открыв глаза и рассматривая сестру. Ну и видок. Волосы запутанные, лицо помятое. — «Кащей, не трогай его. Он ни в чем не виноват. Я с ним хожу» — попытавшись повторить голос сестры, произнес он писклявым голосом.       — Не ходила я с ним никогда. Просто очень хорошие друзья, — буркнула Саша, проигнорировав не самую лучшую пародию от брата.       — Такие хорошие, что раньше вы по подъездам целовались, а сейчас не узнаешь его, — усмехнулся Кащей, замечая румянец появившийся на лице сестры. — Так, вали давай. На разведку. Че зря приехала, — мужчина толкнул её ногой, слегка как ему показалось. Не рассчитал чуть-чуть силы.       Смеясь он смотрел как сестра сидя на полу потирает ушибленный бок, по которому приехала нога Кащея.       — Информация мне нужна, — взяв пачку сигарет со стоящей рядом тумбочки, проговорил Кащей.       — О ком?       — Домбыт.       Царевна кивнула. Вчера показала себя как главную, а сама как собачка приказы исполняла. Девочка на побегушках, не иначе. Таковой и считал её Кащей, хотела с ним в группировке быть, пусть делает то, что умеет. Информацию разнюхивает.       — Ты десятку то мне когда отдашь? Проиграл твой Адидас, — усмехнулся Костя, сделав затяжку.       — Когда надо будет тогда и верну, — буркнула девушка, выходя из комнаты.       Потирая сонные глаза, Саша вышла на кухню, где тетя Люда уже готовила завтрак, при этом впопыхах собираясь на работу.       — Ой, Шурочка, уже проснулась, — ласково улыбнулась женщина.       Она была ростом с Сашу, светлые волосы, голубые глаза. Тетя Люда была сестрой их матери, на которую и оставили неисправимого Костика.       — Доброе утро, — кивнула Царевна, усаживаясь за стол.       — Ты прости, Шурочка, что так получилось. Не знала, что Костик домой вернётся. А больше кроватей то у нас нет.       — Да ничего страшного, тёть Люд, — махнула девушка вяло рассматривая кашу. — Следующий раз на полу спать будет.       Специально громко сказала, надеялась, что услышит.       Позавтракав, да поговорив с теткой о бытовых делах, Саша начала собираться. Костик долго не ждет, нет информации, всё, вали отсюда. Царевна знала, что девчонка домбытовского старшего работа в это время. Сама вчера Сашке жаловалась, что без выходных работает.       Добывать информацию было не сложно. Рубль заплатила и тебе все на блюдечке выносят. Обычно Саша знакомилась с девочками на дискотеках, завязывая с ними дружбу, а потом эти же девочки своих сдавали. Скрывали всё хорошо, пацаны даже и не догадывались, что за их спинами такое проворачивают. Думали девушки просто скрашивают их вечера, а те впитывали как губки.       Саша знала, что её информаторы не договаривают, боятся, что пацаны прознают. Об этой схеме знал только Кащей, который сам её и придумал. Каждый раз отправляя сестру за информацией, он не заботился о том, что она может не вернуться.       Два года Царевна не было в городе, мало ли, что поменялось. Как Адидаса проводила, так родители, собрав манатки, увезли дочь в Москву, заставив её поступить на юридический, стать как родители. Отец мент, мать преподает на этом факультете.       Но Сашке не нравилась вся эта ментовская жизнь, хотелось адреналина, драк, интриг. Пацанская жизнь казалась ей чем-то интересным. Потому она и связалась с братом.       На перевоспитание отправили. Сашка понимала чем закончат пацаны, но от этого любить улицу не перестала.       Продуктивный магазин был уже открыт, несмотря на раннее утро. А за прилавком стояла невысокая блондинка, лениво перелистывая страницы журнала.       — Привет, Катюха, — сразу после звонка колокольчиков, произнесла Саша.       Девушка оторвалась от журнала и посмотрела в сторону вошедшей.       — Сашка! — воскликнула Катя, отложив в сторону журнал. — Рада видеть тебя.       — Так вчера же виделись, — хмыкнула Саша, облокачиваясь на прилавок.       Катя и Саша дружили с самой школы. Одноклассницами были. За одной партой сидели. Потом судьба развела их. Сашка с Универсамом ходить стала, а Катя с Домбытовскими связалась. Любовь у нее там была.       — А ты я смотрю бодрячком, после вчерашнего то, — усмехнулась девушка, выразительно посмотрев на бывшую подругу.       Саша непонимающе уставилась на продавщицу. Вчера вроде ничего такого не происходило.       — Слухи пошли, что ты только вернулась и уже порядки свои наводишь. Универсамовских в свои ежовые рукавицы взяла.       — Не верь ты этим слухам. Ещё скажи Кащей приказы мои исполняет, бегает как собачка по делам, — буркнула Саша, переводя взгляд на ассортимент магазина. М-да, не густо.       — Ну в это сложно поверить, — посмеяалсь Катя, соглашаясь с девушкой. — Ты просто так зашла или чето надо? — прищурившись спросила Катя. Знала ведь, что Царевна просто так не приходит.       Если что-то мелкое, она обычно отправляла скорлупу. А за информацией не ленилась и сама.       — Да информация мне нужна. Знаешь что-нибудь? — спросила Саша.       — Кто бы сомневался, — усмехнулась Катя, покачав головой. — Нет информации. Шифруются теперь. Кто-то из разъездовских девчонок спалился, что информацию сливали. Слухи пошли, так при нас теперь ничего не обсуждают.       — Проблема, — поджала губы Саша. Видимо закончилась ее работа. — Она говорила кому информацию сливала?       — Сказала только то, что другим девчонкам рассказывала. Про тебя ни слова. Теперь молчим в тряпочку, а то как она закончим.       — Дай тогда пачку сигарет. Че зря пришла что-ли? — немного подумав проговорила Царевна. Кащей башку отвертит, так хоть покурит.       Рассчитавшись с Катей, Саша вышла из магазина, хлопнув дверью. Теперь ходи и оглядывайся. По-любому же выпытали кому информацию сливали.       — Значит она сливала? — спросил грубый мужской голос, за спиной Кати, заставивший ее вздрогнуть.       — Она, — кивнула девушка.       Парень медленно вышел из-за угла, приложив руки к лицу. Катя знала, задумался о чем-то.       — Вот сука универсамовская, — вдруг произнес парень. — Не успела вернуться, а уже информацию добывает. Ну мы с ней разберемся.

***

      Оставшись с братом один на один, сидя с ним в каморке, Саша рассказывала все, что успела узнать. По пути заскочила к ещё одной девчонке, хорошо адрес не поменяла. Так та сказала тоже самое. Не прокатит уже когда-то действенный способ.       Кащей внимательно слушал сестру, не замечая как меняются эмоции на его лице.       — Вот суки! — гневно воскликнул он, бросая бутылку в стену.       Осколки разлетелись в разные стороны, а один проехался по лицу девушки. Притронувшись к порезу, Саша нахмурилась, неприятно. Кровь тонкой струйкой потекла по щеке.       — Жаль, хорошо прокатывало несколько лет, — покурив, Кащей успокоился и снова вернулся на диван. Недовольство не сходило с его лица. — Будем действовать так, как было пока ты не вернулась. А ты, — мужчина пальцем указал на напряженную девушку, — ходи и оглядывайся. Пизда тебе будет, если не прознали ещё. Столько лет сливала их планы и сейчас вернулась.       — И че делать то? — спросила Саша, рукавом вытерев кровь с щеки. Жаль, кофта хорошая.       — Че делать? — задал мужчина риторический вопрос и откинулся на диван. — Будем думать. Со старшими я улажу, попробую. Сестра же ты моя, кровь одна, жалко будет если грохнут.       — У нас отцы разные, — бросила девушку, недовольно поджав губы. Понимала она, что свою жопу Кащей прикроет, а её даже не вспомнит.       — Не суть, мать то одна, — хмыкнул Кащей. — Информаторы долго не живут…       — А стукачи вообще не живут.       — Запомнила всё-таки, — улыбнулся Кащей, много лет он вбивал ей эти слова. Но малолетка не слушала, делала как хотела, за братом все повторяла. — С Адидасом поговорю, будет охранять тебя как псина, сам согласиться.       Кивнув, Саша накинула шубу и собралась выходить, как ей вслед бросили:       — Спросит кто, отвечай, что с Адидасом ходишь, — махнул рукой Кащей, знал, что Вовчик за сеструхой его горой станет. — Вали отсюда, не мешай старшим дела делать.       — Я тоже старшая.       — Уже нет, сестренка. Сиди и не высовывайся.

***

      Саша сидела на детской площадке, раскручивая карусель и затягиваясь очередной сигаретой. День прошел быстро и в раздумьях. Помогла тетке по дому, та из-за постоянно работы не успевала даже убраться. Поэтому запрягла племянницу.       Вечерело. Зима не давала дням длиться дольше, уступая место ночи. На улице становилось холоднее. Царевна не знала сколько просидела на площадке. Снегопад усилился, снежинки попадали девушке в лицо, глаза, отчего та становилась злее.       Нервно толкнула ногой, чтобы карусель раскрутилась. Вот так крутясь она и обнаружила приближающуюся к ней компанию пацанов. Издалека не было видно кто это и с какого района. Саша была не из пугливых, но ситуация заставила напрячься. Царевна приготовилась бежать, но с места не встала. Сигарета в руке догорела до фильтра, обжигая пальцы. Но ей было не до этого, возможно сейчас и закончится её прекрасная жизнь, если это окажутся пацаны с другого района.       Когда компания приблизилась к девушке, она услышала смех и разговоры о полученной прибыли и дискаче, на который они собирались. Саша выдохнула когда увидела Вову и расслабилась, выкинув наконец окурок.       — Царевна? — спросил парень, подходя ближе, а за ним все остальные. Среди них Саша заметила Марата, Турбо, Пальто, Зиму, Ералаша и ещё нескольких пацанов, которых она не знала. — Ты че здесь забыла?       — Не видишь? О жизни думаю, — недовольно буркнула Саша и оттолкнулась от земли, карусель отвернула её от Адидаса.       Вова толкнул карусель сильнее, а когда девушка вновь оказалась перед ним, поставил руки по сторонам от Саши, облокотившись об её сидение.       — Вижу же злая сидишь, — усмехнулся парень, пока остальные усаживались на площадке. — Почему без шапки?       — Почему без мозгов? — парировала Царевна, недовольно поджав губы. Вова стоял слишком близко. Так, что Саша могла рассмотреть каждую его родинку.       А он смог рассмотреть порез на её щеке. Взяв девушку за подбородок, Адидас осмотрел её на наличие повреждений. Не нашел.       — С кем поцапаться успела? — спросил парень отходя от Саши.       — Бутылка водки и брат алкоголик, — буркнула Царевна и решила поделиться с ним новостями. — Всё, Вовчик, кина не будет, кинщик спился. Кто-то растрепал, что мне информацию сливают.       Адидас старший нахмурился и осмотрел пацанов, видя на их лице такую же эмоцию. Все знали, что бывает с такими людьми.       — Кащей сказал, что разберется. Но ему верить, себе дороже, — сказала Саша, напряжение так и не прошло. — Свои задницу прикроет, а обо мне даже не пикнет. Вопрос времени, когда меня вперед ногами вывозить будут.       — Я говорил тебе, опасно это. Слишком много знаешь, — покачал головой Вова.       — Ты много че говорил, — буркнула Саша.       — И че ты делать будешь? — спросил Турбо, смотря в глаза девушки. Красивые.       — Че-че. Кащей сказал тобой прикрываться, — Саша посмотрела на Вову, тот намек понял. Разговаривать будет со старшим. — А так бегаю я быстро. Убегу если что.       — Может в Москву вернешься? — вдруг спросил Пальто, качавшийся на качели с Маратом.       Саша покачала головой.       — Нельзя мне в Москву. Соврала я, — вдруг призналась Саша, не смотря пацанам в глаза. — Человека я убила.       — Чё? — спросил Вова, присаживаясь на кортаны рядом с Царевной.       — Чё слышал, — взъелась Саша, смотря на Адидаса. Пнуть его захотелось. — Я оборонялась и случайно получилось. Нож схватила и воткнула. Даже сама не поняла, что произошло. А там отец пришел. Сказал, что такая дочь ему не нужна и выгнал. В Казань ехать приказал, прятаться.       — Кого убила то хоть?       — Жениха своего, — бросила девушка, пытаясь оттолкнуться от земли, чтобы карусель снова начала крутиться. Было тяжело, особенно когда на ней сидят ещё три крепких пацана.       За её безнадежным попытками наблюдал Турбо. Парень со всей силы оттолкнулся от земли и карусель дернувшись начала вращаться. Скрипт раздавил тишину, появившуюся на площадке.       — Дела, — протянул Вова.       О её признании больше никто не говорил. Хотя Саша ещё несколько раз доказала, что это была самооборона. Сама вспомнила этот день, так сердце замирало.       Пашка всегда хорошим казался, в университете вместе учились. Ухаживал за ней, цветы дарил, розы красные. Теперь Саша их ненавидит. Воспоминания наводили жуткие. Встречались они полгода, в квартиру переехали вместе, которая Саше от бабушки по папе досталась. Родители души нечаяли в молодом человеке Царевны.       Но как-то вечером, Паша вернулся домой злой, пока Саша готовила ему ужин. Что-то будто вселилось в него, таким Царевна его не видела никогда. Парень с порога начал кричать на неё, скандал на пустом месте начал. Сашу в измене обвинял, хотя та ничего и не делала. Потом руку поднял, по лицу ударил и дальше бы бил, если бы не уроки Кащея, которые не прошли даром.       Ещё живя в Казани, Саша несколько раз отбивалась от пацанов с другого района, которые приставали к ней. Если сбежать не получалось била первой. Так и тут Паша получил по полной, не ожидая, что его невеста так умеет. А Сашка не говорила ему о своем темном прошлом.       Тогда Паша совсем озверел, а потом Саша и не помнила, что произошло. Очнулась только когда дверь хлопнула и на кухню отец заявился. А там она сидит на полу, держа в одной руке окровавленный нож, а в другой сигарету. Безразлично смотрела на труп собственного жениха.       Отец ничего тогда не сказал, увидел побои на лице дочери. Ушел в комнату, кому-то позвонил и вернувшись сказал Саше, что в Москве ей оставаться нельзя.       Смывая кровь с рук, Царевна не чувствовала ничего. Будто пропали все чувства. Оставив лишь инстинкт самосохранения и понимания, что если останется здесь, окажется за решеткой. Повторит судьбу брата, только тот не за убийство сидел. А по мелочевке.       Вот так она и оказалась в Казани. Мама не знает, отец сказал ей ту выдуманную историю, что Саша рассказывала всем. Тетка с братом тоже не знали. Брату она расскажет когда-нибудь, а тетку пугать не хотелось. Пусть думает, что она на перевоспитании. Не хотела она правду говорить, а тут случай подвернулся.       Пацаны поймут её. Не осудят. Она знала это.       — Так мы поможем если че. Наша же, — хмыкнул Турбо, обращая благородный взгляд девичьих глаз на себя.       Ещё вчера он возникал и был против, а сейчас он уже согласен принять девушку. «Нашей» назвал. Саша поняла, что эмоции у этого парня меняются быстрее, чем она находит проблему.       Парни закивали, соглашаясь с Турбо.       - Конечно поможем, - кивнул Вова, наблюдая за переглядками Саши и Турбо. Что-то внутри него зашевелилось от этой сцены. - Всем говори, что со мной ходишь и проблем у тебя не будет.       Саша кивнула. А Турбо перевел недовольный взгляд на старшего. Площадка заполнилась тишиной, каждый обдумывал что-то свое.       — Может на дискач рванем? — вдруг предложил Марат, прерывая напряженную тишину.