Электричка

Поют колёса ритм родной, На окнах смешивают краски, Лампа раз - сморгнёт порой, Ночь стучится не без ласки В состав, что проредью толпы Гудит заевшим камертоном. Путник, уморившийся с тропы, Спит одиночеством с вагоном. Мерцают звёзды на стекле, Резвится ветер с прорези, И он, забывшись в полумгле, Сгребает главы повести. "Мы – друзья, и нам по силам Бесчестный сокрушить указ!" Чем он думал? Каким мерилом Брал отчаянием в паре фраз? Мяукал кот, клал на подушке Голову, и зевал так сладко он. Смирился Кадзу в той однушке, Смотря за вальсом среди крон. Зелень листьев усыпляла, Но порыв взыграл судьбы, В шторме осени багряном Стон заглушен был мольбы. Он помнил утро, тот перрон, Хлопок с усмешкой по спине Оборван голос, закрыт вагон, А что после – почти во сне. "Погром на секторе опять!" Сбился компас газет, посыл. "Мечтал поэтом ты мне стать, Уговор таков сначала был" "Вот билет к твоей мечте; Твори, люби, но без оглядки. Своею жизнью на холсте Я сдвину старые порядки" Так бездушно обрывает Тонкую, связующую нить. В дыханье горя утопает Память, что обязана хранить. Спал друг, с надежды огоньком, В рюкзаке, рваном его подобии; Кадзу в слёзах гордился дураком, Что бросил вызов молнии. \*/ Сквозь тьму несётся электричка К первым отблескам росы, И кот, как утренняя птичка, Морщит носик от грозы.