Часть 4

БЕТТИ

Джагхед довёз её до дома. Пока они были в пути, она всё ещё не могла прийти в себя от того, как прошло их свидание. Вот на прогулку поехали два человека, которые буквально познакомились сегодня, а обратно вернулась уже пара. Они встречались. Она всё ещё не могла в это поверить. Джагхед казался ей самым идеальным в мире парнем. И да, она признавала, что это просто влюблённость. Она знала, что чем больше они будут узнавать друг друга, тем больше её идеальный портрет Джагхеда будет меняться, и не факт, что в лучшую сторону. Но сейчас, именно в этот момент, ей было плевать. Джагхед заглушил мотор, подождал, пока Бетти слезет с байка, а потом встал сам, облокотившись на него. Они стояли почти в притык, просто смотря друг другу в глаза. Хоть каждый из них и видел только силуэт друг друга. За время их поездки на улице стало совсем темно, дорожные фонари не давали столько света, чтобы девушка могла насладиться каждой чертой лица Джонса. Купер слегка смутилась, затянувшимся молчанием, поэтому поспешно сказала: — Я, наверно, пойду, – неуверенно произнесла блондинка. Джагхед поднял руку к её лицу, запутался в в её волосах, а потом медленно поцеловал, всосав её нижнюю губу, слегка покусывая. Бетти не смогла сдержать стон, и будто услышав сигнал, Джонс сразу оторвался от её губ, чем вызвал ещё один стон, правда он уже выражал её разочарование. Джагхед усмехнулся, смотря на неё. — Спокойной ночи, малышка. Он достал из багажного отделения корзинку с шоколадками и отдал её Бетти. Купер не знала, как после всего, что они сегодня делали, всё ещё могла краснеть. — Спокойной ночи. Она быстро пошла к дому. Ей чертовки хотелось обернуться, но она знала, что если сделает это, то обязательно вернётся к нему и позволит увести себя куда угодно. В её доме не было света, поэтому Бетти надеялась, что все уже спят. Чтобы не компрометировать себя, она спрятала корзинку под лестницей перед входом, зная про свободное место между ступеней. Она тихонько открыла дверь, повернулась, чтобы закрыть её, как вдруг внезапно включился свет. Бетти медленно обернулась. И увидела Элис, которая была не в самом лучшем расположении духа. — Кто тот парень, что подвёз тебя? Явно не Кевин, – недовольно произнесла её мать. Бетти пристыженно опустила глаза в пол. — Кто он? – уже громче спросила Элис. Бетти раздражённо подняла свой взгляд. — Мой парень, – самым спокойным голосом ответила блондинка. — Что? – обескуражено спросила Элис. — Ты всё правильно услышала, мама. Он. Мой. Парень. – делая акцент на последних словах, ответила Купер. — Ты не посмеешь, Элизабет. Ты же знаешь, мне хватает Полли. Я не стану бабушкой во второй раз, когда моя дочь ещё школу даже не закончила, – будто овладев собой, сказала Элис. Бетти многозначительно закатила глаза. — Боже, мама, я знаю, что такое контрацепция, так что можешь быть спокойна, я не принесу тебе в подоле, – всё больше раздражаясь, сказала Купер. Её бесило, что мать каждый раз сравнивала её с Полли, будто они были совершенно одинаковые, хотя это было совсем не так. — Ты не будешь с ним встречаться, – её мать произнесла это так, будто у Бетти не было никакого выбора в этом вопросе. — Буду, мам, мне скоро восемнадцать, ты не можешь решать за меня, – повышая голос, сказала блондинка. — Хорошо, значит, я звоню мистеру Хани? – угрожающе произнесла старшая Купер. — Хорошо, – еле сдерживая слёзы произнесла Бетти, пробегая мимо мамы, поднимаясь к себе. Элис знала, куда надо надавить побольнее. Но Бетти не хотела вестись на её провокацию. Она больше не будет позволять помыкать собой. Пусть она и лишилась возможности заниматься своим хобби. Её мать знала, как она любила фотографировать, а у их семьи никогда не было особо много денег, поэтому Бетти никогда не рассчитывала приобрести профессиональный фотоаппарат с различными настройками, со съёмными объективами. Поэтому когда её мама договорилась с директором о том, что Бетти будет брать школьную камеру в своё пользование, взамен делая фотоотчёты с различных школьных мероприятий, Купер светилась от радости. Но Бетти бесило то, что Элис пользовалась этим в свою пользу, делая так, чтобы её дочь, следовала её правилам. Когда Бетти дошла до комнаты, то осознала, что по её щекам уже бегут дорожки слёз. Она не могла понять как такой замечательный день мог закончится, так плохо. Ей никогда не нравилось ссориться с матерью. Да, и вообще с кем бы то ни было. Любой конфликт вызывал у неё жуткий дискомфорт, потому что она пропускала каждую проблему через себя. А это жутко выматывает. Она зашла в комнату, не раздеваясь, сняла лишь обувь, легла на кровать, свернувшись клубочком и тихо заплакала, сдерживая громкие всхлипы. Купер понимала, что ведёт себя глупо, но ничего не могла с собой поделать. Ей было обидно, что мама не принимала её желания в расчёт. Так за разными мыслями, она и не заметила, как уснула.

~∞~

ДЖАГХЕД

Впервые за долгое время ему было спокойно. В начале дня он и не мог представить, что к концу он уже обзаведётся девушкой. У него никогда не было серьёзных отношений. Джагхед к ним и не стремился. Но почему-то именно с Бетти ему не хотелось поступать так, как он поступал со всеми. Там, сидя на скамейке и обнимая Купер, он понял, что не хочет её отпускать, не хочет, чтобы какие-нибудь рыжие придурки (у Кевина он узнал, что зовут его Арчи Эндрюс, в которого долгое время была влюблена Бетти) лезли к ней. Да, Джонс был тем ещё собственником. Поэтому он не особо удивился своему порыву хотеть, чтобы Купер была его девушкой. Он доехал до трейлера, в котором они раньше жили. После смерти матери, ЭфПи стал главой банды змеев, потому что знал, что честным трудом один не сможет прокормить двоих детей, поэтому вскоре у них уже была трёхкомнатная квартира, в которой они сейчас и живут. Но Джагхед всё равно иногда приезжал к их старому трейлеру. Причём это не зависело напрямую от его настроения, скорее просто возникало желание окунуться в прошлое. Джагхед мог быть и грустным, и злым, и весёлым, – и всегда находил покой в этом месте. Он подъехал к трейлеру, но даже не успел, слезть с мотоцикла, как получил сообщение. Лось "У нас проблемы, нордсайдсы решили померяться силами, сходка у школы, главный какой-то рыжий качок" Джагхед усмехнулся. Видимо Эндрюс всё-таки захотел, чтобы ему кое-что объяснили. Он сел на байк и погнал прямо туда. Минут за двадцать он доехал до школьной парковки, где увидел толпу футболистов, которые скучковались возле его ребят. — Эй, Джонс, не думал, что ты главный среди этих нищебродов, – мерзко ухмыляясь, сказал Арчи. — А я смотрю кому-то надо поддерживать свой авторитет, да, Эндрюс? – спокойно ответил Джагхед, выходя вперёд. — Ну у меня он хотя бы есть, – бульдоги засвистели в поддержку своего лидера. — Слушай, Эндрюс, мне не нужны проблемы, в прочем как и тебе, я думаю. Так что давай, просто выйдем один на один? Не хочу отправлять ни твоих, ни моих ребят в больницу. Крики змеев были солидарны с Джагхедом. Брюнет заметил, пробежавшую тень на лице качка. Рыжий обернулся на своих, а потом будто набравшись храбрости, сказал: — Хорошо, я и ты, один на один. Джонс кивнул. Скинул кожинку, отдав её кому-то из своих. Джагхед почувствовал, как адреналин понёсся по венам в преддверии драки. Они вышли вперёд под одобрительные крики с обеих сторон. Кто-то выкрикнул о начале драки. И они оба двинулись друг к другу. Джагхед сразу увернулся, пригнувшись, от удара в переносицу. А затем нанёс свой удар в солнечное сплетение противника. Рыжий закашлявшись, слегка отошёл от Джонса, делая больше расстояние между ними. Змеи орали и свистели, что у Джагхеда уши закладывало. Его всегда бесило это в драках. Их крики были для него лишь ещё одной помехой. А потом Джагхед увидел, как в глазах Эндрюса зажёгся опасный огонёк, что отвлёкшись, он пропустил удар в челюсть. Джонс почувствовал, как из его губы хлынула кровь, а нижняя челюсть несчадно начала пульсировать в месте удара. Джагхед вспомнил, как сегодня рыжий прижимал Бетти к школьным шкафчикам и как ей было не комфортно. От этого воспоминания, его гнев поднялся с новой силой. В конец расверипев, Джонс толкнул Арчи поставив подножку так, что Эндрюс не смог сгруппироваться, упав плашмя на асфальт. Он сел ему на грудь, а затем начал бить его в лицо, нанося удары один за одним, будто находясь в какой-то прострации, пока его кто-то не оттащил. — Всё, Джаг, успокойся, – услышал Джонс голос Лося на перифирии. У него шумело в ушах, и он не мог понять почему, он смотрел на людей вокруг, но никто ничего не говорил, они были словно в шоке. Он скинул с себя руки друга, сплюнул кровь, которая текла ему в рот из разбитой губы. А потом громко сказал, чтобы каждый его услышал: — Я думаю, все поняли, что будет с тем кто попробует хоть что-то сделать моим ребятам. Он повернулся к бульдогам спиной и в полной тишине, забрав свою куртку, пошёл к своему байку. Сев на него, он поехал домой, всё ещё пребывая в эйфории от драки, ощущая приятную пустоту в своей голове.