Глава 1. Я умер? Да вы шутите!

Журчание бурной реки едва заглушало звук проезжающих мимо автомобилей. Они один за одним проезжали по мосту. Кто-то ехал домой с работы, после тяжёлого трудового дня, кто-то за покупками к ужину или иной необходимости. Машины словно ветер пролетали вдоль однообразного каменного забора, ограждающего территорию огромного парка. На обратной стороне стоял маленький, обветшалый дом. Он располагался на углу, на стыке каменного забора и протекающей под ним бурной реки. Его бело-коричневые стены давно осыпались, а местами заросли травой и кустами. Когда солнце под вечер уходило за горизонт и наступала темнота, в этом доме в отличии от других было столь же темно. Исключением являлась лишь одна комната, где жил сам хозяин дома. Скворцов Виталий Матвеевич очень редко выходил из дома, проводя всё своё время за просмотром аниме, чтением манги или играми. Высокий мужчина, полного телосложения. Гладкие, короткие, тёмные волосы, с чёлкой зачесанной в левый бок. Густые, чёрные брови, едва видные из-под чёрных очков, без которых Виталий совершенно ничего не видел. Плотные губы, ниже которых виднелся хорошо заметный двойной подбородок. Мужчина был тем, кого называют хиккикомори. Он жил один и старался как можно меньше контактировать с внешним миром. Аниме, манга и игры были для него и семьёй, и лучшими друзьями и даже смыслом его жизни. Он зарабатывал на ставках в букмекерских конторах и имел довольно большие наличные средства, а чтобы не утруждать себя походами в магазин, заказывал еду и всё, что было ему необходимо прямо на дом. Его жизнь была неторопливой и размеренной. Будь его воля, так было бы всегда, но иногда судьба преподносит довольно интересные сюрпризы. Однажды, как обычно заработав денег на ставках, Виталий заказал себе обед на дом, чтобы вкусно поесть и исчезнуть из реальности в одной из своих любимых игр. Приехавший курьер позвонил ему на мобильный. — Слушаю. — сухо ответил Виталий. — Я курьер, — сказал молодой парень. — Стою около вашего дома. — Вижу. Оставьте заказ возле большого, каменного кувшина с розами. Заказ уже оплачен. Не волнуйтесь. — мужчина протараторил уже выученную за годы фразу и, дождавшись, пока курьер, оставив заказ, уйдёт, вышел за дверь и забрал долгожданный обед. Виталий открыл коробку и выложил обед на стол. Жирный и вкусный стейк, овощной салат и печенье на десерт. Мужчина всегда любил вкусно поесть и тут же бросился с наслаждением уплетать все эти замечательные яства. Но когда очередь дошла до десерта, наслаждение резко сменилось на панику и негодование. Попробовав печенье, он почувствовал вкус, которого в сладости не должно было быть — вкус ореховой пасты. Голова Виталия закружилась, дышать стало трудно. Аллергия на ореховую пасту была причиной, по которой он всегда тщательно выбирал блюда, которые ел. «Наверное они что-то перепутали» — подумал он и из последних сил направился к лестнице, ведущей на второй этаж, где на одной из полок высокого стеллажа находился укол адреномиметиков, необходимый, чтобы спасти его жизнь. Однако шаги получались очень медленными, мужчина чувствовал, словно его горло сжимает со всех сторон и при этом давит изнутри. Отёк шеи не давал ему нормально дышать, кислорода не хватало, а избыток углекислоты в крови и тканях словно разрывал его тело изнутри. Глаза стали медленно закрываться, погружая Виталия в абсолютную темноту. — Вот и всё? — мелькнуло у него в голове напоследок. Но на своё удивление он всё ещё продолжал ощущать себя и то, что было вокруг него. Но ощущение лишь кромешной темноты и тишины явно не радовало его. Он словно находился в запертой коробке, из которой не было выхода. Внезапно его внимание привлёк небольшой пучок света, возникший вдалеке словно из ниоткуда. Мысленно мужчина попытался потянуться к нему, словно к последнему лучику надежды. Пленник темноты очень обрадовался когда пучок света наконец начал становиться больше. В мыслях появились воспоминания. Рассказы людей, переживших клиническую смерть и рассказывающих о тёмном тоннеле и свете в конце него. Словно по канонам, его сознание проносилось по этому тёмному и тихому тоннелю, направляясь к спасительному свету, который с каждой секундой становился всё больше и ближе. Наконец мужчина смог разомкнуть губы и попытался произнести хоть несколько слов, однако вместо обыденной речи его уста издали лишь протяжный детский крик. Он попытался оглядеться. Он лежал на огромной белой кровати, над которой висели балдахины, навесы над кроватью, укрывающие её от внешнего мира. Под головой чувствовались пышные, удобные подушки. Не смотря на удобства он попытался подняться, но тело не слушалось его, хотя ощущаемой раньше тяжести не было. Он потянул руки вперёд и в этот момент вместо рук взрослого, полного мужчины, перед ним предстали маленькие детские ручки, едва слушающиеся его. «Детский крик? Детские руки? Я что, ребёнок?» — подумал он. Пока Виталий пытался осознать происходящее, балдахин резко откинули в сторону и к кровати подошла красивая, молодая девушка. У неё были длинные, чёрные волосы, изумрудно-зелёные глаза. Тонкие и длинные губы, редкие брови, едва заметные из-под волос. Маленький аккуратный нос. Из-под одежды, напоминающей наряд горничной, виднелась едва заметная грудь. Её кожа была светлой, практически белой, что очень контрастировало с чёрными элементами её наряда. Она была очень красивой и отвести от неё глаза было весьма проблематично, однако её взгляд очень озадачил лежащего на кровати мужчину, в теле ребёнка, он был очень грустным и казалось, что девушка чувствует перед ним за что-то свою вину. Девушка лёгким движением откинула свои волосы назад и легко присела на край кровати, не отводя взгляда от ребёнка. Она обречённо вздохнула и что-то сказала, однако понять её слов Виталий не смог. Её речь не была похожа ни на один из языков, которые он слышал ранее. Тем не менее её голос звучал так мягко и приятно, что слушать его было одно удовольствие. Виталий смотрел на неё не отрывая глаз, одновременно наслаждаясь её прекрасным голосом. Он хотел бы ответить ей, но помимо не знания языка, говорить он попросту не мог. Исходя из всего он сделал первые выводы. Он умер и родился вновь. Судя по ощущениям, он был новорожденным младенцем. Исходя из грустного взгляда и манеры речи девушки-горничной, случилось что-то нехорошее. И, наконец, учитывая, что язык, на котором говорила девушка, не был похож на какой-либо земной, это явно другой мир. «Выходит я умер? Да вы шутите!» — подумал Виталий — «Ещё и переродился неизвестно где, хорошо хоть девушка рядом — приятная особа. Интересно, это моя мама? Когда я смогу поговорить с ней? Стоп! А когда я последний раз говорил с девушкой?» От всех этих размышлений переродившийся малыш впал в депрессию. Он оглядывался по сторонам пытаясь узнать ещё хоть что-нибудь. В какой-то момент он заметил небольшой красный ромб, который перемещался, следуя за взглядом Виталия. Этот ромб привлёк внимание малыша и он стал приглядываться к нему, постепенно фигура словно приблизилась и, повернувшись на несколько градусов, превратилась в квадрат, на котором, словно на экране компьютера, была представлена различная информация. «Этот мир всё больше похож на какую-то онлайн игру.» — подумал малыш и начал внимательно рассматривать появившуюся перед ним панель. В самом верху, справа, виднелась надпись «Информационная панель», под которой находился небольшой экран, в форме скругленного прямоугольника. Слева, был квадрат, в центре которого находилось изображение маленького, новорождённого малыша. Как понял сам малыш, это была его фотография. Рядом виднелись параметры: Имя: Нет. «Мои новые родители такие ленивые, что даже имени мне не дали?» — подумал Виталий. Здоровье: Сто. Магия: Пятьдесят. Урон: Минус один. «Откуда урон то? Я же только родился!» — возмутился малыш. Удача: Минус тысяча. Опыт: Ноль. «Удача в минусе? Что за ерунда вообще?!» — теперь уже Виталий очень рассердился, но продолжил осмотр информационной панели. Ниже располагалось длинное окно, разделённое на двадцать шесть окошек поменьше, которые, как понял бывалый геймер, предназначались для навыков и умений. Все окна кроме одного были пусты. В первом окне сверху, по левой стороне, виднелся какой-то чёрный череп. Малыш попытался присмотреться к нему и над панелью навыков появилась скругленная, прямоугольная выноска, внутри которой был тот же череп и надпись: «Проклятие Бас Малл. Каждый час отнимает один показатель здоровья, действует в течении семи дней с момента рождения» «Чего!!!» — мысленно закричал малыш что было сил. Он попытался осознать происходящее с ним в данный момент. На нём лежит странное проклятие, которое отнимает одно очко здоровья каждый час, а учитывая что у него лишь сто очков здоровья, то жить ему осталось немного. Малыш стал в панике рассматривать информационную панель, в надежде найти хоть что-нибудь, что могло бы отсрочить момент его очередной смерти. Вдруг под его фотографией появился странный значок, в виде меча с острием вверх, скрещенного с молотом, рядом с которым виднелся небольшой значок поменьше, похожий на тележку для покупок из магазина. Мысленно Виталий приблизил его. Навык созидатель — позволяет создавать способности и навыки, за счёт показателей магии, опыта или здоровья. Цена, пятьдесят очков опыта. «Может сработало бы, но и очков опыта у меня ноль.» — грустно вздохнул малыш. Экран в форме скругленного прямоугольника засиял голубым цветом и в середине появилась надпись: «Обменять показатели магии на показатели опыта? Пятьдесят показателей магии, равны пятидесяти показателям опыта» «А так можно?» — подумал Виталий. — «Да!» «Обмен совершён!» — объявила информационное окно. — «Приобрести навык Создатель за пятьдесят показателей опыта?» «Да!» — уверенно ответил малыш. В ту же секунду показатели магии и опыта обнулились, а на панели навыков появился навык создатель. Виталий сразу же мысленно приблизил его и начал внимательно изучать обновку. Справа, под информационным окном, появилось дополнительное окно навыка. Прямоугольник, с короткими сторонами по горизонтали и вытянутый сверху вниз, в центре которого виднелся символ навыка создатель. Рядом с символом виднелись надписи: «Введите название навыка и заполните описание навыка». Ниже были окна меньше, с соответствующими надписями «Название» и «Описание», а в самом низу виднелась надпись «Цена». К этому времени показатель здоровья малышка уменьшился до девяносто восьми. Это было напоминанием ему о том, что пора действовать. Виталий мысленно набрал в окне «Название», наименование нового навыка: «Благословение». Затем он заполнил описание новой способности: «Пассивный навык, восстанавливающий десять показателей здоровья каждый час». В информационном окне загорелась запись «Ошибка!». Тогда малыш изменил число и попытался ввести новые данные: « Пассивный навык, восстанавливающий один показатель здоровья каждый час». В графе «Цена» появилась цифра пятьдесят показателей здоровья. «В итоге, чтобы спастись от потери показателей здоровья, я должен им же и заплатить?» — подумал Виталий — «А толку сомневаться? Если не рискну, то всё равно умру». Он дал согласие на создание навыка. Его показатели здоровья упали на пятьдесят и составили всего сорок восемь, а на панели навыков загорелось красное сердечко. Малыш до сих пор сомневался сработает ли новый навык и спасёт ли он его от проклятия, однако единственным выходом теперь было просто ждать и надеяться на лучший исход. Ожидая того, какая его ждёт судьба, Виталий попытался придумать ещё навыки, чтобы избавиться от других проблем. «Название: Эбису. Бог везения и удачи. Описание: Добавляет тысячу очков удачи». Ответ: «Ошибка!» «Название: Эбису. Бог везения и удачи. Описание: Добавляет один показатель удачи каждый час в течении семи дней. Цена: Тридцать показателей здоровья». Согласие. Показатель здоровья снизился до восемнадцати, а на панели навыков появилась новая способность, со значком в виде четырёхлистного клевера в круге. Уже вскоре показатель удачи поднялся от минус тысячи, до минус девятьсот девяносто девяти. «А какой у меня уровень?» — подумал малыш. «Уровень недоступен без имени» — ответило информационное окно. На информационной панели появились новые данные: Имя: Нет. Уровень: Недоступно. Возраст: Пять часов. Здоровье: Восемнадцать. Магия: Ноль. Урон: Минус один. Удача: Минус девятьсот девяносто восемь. Опыт: Ноль. Прошло приблизительно три часа. Удача повысилась ещё на три показателя. Всё это время Виталий внимательно изучал информационную панель, либо рассматривал сидящую рядом девушку-горничную, которая постоянно вздыхала всё с тем же грустным взглядом. Внезапно скрипнула дверь и к кровати подошла высокая женщина тридцати-сорока лет на вид. У неё были длинные фиолетовые волосы, очень гладкие и прекрасные, вверху их украшала красивая корона с несколькими яркими, красными камнями. Как и волосы, глаза женщины были фиолетовые и смотрелись весьма выразительно на фоне светлой и гладкой кожи. Женщина была одета в яркое платье, фиолетовый, пурпурный, синий и золотой цвета, создавали шикарный вид её платья, немного суженное к талии, оно так же хорошо подчёркивало её большую и манящую грудь. Женщина смотрела на ребёнка слега смущённо и с таким же грустным взглядом. Женщина и девушка-горничная начали бурно спорить о чём-то, однако понять их малыш всё ещё не мог. «Знать бы о чём они говорят…» — подумал Виталий. В голове сразу же прозвучало сообщение от информационной панели: «Желаете получить навык Полиглот за пять показателей здоровья?» «Да» — не раздумывая, ответил малыш и тут же подумал. — «Выходит эта система может и сама предлагать навыки, когда это нужно.» Показатели здоровья снизились до тринадцати, а на панели навыков появился значок в виде совы, сидящей верхом на книге. В этот момент Виталий наконец расслышал речь присутствующих дам. — Госпожа. Зачем вы здесь? — спросила девушка-горничная. — Пришла увидеть своего ребёнка. — ответила ей фиолетовая дама. — Вы лишь мучаете себя. Он ведь всё равно скоро умрёт. «Даже не мечтай.» — подумал малыш. — Я пришла покормить его, разумеется ты об этом никому не скажешь, Авила, — сказала фиолетовая дама. — Да, госпожа Амелиа. — ответила горничная. «Значит девушку в форме горничной зовут Авила. Женщина в фиолетовом Амелиа и она моя мама. А ещё видимо из-за проклятия, они думают, что я скоро умру.» — сделал выводы малыш. Амелиа подошла к кровати и тихонько села с краю. Она аккуратно взяла ребёнка на руки и с заботой и лаской поднесла его к своей груди. Мать стала нежно гладить малыша и укачивать его. Маленький сыночек осторожно потянулся вперёд и обхватил долгожданный источник пищи губами. — Ваше величество. Если об этом узнают в церкви… — начала было Авила. — Мне всё равно на их запреты и указы! — яростно остановила её королева. — Простите, — замявшись, ответила служанка. — Ничего, — немного успокоившись, продолжила Амелиа. — Вопреки их указам, я даже дам ему имя. Если моему сыну суждено умереть, то я умру вместе с ним. -И какое же имя вы дадите ему? — уточнила Авила. — Белфагор, — слегка улыбнувшись, ответила мать. Раздался уже знакомый малышу голос информационной панели: «Получено имя: Белфагор. Получен уровень: первый. Получен навык: Материнское благословение. Показатели удачи получают значение плюс девятьсот девяносто пять. Вы получили тысячу показателей здоровья, тысячу показателей магии и тысячу показателей опыта»       «Это лишь от того, что мне дали имя?» — подумал удивлённый Белфагор. — Красивое имя, — едва улыбнувшись ответила Авила. — Жаль, что оно лишь на время. — Я не сдамся и не дам моему ребёнку умереть! — грозно воскликнула Амелиа. — Но лишь накормив его и дав ему имя, вы нарушили запрет верховной церкви, не думаю, что стоит злить их ещё больше, — возразила Авила. — Мне плевать на их запреты и законы, однако кое в чём ты всё же права. Рождённый с проклятием Бас Малл он изначально обречён на смерть, но я сделаю всё, чтобы во что бы то не стало спасти его. — ответила королева. Служанка лишь молча вздохнула. — Нужно найти того, кто способен снять проклятие Бас Малл и как можно скорее, — продолжила Амелиа. — Мне заняться поисками? — спросила Авила. — Нет. Я сама займусь этим, а тебя прошу присмотреть за Белфагором. — ответила Амелиа. — Как пожелаете, ваше величество. — поклонившись, ответила служанка. Королева молча встала с кровати и, поправив платье в районе груди, вышла из комнаты, вновь оставив своего ребёнка под присмотром служанки. Выживет ли новорождённый Белфагор, было вопросом который волновал и его самого, и его мать, и постоянно вздыхающую и грустящую Авилу. Но как понял из их разговора сам малыш, в глазах церкви он уже был обречён на неизбежную смерть. «Почему же так? Они бояться детей с таким проклятием? Или же хотят свергнуть с трона моих родителей? А кто вообще мой отец? Волнуется ли он обо мне?» — раздумывал Белфагор, уже более спокойно, ожидая своей участи. — «Если всё продолжится так же как сейчас, то само проклятие мне уже не страшно, ведь я получаю столько же показателей здоровья, сколько отнимает проклятие. Ещё и показатели все выросли на тысячу, это всё из-за материнского благословения?» Кроме того, ему очень хотелось более подробно узнать об этом новом мире, в котором ему предстоит жить. Он также пытался решить, как именно ему жить? Жить также как на земле, скрываясь от людей и живя отшельником или же попытаться начать жизнь по-иному? Пока он продолжал прокручивать все эти мысли в своей голове одну за другой, прошло больше восьми часов. Дверь в комнату скрипнула и спустя несколько минут к кровати подошла Амелиа. — Есть ли успехи? — тихо спросила Авила. — Нет, — грустно ответила королева. — Я обратилась ко многим целителям, заклинателям и даже священникам церкви, но все они либо ответили, что не могут снять подобное проклятие, либо отказались боясь гнева церкви. — Тогда что же нам делать? — Церковь требует ритуала сожжения. Хотят сжечь тело моего ребёнка сразу после его смерти. — Амелиа упала на колени и горько заплакала. -тЭто ужасно! — в голосе Авилы слышалась едва уловимая ярость. — Не позволю, — прошептала королева. — Тогда что же нам делать? — спросила служанка. — Король заявил, что бессмысленно противиться неизбежному. Мерзкий предатель! — сквозь слёзы рассказала Амелиа. — А как поступите вы? — вздохнула Авила. — Я не дам им поступить так с моим драгоценным ребёнком! Я до последнего буду пытаться спасти его, а если не выйдет, то умру вместе с ним, — уверенно объяснила мать. — Но Вам не позволят этого сделать… — служанка опустила печальный взгляд в пол и в очередной раз вздохнула. — Поэтому я прошу тебя о помощи, — Амелиа посмотрела на Авилу. — Я сделаю всё, о чём Вы только попросите, — кивнула девушка. — Собери мои вещи и припасы на первое время. Я заберу Белфагора и тайно покину дворец вместе с ним. — Я поняла, — еле слышно ответила Авила и направилась к выходу. Амелиа села рядом с сыном и, бережно взяв его на руки, вновь предложила ему свою грудь. Отказываться от угощения малыш не стал и сразу же приступил к трапезе. «Большое спасибо, мама.» — мысленно благодарил он королеву. Поймав на себе взгляд своего сына, женщина мило улыбнулась, но в её взгляде всё ещё ощущались грусть, сожаление и беспокойство. Белфагор протянул руку и по-детски обхватил палец её руки, от чего Амелиа усмехнулась с умиляющей и в этот раз более искренней улыбкой. Пока королева кормила грудью своего малышка, в проёме двери вновь показался силуэт Авилы с неким подобием чемодана. Она поклонилась Амелии и, пройдя немного вперёд, остановилась рядом. — Ваше величество, — тихим голосом начала служанка. — Я собрала ваши вещи и припасы. Прошу прощения за своевольность, однако я также осмелилась взять несколько своих вещей, а чтобы нести их не было так уж тяжело, я посмела положить их в один чемодан. — Твои вещи? — не поняла королева. — Зачем они тебе? — Я прожила не так уж и много, чтобы учить кого-то чему-нибудь. Однако всю свою жизнь, что я помню, я посвятила вам и до самого последнего вздоха я никогда и ни за что не оставлю вас, — вместе с этими словами, по щекам Авилы побежали слёзы. По её словам и поступкам было видно, что королева по-настоящему ей дорога и быть рядом с ней — это не её долг, а её желание.       — Однако мне нечем будет платить тебе, Авила, — вздохнула Амелиа. — Я не смогу дать тебе ничего взамен на твою заботу. — Ваша улыбка и жизнь вашего сына для меня главная награда, моя госпожа, — улыбнулась служанка. — Хорошо. Если это твоё желание, то я не вправе отговаривать тебя. — Однако уходить нам стоит немедленно, — горничная испуганно обернулась. — Если король согласен на сожжение тела принца, то священники из церкви могут прийти за ним в любую минуту. — Тогда уходим сейчас же, — ответила королева и, встав с кровати, крепко прижала к себе сына и направилась к выходу. Авила открыла дверь и Амелиа с сыном вышла из королевских покоев. Она обернулась лишь на секунду, чтобы в последний раз взглянуть на место, которое большую часть жизни она считала своим домом. Прямо от королевских палат тянулся длинный, серый коридор. По левой стороне тянулись бесчисленное количество дверей, почти все они были цвета похожего на дуб и лишь изредка, некоторые из них слегка отличались оттенками. Слева тянулся ряд из окон, а точнее оконных проёмов. В них не было ни оконных рам, ни стёкол, лишь пустые дыры вырезанные в стене, выходящие на широкий двор, на котором была куча зелени и росло огромное количество самых различных цветов и деревьев. Далее их ждал спуск по невероятно длинной каменной лестнице, уходящей вниз дугой. Каждый из этажей снизу был практически точной копией того этажа, с которого они начали свой путь. «Похоже фантазии у них тут нет.» — подумал Белфагор. Наконец лестница закончилась и вся честная компания вышла на тот самый зелёный двор украшенный цветами. Посреди него к выходу из дворца тянулась длинна тропинка уложенная из брусчатки. Амелиа смело направилась по ней к выходу и Авила поспешила за ней. Новорождённый с любопытством осматривал всё, что их окружало. В общих чертах весь окружающий пейзаж напоминал сцены средних веков, которые он видел на картинах на земле, или же сцены из игр или фильмов. Стража, стоявшая у входа, даже не пыталась остановить королевскую особу, а потому выйти наружу не составило особого труда. За пределами дворца картина была ещё более мрачная. От дворцовых стен тянулся длинный каменный мост, единственный переход через глубокое ущелье окружавшее дворец, на дне которого бушевала раскалённая лава. Дома в столице были однообразные, серые и неказистые. Жители ходили подавленными и опечаленными, словно сама жизнь покинула здешние края. Амелиа и Авила с маленьким Белфагором на руках даже не смотрели по сторонам, спеша поскорее уйти из столицы и как можно дальше. Помимо людей вокруг бродили и иные существа, имевшие самые разнообразные черты. Обросшие шерстью, имеющие звериные головы и иные части тел. Иные и вовсе не были похожи на кого-то или что-то, что когда-либо видел Белфагор. Именно отсутствие знаний о них привлекало куда большее внимание принца к ним, чем к людям. Вскоре они вышли на большую каменную площадь, в центре которой стояла огромная статуя. Статуя изображала высокого, седовласого мужчину с длинными белыми волосами и длинной, белой бородой. Всё его лицо покрывали огромное число морщин. Его давно не молодое тело было очень худощавым и иссохшим. Голову старика украшала золотая корона, похожая на ту, что была на голове Амелии, когда Белфагор увидел её в первый раз. «Значит это мой отец?» — мысленно спросил сам у себя принц. «Данная статуя изображает короля королевства Тартар Вискара Клагоса двенадцатого,» — ответило информационное окно. Белфагор хотел задать ещё несколько вопросов, но уже знакомый ему голос вновь замолк. На обратной стороне площади стояло огромное количество повозок, запряжённых лошадьми, единорогами, двурогами, носорогами и множеством самых разных диковинных зверей. Амелиа с сыном на руках отошла немного в сторону, пока Авила, взяв с собой некоторую часть взятых с собой денежных средств, стала опрашивать владельцев повозок с целью найти транспорт, который вывез бы их за пределы города. Ждать слишком долго не пришлось и вскоре Авила вернулась к своей госпоже. — Я нашла того, кто согласился подвезти нас, — слегка поклонившись, сообщила девушка. — Спасибо тебе от всей души, Авила, — ответила женщина. Юная служанка проводила госпожу с её ребёнком к достаточно большой повозке, гружённой самыми различными товарами. В повозку были запряжены два огромных зверя, внешне напоминающих земных носорогов, а рядом стоял высокий, беловолосый мужчина. Высокие чёрные туфли, чёрные брюки и рубашка, поверх которых был надет длинный, чёрный плащ. — Здравствуйте, — поздоровался он, слегка поклонившись. — Моё имя Фолк. Я бродячий торговец и для меня большая честь отвезти столь прекрасную леди к нужному ей городу. — Благодарю вас, — ответила Амелиа. — Прошу, забирайтесь в повозку. Я почти закончил дела и мы отправимся через пол часа, — предупредил торговец. Молча кивнув в ответ, королева подошла к повозке. Юркая и быстрая Авила подбежала к ней и подхватила на руки малыша. — Забирайтесь, госпожа. Я передам вам юного господина, — сказала она. Вновь кивнув, Амелиа забралась по небольшой деревянной лестнице. Служанка порывалась помочь ей с этим, но королева остановила её. — Я ведь не старая ещё и сама вполне способна забраться туда, — ответила женщина. Следом Авила передала ребёнка матери и, закинув чемодан с вещами, сама забралась в повозку и села рядом с любимой госпожой. Всё это время Белфагор осматривался и подробно изучал окружающий его мир в надежде узнать хоть что-нибудь о том, где он находиться и куда ему предстоит отправиться в сопровождении матери и прекрасной горничной. Вскоре подошёл и хозяин повозки. Фолк спокойно и с едва заметной улыбкой осмотрел повозку и сидящих в ней дам, а затем прошёл вперёд и, взяв в руки поводья, стеганул носорогов. С лёгким скрипом транспорт двинулся с места, довольно быстро покинув площадь и уже вскоре подъехав к городским вратам. У ворот стража задала торговцу несколько вопросов, пока Амелиа и Авила вместе с малышом тихо спрятались за большими деревянными ящиками, заполненными товарами. Ещё пара минут и повозка двинулась дальше, после чего королева, расслабившись, опёрлась на ящики и с облегчением вздохнула. — Это было опасно, — вздохнула Авила почти одновременно со своей госпожой. — Да, — еле слышно согласилась Амелиа. Прошло около десяти часов. Повозка ехала почти не останавливаясь. Королева периодически кормила своего сына грудью, обнимала и старалась всячески ухаживать за ним, в чём ей изо всех своих сил помогала Авила. Белфагор часто осматривал информационную панель, стараясь подмечать любые изменения, однако уже достаточно долгое время из всех показателей менялся лишь его возраст. «Возраст: Один день и три часа» — сообщил голос панели, как его прозвал сам малыш для удобства. Наблюдая за изменениями, он сделал вывод, что сутки в этом мире длятся целых двадцать пять часов, так как лишь после этой цифры в графе показателей появился параметр — день. — Мы подъехали к границе, — послышался голос Фолка. — Там есть пустой ящик, заберитесь в него и сидите тихо, пока я не скажу. — Хорошо, — кивнула Амелиа. Она встала и вместе с Белфагором спешно забралась в пустой ящик. Следом к ним присоединилась и Авила, осторожно опустив на ящик деревянную крышку. Снаружи послышались голоса. Слышимый звук был слишком глухим, чтобы понять о чём они говорят, но было более чем ясно, что торговец общался со стражниками на границе. Отсутствие прибора измеряющего время было большой проблемой, но по приблизительной оценке Белфагор понял, что на пересечение границы ушло около двух часов. Наконец повозка вновь заскрипела и двинулась дальше. Спустя ещё некоторое время послышался уже знакомый голос. — Можете вылезать, — сказал Фолк. Крышка деревянного ящика приподнялась, а затем, скатившись назад, стукнула об пол с глухим, но довольно громким звуком. — Мы уже покинули Тартар? — спросила Амелиа. — Да. Мы уже в землях Зарлас, Ваше величество, — ответил торговец. Эти слова не успокоили королеву, а лишь напугали её. — Неужели вы знаете меня? — тихо спросила женщина. — Разумеется, я ведь ваш подданный, — улыбнулся Фолк. — Тогда ты знаешь, почему я бежала из дворца? — Знаю. Знает уже всё королевство Тартар, — беловолосый мужчина чуть ослабил поводья и продолжил с мрачным видом. — Пусть вашему сыну и не суждено прожить дольше четырёх дней, но это не даёт права церкви избавляться от его тела. Как человек и как отец я прекрасно понимаю ваши чувства, а как подданный я обязан сделать всё, чтобы помочь вам. — Благодарю, — вздохнула Амелиа. — Большое Вам спасибо, — поклонилась Авила. — Здесь, в землях Зарлас вам уже ничего не грозит, однако не сочтите за дерзость, но думаю вам стоит уехать ещё дальше, — со смиренным видом сказал Фолк и вновь сосредоточил всё своё внимание на дороге. Белфагор спокойно обдумал всю полученную информацию и вновь взглянул на мать. Глаза Амелии всё ещё излучали печаль и тоску. Малыш потянулся к ней и обхватил своими маленькими ладошками её руку. Как и в прошлый раз, это сработало. Женщина мило улыбнулась, взглянув на сына, и крепко обняла его. В это время сам мальчишка с интересом стал рассматривать проплывающие мимо повозки пейзажи, которые крайне сильно отличались от земель Тартар. В землях Зарлас не было ни горящих вулканов, ни лавовых рек, какие он видел на родине. Вместо этого Зарлас буквально был погружён в леса и болота. Он словно оказался в нескончаемом зелёном тумане, среди которого лишь изредка можно было увидеть камень или скалу. Вдали виднелись горы, однако и они были в основном зелёными. Долгое время повозка катилась по белой дороге, прорезающей насквозь этот зелёный ковёр. Авила и Амелиа поочерёдно спали на своеобразном матрасе сделанном из соломы, а вот Фолк отказался делать остановки и спать. Торговец объяснил, что эти земли слишком опасны, чтобы ночевать в них и сказал, что останавливаться в этих краях даже на секунду может быть смертельно опасно. Наконец пейзаж резко изменился. Повозка въехала в огромный, белый город. В сравнении с ним, столица Тартар была лишь мелкой деревушкой. Город был невероятно красив, словно был воссоздан из страниц сказаний о богах. Белфагор с восхищением осматривал окружающие его постройки, элементы декора и жителей. Повозка остановилась и Фолк подошёл к её задней части. — Как и обещал, я доставил вас в Асгард, — сказал он. — Желаю вам удачи. — Спасибо вам, уважаемый Фолк, — ответила Амелиа, спускаясь с повозки. Следом за госпожой спустилась Авила вместе с чемоданом. Белфагора до сих пор удивляло то, что маленькая и милая, хрупкая девушка, способна с лёгкостью носить такие тяжести. «Она вообще человек?» — порой задумывался он. Повозка торговца отправилась дальше, а троица путешественников направилась к выходу из города, только лишь с обратной стороны. Это очень удивило малыша. «А в городе остаться нельзя?» — подумал он. На секунду ему даже захотелось задать этот вопрос своей матери, однако не умеющий говорить ребёнок, которому всего один день и девятнадцать часов отроду явно не имел права на голос. К удивлению всех троих на вратах в те края, что называются Делес, не было ни единого стражника, а потому они с лёгкостью смогли пройти. Как теперь увидел Белфагор, врата в этом мире не были преграждающим путь сооружением. Они скорее были похожи на какой-нибудь портал, переносящий из одной точки в другую. Тем не менее с обратной стороны было видно то место, куда ты собираешься попасть. Делес был похож на длинное устье реки, но настолько огромное, что увидеть с одного края другой было невозможно. Недолгое путешествие завершилось в небольшой деревеньке, стоящей на окраине этого удивительного места. Амелиа села на камень и крепко прижала к себе маленького сына. Рядом села Авила и грустно вздохнула. — Ну вот, Белфагор. Это родина твоей мамы. Если тебе суждено умереть, то мы оба умрём здесь, а если Боги будут благосклонны, то здесь тебя ждёт счастливая жизнь, — сказав это, женщина улыбнулась сквозь слёзы, что словно бурная река катились по её щекам. «Нет уж, мама.» — подумал малыш — «Мне хватило и одной смерти, да и тебе умирать из-за меня не стоит. Поэтому мы непременно выживем и найдём способ снять это проклятие.» Белфагор крепче прижался к матери. От этой женщины исходило тепло, чувствовалась забота, чувствовалась любовь. От неё он чувствовал всё то, чего был лишён на земле. Ребёнок, что с рождения проклят, получил наивысшее благословение в лице своей новой матери, а воспоминания о прошлой жизни позволили ему хоть немного подавить своё проклятие, чтобы найти способ жить дальше. Сработает ли это? Покажет лишь время…