Игра начинается

Дэвид сидел на залитом летним солнцем песке. Тёплые волны омывали его ступни. Обувь небрежно валялась рядом, и верхняя одежда тоже. Если бы только увидели его сейчас бывшие согрупники и педагоги, такого умиротворённого, довольного…и беззаботного, как мальчишка. Думая об этом он кайфовал ещё сильнее, ведь…обожал одиночество и уединение. Окончив духовную семинарию на отлично Дэвид открыл в себе способности исцелять молитвами. Опросив исцелённых и свидетелей духовные отцы поняли, молодой священник одарён свыше и творит только добро. Если бы они только знали истинную душу Дэвида, ужаснулись бы и предали его анафеме! Но Дэвид прекрасно понимал это. Многие свои понятия и убеждения, разнящихся с правилами церкви, догмами религии он держал при себе. Одно было неизменно в его душе — искренняя вера и любовь к Богу. После многочисленных собраний святые отцы единогласно решили назначить Дэвида экзорцистом. Их всегда не хватает. Только сначала он должен был пройти обучение этому делу у известного экзорциста Мариуса. О нём ходили легенды. Встретившись с ним в первый раз в осеннем парке Дэвид понял рядом, с таким учителем не забалуешь… Мариус в тот же день решил начать учёбу с практики, и взял ученика на сеанс изгнания. Дочь миллионера с недавнего времени болела падучей болезнью и никто не мог её излечить, по всем признакам она страдала одержимостью. Первые два раза изгнаний урока прошли благополучно и Дэвид не хотел вспоминать о них… Они отнимали много сил и сразу после обряда на несколько минут он становился как бы сам одержим, но бес боялся его и покидал. Больше всего Дэвид боялся этих минут, понимая всю опасность. Мариус с опаской косился в его сторону…но ученик быстро приходил в себя. Когда ему исполнилось четырнадцать лет бабушка рассказала историю отца. И Дэвид загорелся желанием познать Бога…ведь его отца убила одержимая женщина, которую тот любил. Пойти по стопам отца, деда он не захотел. От родителей он унаследовал красивые черты лица и с детства привык держать себя в форме, бег, немного бокса, качалка. Конечно, он всегда нравился противоположному полу, но как-то то был далек от всего этого. В выборе своего пути он был упёртым, умел добиваться своего. А сейчас Дэвид не хотел думать, от слова совсем. У него был волшебный час отключиться, помедитировать. Назавтра предстоял его третий выход, третий урок…он не хотел думать, как всё пройдёт, но просто знал — удачно. — Ты слишком весёлый сегодня — прохрипел низким голосом Мариус, недовольно глядя на ученика. — Не к месту, Дэвид. — Думаю, мы прекрасно справимся! — Я думаю, Дэвид, ты самовлюблённый болван. Никто не может дать гарантии, как и что будет… Дэвид кивнул и сделал серьезный вид…хотя внутри ему было как никогда весело. — Это бес на тебя так действует — пришёл к окончательному выводу Мариус и толкнул дверь квартиры, где их ждала безутешная мать одержимого. десятилетнего мальчика Они изгнали беса. Но когда вышли, Мариус изменился в лице и заговорил не своим голосом, ещё ниже обычного: — Теперь мне интересен ты, а этого старикашку уже давно было пора сдать в утиль! Он мне больше не нужен! Мне нужен ты, Дэвид! Мариус поднял вверх откуда то появившийся в руке нож… — Теперь ты мой, Дэвид, я тебе не дам покоя! — Нет, нет! — закричал Дэвид, оставь его! Экзорцист начал читать сильные молитвы и осенять учителя крестами. Но Мариус перерезал себе горло, и Дэвид онемел… Его нашли рядом с Мариусом, он сидел рядом с трупом с ножом в руке и шептал молитвы, полуприкрыв веки, вглядываясь внутрь своей тьмы, ни на кого не реагируя. Он не знал, каким образом нож оказался в его руке, его не стали слушать, что это самоубийство и учитель сам себе перерезал горло. Его арестовали. После месяца тюрьмы нашёлся весомый свидетель аноним, который поспособствовал, чтобы Дерека не только выпустили, но и не лишили должности экзорциста. Ибо, эта работа очень сложная и мало кто хотел этому посвятить свою жизнь, в отличие от Дерека. Он был готов на всё ради Бога в которого свято верил. У него Он был свой. Поговаривали, что вытащил Дэвида из тюрьмы высокое духовное лицо, предпочитая остаться инкогнито. Не без участия самого Папы. К сыну приехала Карен, и Дэвид после тюрьмы сам не ожидал, что будет так рад её визиту. В отличии от обычного, они в этот день вели себя менее сдержанно. Мать часто обнимала сына, гладила по голове, а Дэвид всё глядел на свою красавицу мать и улыбался. Ему нравилось на неё глядеть…раньше он не замечал, насколько она красивая… — Мама, тебя послал сам Бог мне в утешение… — Да…имя ему любовь, мой сынок…я так за тебя переживала, когда узнала, что ты в тюрьме, но Бог, он всё видит, и знает, что ты не виноват…ты был не при чём! Нашёлся добрый человек, помог, знать бы кто он! — Давай больше не будем, матушка моя…как ты там с бабулей, сколько мы не виделись? — Ну, где-то с полгода, сынок, а кажется, будто год… — И мне, мам, как будто, намного дольше не виделись. В дверь позвонили. Дэвид открыл. Перед ним стоял пожилой, коренастый мужчина с залысиной на голове, оставшейся от когда-то былой пышной, шевелюры. По его взгляду нельзя было понять, что он выражает…ничего. Пустой. Его губы зашевелились: — Я детектив Роджер… — Очень приятно, а я Дэвид… Я знаю, кто вы, и пришел сказать два слова. Отныне, с этого вот момента, я буду неотступно следить за вами. — Вы секретный агент? Самого папы наверно? Дэвид хотел перевести всё в шутку и улыбнулся, но детектив ожил и посмотрел на священника таким грозным взглядом, что Дэвид осёкся. Но, собравшись с мыслями, ответил: — Мне скрывать не́чего, и бегать не от кого, секретов не имею, может вы сразу у меня поселитесь, чтобы удобней было следить? — Нет…это слишком! — грубо ответил детектив и развернувшись, ушёл. — Что это было? — подумал Дэвид. Он развернулся. На него глядела взволнованная мать: — Что это было, сынок? — Мам, это телепатия, ты прочла мои мысли… — Я серьезно, а ты опять шуточки! — Так и я серьёзно мам! Всё нормально…