Глава 6.

«За прекрасным всегда скрыта та или иная трагедия. И для цветения скромного цветка мука мира должна быть горька.» © У. Вордсворт Джеймс. Никогда в жизни я ещё не волновался ни за кого. Никогда в жизни не пытался помочь кому-то. Всего за два дня девчонка накрепко поселилась в моей голове. Стоя за дверью, я не понимал, как на её хрупкие плечи могло лечь столько происшествий. Мне казалось, что любое новое потрясение послужит для Сары нервным срывом. — Джеймс, извини меня, — копна белых волос высунулась из-за приоткрытой двери, и два голубых уставших глаза уставились на меня. Самым отвратительным было то, что она извинялась. Я ненавидел извинения в любой форме, но то, что она извинялась ни за что, выбило меня из колеи. — Лучше бы просто поблагодарила, — отрезал я, развернувшись на пятках. — Даже сейчас ты ведёшь себя невыносимо, — Сара поплялась за мной, насупив нос. — Я такой, какой есть, — отрезал я. — Ты даже не пытаешься измениться, — голос девчонки дрогнул, хоть она и пыталась показаться грозной и злой. Её фраза поистине задела меня, и я, резко развернувшись, выпалил то, о чем позже очень пожалел. — Пытался измениться я раньше, когда был пустым сосудом без своего мнения и жизненной позиции. Когда об меня вытирали ноги: только тогда я пытался измениться. Я стал тем, кем стал и меняться в обратную сторону ради тебя не собираюсь, — девчонка посмотрела на меня пораженным взглядом, сведя брови к переносице. — Я не прошу тебя меняться ради меня, Джеймс. Я прошу относиться к вещам с большим интересом и осознанностью за свои действия. — Я осознаю, что я делаю, — бросил я, и пошел дальше по коридору. *** — Почему тебя не было сегодня на занятиях, — Василий Николаевич сидел в своем громоздком кожанном кресле, спинка и подлокотники которого были обрамлены золотом. Рядом с его руками на столе лежали очки, обычно покоившиеся на его переносице. — Я не смогла присутствовать, извините, — девчонка опять извинялась за то, в чём не была виновата. Меня это раздражало. — Могу поинтересоваться, почему? — ректор положил свою голову на руку, пытаясь сохранять безразличное выражение лица. — Я не думаю, что вам это будет интересно, — Сара опять попыталась выглядеть зло и грозно, но у неё снова не вышло. — Честно говоря, ты права. Мне совершенно безразлично, — Василий Николаевич показушно зевнул и уселся в новое для себя положение: развалился насколько мог и сложил руки на груди. — Тогда я искренне не понимаю, зачем я здесь, — Белоснежка пододвинула стул ближе к столу, аккуратно кладя руки на край стола. В этот момент я заметил на её безымянном пальце левой руки серебряное кольцо с камнем, похожим на розовый кварц. — А вот это самое интересное. Ты веришь во что-либо иное, кроме человека? — лицо ректора впервые отразило что-то более, чем безразличие. — Если я верно поняла ваш вопрос, завуалированный под метафорами, то да. Я верю в Бога, — Сара испустила нервную усмешку. — Зря смеёшься, молодая леди. Ты веришь в эзотерику? — теперь была моя очередь испустить нервную усмешку. — Василий Николаевич, если говорить откровенно, меня всегда интересовала данная тема, но, к сожалению, восхищение этими знаниями мне отбила моя мать, — теперь нервная усмешка отразилась на лице ректора. Я искренне не понимал, почему она не знает самого главного. — Сара, я расскажу тебе историю. Только ты должна пообещать мне, что выслушаешь, не будешь перебивать и попытаешься поверить. — Думаю, у меня нет особого выбора, поэтому обещаю. — Выбора у тебя и вправду нет, поэтому слушай. Джеймс, тебе тоже будет это полезно, поэтому перестань витать в облаках, — вот вся суть ректора. Он всегда считал, что я витаю в облаках. На самом же деле я не пропустил ни одного слова мимо ушей. *** — Это был далёкий 1687 год. В Москве впервые открылось высшее учебное заведение, куда поступил совсем молодой и неопытный юноша. С ним вместе училась красивейшая девушка во всём мире. Её рыжую макушку можно было разглядеть с другого конца коридора. А в ярко-зеленых глазах девушки юноша тонул как в Мировом океане. Девушка была из Речи Посполитой, нынешней Польши. На сколько я помню, она приехала в Россию, чтобы лучше изучить славянский язык, но это не главное. Наш юноша влюбился в девушку и как оказалось, это было взаимно. Но они не могли быть вместе: она была ведьмой, а он охотником на ведьм. Это мало им мешало, пока родители девушки не узнали о происхождении её молодого человека. Девицу забрали из России, боясь её смерти. Молодые люди несмотря на запреты родителей всё равно продолжали общаться. Это происходило редко из-за отсутствия телефонов: ребята общались телеграммами, а письма доходили очень долго. Но так или иначе, их история любви продолжалась: юноша писал ей стихи с признаниями в любви, девушка, в свою очередь смеялась над ними, но всегда отвечала тепло и приветливо. Наступил 1693 год и по всему миру вышел закон: при виде ведьмы, убить её непосредственно жестоко. Охотники на ведьм не могли ослушаться, и начали истреблять всю расу. Юноша прекрасно знал, где жила молодая девица, но он бы никогда не пошёл на убийство своей любви, поэтому тщательно скрывал, что знает ведьму. Молодой человек ждал телеграмму от своей возлюбленной, но прошли месяца, а ответа так и не поступило. Парень начал думать, что девушку нашли и убили, и горевал по этому поводу. Но спустя два года в дом юноши постучал почтальон. Он принёс письмо от девушки. Молодой человек, даже спустя столько времени искренне обрадовался известию: «Она жива!». К сожалению, распечатав письмо и прочтя его, он горько заплакал: " Дорогой мой Василий! Я очень сожалею, что не писала тебе так долго, но на это были причины. Я не хочу долго тянуть с предысторией и начну с главного: я нашла другого! Прошу не винить меня за это, так уж распорядилась судьба, что мы с тобой не можем быть вместе: это слишком опасно для меня. Мой новый молодой человек очень хорош собой, но я его не люблю. Моё сердце навсегда принадлежит тебе, дорогой мой Василий. Я начала жить как обычная смертная: я забыла о своих способностях и пытаюсь скрывать свои волосы. Не волнуйся за меня, я уверена, что ближайшие сто лет меня не убьют. Надеюсь, что ты не будешь держать на меня зла. Может быть, что довольно вероятно, ты забыл меня и так и не прочтешь это письмо. Думаю, так будет даже лучше. Но не вини меня! Я выбрала быть живой, надеюсь, ты меня поймешь! С вечной любовью, Беатрис.» Юноша не мог злиться на свою возлюбленную, но простить так и не смог. Прошли столетия: бессмертность охотников на ведьм давала свои плоды. Но наш герой так и не смог разлюбить свою бывшую спутницу. И лишь недавно она объявилась: Василию поступил звонок от незнакомого номера. Услышав голос в трубке он не смог удержать слёз, ведь за все эти годы так и не смог полюбить ничей голос, кроме этого. Голос сообщил ему, что у девушки есть дочь, которую срочно нужно спрятать подальше от дома: бывшую возлюбленную обнаружили охотники и со дня на день её убьют. Наш юноша в миг забыл старые обиды и решил, что дочь Беатрисы будет направлена первым рейсом в Москву. Он пытался отправить сюда и Беатрису, но все уговоры были тщетны: она не хотела подвергать опасности дочь. Спустя день, как дочь прибыла в Москву, Беатрисы не стало, — Василий Николаевич впервые переменил монотонный диалог и заплакал.