Ученик Учихи

Если бы у Боруто был выбор: каждый день просыпаться рано утром или сразиться с парочкой опасных врагов, он незамедлительно выбрал бы второе. Однако его жизнь кардинально изменилась с тех самых пор, когда он перестал восприниматься всеми как Боруто Узумаки. Уже на протяжении года они вместе с Саске-саном скитаются по миру, тренируясь и скрываясь от поисковых отрядов. Все великие страны ищут их с целью ликвидации, изучая каждый уголок на всех континентах. Именно поэтому учитель с самого начала привил Боруто привычку просыпаться с восходом солнца, ведь задерживаться на одном месте довольно опасно. А даже если их пристанище послужит им убежищем на несколько дней, режим, установленный мастером, нарушать нельзя, ведь тренироваться и заниматься делами выживания порой приходится целый день. Сегодня был один из таких дней, поэтому Боруто, уже порядком адаптировавшись к раннему подъёму, поспешил привести себя в чувство. Он вышел из небольшой пещеры, спрятанной в лесной чаще, и направился к реке. Он любил наслаждаться этим моментом, когда природа только-только пробуждалась вместе с ним. Лёгкий ветерок, еле ощутимая роса на ногах и пение птиц прекрасно дополняли роскошный вид на открывшиеся просторы реки Исикари. Вода хоть и была не самой чистой, но это никак не мешало наблюдать за размеренным течением и пользоваться этой водой для утренних процедур. Умываясь, Боруто обратил внимание на своё отражение, где на него смотрел парень с небольшим шрамом вдоль правого глаза и густыми волосами средней длины, успевшими отрасти за этот год. Его любование отвлёк рассекающий звук куная, по ощущениям направленный в район правой ноги. Боруто перекатился, встав на колено, и тут же поймал второй кунай, остановив его в нескольких сантиметрах от лица. — Такими темпами вы лишите меня и левого глаза, учитель! — Ничего личного, фактически ты поступил со мной точно так же, — с издёвкой ответил дядя Саске, улыбаясь и опираясь о дерево. — Ты уже закончил? — Да, готов к долгим и мучительным тренировкам! Они выдвинулись в сторону небольшой площадки, на которой находилось чуть меньше деревьев. Обычно именно там Боруто тратил всё свободное время, оттачивая как свои базовые, так и новые навыки. Саске-сан был хорошим учителем: он знал, что и как нужно делать. Особенно Боруто гордился своими успехами в области кендзюцу, не выглядя на фоне мастера ребёнком с деревом в руках, а предоставляя учителю уже неплохого спаринг-партнёра на мечах. Конечно, пока что Боруто ограничивался в использовании настоящей катаны, хоть и имел опыт обращения с ней ещё со времён академии Ниндзя. Как-никак интенсивность тренировок требовала ещё и безопасности, покуда он мог не рассчитать силу и ранить Саске-сана, пока тот всего лишь ожидал отработки отдельных выпадов. Тем не менее, как оказалось, направлялись они чуть левее от импровизированного тренировочного полигона, к месту отдыха. Здесь не было ничего примечательного: два камня и удобное место посередине для костра, а вокруг — невысокая трава и редкие для этой местности цветы. Хоть они находились в этом месте лишь во второй раз, Боруто почему-то оно пришлось по душе. Ничего лишнего — просто приятная и красивая атмосфера природы. А может быть, в компании учителя любое место будет каким-то особенным — порой Боруто казалось именно так. Будь он сам по себе, наверняка не выдержал бы, впал в отчаяние и помер от рук Кода и его прихвостней. Или того хуже поддался бы слабости и предоставил тело Момошики, чего тот только и дожидается. Рядом с дядей Боруто чувствовал себя комфортно и в безопасности, не волнуясь за собственную жизнь. — Эй, Боруто, ты чего задумался? — Ой, простите, просто рад, что вы здесь, учитель, — честно ответил ему Боруто, вызвав у него хоть и небольшую, но настоящую улыбку. — Что-то ты слишком сентиментальный в последнее время, не похоже на тебя. Первые полгода только и видел кислое лицо, — хмыкнул дядя Саске, но в этот раз в его голосе не было слышно издёвки, скорее заинтересованность. — Не уверен, но почему-то после нашего путешествия я всё больше верю в свои силы и чувствую, что наслаждаюсь жизнью, а не мучаюсь и жду смертного приговора. И это всё целиком и полностью Ваша заслуга! Дядя ничего не ответил, повернувшись куда-то в сторону. Из-за камня он достал тёмный, чуть поношенный плащ, очень похожий на его собственный. Учитель смотрел на него пару секунд, после чего просто отдал. — Надеюсь, тебе понравится, ты вроде хотел себе такой. Боруто был в неком оцепенении, молча переводя взгляд от дяди к плащу и наоборот. Этот старый, грубоватый на ощупь плащ значил для него куда больше, чем просто одежда. Это почти такое же чувство, как и тогда, когда учитель отдал ему свою повязку. Хоть это и не было личной вещью Саске-сана, но наверняка это было от чистого сердца. — Спасибо, учитель! Это… очень ценный подарок, я всегда буду носить его! — Не думал, что ты прям так обрадуешься, это же всего лишь одежда, так тебе будет теплее. — Ого, Вы даже нашли плащ с розовыми вставками внутри, он очень крутой. И нет, это не просто одежда — это подарок от Вас. Для меня это дороже любых денег. И вот опять, как бы он ни пытался, но Боруто успел изучить дядю: он видит, как тому приятно такое слышать, хоть и мастерски скрывает эмоции. Это и нравилось Боруто в нём: его стальная выдержка и полный контроль над эмоциями, а потому видеть такого Саске-сана являлось не менее ценным, чем его подарок. Поспешив примерить на себе обновку, Боруто сразу почувствовал некий уют и заботу, как только плащ коснулся его плеч. — Кстати, дядя Саске… то есть мастер! А как Вам мой стиль Учиха? Мне кажется, или я уже похож на вас? — Хм, ты всё ещё вылитый Наруто, поэтому ты похож на неудачника, только в плаще. Так что давай лучше проведём ещё один спаринг, тебе нужно продолжать управляться с мечом. — А вот и неправда! Ещё немного — и я совсем стану самостоятельным! В следующий раз уже я Вас буду защищать и спасать, вот увидите. Вы будете гордиться мной, обещаю. Дядя Саске слез с камня, прихватив с собой катану, после чего посмотрел в лицо Боруто. Он ничего не сказал, молча направившись в сторону площадки. И лишь когда они выдвинулись, Боруто услышал его слова: — Я уже горжусь тобой, Боруто…