Часть 1

Вьюга вьюжила. Метель мела. Пурга пуржила. Снег снежил. Он покрывал все видимое и невидимое пространство. Зима вошла в свои права и щедро делилась этим самым снегом. Людишки волновались, копали сколько могли, нанимали грейдеры для растчистки. Но к Новому году все равно готовились. Закупали в запас икру красную и черную, а кто и баклажанную. Шампанского — кто пару бутылочек, а кто и пару ящиков. Ну кто на что рассчитывал. Селедку, зеленый горошек и кукурузу в банках тоже готовили. Елки еще не покупали. Рано. А чего рано? Наряди себе в любое время да ходи любуйся. Да и живые ели и сосны тоже продают уже. А какие они живые? Они уже мертвые. Ведь срубили же. Жизнь в них еще держится, смолой сукровится из порезов. Плачут елки. Ох, как плачут. Ну ничего, леса тоже надо прореживать и обновлять. Дед Мороз приветствовал искусственные ели. Вон их сколько — и снегом припорошенные, и с ветвями вниз и вверх. Дед Мороз уже проверил. Все крупные магазины отчитались об открытии елочных и игрушечных базаров. Чем больше украшений, тем лучше. Надо встречать Деда Мороза и Новый год радостно. Тогда и год такой будет. Опять же подарки надо покупать. И чего люди в подарки покупают мультиварки и дрели? Нет бы красивые пряники, теплые свитера и шарфы с Дедом Морозом. Лыжи в конце концов. Ведь зима же — катайтесь, любуйтесь природой, пейте горячий чай ну или глинтвейн. Смотрите на сов и снегирей. Катайтесь на санках. Так нет же. Опять носки, трусы, и стаканы. А потом эти стаканы и бокалы пылятся в ожидании гостей и уже не в стеклянных сервантах, а на закрытых полках в коробках. Ну нету сейчас сервантов. Дед Мороз понял, что слишком много времени потратил на раздумья. Надо опять письма сортировать. Читать пожелания. Потом подумал. Ну и пусть опять просят мультиварки. Это значит жизнь продолжается. Опять же облегчение хозяйке. Дети опять просят айфоны и смартфоны. Вот Лего стали просить меньше. А оно понятно. Тик-Ток круче Лего. Дед Мороз и сам иногда поглядывал про приключения Санты. Отметил, что избушка того в этом году красиво оформлена. Все в еловых ветвях, тех же пряниках расписных. Потом увидел камин. И зачем Деду Морозу камин? Греться что ли? Так нет. Морозиться ему надо. Потом заметил, что у Санты в камине не дрова приготовлены, а лед колотый. Вот как значит греется Санта? Рассмеялся. Тяжелый стук в дверь удивил старого. Кто может так стучаться? Неужели Снегурочка опять на бровях приползла? Что делать с этой девкой, Дед Мороз никак не мог решить. И без нее нельзя, и с ней нельзя. Слишком охоча до компаний веселых. Вот так всегда: вышел с ней, вернулся без нее. Лучше бы это был внучок. Какой-нибудь малёха. Таскался бы за дедом и деткам веселей было бы. Удары в дверь усилились. Казалось, что кто--то кулаком дубасит. Неужели Санта приехал? Дед Мороз недавно запустил на ютюбе смешной ролик с Дед Морозом Америки, и уже было несколько миллионов просмотров. Видать и Санта увидел. А кто такой Санта? Главный конкурент Деда Мороза. Теперь русские дети и ему письма пишут. Дверь была недежно закрыта на засов. Дед Мороз кряхтя снял дубину и дверь моментально распахнулась. Мороз даже отлетел, как по лбу приехало. В дом ворвался мужчина лет тридцати. Сразу было видно, что он очень зол. Вот тебе и дела. Никогда в доме Деда Мороза не было человека. Снегурочка была, ежики да мишки там всякие были, за подарками приезжали. А вот чтобы человек появился — это было впервые. — Ну здравствуй, дед, — сказал разъяренный мужчина. — Я нашел тебя. А то все посылали в Великий Устюг, а там сидит мужик ряженый. Я это сразу понял. Бутылку водки увидел у него под столом. А когда вытряхнул его из костюма, то он в трениках китайских и майке-алкоголичке. А ну покаж, что у тебя под шубой. Дед Мороз понял, что ругаться с этим мужиком не надо. Да и стесняться ему нечего. Распахнул полы шубы. А там трусы в елочку, майка в снежинках. — У тебя цивильно, — похвалил мужик. — Я пришел, чтобы разобраться с тобой серьезно. — Да что случилось-то, мил человек? — спросил наконец Дед Мороз. — И как адрес нашел? Неужели в интернете нашел? Так нет его там. Моя служба работает над этим вопросом. — Санта дал, — ответил мужчина. — Я в шутку ему письмо послал, а он взял и ответил. Сказал, что сам к тебе поедет. Вот он мне ответил, не то, что ты. — Значит, все-таки Санта, — задумчиво протянул Дед Мороз. — Так в чем твое дело? Зачем я тебе понадобился? Мужик подошел к Деду, поднял его под мышки и посадил в его же кресло. И шапку натянул на лоб, чтобы не спАла. Поставил стул напротив и сел на него в раскоряк. Руки на спинку положил. — Вот теперь и поговорим. Ты чего, старый ты пердун, всю жизнь меня игноришь? Я тебе письма писал с пяти лет, как читать и писать научился. Никто не умел, а я умел. Потому что сам тебе хотел написать. А не как сейчас дети: — Алиса, напиши письмо Деду Морозу. — Вот будешь получать правильные красивые слова. Только они механизмом написаны. — Понятно, — ответил Дед Мороз, — я уже это давно понял. Дура, эта Алиса. Одно и тоже пишет. И чего это я пердун? Лошадь одна не удержалась, пернула, а записали на меня, значит? А тебя ведь зовут Вовочка? Мужчина даже вжался в стул. — Ну Вовочка. И что? Мама так всегда звала. А нету уже мамы. Теперь Владимир Алексеевич. — Вовочка, так помню я твои письма все до одного. Значит, говоришь никогда не выполнял твои просьбы и желания? Дед Мороз погладил свою бороду. — Не выполнял, старый. Ни разу. Ни одного. Как будто не было меня. И обидно стало за всю жизнь. Почему остальным дарил, а мне нет? И не говори, что это не мама мне дарила. Мама читала мои письма и дарила, что я просил, но от твоего имени. Это я узнал в десять лет. Видел как она вскрыла письмо, прочитала, заклеила и в ящик почтовый бросила. И так до моего шестнадцатилетия. Я ей не говорил. Не хотел расстраивать. Знал, что болеет смертельно. Но ты мог мне подарить хоть раз, ведь ты, оказывается, настоящий. Есть у тебя какие-нибудь объяснения для меня? Если нет, то сейчас огрею тебя деревянной колдобиной по голове и уеду на своем снегокате. А ты будешь тут лежать и все подумают, что умер от старости. Ведь должен же ты умереть когда-нибудь? Все умирают, хотя и обещают не умирать. — Вовочка, — начал отвечать Дед Мороз. — Неужели ты правда веришь, что я могу умереть? Я же уже холодный несколько веков, я давно мертвый. Ну тот, чье тело я ношу. А душка-то, которая во мне, она бессмертна. Ой, извини, не Вовочка. А Владимир Алексеевич. Вырос ты, Вовочка, ой как вырос. Значит, обиду на меня затаил? Посчитал, что я виноват в этом? А у меня, Вовочка, были обстоятельства. Не каждому дано это узнать. Но тебе расскажу. Выслушай меня, а уж потом верши свои дела. И как ты сам не замерз, пока меня искал? Тут ведь температура для вас людей не очень подходяща. Минус восемьдесят. А может и восемьсот. Ну спрашивай теперь. Пришла пора дать тебе отчет. — Дед, неужели тут такая температура? Не может быть. А вообще может. Гнев меня жжет за все эти годы. Что мать ругал, когда она говорила, что подарки от тебя будут. А сама бежала покупать и дарить втихаря. Говорила, что ты приходил, когда я уже спал. И добудиться меня не могли. И когда я под дверью уснул, а проснулся с синяком, то сказала, что этот Дед Мороз дверью шибанул. Распахнул сильно, чтобы порадовать. И попал мне по лбу. Это я потом понял. Что я стоял у двери, чтобы тебя не пропустить, и уснул. Сам шарахнулся головой об пол. — Не о том говоришь. Говори, что тебя интересует. А то, если честно, сам не знаю — сколько ты выдержишь на такой температуре. И санки твои к херам замерзнут. И да, Дед Морозы тоже матом ругаются. Почитай, что твои санки уже глыба льда. Как остановился, так и замерзли. Так что это твое последнее путешествие в этой жизни. Сам для себя решил. Решил меня наказать? А наказал себя. Спрашивай, пока отвечаю. Дел у меня полно. Знаешь еще сколько таких как ты? — Дед Мороз потряс кипой писем, — И все обижаются на Деда Мороза. — Дед. Почему ты мне такую страшную пожарную машину подарил? Пластмассовая, она развалилась у меня в руках. Я плакал потом неделю. — Не так все было. Я принес тебе в подарок хорошую машину из металла. У нее даже колокол был. Но мама твоя отдала ее другому мальчику. Он жил в соседнем доме. Это было его последнее желание. Он думал, что умрет до Нового года. Поэтому письмо мне на написал. А не умер. Машину хотел пожарную. Родители с ног сбились, не могли найти. А мама твою отдала. Мальчик умер на третий день с машиной в руках. А тебе мама смогла выпросить старую у других соседей. У них уже дети выросли. Вот так дело было. Ну что молчишь? — Моя мама так сделала? — Вовочка был ошарашен. Оказывается. все не так было, как он знал? — Ну что? Ты бы сам отдал эту машину, если бы знал? — спросил Дед Мороз. — Не знаю, — честно ответил Владимир Алексеевич. — Мал я был тогда, многого не понимал. Жаден был. Ну а меч? Почему ты мне меч не подарил? Дал какую-то пластитиковую палку. — Подарил. Вот клянусь, что подарил. И забрал. Ты подержал в руках, и я забрал. И дал тебе пластиковый меч. Потому что детям нельзя настоящие мечи. Ты собирался убить им во дворе кошку и собаку, чтобы похвастаться перед пацанами. Нельзя детям такие игрушки. Они много не понимают. А пластиковым ты потыкал в диван, стул, в дерматиновую дверь. И остался нормальным мальчиком. Не убийцей. Вот поэтому ты остался без настоящего меча. — Дед, а деньги? Я просил много денег. Скажешь, ты тоже мне не отдал, а отдал маме? — Ну деньги детям не игрушка, как и спички. Спички ты, кстати, тоже просил. Хотел посмотреть, как будет гореть украшенная в зале елка. Ты хотел стать пожарным. Вот и собирался показать всем, как умеешь тушить. Так вот. Деньги я тебе дал. А ты сразу отдал маме на лекарство. Ведь ты же просил для нее? — Странно, — сказал Вовочка. — Этого я совсем не помню. Но знаю, что однажды под Новый год мама купила себе дорогущее лекарство, и после этого прожила еще десять лет. А вот второй раз не успели купить. — Ну что? Когда убивать будешь? — спросил Дед Мороз. Надоела ему уже эта бодяга. Ну пусть саданет доской или чем там у него? Ну притворится старик мертвым. Может даже холодной крови выпустит. Ледяная кровь у Деда Мороза, голубая и чистая как вода в реке. И пусть уходит. Ему все равно ничего не докажешь. У него свои детские воспоминания. Он себе свою жизнь представлял по другому. А жизнь она тем и интересна. Что думаешь одно, а на самом деле происходит совсем другое. Не надо торопиться делать выводы, чтобы потом не выглядеть смешным или вообще идиотом. И кто знает — где она эта правда? Дед Мороз вообще мог нагородить что угодно. И посохом уделать этого Вовочку. Дать один раз по башке — и будет лишняя стеклянная скульптура около какой-нибудь городской елки. А кто подарил? Да спонсор, пожелавший остаться неизвестным. А потом растает и прощай, Одесса-мама. А деньги за перевоз и установку спишут в тройном размере. Вот ведь ворюг развелось. Да и вообще, кто поверит в этот бред? Если даже Вовочка расскажет кому-нибудь, то люди рассмеются. Доехать до вершины Северного полюса на бензиновом снегокате и разговаривать там с самим Дедом Морозом? Да нет его. — Дед Мороз, вот интересно, а в этом году ты собирался хотя бы прочитать мое письмо? Я уж не говорю, чтобы выполнить. Да ты и ни хрена не можешь. Это все сказки. И сам ты моя фантазия. Наверное, я наркоты принял где-нибудь в баре. Сейчас подсыпают всем подряд. Кому ради смеха, кому из-за денег. Вот и сижу с тобой разговариваю. Самому смешно, — ответил Владимир. — Да видел я твое письмо. И ответ тебе будет, поспешил ты ко мне прибыть. Сидел бы дома да ждал как обычно, — ответил Дед Мороз. — А ты приперся сюда. Отвлекаешь меня от бездомных и действительно хороших людей. Папашку загадал увидеть? Правильно говорю? Владимир распрямился на стуле. — Так вот Вовочка, что тебе мать говорила про него? Что летчик? Что моряк? Танкист? Ну так кто? — Мама говорила, что наш папа сбежал с какой-то проституткой. Больше мы о нем никаких сообщений не знали. Она даже заявление в полицию писала. Но там только посмеялись. И больше мы его не искали. — Врала она тебе, Вовочка. Не было такого. Не хотела, чтобы ты переживал. Убили твоего папашку, когда тебе пять лет было. Полез женщину на улице защищать, вот и получил перо под ребро. А ты так плакал и волновался, что мама твоя придумала эту проститутку. Чтобы ты не любил отца, а ненавидел его. Не хотела чтобы ты расстраивался. Лучше ненавидеть. Вот так решила твоя мама. На то она и мама — она знает, как лучше. Так что твоя встреча с отцом может состояться только в том случае, если ты попытаешься меня убить. А там и с мамой встреча близко будет. Решать тебе. Дурак ты, Вовочка. Пришел Деда Мороза убивать. Лучше бы сына своего воспитывал. А то бросил, хернёй всякой занялся. Дед Мороз ему помешал. Владимир аж подскочил на стуле. — Какого сына? Нет у меня никакого сына, — буквально завопил он. — Есть, Вовочка, есть. Совал свою пиписку разным девкам. Они аборты понаделали. Сгубили души малые. А одна — честная перед Богом — оставила душеньку, родила. Одна мается без денег и родни. Сирота она. Да ты сам сирота уже. Мамке твоей Царствие небесное, — продолжил Дед Мороз. — Ну что? Давай решай. Убивать будешь? А то я работать начну. — Дед. А можно мне вернуться домой? Как вернуться? — спросил Владимир. — Да как приехал, так и уедешь. Таблетку свою прими. Вон в кармане лежит. Отсюда вижу. Носом чую, — ответил Дед Мороз. Владимир достал таблетку из кармана. Проглотил ее. Что за таблетка, Вововчка не знал. Но Деду Морозу доверял. Выбежал за дверь и Деду Морозу было видно, как он закусывает снегом, чтобы лучше проглотить. Сел на свой снегокат. Завел его. И ведь завелся. И рванул незнамо куда. А Дед Мороз только усмехнулся. Достал из пачки письмо. И поставил галочку. — Танечка, вот и исполнил твое желание. Ты хотела, чтобы отец Ванечки вернулся и признал его. Так послал я его к тебе и теперь у тебя все будет хорошо. Он — мужик богатый. Теперь с Ваней будете как сыр в масле кататься. Только ты его не слушай. Что будет рассказывать, то принимай, кивай и соглашайся. В семье мужчина всегда главный. А Вовочка, а если конкретней — Владимир Алексеевич забегал в ему известный подъезд. Звонил в звонок как суамасшедший. Дверь ему открыла заплаканная Татьяна с сыном на руках. — Вова, я думала, что ты никогда не придешь. Вот и Ваня хныкает. Я елку сама поставить не могу. Он все время отвлекает. Кошка игрушки раскидала. А я холодец сделала. Торт испекла. Может, ты зайдешь к нам? Владимир Алексеевич бросился к своим родным и любимым. Сегодня он первый раз будет отмечать Новый год с семьей — будущей женой и сыном. Он будет есть оливье с особым вкусом, пробовать женин торт. Они будут пить шампанское. Владимир достал из-за спины пакет. Там была куча фейерверков и хлопушек. — Мы будем весь Новый год стрелять. И хочу быть таким, как все. Кричать «С Новым годом», танцевать и прыгать около елки. Я не хочу никаких подарков кроме тебя и сына. И спасибо, что вы есть. Теперь моя жизнь станет другой. Я люблю вас. А Таня плакала от счастья. Ванька тоже хныкал. Ну раз все плачут, то и ему надо плакать. Владимир Алексеевич теперь будет так отмечать каждый Новый год, а не один день. Дед Мороз продолжал разбирать письма. Дел еще много. Новый год уже в пути. Пишите письма Деду Морозу. Ну а вдруг?