Часть 3

Я в группировку зашла только вчера и в тот же день мне показали их «берлогу», а так же со всеми познакомили. Я узнала только их клички, постепенно стала узнавать настоящие имена и историю их кличек. Мне было интересно какую же кличку придумают Максиму Агапову. Я вроде не отличаюсь чем то и мы не так долго знакомы чтобы они придумали кличку по истории связанной со мной. Весь день они рассказывали мне про историю создания этой группировки. После чего я пошла домой, но за мной увезался Адидас младший или Марат. Я сделала вид что не заметила его шла, но он понял мой план и оказался рядом. — из какой ты школы? — спросил Марат. Было ощущение что все план провалился, вот он узнал и все конец. Я не знала никакие школы тут, кроме своей и бывшей школы Максима. Я безразлично посмотрела на него, а мысленно думала что ответить. Не скажу же я что учусь в школе интернате для девочек. — третья. — я до жути боялась что он скажет что он тоже там учится. К счастью он был из другой школы. Я облегченно вздохнула. — Знаешь ты очень похоже на одного чушпана который хотел пришиться к нам. — сказал он внимательно всматриваясь в мое лицо. Я была удивлена и надеялась что он не о моем брате. — Ты что меня только что чушпаном назвал? — огрызнулась я. Марат мотнул головой и я успокоилась хотя бы не подозревают. — Ты какой то агрессивный Максим. Кстати тебе бы стиль сменить, а то реально как чушпан. Я грозно посмотрела на него. Марат только ухмыльнулся. — Какой же ты эмоциональный. Обычно новички слишком поддакивают чтобы им не пришлось выполнять грязные поручения старших, а ты очень смелый. Я остановилась на секунду, а затем пошла в том же темпе. Я даже не знала что бывают поручения, грязные. Что это значит? — Тебе повезло, тебя же сразу взяли благодаря Вове. — Адидасу, — поправил он мне, но мне было плевать. — у меня определенно есть привилегии, но я тут за счёт своих заслуг — мне нравится твой оптимизм. — усмехнувшись сказала я. Со временем я замерзла на улице. — я иду в сторону центра. Не хочешь со мной? — спросил он. Я мотнул головой отрицательно. — можешь смеяться, но меня дома ждет мать. — не чему смеяться. Ты за кого воспринимаешь меня? — За группировщика. — я тут же прикусила язык. Черт, что я сказала. — Думаешь группировщики такие? Тогда зачем вступил к нам? Боишься нас, потому решил быть ближе? — не неси чепуху. Стала бы я…- я быстро поняла ошибку и исправилась.- стал бы я тогда приходить и выбивать себе место кулаками? — Не обижайся, но ты очень похож на девчонку. — Знаешь ли обидно. Но пацанам обижаться не к лицу, а вот за такие слова можно и получить. — сказала я. я знала что старше него, на пару месяцев, но главное старше. — Угрожать вздумал? Давай! — Угомонись. — Сдаешься? — Ну все! — я прыгнула на него и мы вместе упали на сугроб, он оказался под снегом, а я еще надавливала сверху. — Что ты там говорил? Не успела я оглянуться как мы поменялись местами и он давил меня в сугроб. Я пыталась что то сделать, но он держал мои руки. Он почти сидел сверху на мне. Вдруг его оттолкнули и я увидела лицо Валеры (Турбо). — Это вы дурачились, что ли? Думал Марат кого то избивает. А ты чего позиции сдаешь Максим? — Не сдаю я позиции. — буркнула я, и как только встала получила подзатыльник. — Что ты там сказал? — Ничего. — я встряхнула снег и подняла взгляд на Турбо. Он как всегда курил. — Марат, не знаешь если я его в сугроб кину, мне что то будет? Марат удивленно поднял брови и пожал плечами. Он усмехнулся мне и кивнул, я поняв его сразу же повернулась к Турбо, но тот даже не вытаскивая сигарету изо рта уложил меня в сугроб, да еще и сдавил мой живот своим коленом. Марат смеялся где то справа. — Ну что сдаешься? — спросил смеясь Турбо. Я кивнула и он отпустил меня. Я встала и снова стряхнулась и зло смотрела на Марата. — Ты должен был помочь. — сказала я. Марат еще больше заливался смехом. — Ты и без меня справился. Я накинулась на него и мы катились по снегу туда сюда. То он побеждал, то я. В какой то момент я увидела как к нам подходит Валера и тут же он взял нас за шкирки. — Хватит уже. Идите домой. Завтра школа у вас, детишки Очень хотелось назвать его дедом, но не хотелось снова оказываться в снегу. Я уже достаточно замерзла. Даже глаза стали стеклянные. Мы с Маратом пошли в сторону своих домов. Он на лево, а я на право.