боль

"прыгай." — Что? "прыгай." — ... "прыгай вниз." Голоса заставляли зажмурить глаза и почувствовать как сильно измотаны тело и душа. Порезы на руках начало противно пощивывать, а израненные костяшки на руках закровоточили. Тело будто заплакало, не желая ощущать того, что было ранее. В горле появился ком, глаза предательски заслезились, а в ушах можно было услышать собственное сердцебиение. Душа также не могла более терпеть, начиная выплескивать что-то гнилое. То, что вызывало отвращение и горечь. Юноша захотел было открыть глаза, но по какой-то причине не мог. Будто боялся, если он откроет их, то сорвётся вниз. Хотя, именно за этим он пришёл на крышу, ведь так? Веки медленно поднялись и взор уставился вперёд. Лицо утонуло в тёплой солнечной ванне, отдаваемой ярко-рыжим закатом. Ветерок подул прямо в спину сидящего, и забравшись под свитшот Матсураши, принялся щекотать бледную кожу, заставляя её покрываться мурашками. На тонких губах медленно растянулась улыбка, а по телу прошлась дрожь, будто всё начало оживать, и от чувств которых так давно не испытывал парень, было непривычно. Юноша осторожно отодвинулся назад и поднялся на ноги. Колени было подогнулись, но тот удержался о стенку рядом с дверью, через которую он поднялся на крышу. Послышались частые шаги по лестнице, которые направлялись в сторону крыши. Из двери выбежал блондин и начал поспешно осматриваться. Резко развернувшись он кинулся к Матсураши и обнял его. — Придурок! Я думал ты правда прыгнул. — произнёс Тсукури и чуть отстранившись посмотрел в малиновые глаза. — Тебе делать нечего? — Чё у тебя в лицом? — сказал пепельновласый и улыбнулся шире. И правда, прибежавший сюда выглядел как-то не очень. Из носа и раны на нижней губе текла кровь, глаза были широко раскрыты, растрепанные волосы, а плечи и грудь часто вздымались, стараясь восстановить дыхание. Видимо, тот очень спешил, переживая за своего друга. — Я как бы споткнулся об ступеньку пока поднимался по лестнице. Ещё раз мне такое напишешь и отключишь телефон, я сам лично запру тебя в квартире. — Пошёл ты. Теперь уже оба стояли и глупо улыбались. Устало, измотанно и морально убито, но улыбались. В один момент Матсураши выдохнул и полностью разогнувшись широко расправил плечи. Тело, конечно, снова напомнило о своём состоянии начиная отдавать неприятную ломоту в конечностях от недосыпания, но юноше было как-то все-равно. — Пошли, дебил. — произнес блондин и несильно ударил друга в плечо. — Щас с этой крыши полетишь ты. — шуточно ответил Матсураши. Первый закинул второму руку на плечо, и вновь приобняв, пошёл в сторону двери. "Пара" осторожно зашла в здание и принялась спускаться. Только сейчас Хидан заметил как в подъезде пахло краской. Такой яркий и резкий запах защекотал его ноздри. Здесь может пахнуть совершенно разными вещами. Может какая-нибудь бабушка приготовит вкусный пирог, что аромат разносится по всему этажу, или пьяный мужик заснул посередине лестницы, заставляя всех перешагивать через него и громко ругаться матом. Или же подростки вновь решили притащить сюда свои баллончики с краской и разрисовать одну из стен так, что к вечеру здесь можно было заметить двух полицейских разговаривающих с родителями тех детей. Ступеньки по краям были потрескавшиеся и чуть осыпавшиеся, где в некоторых местах можно было заметить выглядывающую арматуру. Тёмно-зелёная краска на стенах, рамах окон и батареях под ними была уже облупившейся. Несомненно, подъезд был весьма старым, так-как стоял уже очень долгое время, но он был все таким-же "домашним" и тёплым. Зайдя в квартиру блондин закрыл дверь и провёл Матсураши на кухню. Усадив его на диван, тот повернулся для того чтобы поставить чайник на плиту. — Я один за квартиру платить не буду, поэтому не смей подыхать. — вновь пошутил юноша и повернулся к сидящему — Ты как? — Зашибенно. — Оно и видно. Закат продолжал держаться на горизонте, но все-таки медленно-медленно опускаясь вниз, постепенно сменяясь на сумерки. Кухня была окрашена ярко-рыжей широкой полосой, которая в свою очередь имела тёмные тени от кружевных занавесок, разбросанные хаотично по комнате. Через несколько секунд молчания, спокойные голоса заполнили пространство. Словно горячая вода текла из носика чайника в кружки и окрашивалась в карий цвет трав, заставляя хрупкие песчинки сахара таять от температуры и домашнего лада. Негромкие постукивания ложечек о стеклянные стенки и круговые движения запястий запускали маленькие торнадо в напитке, которые вскоре стихали, как и волнение парней, после пережитых эмоций на сегодняшний вечер. Улыбки не сходили с губ сидящих как и их настроение, которое с каждой минутой становилось лучше и лучше.