II

Девочка стоит возле колледжа, оживленно беседуя с подругами, задорно хохоча с глупых и бессмысленных историй. — Это ж Вахитовская? — небольшая компания пацанов стоит за ближайшим деревцем, выглядывая Венеру и скидываясь на «камень-ножницы-бумага». — Она. Кто выиграет — подойдет знакомиться первый, — предлагает Марат, выставляя руку вперед. — Чем вы тут занимаетесь, скорлупа, — высокая мужская фигура подходит к стайке мальчишек, вскидывая бровь и наблюдая за игрой. — Они решают кто первый к Венере катить будет, — хмыкает в стороне стоящий Пальто, протягивая руку старшему. — Зима меня попросил ее до дома проводить, — тянет Валера, заставляя младших огорченно прогудеть и лишь обернуться на студентку, что стояла к ним спиной и не слышала детский лепет. Турбо уточняет, какая из них Венера и уверенным шагом направляется к ней, подставляя руку. — Опасно одной сейчас по району расхаживать, Зима… Вахит попросил тебя проводить, — он улыбается, ощущая что произвел фурор на однокурсниц девчонки. Та в свою очередь хлопает глазками и слабо обхватывает его плечо, махая подружкам и ступая вперед. Они шли молча, старший не реагировал на попытки завязать диалог, да и в целом всем своим видом давал понять, что не заинтересован в сестре близкого друга. Венера шмыгает вздернутым носиком и прячет обе руки в карманы, решая, что с этим молодым человеком она точно не найдет общий язык. — А че, с кем ходишь? — неожиданно, сравнимо с выстрелом. Шатенка опешила, переводя взгляд на мужчину и резко отвернувшись, поджимает губы. — Ни с кем, — ей неприятно. Слова ранят сердце и заставляют рану жечь, пуская густые капли осадком на душу. Почему их интересует лишь одно? Почему он не спросил про увлечения или любимое блюдо? — Главное с чушпанами не трись, брат то у тебя уважаемый, — Турбо приоткрывает входную дверь и Зималетдинова забегает внутрь, быстро перебирая ногами и за пару секунд оказывается на нужном этаже, проскальзывая в квартиру и прижимаясь лбом гладкой стене. Почему она испытывает ненависть к ним? Почему так реагирует? Протирает уставшие глаза и поднимает уголки губ, шагая на кухню, где за столом что-то тщательно пережевывает Зима. — Тебе Марат тут пирожное передал. Два, но щас уже одно, — рассказывает он и вытирает рот рукой, а Венера заливается смехом и обнимает брата, несколько раз с нежностью чмокая в висок. — Ты на сборы? — она смущенно заходит в комнату, наблюдая как Вахит натягивает шапку — Да, а чего? — юноша оборачивается и с интересом разглядывает фигуру, что держится двумя руками за дверной косяк и склоняет голову — А этот…ну кудрявый такой… будет? — «зачемтыэтоспросила» крутится в ее мыслях и рука тянется к лицу, стыдливо прикрывая — Валера что-ли, — он расплывается в улыбке. В той самой улыбке. — Да ты точно с ним дружишь! Ну он нравится тебе! — и маленький Зима улыбается. Ехидно и хитро улыбается. Поздний вечер и малышка сидит за письменным столом, решая ненавистную математику и вновь черкая ручкой по неправильно решенному примеру, как вдруг в окно прилетает небольшой камешек. Она резко вскакивает с места и прикрывает рот ладошкой, хохоча и смущенно отводя взгляд. — Венера, ты мне очень нравишься, — шепчет Вахит пацаненку и тот повторяет его слова громче, сжимая в руке букет полевых цветов. — Ты со мной пойдешь, — Зима обнимает девушку за плечи сзади и толкает к выходу из дома, помогая накинуть на плечи пальто. Их встречают громко и весело. Студентка впервые расслабляется и шагает вперед, кратко кивая всем присутствующим. Впереди вся ночь. Вся ночь, чтобы влиться в компанию и узнать этих ребят получше. — Замерзнешь, дура, — ворчит хриплый голос и на усыпанной снегом макушке оказывается теплая шапка. Венера оборачивается и тепло улыбается, кончиками пальцев касаясь руки молодого человека. — Спасибо, Валер, — хихикает, наблюдая как округлились его глаза, задавая немой вопрос, — От Зимы знаю. Группировка сидела у костра, грея окаменевшие руки и растирая их под языками яркого пламени. — Весной будешь, — выдыхая сигаретный дым и указывая на девчонку пальцем гласит Турбо, — Ты похожа на своего брата, бесспорно. Но отходишь быстро, как снег весной. Да и в целом. — Нежная и вся такая цветущая, — продолжает Адидас. — Непредсказуемая и постоянно опаздываешь, — отрезает Вахит, — клыки то на нее не точите, с корнями вырву нахуй, — он хмурится и прижимает веселящуюся сестру к себе, словно защищая от любых воздействий внешнего мира. — Наша теперь? — интересуется Марат и получает положительный кивок от Вовы — Нет, не втягивайте ее в это дерьмо, — Зималетдинов не на шутку злится, — я восемнадцать лет с нее пылинки не для этого сдувал. — Ей уже восемнадцать, Зима. А нам женская помощь нужна очень, подумайте, — авторитет протягивает вспылившему сигарету. И тот берет. Берет и проталкивает никотиновую трубочку за ухо, поворачиваясь на Венеру и вопросительно смотрит. Буря эмоций поражают девчонку и та облизывает пересохшие губы, сжимая продрогшие коленки руками и под пристальным взором пацанов кивает.