Глава 14.

Дорога казалась бесконечной. Солнце нещадно палило, и рубашка прилипала к телу. Измождённая долгой дорогой Луна опустила голову и еле переставляла ноги. Мы отправились в путь ранним утром, чтобы быстрее добраться до Джиная. За всю дорогу никто не проронил ни слова. Все ехали с поникшими головами. За моей спиной громыхали колёса тележки, в которой лежало тело Ивейн, завёрнутое в белый саван. Смотреть на него было невыносимо. Стоило мне прикрыть глаза, как перед ними появлялось лицо подруги: бледное, со следами слёз на щеках и струйкой алой крови на подбородке. Ещё два дня назад она строила планы на жизнь, мечтала о счастливом будущем, свадьбе и семейной жизни. Ком подступил к горлу, мешая сделать глубокий вдох. «Почему всё так произошло? Почему именно она?» — эти вопросы не давали мне покоя уже сутки. Я понимала, что никогда не найду на них ответа, и всё, что мне оставалось, — это смириться и продолжать жить. Но я просто не видела своего будущего. Я чувствовала опустошение. Я больше никогда не увижу её широкую улыбку, никогда не увижу озорные огоньки в её глазах, не услышу её заливистый смех. Меня била мелкая дрожь. Петра, которая ехала справа от меня, подъехала ближе и с волнением посмотрела на меня. Я раздражённо передёрнула плечами. Больше не было сил выносить сочувственные взгляды. Я слегка ускорила лошадь и отъехала от девушки. Весь оставшийся путь мы проделали в напряжённом молчании. Когда вдали показались дома Джиная, мои спутники оживились. Я никогда раньше не бывала в этом городе, но много слышала о нём от Ив. Когда-то она хотела привезти меня сюда и познакомить со своей семьёй, но не сложилось. Теперь я действительно познакомлюсь с её родителями, но не так, как она мечтала. Я привезу им тело их ребёнка — точнее, то, что от него осталось. Прежде мне никогда не приходилось развозить тела павших товарищей, обычно это делали Ханджи и Мик. Но я не могла не проводить Ив в последний путь. Может быть, если бы я не послушала Эрвина и не вонзила кинжал в ее сердце, она была бы жива... «Но разве это жизнь?» Остаток своей жизни она провела бы, страдая от невыносимой боли. Не имея возможности в полной мере наслаждаться ею, она бы мучилась и испытывала ненависть к себе и всему окружающему. За годы службы в разведке я видела много пострадавших во время вылазок людей, которые каждый день умоляют небо забрать их. Я видела, как они не хотят возвращаться домой, чтобы не быть обузой для своих близких. Я видела их горькие слёзы и слышала проклятия, адресованные тем, кто их спас. Это не жизнь, а существование. Погрузившись в свои мысли, я не заметила, как мы въехали в город. Все дома выглядели одинаково: серые и тусклые, с покосившимися крышами. Это было забытое Богом место. «Как в таком месте мог родиться такой светлый и лучезарный человек?» — спросила я себя. — Её дом в этом переулке, — хрипло произнёс Гюнтер. Мы все повернули туда, куда он указал. На небольшой улочке, где дома стояли вплотную друг к другу, бегала детвора, громко смеясь. — Мы не проедем туда с телегой, — прошептал Эрд. Я спрыгнула с лошади и пошла к детям. Стоило мне приблизиться, как они тут же затихли. Неудивительно. За моей спиной развевался плащ Разведкорпуса — такие гости редко приносили радостные новости. — Где дом семьи Заковски? — холодно спросила я. Глаза детей расширились, и они показали на дальний дом в самом конце улочки. — Что-то случилось? — спросила девочка с жидкими светлыми волосами и большими карими глазами. Её голос дрожал. Она была похожа на Ив, и это сходство было очевидным. Я замерла, потому что готовилась сообщить семье Ивейн печальную новость. Но сейчас, глядя в глаза этого ребёнка, я словно забыла, как говорить. Моё сердце замерло, а тело напряглось. — Проведи нас, пожалуйста, — раздался грустный голос Петры за моей спиной. Больше девочка ни о чём не спрашивала и пошла в сторону дома, ни разу не обернувшись. Я заметила, как дрожат её руки и как напряжена спина. «Догадалась». Я посмотрела на ребят и увидела тело, которое держал Гюнтер. У меня закружилась голова. «Этого не должно было произойти!» — кричал мой разум. Петра взяла меня за руку. Её тёплая ладонь резко контрастировала с моей ледяной. — Не ходи туда, — сказала она. — Я не могу, — ответила я севшим голосом и, резко развернувшись, пошла за девочкой. Краем глаза я видела, как люди смотрят на нас из окон. Матери начали загонять детей домой. Мы пришли в их мир, как чума, принося с собой страх. Мы были предвестниками несчастья. Стоило нам подойти к указанному дому, как оттуда выбежала бледная женщина. Её безумный взгляд остановился на белом саване, и из её уст вырвался гортанный крик: — Моя девочка… Женщина обессиленно опустилась на землю, прижимая руки ко рту. За ней вышел мужчина. Вид его убитого горем лица причинил мне больше боли, чем вид сломленной горем матери. — Меня зовут Эрд Джин. Я солдат Легиона Разведки, и я принёс вам скорбную весть. Ваша дочь Ивейн Заковски погибла во время последней экспедиции за Стенами. Мы привезли её тело. Я посмотрела на своего товарища. Его лицо было бледнее снега, а губы слегка подрагивали. В уголках его глаз собрались капельки слёз. — Заносите, — тихо произнёс отец Ивейн. Гюнтер и Эрд понесли тело в дом, а мы остались стоять на улице. Никто не знал, что ещё сказать. Я не могла произнести ни слова. Вся заготовленная речь вылетела из головы, стоило мне увидеть родителей Ив. Парни вышли из дома, опустив головы. Было заметно, как дрожат их руки. Мы постояли в тишине ещё пару минут, прерываемой лишь плачем госпожи Заковски. — Нам пора. Простите, — сказала Петра. Госпожа Заковски наконец подняла на нас взгляд и снова обвела всех глазами, остановившись на мне. — Ты Рейна Вагнер, верно? — спросила она дрожащим голосом. Я кивнула. — Ивейн много рассказывала о тебе. Вы дружили? Она так восхищалась тобой… Я вздрогнула, мои глаза расширились. — Простите, что не уберегла её, — мой голос прозвучал отчуждённо. Женщина подошла ко мне и крепко обняла. Я застыла в её объятиях. «Так не должно быть. Это я убила ее дочь. Я! Я! Я!» — Я виновата... Я не смогла её спасти... У меня... не было... выбора... — Паника охватила меня. Я вырвалась из тёплых объятий и отскочила как можно дальше. Эрд подбежал ко мне и крепко прижал к себе. — Это я убила её! — прокричала я на всю улицу. — Не слушайте её, — Оруо преградил меня спиной. — Она не виновата. Ваша дочь уже умирала. У Рей не было выбора. Ивейн страдала. Титан сильно покалечил её тело. Она была обречена и только мучилась. До Стен она бы не доехала. — Прекрати! Прекрати! Это я виновата! — снова начала кричать я. — Рей, тише, — Эрд взял моё лицо в свои руки и повернул к себе. — Успокойся, прошу. Я начала глубоко дышать, пытаясь наполнить лёгкие воздухом. «Только не плачь! Не смей плакать!» — повторяла я про себя как мантру. — Можем зайти в дом? — услышала я за спиной и почувствовала, как кто-то положил руку мне на плечо. Я обернулась. На меня смотрел отец Ив. У него были такие же карие глаза, как у дочери. Они показались мне такими родными и знакомыми, что я, как в трансе, повиновалась им и побрела за мужчиной. — Мы недолго поговорим, вы не против? — спросил он у моих друзей. Те разом кивнули в ответ. Стоило мне зайти внутрь, как я почувствовала приятный запах чего-то цитрусового. Так пахли чаи Леви с апельсинами или лимонами. Я застыла в нерешительности. Я чувствовала себя здесь лишней, инородной. — Не вини себя, — сказал господин Заковски. — Она бы этого не хотела. Мы не виним тебя. Ивейн знала, куда идёт, и понимала, что её там может ждать. — У неё были планы на жизнь, мечты, цели. Она не должна была… — я не смогла договорить. Госпожа Заковски снова подошла ко мне и обняла. Я уткнулась ей в плечо, чувствуя, как тепло обволакивает каждую клеточку моего тела. — Спасибо, что всегда была с ней рядом. Она очень дорожила тобой, — от её слов по телу прошла дрожь. — Я… тоже дорожила ею. Она… была моим самым близким другом, — мой голос предательски дрожал. — Мы рады, что у нашей малышки была такая подруга, — господин Заковски тоже подошёл к нам и обнял меня. Я прикрыла глаза, растворяясь в этом моменте. Мы простояли в тишине ещё пару минут. — Нам пора ехать, — прошептала я. Они сразу же отпустили меня, и я почувствовала холод. Я снова оказалась в нашей ужасной реальности. — Мы похороним её на территории штаба Разведкорпуса, — сказал отец Ив, как только мы вышли из дома. — Почему? — спросила я. — Она была частью этого Легиона, и мы хотим, чтобы её похоронили там. Я задумчиво кивнула. Они проводили нас до наших лошадей. Их лица были бледными, а глаза — потухшими. Было больно смотреть на сгорбленную фигуру госпожи Заковски. — Береги себя, девочка, — сказал мне мужчина на прощание. — И не вини себя. Никогда. Я лишь кивнула в ответ. Сил на большее не было. Мы покинули город в тишине. Но как только мы отъехали чуть дальше, я заговорила: — Они похоронят её на кладбище при штабе. — Мои товарищи удивлённо посмотрели на меня. — Это их решение. — Наверное, так будет лучше, — предположил Гюнтер. — Возвращайтесь обратно, — я посмотрела вдаль, на пыльную дорогу, ведущую к Стохесу. — А ты? — Петра озабоченно взглянула мне в глаза. — Мне нужно в Стохес. Сегодня утром Леви уехал туда по делам, — сказала я и добавила чуть тише, чтобы услышала только Петра: — Я хочу увидеть его. И ещё мне нужно встретиться с одним человеком. Мне казалось нечестным сообщать об этом Рику из письма. Он должен был услышать всё от меня лично. — Мы поедем с тобой, — сказал Оруо. — Не стоит. Спасибо, ребята, — я вымученно улыбнулась им. — Но дальше я сама. Не тратя время на прощание, я пришпорила коня и понеслась рысью в сторону Сины.

***

Я добралась до города уже к вечеру. После целого дня в дороге моё тело устало, и я ощущала лёгкую боль, но старалась не обращать на это внимания. Оставив Луну в городской конюшне, я медленно направилась к штабу Военной полиции. Страх сжимал мою грудь, и я чувствовала, как он холодными пальцами касается моего сердца. Рик будет убит горем, узнав эту новость. Он не сможет простить меня за то, что я не уберегла Ив. Я не была готова потерять ещё и друга. Но рано или поздно он всё равно узнает, и лучше, если это будет от меня. Когда я подошла к высокому зданию с резными окнами, последние остатки решимости покинули меня. Мне захотелось развернуться и убежать, не оглядываясь. — Эй! Что забыла здесь? — услышала я за спиной чей-то неприятный голос. Я нехотя обернулась. Передо мной появилась фигура невысокого солдата в форме Военной полиции. Он решительно шагал ко мне, высоко задрав голову, словно полагал, что так будет выглядеть более устрашающе. — Мне нужен Рик Шефер, — произнесла я ледяным голосом. — Что-то много сегодня здесь солдат разведки ходит, — протянул он и начал внимательно меня разглядывать. — Позови Рика Шефера, — приказала я тоном, не терпящим возражений. Общение с Леви не прошло даром. Видимо, мой вид заставил солдата подчиниться. Он постоял пару секунд, глядя на меня с надменным видом, но в итоге сдался и пошёл в сторону входа в здание. Через пару минут я увидела знакомую рыжую макушку. Рик шёл расслабленно, положив руки в карманы. Я же, наоборот, ещё больше напряглась, хотя куда уж больше. Вся краска сошла с моего лица. Увидев меня, он с удивлением посмотрел на мою фигуру и ускорил шаг. — Рей? Ты чего здесь? — спросил он. — Привет, — тихо произнесла я. Мы не виделись уже год, и казалось, что это было в прошлой жизни. — Ты здесь одна? А где Ив? — спросил он. Услышав имя подруги, которое он произнес так легко, я вздрогнула. — Одна… Рик… — я замолчала. В груди неприятно кольнуло, и моё тело снова начало трястись. — Рей, что случилось? — он напрягся. Я сделала глубокий вдох и подошла к другу, уткнувшись ему в грудь. — Ив… она… погибла, — сказала я и застыла. Я почувствовала, как напряглось его тело. Медленно подняв голову, я посмотрела на конопатое лицо друга. Он побледнел, глаза его расширились. — Ты лжёшь! Скажи, что это глупая шутка, и она сейчас откуда-нибудь выскочит! — он нервно огляделся по сторонам. — Ив, выходи! Это не смешно! Я взяла его за руку и притянула к себе. Наши взгляды встретились. — Это правда. Мне жаль… — мой голос снова задрожал. — ХВАТИТ МНЕ ВРАТЬ!!! — прокричал парень. — Я не вру... — Как? Как это произошло? — он резко схватил меня сзади за шею, не давая отвести взгляд. Я зашипела от боли. — Отпусти. Мне больно, — он даже не думал ослаблять хватку. — Отпусти, Рик! — Как это произошло? Я спрашиваю, как это произошло? — Титан… он оторвал ей ногу. Я не успела… Он истерзал её тело. Она была уже на грани… — Почему вы ничего не сделали? ПОЧЕМУ? — он кричал мне в лицо, по его щекам текли крупные слёзы. — Я виновата. Я не успела. Она была так близко, — перед глазами снова возникла картина, как титан появляется из ниоткуда. — Ты мне обещала. Помнишь? Ты помнишь? Обещала, что с ней всё будет хорошо. — Помню, — прошептала я. Рик убрал руку с моей шеи, и я чуть не упала назад. — Почему? Почему она? — он уже плакал навзрыд. — Она была ещё жива, когда мы добрались до остальных. Но ей оставалось недолго. Мне пришлось... — я запнулась, сделала два глубоких вдоха и продолжила: — Мне пришлось остановить эту боль. Я заколола её. — Что? Что ты, блять, сделала? — он подлетел ко мне, схватил за плечи и начал трясти, как тряпичную куклу. — Я не хотела этого... Я виновата... Я знаю, — сказала я. — Ты знаешь? Ты убила её… — воскликнул он. — Она уже была мертва, — прокричала я в ответ. — Так ты оправдываешь себя? — произнёс он. — Ты знала, что у нас были планы на будущее? Ты знала, что я сделал ей предложение? — Да, — ответила я. — Ты забрала у меня самое дорогое в жизни, Рейна. — Мне тоже больно! Думаешь, ты один любил её? — сказала я, начиная злиться. — Если бы ты любила её, Ив сейчас была бы со мной! — воскликнул он и ударил кулаком по стене здания. На его кулаке появилась кровь, окрашивая его руку в ужасный красный цвет. Меня затошнило. Запах крови словно окружил меня. Рвота подступила к горлу. — Пускай вы и ваш Разведкорпус горите в аду. Думаешь, вам удастся победить этих тварей? Нет! Вы будете дохнуть в их пастях один за другим, пока не умрёт каждый из вас. Вам не победить! — сказал он, обессилевши, и сел на землю. Из его глаз с новой силой потекли слёзы. — Не говори так! Все, кто погиб там, погибли не напрасно, — ответила я. Но я уже и сама не была уверена в том, что говорю. За что погиб мой брат? Рита? Капитан Лой? Ив? Ведь мы даже не приблизились к разгадке тайны их появления… Чем же они тогда помогли? Чем были полезны их смерти? — Ты и сама уже не уверена в своих словах, — холодно произнёс Рик. — То, что вы делаете, бесполезно. — Прекрати, — жалобно проскулила я в ответ. Рик высокомерно оглядел меня с ног до головы. Я сжалась под его взглядом. Он пару секунд молча смотрел на меня. Я видела отчаяние и боль, которые плескались в его глазах, и мне стало так больно. — Не приезжай больше, — последнее, что он мне сказал перед тем, как развернуться и уйти. Последние силы покинули меня, и я с трудом смогла дойти до лавочки, чтобы сесть на неё. Это был конец. Теперь я чувствовала эту жгучую и острую боль, которая накрыла меня с ног до головы. Захотелось в одно мгновение исчезнуть из этого мира, раствориться и перестать существовать. — Рей? — я подняла голову на такой родной и любимый голос. Леви выглядел уставшим. Синяки под глазами стали ещё темнее, лицо осунулось, взгляд был пустым. Наверное, я выглядела не лучше. — Почему ты здесь? — спросил он. — Я должна была сообщить Рику о… смерти Ивейн, — последние слова я произнесла едва слышно. Леви сел напротив меня и взял моё лицо в свои ладони. Он долго смотрел мне в глаза, словно что-то искал в них. Его пальцы нежно поглаживали мои щёки, убирая выбившиеся пряди за ухо. Мы просидели так пару минут, а затем Леви встал и потянул меня за собой. Я не сопротивлялась. Он крепко прижал меня к своей груди, и я уткнулась в его шею, вдыхая уже такой родной аромат его тела. — Пойдём. Переночуем сегодня здесь, — сказал он. Я согласно кивнула. Мы дошли до ближайшей гостиницы. Леви быстро решил вопрос с номером, и нас проводили туда. Комнатка была небольшая, с окном в пол и выходом на балкон. Внутри пахло чистотой и свежестью. Я была уверена, что это понравилось моему спутнику. Хозяин гостиницы сказал, что с утра нам подадут завтрак, и как можно быстрее покинул нас. Я обессиленно опустилась в кресло в углу комнаты. Моё тело моментально расслабилось, а глаза начали слипаться. — Рей, смой с себя дорожную пыль и ложись отдыхать, — заботливо проговорил капитан. — Я не усну. — Я буду рядом, — он подошёл ко мне и поцеловал в лоб. Я блаженно прикрыла глаза. — Ловлю тебя на слове, — с этими словами я поднялась и направилась в ванну. В душе я более-менее смогла прийти в себя и собрать все мысли в кучу. Головная боль, которая была моим спутником весь день, начала проходить. Дышалось будто легче. Я завернулась в мягкое махровое полотенце и зашла обратно в комнату. Леви стоял у окна и смотрел на вечерний город. На улице сновали люди, слышались весёлые голоса и громкий смех. Счастливые.. могут радоваться. Мне же казалось, что я больше никогда не смогу так легко смеяться и радоваться мелочам. Я подошла к мужчине и, обняв его со спины, уткнулась в неё. Он вздрогнул от неожиданности. — Как ты? — спросил он шёпотом. — Лучше, — ответила я. Я видела, что он взволнован, и это было заметно по его лицу. «Всё-таки какие же все глупцы, которые считают его безэмоциональной глыбой льда». Я потянулась к нему и коснулась его губ своими. Он замер. Я поцеловала его в уголок губ, давая ему возможность отстраниться, но он не стал этого делать. Несколько секунд ничего не происходило, а затем он притянул меня к себе и страстно поцеловал. Я тут же ответила на его поцелуй. Всё остальное перестало иметь значение. Весь мир сосредоточился на одном человеке — на нём. Он целовал меня так, словно это был последний поцелуй в его жизни. Я запустила пальцы в его волосы, перебирая их и слегка оттягивая. От этого поцелуя у меня внутри всё сжималось. Он проводил языком по моим губам, ласкал их, слегка покусывал. Казалось, я схожу с ума. Я потянулась к его рубашке, пытаясь дрожащими руками расстегнуть пуговицы. Леви отстранился. Мы оба тяжело дышали, наши губы припухли. — Рей, ты уверена, что хочешь этого? — спросил он. — Да... Я хочу тебя сейчас, — ответила я, с трудом выговаривая слова. Он смотрел на меня несколько бесконечно долгих секунд, а затем снова поцеловал. Разум покинул меня, и я просто отдалась этому прекрасному моменту. Вскоре он переключился на мою шею, покрывая её голодными поцелуями. Он нежно прикусывал кожу и тут же зализывал место укуса. Без сомнения, на утро там останутся следы, но сейчас это последнее, что меня волновало. Внизу живота начал скручиваться тугой узел, а тело загорелось от желания. Я не заметила, как полотенце, прикрывавшее мою наготу, упало к нашим ногам. Не помню, как мы оказались на кровати. Леви навис надо мной, его глаза потемнели. — Леви... пожалуйста, — прошептала я. Это стало спусковым крючком. Дальше всё было как в тумане. Чувства и эмоции охватили меня. Я почувствовала, как что-то невидимое, но такое сильное, накрыло меня внизу, а затем распространилось по всему телу. Из моих полураскрытых губ сорвались стоны. Все проблемы, страхи и сомнения остались позади. Сейчас для меня существовали только мы. Я знала, что никогда не пожалею об этом и никогда не усомнюсь в своём решении. Мы заснули, крепко обнимая друг друга. Этой ночью мне не снилось ни одного сна. Я спала глубоким и спокойным сном.