Часть 1

Лия подошла к огромной деревянной двустворчатой двери, окованной толстым металлом на входе в собор на центральной площади, однако путь ей преградили два молчаливых стражника. Девушка принялась рыться в своей сумочке в поисках приглашения, полученного вчера с посыльным вместе с запиской от анонима, которая гласила: «Если хочешь узнать кто он, приходи на церемонию венчания их королевских высочеств в собор Сельта-Лиура-Дема в одиннадцать утра». Наконец, отыскав приглашение, Лия протянула его одному из стражников. Тот развернул сложенный вдвое листок бледно-жёлтого оттенка, выполненный из пергамента, с королевским гербом в нижнем правом углу, и вернул его Лие, распахнув перед ней дверь. Девушка неуверенно проследовала внутрь, оглядываясь по сторонам, рассматривая мраморные плитки на полу и позолоченные панели с фресками на стенах и потолке. Пройдя в глубь огромного зала, Лия дошла до его середины и замерла, как вкопанная не в силах пошевелиться и не веря своим глазам: у алтаря стояли жених и невеста в красивых свадебных нарядах и произносили обеты верности друг другу перед священнослужителем, который держал в руках огромную книгу в коричневом кожаном переплёте. Из-за большого скопления людей, Лия не сразу смогла рассмотреть, кто именно стоит у алтаря и лишь подойдя немного ближе, она узнала в женихе своего возлюбленного Дариона. От неожиданности вскрикнув, девушка прикрыла рот рукой. Её возглас пронёсся эхом по огромному помещению, и все присутствующие оглянулись в её сторону. Дарион посмотрел на неё и их взгляды встретились. Удивление в карих глазах принца сменилось растерянностью. Его будущая жена также взирала на Лию сначала с любопытством, а затем с подозрением. Немного отойдя от шока, Лия развернулась и бросилась прочь из храма. Дарион сделал шаг в её сторону, но невеста схватила его за руку, а Его Величество король просто пригвоздил сына взглядом к месту, хотя Лия всего этого уже не видела. Не разбирая дороги, она бежала куда глаза глядят, спотыкаясь и падая, пачкая подол красивого платья из голубого атласа, которое не так давно подарил ей возлюбленный, тут же поднимаясь на ноги, глотая слёзы. Лишь оказавшись на берегу озера, Лия остановилась и упала на колени, закрыв лицо руками, и зарыдала. Сердце девушки разрывалось от боли, ей казалось, что всё это какой-то дурной сон. — Этого не может быть, — шептала она, хлюпая носом и растирая слёзы по щекам руками, вспоминая возлюбленного, их безумную страсть и его предательство. Они познакомились полгода назад в центре города, Лия, куда-то засмотревшись, налетела на симпатичного, высокого брюнета, буквально уткнувшись носом в его грудь. Рядом с брюнетом находился ещё один молодой человек, и он поспешил оттолкнуть девушку от него, но тот остановил товарища, схватив его за руку, и их с Лией взгляды встретились. — Андор, не трогай девушку, — произнёс он, делая шаг вперёд. Лия подняла голову, и их взгляды снова встретились, отчего её тело словно электрическим разрядом прошило, дыхание перехватило, сердце в груди пропустило удар, а затем заколотилось с бешеной скоростью, кровь прилила к лицу девушки, окрасив щёки нежным румянцем. — Как тебя зовут, красавица? — спросил незнакомец, Лия при этом опустила голову вниз, не в силах справиться со своим волнением и не выдерживая взгляда пронзительных карих глаз, совершенно не понимая, что с ней происходит, ведь она никогда не считала себя скромницей, которая боялась посмотреть мужчине в глаза. Наоборот, она всегда была смелой девушкой: за словом в карман не лезла, но сейчас совершенно растерялась и не представляла, куда деть свои руки, которые вспотели и слегка подрагивали. — Посмотри на меня, — добавил он, наматывая на палец прядь рыжих волос девушки, затем коснулся её подбородка и приподнял голову вверх, заглядывая в ясные голубые глаза. — Лия, — тихо произнесла она, чувствуя, как от взгляда незнакомца по её телу табуном пробежали мурашки. Парень ненадолго отвёл взгляд от Лии, продолжая касаться пальцами её лица и посмотрел на своего друга, сказав: — Андор, иди домой. — Что? — переспросил тот. — Но Ваше Вы... — закончить фразу он не успел, так как почувствовал ощутимый толчок в бок локтем и тут же осёкся. — Иди домой, Андор, — повторил темноволосый красавец, бросив на него многозначительный взгляд. — Хорошо, — произнёс тот и кивнул, а затем брюнет обратился к Лие, после того, как его товарищ ушёл: — Прогуляемся? — Кто вы? — спросила Лия, наконец, справившись со своим волнением и взяв себя в руки. Она была из бедной семьи, но в тканях и моде кое-что понимала: не так давно девушка выучилась на портниху, хотя достойную работу найти оказалось гораздо сложнее, чем обучиться ремеслу. Лия сразу определила по его одежде, перстням с драгоценными камнями на пальцах и ухоженному виду, что этот темноволосый красавец далеко не беден. — Меня зовут Дарион, — представился молодой человек. — Пойдём? — Идёмте, — кивнула Лия, а Дарион посмотрел в её глаза долгим нежным взглядом и провёл пальцами по её ладони. — Давай с тобой перейдём на ты, — предложил Дарион. — Давай, — согласилась Лия и спросила: — Куда пойдём? — Просто погуляем. Они прошлись по рынку, Дарион подарил Лие сувенир: маленького единорога, который являлся символом любви и семейного благополучия в их краях. Потом они ели сладости и катались на лошадях. С Дарионом Лие было легко и спокойно, будто они знали друг друга не один год. Он рассказывал ей весёлые истории, а она смеялась почти до слез. Позже Дарион отвёз Лию в живописное место невиданной красоты с водопадом. И там он её впервые поцеловал. Когда их губы встретились, сердца обоих бешено заколотились в груди, между ними словно искра проскочила, а внизу живота запорхали какие-то бабочки. Поцелуй был долгим и нежным, а когда парень и девушка отстранились друг от друга, обоих словно током ударило: это было странное ощущение, которое прошло от кончиков пальцев на левой руке по всему телу, а запястье будто обожгло чем-то горячим. Дарион и Лия в замешательстве посмотрели друг на друга, а затем девушка перевела свой взгляд на левое запястье: — Что это? — удивлённо спросила она, рассматривая красивый, светящийся узор на своей руке, Дарион перевёл взгляд на свою и увидел точно такой же узор на ней. — Ты мой соулмейт, — произнёс он, притягивая девушку к себе ближе и шепча ей на ухо, при этом обдав шею горячим дыханием: — Моя истинная пара, предназначенная мне судьбой. С тех пор Лия и Дарион были неразлучны: они встречались почти каждый день, и просто потеряли голову от любви, по крайней мере Лия потеряла, хотя Дарион тоже клялся, что любит её, что не мыслит без неё своей жизни. Хотя при всём этом он не спешил знакомить её со своими родными, и не изъявлял желания знакомиться с родителями Лии. Несмотря на это девушку не беспокоило странное поведение возлюбленного, ведь она понимала, что он, скорее всего, из богатой и влиятельной семьи, а значит, его родные вряд ли обрадовались бы такой невесте сына, потому что Лия была бедна, и у неё не было ничего, что она могла бы предложить Дариону, кроме себя самой и своей любви. Теперь, вспоминая обо всём этом, Лия понимала почему Дарион не хотел знакомиться с её родственниками, не знакомил её со своими, да и, вообще, избегал разговоров о том, кто он такой и где живёт. Обычно они заранее договаривались о времени и месте встречи, а если у Дариона возникали какие-то дела, и он не мог прийти, то он присылал вместо себя своего друга Андора с посланием для Лии: обычно это была записка, написанная его рукой, в которой он извинялся за то, что не придёт, и в которой внизу всегда была неизменная приписка: «Я люблю тебя, моё рыжее солнце». Кстати сказать, Дарион часто так называл Лию. Конечно, девушка огорчалась, если возлюбленный не приходил и, видя её грусть, Андор, бывало, предлагал ей прогуляться, развеяться. Лия обычно отказывалась и тут же возвращалась домой, а как-то раз согласилась, и тогда она поняла, что Андор не просто так предлагал ей эти прогулки. Однажды он попытался её поцеловать, но Лия ударила его по лицу, возмущённая таким поступком, ведь Дарион не раз говорил ей о том, что Андор его лучший друг. — Да как ты так можешь?! — со злостью глядя на светловолосого парня, выкрикнула она. — Дарион твой друг, ты просто... — Лия не смогла закончить фразу, просто не находила слов и лишь покачала головой, сделав несколько шагов назад. — Лия, послушай меня, — говорил Андор, пытаясь схватить её за руку. — Он не любит тебя, но я люблю тебя больше жизни. — Нет, — девушка отступила ещё на несколько шагов назад. — Я не верю тебе, — с этими словами она бросилась прочь, а позже попросила Дарина, чтобы он больше не присылал к ней с посланиями своего друга. — Почему? — удивился Дарион. — Он так странно на меня смотрит, — говорила она, решив умолчать о том, что однажды Андор попытался её поцеловать и признался ей в любви. — Мне не уютно под этим взглядом. Пожалуйста, не присылай его ко мне. Если не можешь прийти, лучше пусть послание от тебя передаст кто-нибудь другой. — Ну хорошо, — согласился Дарион, нежно целуя Лию в губы, хотя не понимал просьбы своей возлюбленной, она казалось ему странной. Сейчас, после того, как узнала, кто на самом деле её любимый, Лия многое поняла: и причину, по которой Дарион не мог познакомить её со своей семьёй, и почему он избегал разговоров об их будущем, хотя и уверял её в своих чувствах. Он клялся ей в любви и говорил, что всегда будет рядом, но не предлагал выйти за него замуж, а если речь как-то всё же касалась их совместного будущего, пытался сменить тему и уводил разговор в другое русло. Однако, от понимания всего этого, Лие легче не стало. Ведь получалось, что Дарион обманывал её с самого начала. Он всегда знал, что женится на другой, и они никогда с Лией не будут вместе по-настоящему, никогда не смогут создать семью, и ей, Лие уготована лишь одна роль — роль любовницы. Со злостью сжав кулаки, Лия поднялась на ноги и подошла к озеру. Присев на корточки, она зачерпнула в ладони воду и плеснула её себе в лицо, затем снова и снова, после чего протёрла рукой заплаканные глаза, глядя на спокойную тёмно-синюю гладь, на которой красиво играло лучами дневное солнце. — Что же мне делать? — вслух произнесла Лия, продолжая смотреть куда-то вдаль. — Как жить без него? К глазам девушки вновь подступили непрошенные слёзы, она вытерла их рукой и, развернувшись, направилась прочь. *** Прошло три дня... На протяжении всего этого времени Лия практически не покидала свою комнату, сказавшись больной. Мать несколько раз заглядывала к ней, пыталась выспросить, что случилось, так как не могла не заметить заплаканных, красных глаз дочери, но Лия просто говорила, что плохо себя чувствует. Мать приносила ей еду и какие-то отвары из трав, которые Лия, конечно, не пила, а выливала за окно, ведь она не была больна, а ела через силу, чтобы не расстраивать маму, хотя аппетита у неё совершенно не было. На третий день ближе к вечеру мать постучала в её комнату, сказав: — Лия, там тебя какой-то молодой мужчина спрашивает. — Что? — переспросила девушка. — Какой ещё мужчина? — Симпатичный, темноволосый. Одет хорошо. Наверное, какой-нибудь лорд. Что ему надо? — Я не знаю, — ответила Лия, поднявшись с постели и подойдя к окну, она увидела во дворе Дариона. Отпрянув назад и спрятавшись за стену, Лия произнесла: — Скажи ему, что меня нет дома. — Но я уже сказала, что ты дома. Кто он? Ты его знаешь? — Нет, — солгала девушка. — Потому и не хочу знать, что ему надо. Подумай сама, мама, что богатому лорду могло понадобиться от меня? Скажи, что я заболела и сплю. Не знаю, придумай что-нибудь. — Ладно, — кивнула женщина и вышла из комнаты, пятясь к двери и с подозрением поглядывая на дочь. Лия простояла ещё некоторое время у окна, украдкой выглядывая на улицу, надеясь на то, что Дарион уйдёт. И он через некоторое время и правда ушёл. Лия снова подошла к постели и улеглась, почти с головой накрывшись одеялом. Шли дни, но моральное состояние девушки не улучшалось, она всё более впадала в состояние меланхолии, её ничего не интересовало и совершенно пропадало желание что-либо делать и даже просто жить. Иногда она ловила себя на мысли о том, что ложась спать, надеется на то, что утром не проснётся, ведь каждый новый день без возлюбленного был для неё мукой. Дарион приходил к ней ещё несколько раз, но мать Лии говорила, что её нет дома. Принц, конечно, понимал, что Лия его просто не желает видеть, но не хотел в наглую врываться в дом её родителей, иначе пришлось бы объяснять им, кто он такой, в том смысле, что они могли догадаться, что у них с Лией были отношения. Дарион любил Лию и чувствовал свою вину, однако не хотел быть совсем уж свиньёй и лишь усугубить её положение. Если бы отец Лии узнал о них, он вряд ли погладил бы дочь по голове за то, что она связалась с человеком не своего круга, а если бы ему стало известно о том, что Дарион принц, и говорить нечего. Лия рассказывала о том, что у неё очень строгий родитель. Конечно, он понимал, что отец Лии и так мог устроить ей неприятности, если бы узнал о том, что Лию спрашивал какой-то лорд, но он работал допоздна, а помня, что говорила Лия ему о матери, Дарион надеялся на то, что она ничего ему не расскажет. Приставив к дому возлюбленной двоих людей, Дарион ожидал сообщения о том, что она куда-нибудь выйдет из дома, и он всё-таки сможет с ней увидеться и поговорить. Что же касается матери Лии Лорен, то она догадывалась о том, что всё это не спроста, и у дочери могли быть какие-то отношения с этим красивым молодым лордом, который несколько раз приходил к ним домой и спрашивал Лию. А может быть, дело было вовсе не в любви? «Неужели он домогается Лии? — в ужасе думала она, ведь ничем хорошим такой интерес богатого лорда к её дочке обернуться не мог. — Лия что-то скрывает. Не может быть, чтобы они были не знакомы». Лорен несколько раз пыталась поговорить с дочерью, но та явно не желала обсуждать эту тему. А потом как-то раз сказала, что встретила этого лорда случайно в городе, он начал проявлять к ней интерес, но она сбежала, а он, видимо, выследил её, так и узнал, где она живёт. Мать Лии всё ещё сомневалась в том, правду ли ей говорит Лия, но у неё было ещё шестеро детей, помимо старшей дочери, и о них тоже надо было заботиться и уделять им время, поэтому поговорить с дочерью по душам у неё так и не получилось. — Почему ты не ходишь на работу? — спросила как-то Лорен. Лия, которая по-прежнему предпочитала не выходить из своей комнаты, ответила: — Я взяла отпуск, мам. Очень устала. — На самом деле Лия не работала. Дарион договорился с владельцем мастерской по пошиву одежды в ремесленном квартале о том, что он должен говорить всем, кто бы не спрашивал, что Лия работает у него. На самом же деле, вместо того, чтобы ходить на работу, Лия проводила время с Дарионом. Он дарил ей подарки и давал деньги, Лия не отказывалась, так как её семье нужны были деньги: отец не мог обеспечить девять человек один, поскольку мать Лии сидела дома с младшими братьями и не могла пойти работать. Лия хотела помочь семье и спросила Дариона, после того, как он предложил ей эту небольшую «махинацию»: — Почему бы мне и правда не пойти туда работать? Я очень хочу делать то, что умею. Но, чтобы устроиться в эту мастерскую самостоятельно, я и мечтать не могла. А теперь такой шанс выпал. Дарион усмехнулся и прижал Лию к себе, оставив на её щеке горячий поцелуй. — Любимая, если ты будешь работать, когда же мы будем встречаться? — проговорил он. — Тебе никогда не придётся работать, я могу обеспечить и тебя и твою семью. Твоим братьям и сёстрам больше не придётся ходить в обносках, и у них всегда будет обувь (в то время обувь стоила довольно дорого и далеко не все люди из бедных кварталов могли её себе позволить, а детишки бедняков часто бегали босиком, даже в холодное время года, отчего начинали болеть и некоторые, к сожалению, умирали). — Но, как я объясню отцу откуда у меня столько денег, даже если он будет думать, что я работаю? — Лия рассматривала горсть золотых монет, которые Дарион вложил в её руки. — Не волнуйся, если твой папа придёт к хозяину той мастерской, он скажет, что платит тебе двадцать луидоров (в бедных кварталах этой страны за счастье считалось получать хотя бы десять в месяц) в неделю. — Что? Дарион, ты с ума сошёл? — Лия шокировано смотрела на своего возлюбленного и лишь осознание того, что он её истинный, и что у них появились особые метки на запястьях, остановило её от того, чтобы просто развернуться и уйти. Ведь по сути он предлагал ей нечто не совсем пристойное: деньги за то, что должно происходить по любви. — Лия, — Дарион понимал, что сейчас чувствует его возлюбленная. — Не смей воспринимать мою попытку помочь твоей семье, как средство купить тебя. Я люблю тебя, милая. — Он притянул её к себе и чмокнул в щёку, поглаживая по плечам. — Ты самый дорогой для меня человек в этом мире, и эти символы на наших запястьях, — Дарион продемонстрировал Лие свою руку, затем взял её левую ладонь и развернул так, чтобы Лия могла видеть светящийся узор, после чего провёл по нему пальцами. — Доказывают правоту моих слов. — Но это так низко, брать деньги за любовь, — неуверенно проговорила она. — Ведь я правда училась этому ремеслу, и могу работать. — Лия, любимая, я тебе уже говорил, что ты не будешь работать. Я тебя обеспечу полностью, а также твою семью. — Но ты не предлагаешь мне руку и сердце, — Лия погрустнела. — Ты говоришь, что мы созданы друг для друга, но при этом не готов жениться. — Да, я пока не готов к этому, — произнёс Дарион. — Ты должна понимать причину. Мой отец не сможет принять мой выбор. Но я обещаю, что мы всегда будем с тобой вместе. Я поговорю с ним, попытаюсь всё объяснить, но не сейчас, мне нужно время. Пожалуйста, не торопи меня. И Лия не торопила, поскольку верила возлюбленному, верила, что когда-нибудь он поговорит с отцом, всё объяснит ему, но Дарион обманул её. Девушка сняла с руки кожаный браслет, точно такой же был у Дариона. При виде светящегося символа на своём запястье у Лии в горле застрял какой-то колючий ком, а к глазам подступили непрошенные слёзы. Выйдя из своей комнаты, девушка подошла к камину и, сунув в огонь кочергу, расклеила её до красна. Дрожащей рукой вытащив из камина кочергу, Лия решительно приложила её к своему левому запястью, пытаясь выжечь символ со своего тела вместе с воспоминаниями о возлюбленном. От боли Лия вскрикнула, и из её глаз брызнули слёзы, в комнате завоняло палёным мясом. Отбросив кочергу в сторону, Лия быстро скрылась в своей комнате. Прошла неделя... Рана на запястье Лии заживала плохо, хотя она прикладывала к ней примочки из целебных трав, более того, светящийся символ, от которого она пыталась избавиться, не исчез. А спустя ещё несколько дней к плохому моральному самочувствию девушки добавилось и физическое. Она чувствовала слабость во всём теле и постоянную сонливость, головокружение, к тому же по утрам её начало жутко мутить. Сначала Лия думала, что плохо себя чувствует оттого, что почти ничего не ест и не выходит на свежий воздух. Решив поесть хоть через силу, Лия вышла из своей комнаты и прошла на кухню. — О, Лия! — обрадовалась Лорен, которая как раз готовила еду. — Тебе наконец-то стало лучше? — Да, мама, — солгала девушка. — Я проголодалась. — Сейчас, милая. Лорен зачерпнула из кастрюли аппетитно пахнущее варево и налила его в миску, после чего поставила её перед дочерью. Лия благодарно кивнула и принялась за еду. Когда поела, вдруг поняла, что не может с точностью сказать сколько времени так провела в своей комнате и даже не помнит, какое сегодня число, об этом она и спросила у матери. — Двадцать восьмое, — произнесла та, с удивлением посмотрев на дочь, а затем заметила, как Лия побледнела. — Что с тобой? — Всё нормально, мам, — ответила девушка, поднимаясь со стула и выходя из-за стола, пойду прогуляюсь. — Иди, конечно, — кивнула Лорен, и Лия вышла из дома, тихо бормоча себе под нос: — Не может быть, двадцать восьмое. У меня задержка почти две недели. Лия направилась в центр города, решив посетить медикусаМедикус — так называли врача в древнем Риме., так как заподозрила, что беременна. Выйдя от медикуса, Лия с трудом сдерживала слёзы, так как её подозрения подтвердились. И что ей теперь делать она совершенно не представляла. В их стране были суровые нравы и законы: общество очень негативно относилось к таким, как она: если девушка забеременела не будучи замужем, её запросто могли забить камнями где-нибудь на улице. Не выдержав, Лия всё-таки разревелась и пошла куда глаза глядят. Прошло больше часа, и девушка вдруг остановилась почти у самого края обрыва: неподалёку протекала река, которая спадала вниз красивейшем водопадом. Это оказалось то самое место, где Дарион поцеловал её впервые. Лия сама не понимала, почему пришла именно сюда, ноги сами её принесли. Подойдя ближе к водопаду, девушка посмотрела вниз, невольно залюбовавшись прекрасным видом: потоки воды с шумом обрушивались с большой высоты и разбивались о камни. У Лии перехватило дыхание и кругом пошла голова. «Почему бы и нет?» — подумала она и сделала несколько шагов вперёд, подходя к краю обрыва ближе. Слёзы застилали глаза, а на душе было так паршиво, что и словами не передать. Оставалось сделать последний шаг, и она уже подняла ногу, готовая шагнуть в пропасть, однако кто-то схватил её за руку, оттаскивая от края. — Лия, что ты делаешь?! — развернув девушку лицом к себе и встряхнув, выкрикнул Дарион, Лия подняла на него полные слёз глаза, и принц прижал её к себе, гладя по голове и шепча: — Я люблю тебя. Последние слова возлюбленного будто нож резанули по сердцу. Боль из-за предательства любимого человека подняла в Лие вспышку ярости. Оттолкнув от себя Дариона, Лия со злостью посмотрела в его глаза. — Не смей, слышишь? Не смей мне говорить о любви! — почти прошипела она. — Тебе неведомо это чувство! Ты просто подлец! — Нет, Лия, послушай, — Дарион попытался схватить её за руку, но Лия снова оттолкнула его и отступила на шаг назад. — Не прикасайся ко мне! Ненавижу! — Лия обернулась назад и снова посмотрела вниз. Дарион сделал шаг ей навстречу, но Лия выкинула: — Не подходи! Или я спрыгну! — Хорошо, я стою на месте. Только не делай глупостей. Нам нужно поговорить. — Не о чём, предатель! — Я всё тебе объясню. Пожалуйста, послушай меня. — Уходи. — Чтобы ты могла покончить с собой? Ну уж нет! Я никуда не уйду, и ты выслушаешь меня, даже, если не хочешь. — Ты женился на другой. Да как ты смеешь вообще подходить ко мне? — Прости, что не сказал тебе, кто я на самом деле. Ты же понимаешь, что у меня есть долг. Я не выбирал, кем мне родиться на этот свет. Я пытался поговорить с отцом за месяц до этой свадьбы. Но он и слушать не захотел, сказав, что такие как мы не имеем права на любовь. Я знаю, что поступил с тобой подло, но я люблю тебя. Ты моя истинная пара, мой соулмейт. — Больше нет, — произнесла Лия, бросив взгляд на своё забинтованное запястье. — Что ты сделала? — спросил Дарион, всё-таки хватая Лию за вторую руку и утягивая её от края дальше. Лия заколотила кулаками в грудь Дариона, пытаясь вырваться, но он держал крепко и, наконец, сдавшись, девушка тихо произнесла: — Я выжгла эту проклятую метку. — Это невозможно, от неё нельзя избавиться. Ты — моя судьба, а я твоя. — Хватит! У тебя теперь есть жена. — Есть, — не стал отрицать Дарион. — Но я не по своей воле на ней женился. И я бы этого никогда не сделал, если бы не отец. Он сказал, что если я не женюсь, тебя убьют. Я не мог этого допустить. Ведь я люблю тебя больше жизни. — И что ты мне предлагаешь? Всю свою жизнь быть твоей любовницей? Нет, — Лия покачала головой. — Я не согласна. И не согласна делить тебя ни с кем. — Ты не будешь делить меня ни с кем. Я исполнил волю отца, женившись, но он не дождётся наследников. Он не заставит меня исполнять супружеский долг. — Враньё! Он может сделать это так же, как и заставил тебя жениться, если ты говоришь правду, в чём я не уверена. И я ещё раз тебе повторяю: я не собираюсь до конца своих дней быть лишь твоей любовницей и рожать бастардов. — Бастардов? — переспросил Дарион. — Именно. Я была сегодня у медикуса, и он подтвердил, что я жду ребёнка. Вот почему я хотела спрыгнуть. Ты же понимаешь, что со мной будет, если все узнают. Дарион посмотрел на Лию сначала удивлённо, а затем притянул её к себе, обнимая и шепча: — Я очень рад, что у нас с тобой будет ребёнок. Я тебя очень сильно люблю. — Да что ты несёшь? — Давай сбежим, — вдруг предложил Дарион. — Уедем прямо сейчас. Куда угодно, только подальше отсюда. — Что? — переспросила Лия. — Ты меня слышала. Давай уедем. — Но... — пробормотала девушка, а Дарион притянул её к себе ближе и накрыл её губы своими, целуя нежно, зарываясь пальцами в рыжие волосы. От этого поцелуя сердце Лии забилось быстрее, злость на Дариона бесследно исчезла, ведь он решил отказаться от всего ради неё и их ребёнка, и она ответила на поцелуй, оглаживая его спину и плечи. Когда поцелуй закончился, Лия тихо произнесла, неотрывно глядя в карие глаза: — Ты правда готов отказаться от трона, власти и богатства ради меня? — Да, — ответил Дарион. — Нужно было сделать это сразу, после того, как отец стал настаивать на женитьбе. Прости, что не предложил тебе такой вариант раньше. Мне только сейчас пришло это в голову. Пойдём? — Пойдём, — произнесла Лия, глядя в глаза своего возлюбленного. Он взял её ладонь в свою, и они, держась за руки, вместе зашагали в новую жизнь.