Меня не спасти. / Утопая в слезах.

Хочу лишь умереть. Хочу скрыться от мира.

Пахнет усталостью и болью квартира.

Снова хочу плакать–снова провинился.

Меня не спасти. Я не ошибся.

Идя по улице, слыша где-то в далеко лай собак, что опять напали на бедного человека, слышать звук проезжающих мимо машин, чьи водители едят на работу. Слышать хруст кучи снега под ногами и застрявать порой в этих бесконечно-длинных сугробах. Видеть, как какой-то парень в коженке в -32 рисует на заборе. Ты чувствуешь себя так... непривычно. Слишком хорошо. Но если бы это была не зима, было бы уже не так. Было бы как всегда. Зима по своему атмосферна. Особенно зимними вечерами, когда ты дома один. Темнота. И на улице, и дома. Выключи свет, включи свой любимый плейлист. И забудь обо всём. Забудь о проблемах в школе, о лицемерных одноклассниках, о своих комплексах. Забудь. И вслушивыйся в текст. И подпевай. Забудь. Полный мусорный мешок был успешно закинут прямо в мусорный бак. Когда Юля шла домой... начал идти снег. Сначала понемногу, совсем чуть чуть, но потом это переросло в настоящий снегопад. Снег падал на голые и намертво замёрзшие ладони, что холода не чувствовали и таял. Таял не так стремительно, но всё же таял. Вспомнились очень хорошие воспоминания. Очень терзающие душу, заставляющие плакать и кричать во весь голос на данный момент от боли воспоминания. С друзьями по этой же улице гуляли. Как было тогда хорошо. Тогда она не знала, что будет вспоминать этот момент с невероятной ненавистью и неописуемой болью. Тоже зима была. Был вечер, было темно, но горели фонари. И шёл снег. Они шутили, смеялись, фоткались. –Вот... А я слышала, что Лёша, который придурок, Алёне изменил!–Прокричала Амина так, что, казалось бы, слышал весь город. Видимо, она реально в это верила. Ну да, а как тут не верить, если это обсуждает почти вся школа? У Димы и Максима буквально челюсть отвисла. Они что, не слышали об этом? –Че? Откуда?–Зазвучал всё таки недоверчивый голос Димки–Может не изменял? –Та я тебе говорю: изменял. Ты видел, как он смотрит на Алинку?–Явно Амина верила во все эти слухи. Она сам по себе человек... доверчивый. Когда Юля и Амина только начали дружить, было это кажется в классе третьем, она сразу же рассказала всё про свою семью, проблемы в семье, свои ночные кошмары и главные страхи. Ладно, она тогда совсем ребёнком была, но сейчас то... Хотя, ладно, четырнадцать лет же, можно всё таки ведь? Не думаю. –Ладно, отстань,– Сдался Димка – Кстати, Юль... Юля сомкнула глаза до боли. Нельзя вспоминать. Юля открыла глаза снова. С неба всё также летит снег мелкими снежиками, попадая на куртку, лицо и даже в глаза. Можно спутать со слезами. Воспоминания упрямо лезли в голову и покидать её не хотели, как бы Юля не старалась отогнать их подальше. Чтобы ещё хуже не стало. Хочется, чтобы это был просто снег в глазах, а не последствия воспоминаний. Хочется, чтобы это просто забылось. По приходу домой опять стало паршиво. Юля сняла длинную зимнюю куртку и шапку. Повешала на вешалку в доме. Шагами очень тихими, как будто боясь чего-то, Юля пошла в ванную комнату чтобы руки помыть. Руки мокрые, в холодной воде. Нужно нанести мыло на руки, но... Ноги подгибаются, просто уже не держат, а руки автоматически опираются о раковину. А голова опускается вниз. Взгляд тоже. И ноги стремятся, так сильно стремятся упасть. Так странно. Не помыв руки до конца, Юля, даже их не вытерев, идёт на ватных, подгибающихся ногах, которые так и наровят упасть с каждым новым шагом, с замутнённым взглядом в гостиную комнату. Еле как дойдя, Юля просто падает на диван. Юля упала на спину, смотря стеклянным взглядом в белый потолок, вспоминая неб, с которого падают снежинки, что попадают в глаза. "–Как я устала." В этот момент уже ничего не было важно. Неважно, что не помытые толком после улицы руки сейчас прижаты впотную к глазам, чтобы слёзы не потекли. Неважно, что телефон уже разрывается от звонков мамы, которая явно звонит, чтобы спросить сделала ли Юля высланные в группу класса задания. Чувство, будто тебя душат. Будто горло сжимают со всей силы, намереваясь, видимо придушить. Горло очень болело. Слёзы. А ведь так хотелось верить, что это просто снег в глазах. Или дождь на крайний случай и плевать, что уже зима. Принимать тот факт, что ты всё же плачешь, что ты "слабый"–всё таки тяжело. Слёзы нужно сдерживать. Эмоции нужно сдерживать. И не давать им выходить наружу. Странно, но перед собой тоже стыдно. Перед собой особенно стыдно, за проявление эмоций. На улице, тем временем шёл снег. Падают медленно и словно бы, кружатся белые снежинки на сильном ветру, попадая некоторым людям в глаза. Людям, что наивно надется, что это лишь снег в глазах. Глаза наполнились влагой. Взгляд замылился, всё стало нечётким, будто у тебя зрение -10, но нет. Лучше бы это было ужасное зрение. Ведь это слёзы. Последнее, что сейчас хотелось–это, как раз таки, плакать. Ладно, плакать очень даже хотелось. Не хотелось только этого осознавать. Верхняя губа задрожала. Юля закусила нижнюю губу, чтобы не издавать звуков. Плюс ещё одна полезная привычка. Нет... не могу. Нет. Не смогла. Слёзы всё же потекли по щекам. Некоторые попадали в рот. Солёные. Неприятно. Слёзы катились по щекам безастоновочно и очень неприятно обжигали холодную кожу щёк, что ещё не согрелись с улицы. Сдерживать слёзы не получилось. Не получилось постоянно быть "сильной". Разные мысли в голове у Юли на данный момент. От "Как я хочу вернутся назад!", до "Почему я такая уродливая?". Юля, на самом деле, красивая. Но она не про внешность в целом. Тело. Живот. Вес. Глядя на свою талию, на свой вес, девушка готова была разбить весы, а сама накидаться слабительными и мочегонными. Не продали. Ни в одной аптеке. Тогда-то Юля и решила сесть на голод. А вес её примерно 55-54 килограмм. Но по большей части Юля сейчас плачет из-за них... Сколько раз я уже сказала это слово, неважно. Воспоминаниях. Бывших друзьях. Раньше всё было хорошо. Слёзы без остановки льются по щекам, будто вода из кружек. Очень и очень тихие всхлипы были слышны. Почему раньше, раньше чёрт возьми всё было хорошо? Почему в скором времени это всё разрушилось? Почему всё хорошее рано и поздно заканчивается? В большинстве случаях–рано. Но вдруг послышался громкий звук... удар? Юля открыла глаза, что были закрыты всё это время. Посмотрела по сторонам и своими заплаканными глазами увидела, что её телефон лежал на полу возле стола. Упал из-за вибраций от звонков. Юля еле как встала на шатающихся ногах и пошла к телефону. Взяла его, а там на экране высветилось "Мама♡". И тут Юля поняла, что она сделала... Она пропустила три звонка от мамы... Юля быстро взяла трубку. –Юля?! Ты почему не отвечаешь?! Юля вздохнула много воздуха в лёгкие, чтобы успокоится, из-за чего сильно заболело горло по новой. Так, так, так... какая тут отмазаться подходит... Что сказать... точно! –А я полы мыла. А телефон на беззвучный поставила, чтобы не мешал. Юля старалась сделать голос максимально обычным. Не заплаканным, не дрожащим, не ломающимся. –Полы мыла?–Удивилась мама. Обычно Юлю не заставишь дома убиратся, а тут... но это ведь ложь.–Хорошо. А ты задания сделала? Очевидно. Было очевидно, что она спросит это. –Да, сделала.–И опять ложь. –Ну, всё, давай. Полы мой. –Хорошо. Звонок отключился. "Полы мой." Эх, ещё и полы теперь мыть придётся... Глаза очень болят и слипаются. Ноги подгибаются. Голова болит и в ушах звенит. Да, с таким состоянием бы полы мыть. Одна слеза снова покатилась по щеке Юли, но она быстро её вытерла. Хватит.

Я умираю в уж грязных полях,

Лёжа в снегах, утопая в слезах.