Часть 1

— Отпусти моего кота, дура! — Сам дурак! — я поудобнее ухватила кота подмышку и помчалась в неизвестном направлении. По крайней мере мне. Лёхе оставалось только смотреть на то, как мои голые пяточки проминают свежевыпавший снег, а его кот оказывается все дальше и дальше от дома. Я сначала подумала, что он так и будет стоять, ознаменовав мою маленькую победу. А затем услышала, как этот слон несется за мной на скорости, близкой к скорости света! Я, будучи не идиоткой и не мазохисткой, прибавила хода, не забывая поправлять мяукающего и явно непонимающего пушистого Семена. Серый полосатый жирненький кот даже вырываться не пытался, сидя в моих руках как родной. Наверное, понял, что на данном этапе самый безопасный выход: не рыпаться. На моей стороне была Госпожа Фортуна, не подводившая меня уже много лет. На стороне Лёши было пятнадцать лет профессионального спорта. Ладно, если честно, Госпожа Фортуна меня все-таки подвела. Не в случае погони, хотя и в ней тоже. Еще месяц назад я жила своей обычной жизнью, без всяких там котов и Алексеев под боком. Ходила в самую обычную школу, ну и малость необычно летала на метле, когда было совсем лень перебирать ногами. Но, к этому попозже. К новости о женитьбе отца я отнеслась с настороженностью. С момента, когда мама ушла из нашей семьи, папа словно перестал смотреть на женщин. И я уже смирилась с тем, что он так и будет одиноким. В этот же момент появилась Наталья, подозрительно быстро охмурившая своими чарами моего отца. Нет, ни о каких приворотах я не думала, ведь папа с легкостью бы распознал любое магическое вмешательство. Да и ведьмой Наталья точно не была: обычная женщина лет сорока пяти, так скажем, в самом расцвете сил. С пучком белых волос на затылке и пигментными пятнами на лице, что совсем не делает ее менее привлекательной. И вот, казалось бы, только вчера я познакомилась с Натальей Петровной, а сегодня уже еду в её загородный дом, который станет «новым семейным гнёздышком для нас всех!». Меня устраивала и наша старая квартира, которая могла остаться семейным гнездышком только для меня, если бы отец разрешил там остаться. К моему несчастью, отныне эта квартира превращалась лишь в рабочий кабинет, находящийся в часе езды на машине от коттеджа. То есть, всего три часа по вечерним пробкам на автобусе — и ты там. Радужной такая перспектива не была, поэтому все свои вещи я благоразумно отправила еще в пятницу, воспользовавшись грузоперевозками, любезно предоставленными нам знакомой компанией отца. Не учтя лишь одного: вплоть до сегодняшнего вечера, а сегодня было воскресенье, я торжественно оставалась без своих вещей. Благо, я додумалась оставить себе хотя бы щетку. — Пыхти тише, — раздалось мне с водительского сидения, располагавшегося аккурат передо мной. Захотелось резко выгнуть ногу, чтобы было неповадно, но ссориться с новоиспеченными родственничками так скоро я не собиралась. И я прекрасно понимала очень недовольного Алексея — одного из моих новых старших братьев. То, что мать налаживает личную жизнь, может и классно. А вот новая сестра, которую теперь приходится еще и отвозить в дом через весь город все по тем же пробкам, весьма сомнительный бонус в ситуации. Вот я и старалась относиться с пониманием и помалкивать. А пыхчу я потому, что ждала этого самого Лёшу — тьфу ты, как же ему имя это не подходит! — на морозе пятнадцать минут. Видите ли, он не мог вырулить меж наших многоэтажек и с непривычки встал где-то за тридевять земель. Я ему сказала, что топографический кретинизм не лечится. На этом наш единственный разговор в машине очень уж быстро схлопнулся. Не знаю даже почему. Внешность Лёши я рассмотреть не успела, а сейчас видела только два тёмных глаза в зеркало заднего вида. Но, я бы все равно дала ему другое имя. Лёша слишком хорошее для такого буки. Этот точно тянул на Савелия, при моем уважении ко всем Савелиям. — Бл… — нечитаемый набор символов издал Алексей со своего водительского сидения. Я пододвинулась в сторону, чтобы посмотреть на дорогу, моментально понимая причину негодования. Мы встряли в пробку, начало которой было даже не видно. Вдвоем в машине. В звенящей тишине. Музыку Лёша не включил даже сейчас, чтобы сгладить неловкое молчание, усугубившееся отсутствием движения машины. Мы остановились чуть дальше центральной части города и до коттеджа оставалось совсем чуть-чуть повилять по лесным дорожкам. Перед этим простояв час в длиннющей пробке. Я смирилась с ситуацией и привалилась к окну, разглядывая обшарпанное здание городской аптеки. Места, которое такие как я не переносили просто по причине наличия в их препаратах огромного количества химии. «По-нашему» — это напоить человека смесью из сырых яиц и перетертого корня ивы! Ладно, не ходя вокруг да около, скажу прямо. Моя семья, в том числе мы с папой, занимается ведьмовством. Не тем, которым занимаются бабушки в деревнях, хотя среди них и наши есть тоже. Мы из числа ведьм, обладающих магически-активной силой. И прежде, чем начать смеяться от слова «магия», подумайте пожалуйста, о последствиях. В виде порчи, которая уж точно вам не нужна. Так вот. Ведьмы, в отличие от тех же знахарей, обладают способностью рубануть недоброжелателя файерболом в неприкрытую спину. Но, что самое интересное, мы можем лечить прикосновением. Буквально всё, но делаем мы так очень нечасто. Это стоит нам слишком многого, в том числе собственного здоровья. А я, между прочим, девушка эгоистичная и из-за кого-то своим здоровьем жертвовать не собираюсь. Порчи делать я, кстати, не умею. — Включи, пожалуйста, печку. Очень холодно, — попросила я слегка дрогнувшим голосом. За окном было минус двадцать пять, а у него в машине было даже окно приоткрыто. Любитель свежего воздуха. — Это называется отопитель, — недовольно поправил Алексей, легким движением пальцев включая тепло. Я закатила глаза, промолчав на эту излишнюю придирчивость. Вот мы весело будем жить с моей неразберихой в терминах, ударениях и склонениях. Спустя четверть часа моего бессмысленного рассматривания захудалой аптеки мы наконец-то тронулись с места по направлению к коттеджу. Хоть одно радовало: Лёша вел ровно и спокойно, но без перебора. Машинка, новенькая блестящая ауди, мчалась на приличных для города семидесяти километрах в час. Коттедж семьи Белозерских располагался в богатом загородном районе города, в окружении таких же коттеджей. Но, даже на фоне зажиточных домов, выделялся своими внушительными размерами. Три этажа вверх, чуть ли не километры в сторону. В общем, да, огромная конструкция. И я, привыкшая к нашей с папой двухкомнатной квартире, просто стояла и смотрела вверх, куда-то на третий этаж. А потолки тут высокие, поэтому третий этаж располагался примерно на отметке типичного пятого этажа нашей городской многоэтажки. Алексей самодовольно хмыкнул откуда-то сзади, огибая меня по дуге, чтобы пройти ко входу. — Алёнушка! Как же я рада наконец-то тебя тут видеть! — из дома вышла приветливая Наталья Петровна, которая и являлась причиной моей головной боли. И женой папы, — Проходи, чего же ты стоишь на морозе? Еще и без шапки, боже правый, ты же совсем тут заледенеешь! Проходи пить чай. Мы пирог уже режем, а вас все нет и нет, думаем «Куда делись?». — Мам, мы в пробку встали, — как Лёша вставил хоть что-то в этот поток непрекращающейся речи я не поняла, потому что у меня не получилось. — Да-да, сейчас такие ужасные ситуации на дорогах в городе. Просто полный кошмар, — покивала Наталья, в обнимочку уводя меня со двора. С огромного двора, который мне предстоит рассматривать еще минимум неделю. В помещение, которое мне предстояло рассматривать годы! Величественные колонны, совершенно неуместные в загородном, даже очень хорошем, доме, смотрели на меня выгравированными лицами каких-то греческих богов. Между ними проходила лестница, ведущая наверх, обставленная горящими свечами. Очень безопасно, ставить на деревянной лестнице как минимум восемь свечей с самым настоящим огнем. Такое делают либо идиоты, либо маги. И к последним новая семья на относилась. Перед ногами был белый пушистый ковер, идеально-белый. Такой, какой он бывает ровно один раз: после прихода из магазина. Кто стелет такой ковер в прихожую? Видимо, очень богатые люди, у которых я и оказалась в доме. — Дорогая, снимай ботиночки… вот тапочки. И пойдем, знакомиться с домом! С дворцом. Да с целым городом! У меня закончились пальцы для счета комнат уже через пятнадцать минут. Мы шли, двери по бокам не заканчивались, красивые залы, лучше смотревшиеся бы в девятнадцатом веке, тоже не заканчивались. Скажу даже больше: эти залы были в разных стилях! Я в этом особо не разбираюсь и никогда разбираться не стремилась, но даже с моего непрофессионального взгляда можно было различить цыганское барокко и лофт. Всё это время за моей спиной, изображая тень, следовал Лёша Это напрягало еще больше, но все свои язвительные комментарии я держала в себе. Наталья Петровна, все-таки, женщина хорошая. Спустя минут двадцать бессмысленной для меня экскурсии, ведь я совершенно не понимала, что от меня требуется, мы наконец-то пришли к двери, которую обозвали моей комнатой. — Располагайся, моя хорошая, чувствуй себя как дома! Надеюсь, тебе понравится ремонт, его согласовывал твой папа, но дизайном полностью занимался мой средний сыночек, вы с ним еще познакомитесь. Артур любезно вызвался помочь, хоть это не его специальность, но получилось у него здорово. Непривычно, конечно, но… Голова трещала от неё уже давно, а интерес посмотреть на своё новое место жительства отсутствовал изначально. Тем более, Лёша за спиной уже прыснул себе в кулак так, что я поняла: он видел. И мне такое тоже стоит увидеть. Наталья, улыбаясь во все свои белоснежные и, кажется, сияющие, тридцать два, отворила дверь. Вот это был склеп! Черные стены, черный пол, спасибо, что окно оставили! На нем, кстати, шторы черные висели. Видимо, чтобы я ни в чем себе не отказывала и сидела в полной темноте. Кровать невероятных размеров, тоже накрытая черным пледом и обитая черным бархатом. Не знаю, кто этот Артур, но он мне точно решил подгадить с самого начала нашего знакомства. Лёша веселился, стоя за моей спиной. Ему было не просто весело: катастрофически весело. Ладно уж, если прямо здесь откинется, я его спасать не буду! Сам виноват. — Ну как тебе, Алёнчик? — с надеждой спросила Наталья, продолжая улыбаться. Нет, было в этой женщине что-то такое… от маньяка. — Просто… супер! — как можно более счастливо выдала я, стараясь улыбаться хоть немного более искренно, чем Наталья. — Отлично! Ты запомнила путь из своей комнаты на кухню и к выходу? Ну, если что, Лёля тебе напомнит, он как раз живет в соседней комнате, всегда рад помочь и подсказать, — Наталья Петровна явно собиралась покинуть нас. Но, напоследок, сделала мне неоценимый подарок. — Лёля? — с прищуром спросила я, переводя взгляд на Лёшу, которому что-то уже было не слишком и смешно. Парень замер с дежурным оскалом и не сводил взгляда с меня. Видимо, наслаждался реакцией и прикидывал сколько дней осталось его репутации. — Ой… да, это домашнее прозвище Лёши у нас. Ты тоже можешь его так называть, это братья его придумали много-много лет назад… Ладно, об этом позже, может Андрюша с Артурчиком тебе сами расскажут эту занимательную историю. Всё, не будем тебя трогать, твои вещи в коробках стоят в гардеробной. Обустраивайся, отдыхай. Завтра в школу тебя отвезет Лёша, договоритесь там, что и во сколько. Всё, побежала я, если что, обращайся, — и, прекратив поток речи на несколько секунд, Наталья Петровна выдала первую фразу без торопливости, — Мы рады, что ты согласилась к нам переехать. Я всегда мечтала о дочке, а у меня три сына. Ты можешь обращаться ко мне по любым вопросам и проблемам. Душевная она, конечно, женщина. Только вот я не соглашалась, меня вообще не спрашивали! Наталья Петровна спешно свернула на лестницу — я её там даже не видела — и скрылась этажом ниже. Я же, медленно, и с коварной улыбкой, повернулась на Лёшу. — Лёля, значит? — улыбнулась как Чеширский кот. — Рот закрой, — огрызнулся парень, — В склеп свой чеши, чтобы глаза мои тебя даже не видели. — А твои братья такие же хамы? — спросила, чувствуя, что наши с ним отношения не станут адекватными никогда. — Мои братья хуже. Ты не в сказку попала, приехав на всё готовое, — он свернул на ту же лестницу, оставляя меня одну. Ну что же, это был неплохой вызов судьбы! Не то что бы в свои шестнадцать лет моей мечтой был файт со сводными братьями и гиперактивной мачехой, но в этом тоже был какой-то шарм. Как сказала моя подруга Женя, услышав новость о моем переезде: Ништяк! *** — Алёна, ты кушай-кушай, вон какая маленькая, худенькая, — мне в тарелку положили кусок рыбы, сравнимый разве что с крылом самолета. И картошки еще сверху насыпали, — Может, сока хочется? — Спасибо, Андрей, не надо ничего, — доброжелательно улыбнулась самому старшему из братьев Белозерских. Рядом недовольно запыхтел Лёша. Когда он сказал, что его братья хуже, я настроилась на войну. Которая, как оказалось, решилась перемирием, еще не успев начаться. Андрей был старшим ребенком в семье, Артур средним, ну и младшенький отличился круче всех. Андрей так вообще расплылся в широкой улыбке и заявил, что я могу чувствовать себя как дома. Именно он заставил меня сесть поесть, наложил самую большую порцию, постоянно подливал сок и без конца щебетал о том, что в их мужской компании давно не хватало сестрички. Отец, сидевший за барной стойкой чуть поодаль, с умилением смотрел на эти взаимоотношения и явно думал, что дочь в надежных руках. Поэтому, по окончанию ужина, объявил, что они с Натальей в скором времени уедут в медовый месяц на Мальдивы. Да, у папы губа не дура… Средний сын, Артур, сразу выделялся из всех. Как минимум по своему вкусу к черному цвету, это я поняла уже по своей комнате. Все Белозерские были блондинами от природы, на лицо — ну Ванька Ванькой. Артур же предпочел отойти в этом вопросе от них и отличался выкрашенной черным бытовым красителем головой, отдающей легкой синевой и смертью в муках. В глазах черные линзы, одежда вся, угадайте какого цвета… черного! Браво. При этом он уплетал йогурт с разноцветными шариками и даже не морщился от яркости цвета. — Как тебе ремонт в твоей комнате? — первым делом спросил Артур, стоило мне оказаться на кухне. — Потрясающе… — даже не соврала я. Потрясена я точно была! Артура этот ответ удовлетворил, брат вернулся к своей клубничной йогуртовой жиже. И в этот же момент на кухне появился новый член семьи, с которым я доселе знакома не была. — Что за прелесть, кто это у нас тут, — буквально промяукала я, присаживаясь к серому, полосатому упитанному котику. У нас, ведьм, с этим видом животного мира всегда была самая крепкая связь, да и сама я кошек очень люблю. Кот тоже агрессивностью не отличался, поэтому с готовностью нырнул мне под ладошку, подставляя бока для поглаживания. — Кота моего не трогай, — грозно произнёс Лёша, не поднимаясь с места. — Так это твой? — котика гладить я не перестала, — Странно, как у тебя, Лёль, такой милый котик появился… По тяжелому вздоху за спиной я поняла, что убегать нужно прямо сейчас. Чудом вспомнила путь до комнаты, но у испугавшейся женщины возможности открываются просто невероятные! Там уже захлопнула дверь, в очередной раз поежилась от атмосферки в комнате и набрала на телефоне знакомый номер. — Алло, Женя? Я, кажется, попала на хардкорный уровень!