Глава 1.

Милена шла домой из школы. На улице начинало постепенно темнеть. Девушка любила это время года, но не из-за холода, а наоборот. Ей казалось, что зимой теплее чем в другие времена года, имеется ввиду на душе, морально. Блондинке нравилась данная атмосфера тёмных улиц и снегопад в свете уличных фонарей. Видимо даже колючий мороз не преграда хорошему настроению девчонки. Было плевать даже на то, что кончики и без того белых волос, побелели еще больше и то, что холод уже обдувал лицо. Всё-таки прикрыв немного половину лица, она кое-как дошла до дома и уже в коридоре сняла верхнюю одежду. Поздоровавшись с матерью, которая уже готовила ужин на кухне, прошла к себе в комнату. Переоделась и сразу же села за домашку, чтобы потом спокойно отдохнуть. Свет старой настольной лампы освещал лежащие на столе учебные принадлежности. Перед девушкой сейчас лежала тетрадь по алгебре, с множеством различных формул, над которыми она усердно думала, чтобы решить данные номера. И всё-таки она написала её достаточно быстро, в отличии от остальных уроков. На домашнее задание было задано три предмета и она делала всегда домашнее задание сама, без чьей-либо помощи. По итогу за тетрадями и учебниками Милена просидела чуть ли не до позднего вечера, не могла понять химию, которая ей как на зло не даётся. Только она хотела отдохнуть, как скрипнула дверь в комнату и показалась мама девочки. — У меня к тебе просьба. — Какая? — Можешь сходить до соседней улицы, помнишь где живёт тётя Зоя? — Ну ма-а-ам... зачем до нее идти? — Она уехала на неделю в Москву, а у неё дома остались цветы, нужно полить. Уже день никто не ухаживает. — Именно сейчас? — А когда? Засохнут же. Завтра опять к вечеру придешь из школы. — Утром? — Ага, ты по утрам просыпаешься чуть ли не к началу урока. Так, вот ключи. Всё, давай иди. — Я хотела отдохнуть. — Отдохнёшь как придешь. — Эх, ладно. Женщина протянула дочери ключи от квартиры, а сама ушла на кухню к уже пришедшему с работы отцу. Они что-то обсуждали, не обращая внимания на дочь. Редучева накинула на себя теплую, пушистую шубку, которую ей подарил папа на день рождения. На голову намотала шарф и наконец покинула родную квартиру. В такое время не очень то хотелось выходить из дома, но раз уж просит мать, то нужно соглашаться на помощь. На улице была кромешная темнота. Где-то был слышен шум машин, но для того чтоб услышать, надо было вслушиваться. Все люди уже давно сидят по домам и занимаются своими делами после учебы или работы. Только не она. До дома папиной сестры было идти минут 10-15. Соседний двор почти что. Милена в детстве проводила с ней достаточно времени, когда родители работали, чтобы оплачивать их квартиру на тот момент в другом городе и проживание. Выкинув из головы воспоминания, девушка начала заглядываться на заснеженную безлюдную улицу. Вокруг будто стояла мертвая тишина, так как было безлюдно. Был слышен лишь гул ветра, что крутил в воздухе снежинки, будто завораживая Милену своим видом. Её хрупкое тело бросало в дрожь при каждом порыве зимнего ветра в её сторону. По спине словно окатывали ледяной водой, вызывая бурную волну мурашек. Холод даже сквозь эту шикарную шубу пробивался до самых костей, пытаясь сковать любое движение девчонки. На секунду даже показалось, что горячая кровь застывает, а органы окутывает ледяная корочка. Наконец добравшись до нужного места, она по быстрому налила в бутылку воды из под крана и полила каждый цветок, что находился в квартире тётки. Вернув всё на свои места, Милена закрыла квартиру на ключ и отправилась со спокойной душой домой. Однако, что-то заставило её почувствовать напряжение. Тишину прерывает резкое осознание, что за своей спиной она слышала чьи-то смешки и голоса. Будто кто-то разговаривал. Ей же казалось, что её преследуют. По телу теперь бежали мурашки не от холода, а от страха. Голова неприятно гудела от скопившихся мыслей о том, кто идет на неё. Стало некомфортно и тревожно, это пожирало будто бы изнутри. Милена успела накрутить себя, что эти люди следят за ней, прожигая взглядом девичью душу. От этого противного одиночества аж тошно стало. Редучева всё оглядывалась и оглядывалась, пытаясь держать этих людей в поле зрения, чтоб мало ли что ни случилось. При этом параллельно пытаясь ускорится, когда под ногами скользкая дорожка. Ледяной ветер хлестнул по лицу, заставляя ёжиться от холода. Ноги не шли быстрее, словно что-то удерживало. Милена на удивление даже ещё не покинула двор тёти Зои. Резкий несильный удар. Милена врезается в кого-то впереди себя. Повернув голову наконец назад, в прежнее положение, она увидела перед собой мужчину. Её страх сбылся. Приподняв немного голову, она смогла разглядеть высокого молодого человека, слегка кучерявые тёмные, потрёпанные волосы. У него довольно крепкое телосложение, грубые черты лица, но одновременно такие четкие и идеальные, небольшой шрам на щеке, даже ближе к скуле, который будто дополнял парня. Его лицо не выражало абсолютно ничего, скорее всего он просто скрывал свои эмоции, но этого она точно не могла сказать, разве что он выглядел достаточно опасно. Одет парень был в кожаную теплую куртку с какими-то непонятными надписями. Самые обычные спортивки и зимние ботинки. В правой руке меж пальцев зажата была сигарета, наполовину выкуренная. Сейчас Милена окончательно растерялась. Просто стояла и глядела на него, боясь сделать лишнее движение. Сейчас до неё дошло, кого он напоминал ей. Обычно так одеваются парни с группировок, а с ними уж лучше не пересекаться, особенно девушкам, так еще и в такое время суток. Редучеву трясло и внутри всё сворачивалось, а после начинало неприятно покалывать, словно тысяча ножевых ранений. Это чувство было невозможно описать обычными словами. Губы были поджаты, а зрачки расширились от поступившей паники. И ведь не убежать, поймает. Взгляд парня был такой неоднозначный. Слово хищник он изучал свою жертву по имени Милена. Как гром среди ясного неба прозвучал низкий, прокуренный голос, с легкой хрипотцой. — Куда спешим в такой поздний час? — Любопытно произносит тот. Взгляд его стал меняться, меняясь на более хитрый, явно показывая, что не понятно, что ему на ум придет, когда рядом стоит самая обычная школьница. Игривая ухмылка даже притянула взгляд девушки. Щеки её едва порозовели, неизвестно от холода это или же от того, что она попросту стеснялась такой близости с человеком противоположного пола, который скорее всего старше неё на лет так пять точно. — Домой. Четко ответила она, тут же отводя свой взгляд куда-то в сторону, но видимо незнакомцу такой расклад был не по нраву. Свободной рукой цепляет девичий подбородок и приподнимает, чтоб смотреть ей в глаза. Она ведь и увернуться не смеет, боится, как заяц волка. — И не страшно? Он говорил достаточно спокойно, но чувствовалось, что здесь что-то не то. Не может он быть добрым милым парнем. Понять это можно только по одному его внешнему виду. Пока Милена прокручивала в голове все возможные варианты ответа, молодой человек во всю разглядывал её. По взгляду можно было понять, что Миленка ему чем-то пригляделась. — Какая разница... Точно не то, что стоило отвечать. Не нужно было. Выражение его лица тут же меняется и он тушит сигарету, вдавливая ботинком в снег, чтоб потушить до конца. Парень не намерен терпеть такие ответы, но и язвить не собирается. Из кармана достает нож-бабочку. Блондинка тут же вздрагивает и пытается мягко вырваться из хватки его рук. Кричать будет бесполезно? Возможно, но попытка не пытка. Видимо незнакомец уже прогадал все дальнейшие действия этой девчонки, именно поэтому закрывает ей рот рукой еще до того, как она успеет завизжать. — Орать вздумала? К горлу подступал ком, оповещая о предстоящей истерике. Милена думала, что это её конец, особенно, когда тот повёл её в тёмную арку между двух домов. Там действительно не было ни души, но это только на руку. Уже там они поменялись местами и Редучева оказалась прижатой спиной к бетонной стене здания, а тот придерживал за плечо, чтоб не сбежала. — Ну-ну-ну, зачем ронять слёзы? Я же ничего плохо тебе не сделал, верно? У блондинки нет сил даже кивнуть. Тот хотел запугать, чтоб в следующий раз нормально отвечала, но видимо переборщил. Убивать - в его планы точно не входило. По крайней мере эту прекрасную девушку. — Что вам нужно? Её пухлые губы дрожали, а слёзки продолжали бежать по зарумянившимся щекам, скатываясь на воротник дорогой шубы. В голосе чувствовалась тоже небольшая дрожь. У неё не получалось поставить грамотно речь, одни запинки. — Как звать тебя? Он проигнорировал вопрос девушки, задавая встречный, надеясь получить достоверный ответ. Плохих намерений у него пока что не было, хотелось узнать поближе эту девчонку. — М-Милена... — Я Турбо, но можно просто Валера. Она не понимала в чем дело. Нужны были ответы на многие вопросы, которые она боялась произнести в слух. Сердце продолжало бешено стучать. — Ты боишься меня? С любопытством поинтересовался тот, потому что видел состояние новой знакомой. Он явно не плохо так напугал её. В мыслях пронеслась такая догадка, что он просто нагло знакомится с ней. Так оно и было, но это знакомство такое нелепое и необычное, даже странное. — Не то что бы... Мне надо домой. — Дай руку. Это звучало больше как приказ, нежели просьба, но она протянула на свой страх и риск. Свернув в изначальное положение карманный нож, Турбо спокойно вкладывает предмет самообороны в маленькую ладонь. Милена поднимает вопросительный взгляд на него, ожидая ответа и она его получает. — Теперь хоть немного успокоилась? — Наверное, но я все равно тебя не знаю и это... — Понимаю, но не стоит бояться меня. Небольшая пауза и последний вопрос, прежде чем они разойдутся в разные стороны. — Сколько тебе? — Шестнадцать. — Десятиклассница значит... Последних слов она уже не услышала, так как он сказал это очень тихо. — Мне пора. — Доброй ночи. И что это было? Именно этот вопрос крутился в голове у блондинки, а в кармане она сжимала тот самый нож-бабочку. Неужели он вот так просто отдал его какой-то незнакомой девушке? Или же это что-то значило?