Часть 13

Вернувшись из Акихабары обратно в Подземный мир, я тут же был приватизирован для личного пользования одной хмурой девочкой-кошкой, чей слишком чуткий для её же блага носик уловил на мне новый и совершенно лишний запах (по её мнению) двух других девушек. И теперь она требовала сатисфакции. Так что я был вынужден умостить у себя на коленях одну милую маленькую девочку-кошечку, поглаживая её по белоснежным волосам между двух кошачьих ушек и подкармливая её печеньем. О да, какая же у меня ужасная судьба – гладить и подкармливать одну привязавшуюся ко мне девочку-кошку. Поистине, в Аду моя душа страдает как никогда. – Мрррр, – что же, я мог с уверенностью сказать, что моя секретная запретная техника “Поглаживание по голове, нэко версия” работает, как всегда, на отлично. Не успело пройти и минуты с момента, как она, съев своё печенье и запив его стаканом молока, уложила свою голову мне на колени, как она уже мурчала во весь голос, как может мурчать только большая и довольная жизнью кошка. И не думайте, что я пропустил мимо, как она всё это время изо все сил пыталась прижиматься своим телом ко мне как можно больше и как можно плотнее. Кто-то ревновал и пытался перебить чужой запах собственным, ведь я был “её территорией”. Кошка, что тут ещё сказать. Поведение молодой нэко не могло не вызвать улыбку. Как и её тихие недовольные бормотания о всяких “курицах-воровках”, “бесстыдных лисицах” и “я была тут первой”, которые, видимо, предполагалось, что я не должен был слышать, но я прекрасно их слышал. У меня тоже был острый слух. Знаете, это был тот самый момент, когда на тебя лег кот и заснул, и тебе ни в коем случае нельзя было шевелиться, чтобы вдруг не разбудить его. И хотя ты мог пошевелиться и сбросить с себя кота, но как ты потом будешь дальше жить с муками совести за такой непростительный поступок, почти высший грех?! Вот-вот. У меня была почти эта же ситуация, только хуже. Хуже хотя бы потому, что у меня на коленях мирно покоилась настоящая девушка-нэка, что в разы круче какого-то там простого кошака. От возможности навечно остаться в этом положении меня спасла вторая девушка-кошка. В комнату вошла высокая черноволосая девушка в простом японском кимоно, цветом под стать её волосам и с окантовкой золотого цвета по краям, под стать уже её таким же золотым глазам. На её лице тут же появилась игривая ухмылка с намёком на хищный азарт, как только её золотые глаза заметили меня и её младшую сестру на одной софе. Думаю, мои глаза были достаточно умоляющими, чтобы прочитать в них краткое и отчаянное “помоги”. Вот только эта кошка была злой-презлой женщиной, а потому она только шире ухмыльнулась и одними губами прошептала “нет”. Всего через пару секунд она уже оказалась на той же софе, что и мы, прижимаясь своим созревающим телом ко мне с противоположной от её младшей сестры стороны. – Мяу, – прошептала она мне на ухо, почти касаясь своим игривым языком мочки, – ты так хорошо ладишь с Широнэ, что просто видя вас двоих вместе в такие моменты в сердце такой одинокой девушки, как я, зарождается небольшая зависть. Мой ученик так безжалостно играет с хрупким и невинным сердечком своего сенсея. – Я могу тоже почесать тебя за ушком, Курока-сенсей? – Нет, – глаза до этого почти дремавшей Широнэ резко распахнулись, а после сузились, и она, ухватив мою руку, требовательно прижала её к своей голове. – Моё, – чётко и окончательно, как вердикт судьи, заявила она. – Нья-ха-ха, – в ответ Курока залилась добрым глубоким смехом. Ей было радостно видеть такой свою сестру, – ты такая милашка, Широнэ, – её более свободная рука потянулась вниз и тоже легла на макушку младшей девушки. – Особенно, когда ревнуешь Лулу. – Я не ревную, – беловолосая нэка увела свои глаза в сторону. – Тогда я тоже могу получить поглаживания от твоего Лулу-нии? – лукаво спросила Курока, заранее зная какой будет ответ её младшей сестры. – ...Нет. Моё. – Такая жадина, – дразнила она Широнэ. – Курока-онэ и так проводит слишком много времени с Лулу-нии, – насупилась белая сестра. – Но в это время я учу Лулу-нии сендзюцу. Он не гладит меня, как бы я ни просила, – тут мне достался очень укоризненный взгляд от старшей сестры, который я с честью выдержал. – Моё, – но Широнэ была тверда в своей позиции. – Лулу-нии мой. Его поглаживания по голове тоже все мои. – Нья! – Курока натурально пищала от того, насколько милой была её младшая сестра. На что Широнэ не знала, как правильно реагировать, а потому делала то, что лучше всего умела: смотрела в ответ, словно кто-то на её глазах вёл себя очень глупо. К несчастью для Широнэ, это только делало её ещё милее. И был предел тому, сколько милоты может выдержать Курока. Её руки были пущены в ход, мгновенно захватив милые щечки её сестры. – Не-е-ет, пусти моё лицо, Курока-онэ! – жаловалась младшая нэкошоу. – Я не могу, мои руки делают это сами по себе, – неубедительно оправдывалась она. – Твои руки глупые! Курока-онэ, найди себе новые умные руки! Так продолжалось ещё некоторое время. Курока забавлялась, пощипывая пухлые щечки Широнэ, а Широнэ пыталась освободиться от вездесущих рук сестры. В итоге всё закончилось тем, что младшая девушка была пересажена на колени своей старшей сестры и заключена в нерушимые объятия, из которых так просто не сбежать. В общем, да, Широнэ была поймана, и теперь уже она не могла пошевелиться, чтобы не подвергаться большему нападению на её щеки со стороны Куроки. Так выглядела справедливость, Широнэ. Ты просто получила то, что заслужила. Но оставим баловство в стороне. Я не просто так позвал к себе Куроку, у меня было, что ей сообщить. – Курока, – не добавив полушутливое “сенсей”, я показал, что сейчас не время для легкомысленных шутливых разговоров, которые она так любила, – у меня есть для тебя важные новости. И для Широнэ тоже. Что же, если Курока не придала должное моим словам сразу, то после упоминания причастности её сестры я завладел её безраздельным вниманием. – Что-то приятное? – возможно, её вопрос казался легкомысленным, но то, как она смотрела мне в глаза при этом, выдавало то, насколько она сейчас сосредоточена и серьёзна. – Я надеюсь, что да. Я общался с Нурарихёном, он был другом вашей матери... – Мама Фудзимай?! – оживилась младшая девочка, перебив меня. Упоминание её матери одновременно вызвало у неё радость и грусть. А вот Курока была более сдержана. Она молчала, но вот мысли внутри её головы мчались одна за другой. – Да, Широнэ, – я протянул руку и погладил её по голове. Постепенно она успокаивалась, – Нурарихён выразил желание встретиться с вами. – Зачем ему это? – нахмурилась черноволосая нэкошоу. – Насколько я понял, половина причины это его любопытство, а вторая половина – долг друга позаботиться о детях женщины, которую он знал. Он будет рад, если вы решите вернуться в Японию. – Что, если мы не хотим? – руки Куроки оборонительно сжали её сестру. И было понятно почему. После жизни на улице они нашли себе место, которое могли бы назвать своим домом, где у них была безопасность, комфорт и сытная еда. Они уже осели в моём доме, создали связи, нашли друзей и знакомых и не хотели менять свою жизнь. Им было хорошо здесь. И кто знал, как им будет в Японии, даже несмотря на всех друзей их матери, которые утверждали, что готовы их взять к себе. Что-то ни один из этих друзей не помог им, когда они буквально жили на улице. Вместо них им помог совершенно незнакомый им мальчик-дьявол. – Тогда вы всегда можете остаться в этом доме. Пока я жив, вам всегда будут рады здесь, – легко улыбнулся старшей сестре. – Но я бы всё равно рекомендовал вам встретиться с Нурарихёном. Хотя бы потому, что я выторговал с него обещания обучить вас двоих сендзюцу. Этот старикашка может выглядеть древним ископаемым, которое вот-вот рассыплется, но внешность обманчива. Он один из самых сильных ёкаев в мире и самый опытный пользователь сендзцу сразу после Сунь Укуна. Судя по небольшому кивку и заинтересованности, появшейся в золотых глазах Куроки, она поняла, к чему я клоню. Совсем скоро я отправлюсь учиться в Асгард на несколько лет, и обе сестры останутся без дела в огромном поместье. Обучение у Нурарихёна это идеальный шанс провести время, пока мы будем раздельно, с наибольшей пользой. – Стать учениками Нурарихёна? – показательно задумалась Курока, после чего широко улыбнулась. – Звучит как шанс стать настолько сильной, чтобы легко забрать Лулу-нии у моей милой Широнэ. От подобного поворота событий глаза младшей нэкошоу широко расширились, а после сразу же сузились. Ой-ой, кто-то не воспринял подобную угрозу легко. Она посмотрела на меня, после на старшую сестру, снова на меня и снова на сестру. Пока в её юной головке не родилась одна прекрасная мысль. – Я тоже буду учиться! -Нья! – во второй раз Куроке был нанесён критический удар. – Не-е-ет, только не мои щечки!