Абди

      «Привет.       Я даже не знаю как начать, если честно. Идея написать письмо пришла мне неожиданно, после того как мы вернулись из Дидинахвамдиса. И не беспочвенно, кстати говоря. До этого дня я не знал, что умею писать на этом языке, но как видно моя Искра адаптировала меня к Мисру как только могла. Впервые вообще что-то пишу. По крайней мере на этом языке и в этом мире. Боже, я надеюсь, что ты умеешь читать. Я об этом не подумал, прости.       Совсем скоро нам предстоит уплыть в Отправление, на остров Смерти, и я не то чтобы волнуюсь за себя или Окетру. Вот за Окетру я совсем не волнуюсь. Больше за тебя, Абди. Мне диво как страшно. Я знаю про твой план убить Дану во время Отправления но прошу тебя не делать этого. Это письмо ты прочтешь после того, как всё закончится, и я надеюсь что прочтешь ты его самостоятельно, потому как это будет знаком того, что ты выжил и здоров, и я всё-таки тебя сдержал, а если же это читает Хануф то я ничего против не имею, но хотелось бы надеяться, что это всё-таки прочтешь ты. Твоя идея-фикс убить Дану дабы покончить с прошлым, на самом деле не делает тебя машиной для убийств и ничего совсем не доказывает. Прости, что сказал это тогда, но в тот день я не придумал ничего лучше чтобы удержать тебя от исполнения твоего плана, и эта идея первой пришла мне в голову, ведь я знал, как ты хочешь забыть обо всём, что происходило у неё во служении и подумал, что тебя это остановит, но совершенно забыл о своих грехах. Ты совершенно справедливо обвинил меня в этаком лицемерии, потому как себя я машиной для убийств не считаю, хоть где-то душой чувствую, что в этом мире я срубил больше голов, чем в других, и купаюсь в гораздо большем количестве крови, чем вся наша компания. Не могу оправдать свои действия и поступки, к сожалению или к счастью.       Желание расправиться с прошлым не делает из тебя монстра, хотел я сказать. Но я пообещал себе, что сдержу тебя как только смогу. Ты прости меня если следующие слова будут жестокими и обидными, однако я вынужден их написать: понимаю, что ты думаешь, что стал сильнее из-за тренировок, но это совершенно не так. Ты смог разобраться с некоторыми Серебрянолицами, забравшимися в тот день в дом для расправы с леди Окетрой, но совершенно точно не сможешь хоть как нибудь ранить Дану, потому твоя оценка собственных возможностей слишком нездорова, преувеличена и слепа. Ты всё ещё не вернулся в нормальный вес после её пыток, всё ещё не оправился от тестируемых ядов, не оправился ментально. Тебе нужен отдых и покой, а не схватка с Золотолицей, что во много раз могущественнее тебя. Я знаю, что ты разозлишься когда будешь читать эти строки, но надеюсь моя смерть сгладит ситуацию, и немного преуменьшит свой пыл.       У меня есть основание предполагать, что никто кроме Золотолицых и меня не знает, что случится с мироходцем, активирующим Отправление. Как знаешь мироходцев всего двое: я и Окетра, но их слова про мнимый выбор того, кто активирует Отправление, ложны, ибо Окетрой они не станут жертвовать, слишком важная она особа, к тому же Главная Советница, потому жертвой стану я, как её раб, не имеющий ни статуса, ни свободы. К моменту как ты прочтешь это письмо, я буду уже мертв.        Я надеюсь, что всё с тобой будет хорошо. В последнее время мы стали всё реже и реже общаться, и я вынужден признать, что скучаю по нашим разговорам. Мне кажется, что наши отношения несколько ухудшились, но я надеюсь, что это выдумки и моя паранойя. Боже, как хорошо было на Зеленом… очень смешно вспоминать мое рвение в Нарфанис в то время, ведь сейчас я хочу обратно на Зелёный. Сейчас мое желание — просто лечь на траву или днями возделывать грядки… да, шикарно было. Я немного устал. Очень скучаю по нашим приключениям, по нашим посиделкам, где были только я, ты, Сдерик, Скульптор, Бурис и Зариф с его мамой. Как же жить тогда было приятно! Не спорю, что все эти вылазки за Огнями добавляют изюминки, да и леди Окетра хороша как хозяйка, но быть свободным — гораздо, гораздо лучше.       Спасибо, что был моим другом все это время. Я очень ценю это. Я очень счастлив за вас с Хануф, и желаю вам долгой, спокойной и счастливой жизни.       С уважением,       Лололошка.»