Дубодам...

      — И что на этот раз, Сарданапал? — с иронией спросила Медузия, заходя в кабинет, в котором уже собрался весь педсостав, — К нам едет ревизор? Нет, наверно, хуже, Бессмертник Кощеев? Ещё хуже? А что может быть хуже… — озадачилась она, спиной прислоняясь к стене.       — Гроттер в Дубодаме! Вот то, что может быть хуже! — объявил глава Тибидохса, откидывая всякие вступления.       — И как это понимать? — спросил ошарашенный Поклёп. — Хотя… Можем не предпринимать никаких усилий. Она уже не вернётся! Дубодам - не крымский курорт и даже не остров Капри, о чём девчонка вообще думала? — угрюмо завершил он.       — Понимай как хочешь, а достать Таньку оттуда - это наш долг. А знаешь, проверь-ка ты одну штуку… — попросил Сарданапал, но не успел он договорить, как завуч пулей вылетел из кабинета. Спустя десять минут он вернулся с новыми подробностями.       — Вместе с Гроттер Баб-Ягун. Их постели пусты, пылесоса и контрабаса на месте нет, Грааль Гардарика засекла две искры в точке перехода! — крикнул он, ещё находясь в коридоре.       — За что мне такое? Мальчишка убить меня хочет! — Ягге умоляюще вскинула глаза к потолку.       Тарарах аккуратно положил руку ей на плечо и ободряюще сказал: "Не унывай, Ягуся! Вытащим мы их, не будь я Тарарах!"       — Что будем делать? - тихо спросила до того молчавшая Медузия, — Мы же не можем оставить всё так, как есть?       — Надо обратится в Магщество и потребовать, категорически потребовать…! — начала Великая Зуби.       Медузия покачала головой, этим движением показывая то, что её коллега молет чушь.       — Ага, и к Дяде Сэму! Зуби, я умиляюсь, думаешь, Магщество захочет что-то с этим делать? — поинтересовалась она.       — А к нему-то с какой радости? — удивилась преподавательница сглаза, проигнорировав вопрос.       — А до кучи! Ты представь, нам будет чем утешаться до конца жизни. Завалим Бессмертника и Сэма письмами, а они засадят парочку вурдалаков писать нам вежливые отказы. «На Ваше письмо от такого-то числа такого-то года за входящим номером таким-то сообщаем, что не обладаем достаточной информацией по Вашему запросу. В то же время не так давно в коридорах Дубодама во время обхода были обнаружены дряхлый старик и дряхлая старуха, однако выяснить, являются ли они Татьяной Гроттер и Баб-Ягуном, не представляется возможным. Оба находятся в глубоком маразме и отправлены на лечение в главный каземат Дубодама. Похороны будут оплачены за счёт соответствующей статьи бюджета Магщества Продрыглых Магций. Искренне соболезнуем Вам».       — Меди, перестань! — вспыхнула Зуби.       — Я ещё даже не начинала, — сказала та и, демонстративно отвернувшись, отошла перебирать книги.       — Решено! Я сам отправляюсь в Дубодам! И знайте, если я не вернусь обратно с Таней, Ванькой и Ягуном, то у Тибидохса вскоре появится новый глава! Я должен попытаться во что бы то ни стало… Прощайте! — академик встал, но что-то вдруг остановило его. Медузия смотрела на него так, как будто хотела сказать ему какую-то важную вещь, но медлила. Зуби выжидательно глядела на неё, с трудом скрывая ухмылку.       Наконец доцент Горгонова подошла к нему и, взволнованно коснувшись его запястья, тихо, чтобы слышал только он, сказала:       — Я горжусь тобой… Но стоит ли так рисковать? Одного тебя там прикончат за считанные, если не секунды, то дни. Это окажется только на руку Магществу, которое так давно и всем составом мечтает от тебя избавиться… — развернувшись, она громко добавила: "Я лечу с тобой, Сарданапал! У Дубодама будет два врага!"       Академик вздохнул. Как бы ни хотел он защитить её от неприятностей, она сама на них нарывалась, но отговаривать её он не стал, понимая, что не сумеет.       — Три… — поправил Соловей О. Разбойник, — Два плюс один всегда было три! Ох, давненько я не свистел от души!       — И я с вами! Ну, попадись мне на глаза Бессмертник...! Он за всё ответит! — погрозила кулаком Ягге.       Медузия усмехнулась - у неё наконец появился шанс отделаться от этого кретина.       Поклёп сначала ворчал и препирался со всеми, но всё же согласился.       В итоге главе Тибидохса удалось отговорить от полёта хотя бы Великую Зуби. Он напомнил ей, что скоро проснутся дети, и кто-то должен поддержать дисциплину

***

      Дубодам… Это ужасное строение, хотя и строением его сложно назвать… Это тюрьма, тюрьма высшего уровня. Он питается страхами и энергией узников… Кажется, что держать там кого-то антигуманно, нечеловечно, но их там держат… И тех полулюдей, и опасных преступников… Всех тех, кто представляет опасность, но разве это нормально? Все должны иметь право на жизнь, а вот узники его не имеют. Они томятся там, стареют, умирают или веками мучаются. Разве это справедливо? Однозначно нет…       Сбежать оттуда невозможно… Дубодам — не просто тюрьма. Он — живая тюрьма, он живёт своей жизнью, заставляя узников мучиться, выпивает из них все силы. А кто-то пытался сбегать?... Сил не было, а так, может, и пробовали…       В Дубодаме нет законов физики, там другой мир… Единственный кусочек хаоса на Земле. Внутри он огромен, хотя и кажется маленьким. Там не властвует время, там не властвует никто, он сам по себе…       Это осознала Медузия, едва оказавшись над ним. Тяжело было это осознавать, но они пришли не сострадать узникам, а вызволять своих учеников, оказавшихся там по воле тех, кто жалел Гурия Пуппера. Летела она вместе с Сарданапалом на потрёпанном годами реактивном диванчике, но ничего не мешало ей обстреливать обжигающими зелёными, порой даже красными, искрами чиновников магщества и магвокатов. Но глупый поступок Тарараха запорол весь план. Он не вовремя спустился на землю и, пытаясь спасти учеников, получил искрой в спину.       — Со спины нечестно! — грозно пояснила доцент Горгонова, поднимаясь с опустившегося на землю диванчика.       — Схватить их! Пвикончить на месте! — взвизгнул Хадсон. Смирный магвокат до того развоевался, что бросился на Медузию с кулаками. Та раздражённо щёлкнула пальцами, и он, споткнувшись на полпути, кувырком полетел в одну из стен.       — Как скучно с вами! — закатила глаза преподавательница нежитеведения,— Где же, в конце-то концов, роковой сглаз? Или вас не обучили?       Ещё трое магвокатов ринулись на неё, посылая вперёд мощные проклятия и искры, но та блокировала всё ещё на подлёте и, не утруждая себя лишними телодвижениями, наложила сглаз посильнее. Те сразу свалились на пол и стали выть от боли.       — Значит, не обучили… — пожала плечами Медузия.       Ей тут было скучно, вроде бы важная миссия, а все какие-то умственно-отсталые. Но не прошло и минуты, как на неё снова кто-то полетел. На этот раз Медузия его не заметила.       Она наконец нашла нормального соперника. Он вовсю осыпал её сглазами, ну, хоть весело было. Тем козлом, напавшим со спины, оказался осмелевший Бессмертник Кощеев. Его целью было, естественно, её похищение, а доцент Горгонова была слишком увлечена схваткой.       Сарданапал оглядел поле битвы: все те, кого они повалили, сразу вскакивали, кажется, кто-то подсуетился и чем-то напоил свою компанию. Подсуетился, конечно, «заботливый» Графин Калиостров.       Немного отвлёкшись от битвы с Хадсоном, который рвал и метал, уже не стесняясь применять проклятия, Сарданапал украдкой оглядел поле боя…       Первой ему на глаза попалась почему-то именно Медузия… Но он сразу заподозрил, что что-то тут не чисто. Да, так и было - сзади к ней подбирался Бессмертник, причём с самым таинственным видом…       — Медузия, сзади! — предупреждая её, крикнул академик.       Та обернулась на Кощеева, но получила искрой в спину и упала без чувств.       — Так, стоп-стоп-стоп! Да стойте же вы, кому говорю! Гурий Пуппер жив! — раздался чей-то требовательный и усиленный заклинанием голос…