Глава 2

      Освобождая чёлку из бигудюшечки, Надия аккуратно расчесала светло-каштановые завитки.       — Дочур, я ушёл. — Послышался голос отца в коридоре, девушка тут же вышла проводить его.       — Ты сегодня до скольки?       — Если не задержат эти курсанты…       — Тогда?       — То до шести пятнадцати.       — Пять пар?! — Удивилась дочка. Отец с улыбкой кивнул и чмокнул Надиюшку в лоб.       Прямо на пороге двери, он неожиданно остановился.       — Мать вчера что-то говорила, что ты колготки все разорвала. Купить после работы?       — Если сможешь найти. —Развела руки девушка, на что папа добродушно усмехнулся.       — Для дочери всё найду, сама знаешь. Ты давай тут… Хорошо себя веди.       — По другому и не бывает. — Деревянная дверь с алой, блестящей кожаной обшивкой закрылась.       Утро девушки почти всегда начиналось с едва заметного касания лучей восходящего солнца. Тихо и спокойно, будто сама природа придерживалась деликатного поведения, оно пробудило мир ото сна. Полномасштабная жизнь города только начинала разгораться, но даже на этой ранней стадии утра в воздухе уже витало ощущение ритма и энергии.       На утро почти всегда каша и чай. Надев привычную форму, она направилась в свой родной лицей, в котором училась с первого класса. Лицей считался очень хорошим местом для образования; не каждой семье давали возможность отправить туда ребёнка. Как говорится: «Мы все равны, но кто-то ровнее.»       Надия была единственной дочкой достаточно известного профессора по социологии из «Казанского высшего танкового командного Ордена Жукова Краснознаменного училища». Анатолий Сабуровбыл не только преподавателем, но и доцентом в области философии и социологии. Так что у девушки не было даже варианта не пойти в этот лицей.       Проходя по тротуарам, можно было увидеть парочку влюбленных, руки которых сливались в плотном объятии. Возможно, это было их первое свидание, проникнутое сладостными ожиданиями, которые легко читались на их лицах. В какой-то степени от их вида внутри девушки кольнула иголочка зависти. Ей семнадцать, самый расцвет красоты, казалось бы, но она никогда не целовалась. Были в её жизни ухаживания — в прошлом месяце даже какой-то парень, вроде из отряда дружин, пел ей песни под окном. Но что-то, как-то, не сложилось.       Вдали, в углу площади, где ещё не пооранжевела листва, можно было увидеть гармоничную силу рабочих рук. Конструкция, на которую они работали, уже имела формы и очертания предстоящего памятника. Сгустившаяся вокруг команда строителей, с честью и посвящением, продолжала создавать монумент, пропитанный духом солидарности и достижений.       Весь город просыпался в такт с Сабуровой. И как заклинание, постепенно заполняющее пасмурное утреннее небо сиянием, оно внушало надежду и давало силы каждому жителю.       Повесив своё серое пальто на крючок в школьном гардеробе, до ушей девушки дошёл разговор двух других школьниц, она прислушалась:       — Да не знакома ты с главарём «универсамовских», хватит мне лапшу вешать, Вик.       — Я тебе говорю, у меня сестра старшая с ним шашни крутит. Вот и познакомились вчера.       — Ну и как его зовут?       — Кащей.       — А не по кличке как звать?       — Не знаю…       — Если бы познакомилась, знала бы.       — Ну и ладно, не верь! Зато я считай под защитой «универсамовских», мне не страшен даже «тяп-ляп»!       — Да кому сдалось за тебя впрягаться, тем более с «тяп-ляп» в конфликт встревать.       — Ну и не верь!       Нашла чем хвастаться… Связана как-то с этими группировщиками, что хорошего в этом? Сестра дура у неё, если и правда крутит со старшим, потом ждать много лет будет из решётки этого беспредельщика. Совсем у этих пионерок мозгов нет. — Подумала про себя Надия и ушла скорее в класс.       Уроки проходили как обычно. Выходя из лицея, её нагнала подруга — Ира Позолотская. Ясные, голубые глаза, идеально прямые, золотистые волосы; по мнению Надии, Ирка была очень красивая, особенно её сияющие локоны. Единственный минус: без косметики уж сильно бледная она была, почти белые брови, да ресницы. Позолотская почти всегда была на веселе и за любую развлекаловку.       — В субботу дискотека и мы с тобой идём!       — Надо готовиться к поступлению, а не ерундой заниматься. — Строго напомнила Надия.       — Да какое поступление? Шутишь? На дворе только октябрь!       — Надо заранее готовиться.       — Да ерунда всё это!       — Мне как прикажешь поступать на литературоведа, без прочтенных книг?       — Ну прочитаешь в следующую субботу.       — В следующую субботу ты опять на дискотеку позовёшь, если конечно на этой уже не найдёшь кавалера. — С усмешкой произнесла Сабурова.       — Обещаю в следующую субботу не звать, ни при каких обстоятельствах! Ну не поступишь если даже на литературоведа, дядя Анатолий поможет поступить хотябы на учителя литературы. А учитель — очень хорошая профессия, престижная!       — Не хочу я с помощью папы. Не правильно это. Комсомолки так не делают.       — Дело твоё, можешь со мной в техникум, туда точно поступишь. Будем потом с тобой такие деньги зарабатывать на продажах…       — Быть товароведом — не моё.       — А зря, прибыльно это! Мне так тётя сказала! А она живёт в Москве, бед не знает.       — Помню, помню… — подруги дошли до детской площадки, где всегда расходились по домам.       — Я не буду обещать, что пойду, но я постараюсь.       — Спасибо, Надиюшка! — Ира нежно обняла подругу и попрощавшись, они разошлись.       Подходя к своему подъезду, комсомолка услышала свист, прямо как вчера. Обернувшись, она сначала увидела стремительно приближающуюся фигуру: какой-то парень в каракулевой шапке стремительно приближался к ней. Девушка уже хотела шмыгнуть в подъезд, чтобы не повторять вчерашнее событие, о котором, кстати, так и никому не рассказала. Мама конечно заметила порванные колготки, мокрое и грязное пальто, но на её вопросы Надия соврала, чтобы не поднимать лишнего шуму. В конце концов всё же хорошо закончилось, её не побили, не убили и не обворовали.       Но парень, оказалось, бежал не за ней, а за бедным пацанёнком.       — Деньги есть? —Спросил хулиган, подойдя почти вплотную к школьнику.       — Нет… — Сабурова застыла на месте, придерживая дверь подъезда.       — Прыгай. — Грозно произнёс парень.       — Чего? — Голос мальчика задрожал.       — Я говорю: «прыгай». — Бедный малец тихонько запрыгал. Копейки зазвенели в его кармашках.       — В глаза врёшь. Не по-пацански это, как думаешь? — Мальчик грустно кивнул и протянул обидчику горсточку копеек.       — За враньё надо отвечать. — Хмыкнул хулиган, подбрасывая копейки в воздух, неожиданно его кулак сжался и парень прописал мальчику по носу. У мальца почти сразу хлынула кровь. На этом он не остановился и продолжил наносить удары, Надия кинулась в их сторону, закрыла собой мальца, от чего неожиданно сама получила удар по животу.       — Не лезь. — Хулиган тут же оттолкнул девушку в сторону, чтобы она ещё не получила. Упав на асфальт, она ударилась головой, от чего мозг будто затрещал. В дали показался силуэт какого-то парня.