Часть 1

      Лучшая в Британии школа чародейства и волшебства Хогвартс имела свою темную сторону, скрытую от глаз внешнего мира. А может и не очень скрытую, это как посмотреть, ведь практически каждый волшебник Туманного Альбиона прошел через эту школу жизни.       Нет, внешне все было чинно и благородно, красивый фасад скрывал творящиеся там вакханалии, только вот непонятно от кого. Возможно, волшебникам было удобнее кидать самим себе пыль в глаза и считать внешнюю респектабельность достаточным показателем статуса учебного заведения. Вслух об этом никто не говорил, казалось, что все происходящее в стенах древнего замка было само собой разумеющимся и не вызывало удивления ни у детей, ни у их родителей, ни даже у Министерства. Как будто сама магия Хогвартса охраняла свои нелицеприятные секреты.       Сложно сказать, почему все это происходило и когда началось. Возможно, так было всегда, и основатели допустили какую-то оплошность, возводя магический замок, а может это проклятие Темного Лорда, которого не взяли преподавателем в его альма-матер, и он решил, что больше никто не будет чувствовать себя там комфортно. Как будто имело место быть всеобщее помутнение рассудка или коллективное отравление какими-то веществами. Замок был пропитан безнадежностью и вседозволенностью. Понимание безнаказанности доводило творящиеся там вещи до абсурда и ужаса. Правда никому не было дела до причин, и никто не пытался что-то исправить.       Гарри Поттер задался вопросом «почему» лишь раз. В свой первый день в школе, когда вышел из Хогвартс-экспресса на станции в Хогсмиде и заметил, как добродушное выражение лица Хагрида неуловимо меняется на что-то мрачное и отрешенное по мере приближения к замку. «Может он не любит толпу?» — подумалось тогда мальчику.       Больше никаких вопросов у него не возникало. За годы учебы он привык ко многому, и казалось, даже не замечал, что что-то из происходящего не являлось нормальным. Как будто человеческие пороки в этом месте больше не прятались в глубине сердец, а захватывали разум, позволяя обрести свободу самовыражения в самом худшем ее проявлении. То, что в обычное время являлось только плодом извращенной фантазии, о которой даже стыдно было сказать вслух самому себе, здесь же воплощалось в лучшем виде прямо посреди большого зала.       Гарри много чему был свидетелем. Он видел, как умница Гермиона Грейнджер пускает по вене, а потом отрывается на местном рейве по двенадцать часов нон-стоп, а утром, после пары дорожек идет на зельеварение и на повышенных тонах до хрипоты спорит со Снейпом о свойствах беладонны.       Наблюдал как скромняга Рон Уизли, с которым он подружился еще на первом курсе, самозабвенно отдается близнецам, которые по совместительству являются его родными братьями, прямо посреди ужина в большом зале.       Как аристократ, хрен знает, в каком поколении, Драко Малфой бегает ночью по квиддичному стадиону в чем мать родила, играя с маглорожденными пуфендуйцами в футбол.       Как изначально неуверенный в себе и тихий Невилл Лонгботтом участвует в боях без правил и чаще всего выходит оттуда победителем.       Как Хагрид играет с домашними эльфами в карты на то, кто пойдет в полнолуние собирать травы в Запретный лес для Снейпа.       Как ужас подземелий профессор Снейп в качестве наказания заставляет студентов отсасывать ему, сидя под столом прямо посреди урока, а потом снимает или добавляет очки за технику. Как он же ставит эксперименты с новыми зельями, используя первокурсников как подопытных.       Как внешне строгая Минерва Макгонагалл в своей анимагической форме, нализавшись какой-то дряни орет в марте под окнами, не давай спать половине замка, а потом приходит в кровати к своим гриффиндорцам и спит, свернувшись клубком в ногах.       Как маленький декан Рейвенкло Флитвик устраивает подпольные казино в башне своего факультета, заставляя проигравших давать ему Неприложный обет и обещать в будущем услугу в уплату долга. Видимо кровь гоблинов дает о себе знать.       Как директор Дамблдор сидит на астрономической башне, свесив ножки и обмотав бороду вокруг шеи на манер шарфа, пьет абсент из черепа единорога и спорит с Пивзом о политике.       Как колдоведьма мадам Помфри торгует на стороне зельями из Больничного крыла и использует мандрагору в качестве сатисфаера.       Как профессор Стебль заказывает трупы на черном рынке, чтобы использовать их для удобрения своих ядовитых хобби.       И это только несколько примеров, которые Гарри навскидку мог вспомнить, не утруждаясь.       Он много чему был свидетелем, блуждая по Хогвартсу в своей мантии невидимке, хотя в ней не было вообще никакой необходимости, ведь никто ничего не пытался скрыть. Он тоже не делал секрета из того, что продает маггловские сигареты и ЛСД, которые поставляет ему кузен. Как и то, что он в обмен на некоторые занимательные зелья позволяет профессору Снейпу связывать себя, пороть плетью, а после жестко трахать прямо на парте в кабинете зельеварения, называя Джеймсом. А после транслирует эти картины Волдеморту через их связь. Кажется, Темному Лорду нравилось.       В общем и целом вся их жизнь в Хогвартсе больше была похожа на фантазию пациента психического отделения Мунго или на плохое магловское кино в жанре черной комедии. Хотя никто не жаловался. Возможно только первачки, которые в начале учебы становились для старших курсов, чуть ли не рабами, которых могли продавать, передавать или дарить. Но со временем эти дети могли показать себя, обрести свободу и соответствующую репутацию. Были конечно и те, у кого не получалось влиться в реалии магической школы, они ломались и до конца своего обучения слонялись незаметными тенями, не примеряя на себе местный стиль жизни.       Гарри помнил, как он сам только переступив порог замка, попал в «рабство» к Оливеру Вуду, которому нравилось понимание, что Избранный у него на побегушках бегает и исполняет все прихоти. Но к чести капитана гриффиндорской сборной он не просто использовал мальчика как слугу, но и открыл для него мир квидича, а когда понял что у мелкого героя есть потенциал то помог с началом его бизнес пути и дал свое благословение занять место капитана после выпуска того из школы. Гарри же помогло то, что он практически вырос на улице, потому что нелюбимые родственнички не занимались племянником, да и лицезреть его дома не хотели особо часто. Местные хулиганы во главе с кузеном, которые вырастали в барыг были его первыми учителями, а после и поставщиками. Так что Хогвартс со своим беспределом не стал особо сокрушающим сюрпризом для его детской психики, и он очень быстро смог подстроиться, а после и обернуть все в свою пользу.       И пока магический мир верил, что Мальчик-который-выжил учится и набирается опыта для борьбы темными силами, их герой ловил астральные приходы от высококласных запрещенных зелий и боли, которые ему бесперебойно поставлял его взаимно ненавистный профессор.       В этом островке анархии уровень морали не просто стремился к нулю, но уже давно пробил дно и направился в самые глубокие адские недра.       И так из года в год Хогвартс гостеприимно открывает свои врата для маленьких волшебников, впуская их в мир безграничных магических возможностей, а потом с грохотом захлопывает двери у них за спиной, отрезая пути во внешний мир и толкая в пучину порочного хаоса.       Ведь каждый должен пройти через эту школу жизни.       Чувствуйте себя как дома, детки.