Пропасть между сном и глазами

Мир. Давно принятое понятие для всей планеты. На разных наречиях, на разных языках, на разных уголках вселенной. Это слово всегда значило для нас, что то, что мы могли назвать покоем. Покоем, что давно потеряли в кронах бесконечно тянущегося древа вселенной. Холодное касание измазанных в алой жидкости губах, одетая в такую же цвета крови тогу, это заставило пройти табун медленно передвигающихся по спине мурашек. Тихий и хриплый голос, что пробирал до самых костей и от этих самых костей отбивался волнами. И вот, кровать. Давно не стиранное постельное белье, неаккуратно брошенная одежда на сыром от пота матрасе, покосившиеся ножки кровати и голая стена измазанная, чем то, химическим и дурно пахнущим. Такая же кривая табуретка, и затянутая на шее петля, она тесно вытесняет кислород и кровь из набухших вен, давно потухшие глаза в полу обморочном состоянии и очередное видение. Нет. Они не были так часты, чтобы считать это краем безумия, но от этого не становилось легче. Даже наоборот, заставляя вспоминать эти, до ужаса пробирающие осколки воспоминаний. С каждым разом, становясь все реалистичней и… Размытей. Лица уже не помнил, как и цвета глаз и оттенка кожи. Все что осталось, это размытый образ в серой дымке, что заставляло все дальше бросаться в дальние углы комнаты, прочь от них. Из прекрасного человека, превращаясь в монстра, чудовище. Звать “Это”, можно как только захочешь, но человеком, иль живым назвать уже никак нельзя. В гаснущих глазах вновь заискрился огонь и петля висевшая на шее с быстрым шлепком упала на бетонный пол. Кабель с лампочкой на конце качался, подобно маятнику из стороны в сторону и тихий гул, что издавали соседи над головой лишь добавляли этому моменту лишь большую живость. Лунатизм. Недуг, что уже стал для меня обыденностью. Гнусной улыбкой ухмыльнувшись, мои ноги спустили меня с табурета, который чуть было не соскочил с ног. Проснись, я хоть на минуту позже, мог бы и не надеяться вырваться из цепких лап Морфея. Навсегда запечатленным в его царстве, вечных снов и сновидений. Может, оно и к лучшему, но идти на такие отчаянные меры, я не собирался. Даже, под знанием того, что этот кошмар может закончится. Смешно. Смешно было от того, что я все еще могу размышлять о таком, хотя уже давно потерял интерес к суициду, а что лучше и попытке ухудшить свое здоровье. Помру, так помру, но подначивать свое тело под это, я не собирался. По крайней мере, сейчас… Весьма дурные мысли, можно было бы подумать, что я из людей “Нового” поколения, что кроме суицида ничего не о чем другом думать не могут. Такой поток мыслей, был мне свойственен и не чужд, но вот воплощать свои идеи в реальность, я не желал. И дело не в обещание или о чем то более эпическом, кто бы мог подумать. Простая лень или нежелание. Подумать только противно, какое количество времени, моя бездыханная тушка будет гнить и через какое время меня найдут. Даже представлять противно, какая вонь будет стоять в квартире этой 5 этажки, когда буду гнить тут порядка нескольких дней. Больше жалко жильцов дома, нежели себя же. Им ведь, терпеть последствия этого, а не мне. “У каждого действия, есть свое противодействие” Третий Закон Ньютона, не знаю уместно ли оно звучит, но какая разница. Витая в своих же мыслях, жилистые не от тренировок, а от простого голода пальцы коснулись переключателя. Свет на миг зажегся, но почти сразу погас с щелчком предохранителя. Это не так важно. На ощупь найдя треснутую по краям раковину и отходящий от нее кран, я включил воду. Вода с очень слабым напором тонкой, как нитка струйкой потекла на раковину. Сифон задребезжал и послышались столь знакомые звуки бьющихся капель об плесневелый кафель. Даже не видя собственного отражения, но зачерпнув немного воды ладонями, я брызнул ими прямо себе в лицо. И в очередной раз, отсутствие горячей воды. Только счетчик в углу начал с завидной скоростью хрустеть своими лопастями, так и норовя вылететь в окно и улететь в страну Оз. Легкая тряска в окоченевших ладонях и неприятное покалывание на лице, вода была не столь холодной, сколь пробивающей силой проделывая себе путь, до самых костей. Найдя на краю той же раковины полотенце, я вытер себе лицо. Хлопковое полотенце мягко протирало каждую клетку кожи, но от этого, я почувствовал себя только грязнее. Да так, что добиралось, до самых костей делая те черными, в моем воображении. Все это, было неважно. Кривою и хромою на одну ногу походкой, я дошел до кровати. На кофейном столике, стоял старый все еще работающий на этом долбанном кинескопе телик. Коробка, что своими габаритами заняла весь стол не давая возможности даже поставить на него и кружки. А округлая форма углов самого телевизора отрубала все надежды не пить с “Пола”. Рука запрыгнула за край “коробки”, довольно быстро найдя кнопку включения и выключения. Экран засветился синим цветом и пойдя полосками, все же начал ловить хоть какие то сигналы. А рука в этот момент, лишь отсеивала ненужные каналы. Новости, опять игры с разумом, программы для похудения, подкасты. Все то, что было мне не интересно. Пока глаза не зацепились за детскую передачу, мультик, простыми словами. Довольно занимательный мультик, что заставило давно привыкший к этим клишированным сюжетам, разум, остановится и внимательно принимать информацию. Сюжет прост, как ясное небо. Главный герой, превозмогает и побеждает зло. Щадит злодеев и тому подобное. Такой сюжет, был нереалистичен. Он был не - прагматичен. Учил детей, состраданию, которое в будущем лишь помешает. Опять погрузившись в себя, я не заметил как откл… Хлопок. Очнулся на каменном постаменте? Или, что это была за чертовщина, я по другому объяснить не мог. Гладкий пирамидальной формы гранит или камень, вместо конуса заканчивающийся платформой, идеально подходящий для моего тела. Пирамида вела куда то глубоко вниз, не было понятно, имела ли она конец или основание, но оно шло куда дальше, чем я мог видеть. На дне бултыхалась какая то жидкость, черного, даже смоляного цвета. Поднял голову, смог. Вторыми пошли руки на локти которых, я и облокотился. Камень был твердым и жестким, из за чего довольно быстро, дабы не травмировать и без того хлипкие локти, я перешел в вертикальное положение. Сев в довольно известную позу Лотоса. На мне не было одежды, как и других вещей наподобие смартфона или на крайний случай, хотя бы кусочка туалетной бумаги. Первое, что пришло в голову - Сон. Это не может быть реальность, но как бы я не старался, вылезти из этого сна, по крайней мере, собственными силами, я не мог. А пытаясь заглянуть в эту жидкость, что находилась в метрах пятидесяти подо мной, я лишь отшугивался все время видя в ней глаза или что то, что нарисовало мое сознание. Когда смотришь в бездну, бездна смотрит в тебя… Весьма, самокритичное выражение, особенно в моей ситуации. Помимо этой жидкости, в местах, где должны были быть стены, находились лишь ободранные обои. Похожие на мои… Они были на большом расстоянии и разглядеть было трудно, так что возможно, это было что то другое. Правда, эта мысль вновь отходила на второй план, ведь свесив голову с каменного постамента, мне показалось, что это черное “Море” приблизилось ко мне, на пару метров. И тут, либо моя пирамида тонет, либо эта жидкость постепенно наполняет комнату. Я мог бы подождать, но какой от этого толк, если рядом со мной не было ни потолка, ни стен. Конечно, я мог бы ждать чуда, что якобы, надо мной откроется небесный люк, что затащит меня к себе, от этой черной смолы. Нет, я не был таким оптимистом, скорее считал себя прагматиком и первое, что мне говорило чутье. Так это проверить, что представляет из себя эта жидкость. И кажется, чем дольше я жду, тем хуже для меня. Все равно, терять было нечего. Прыжок. Довольно быстро, мои носки коснулись жижи, растворяясь в ней, а следом за ногами погрузилось и все остальное тело. Довольно быстро, я даже не пытался этому помешать, эта смола заползла мне в легкие. Больно, это было чертовски больно и неприятно. Нехватка кислорода заставляла меня подсознательно сделать очередной вдох, впуская в себя все больше этой черной смолы внутрь. Хотелось вырвать все это, ведь вкус у нее был отвратительный, похоже, кто то не брезговал сюда мочиться или вовсе опорожняться. Очень, веселые мысли, для утопленника. Я чувствовал, как тромбы забились ею и если раньше, я мог бы шариком плавать на поверхности, то сейчас, меня тянуло вниз. Глубоко, далеко и похоже, навсегда…