Засушенное растение: другая реальность, возвращение к детским сокровищам и история, которую бы хотелось иметь через тридцать лет

— Проголодались? Вопрос матери Кайла оторвал меня от разглядывания старых пластинок и мысли найти проигрыватель для них. Обернувшись к ней, заметила, что она стояла с подносом, на котором стояли две чашки. — Я сварила вам какао и принесла печенье, — с теплой улыбкой продолжила она, ставя поднос на столик. Забыв про проигрыватели и пластинки, я поблагодарила, направилась на вкусный аромат и глубже его вдохнула. — Вы спать вообще собираетесь? — продолжила мать Кайла с доброй усмешкой. После этого вопроса я поняла, что совсем потеряла счет времени. Чердак Кайла будто бы перенес нас двоих в другую реальность, где даже самая обычная вещь казалась в разы интереснее. И эта магия захватила нас обоих. — Не знаю, мам, — усмехнулся Кайл. — Тут есть, что перебрать. Я с энтузиазмом закивала. Эти поиски, рассматривания возвращали меня в детство, когда, найдя что-то интересное, ты кладешь это в какую-нибудь коробку, копишь разные безделушки и в тайне от всех рассматриваешь свои сокровища. — Например, это, — показывая матери омелу в рамке, важно произнес Кайл. Засушенное растение было на уже чуть пожелтевшей бумаге. В углу была чуть выцветшая запись «С любовью, Клара». — Ахх! Кажется, увидев эту рамку, Клара забыла обо всем. Она подошла к Кайлу, аккуратно забрала ее из его рук и шире улыбнулась. В этот миг от нее повеяло таким теплом, что мне тут же захотелось узнать историю, связанную с этим. — Мы с Джимми впервые поцеловались под этой омелой, — немного тише продолжила Клара. — Тогда я не знала, что выйду за него, что у нас будут дети, но… я была так влюблена, что утащила эту омелу с вечеринки. Засушила. И подарила ее Джимми на первую годовщину свадьбы. Все это время, почти два года наших отношений, я ее хранила. Карла говорила с таким трепетом, что я прониклась каждым словом. Она смотрела на рамку с такой любовью, что нельзя было не почувствовать, что чувства родителей Кайла были так же сильны, как в ту первую годовщину свадьбы. И мне хотелось верить, что через тридцать лет и у меня будет такая история.