Глава 1

Странник всë ворочался и ворочался, не в силах уснуть. Было уже далеко за полночь, а сон никак не мог одолеть его, в то время как на другой половине кровати уже давно мирно дремала золотоволосая девушка, тихо сопя. Его это несколько раздражало, но разбудить путешественницу не решался. Да и зачем тревожить еë покой? Она и так любезно предоставляет свой чайник в качестве ночлега, разрешая находится в нём столько, сколько пожелает Странник. Но юноша всегда приходил только под вечер, а если Люмин сама позовёт его поужинать с ней, например, он всегда отказывался, ссылаясь на то, что у него нет времени на бессмысленную болтовню. Старался избегать лишнего общения с ней, вёл себя весьма сдержанно, отстранённо. Он не понимал, как вообще можно быть такой доброй и всем подряд помогать, без выгоды для себя. Чересчур наивная, глупая путешественница... Так всегда думал Странник, в очередной раз видя, как Люмин бегает туда-сюда, спасает то одного, то другого... Глупая смертная, которая заботится прежде всего о благополучии других, а не о себе же самой. Оттого у юноши и сложилось не самое приятное впечатление о путешественнице. Однако ненависти по отношению к ней не ощущал. Лёгкая неприязнь, не больше, не меньше. Странник всё же прекратил попытки заснуть, повернул голову к спящей девушке. Длинные золотые пряди спадали на мерно вздымающуюся грудь, едва прикрывая соски, которые просвечивались под полупрозрачной ночной сорочкой. Странник тут же тряхнул головой, переключая внимание на её лицо. На вид такое гладкое, хрупкое... А какие у неё густые ресницы, скрывающие под собой глаза цвета золота. Сейчас Люмин как никогда выглядела так спокойно, умиротворëнно... — «Дурная девчонка! Зачем я вообще с тобой связался?» – мысленно буркнул тот, поддев большим пальцем подбородок девушки. С нажимом провёл... Отчего девушка резко проснулась и Странник не успел среагировать, оказавшись в неловком для себя положении. — Это не то, что ты могла подумать. – поспешил разрулить ситуацию юноша. Люмин взглянула на него: пытается оправдаться, для неë это показалось... милым. Девушка сдержала смешок и ухмыльнулась. — Да ладно тебе, можешь не оправдываться. — По-твоему, я оправдываюсь? Говорю как есть, вот и всë. Недовольно фыркнув, Странник отвернулся... А Люмин всë продолжала: — Признайся, я нравлюсь тебе? Даже с закрытыми глазами я почти физически чувствовала, как ты рассматриваешь меня. — Что за глупости? Думаешь, я мог бы влюбиться в такую как ты? Чушь. Он повернулся к девушке. Процедил сквозь зубы... — И не зови меня больше к себе «поужинать». Заботься наконец о себе, а от меня отстань. Я прихожу к тебе лишь потому, что мне негде больше ночевать, на большее не расчитывай. Путешественница будто и не слушала его гневные речи. Мило улыбнувшись, наклонилась ближе к лицу Странника и быстро чмокнула его в нос. — Ты такой милый, когда злишься. Пока Странник переваривал то, что сейчас произошло, Люмин воспользовалась этой растерянностью: прильнула к юношескому стройному телу, провела рукой от торса и ниже... Женская рука замерла на бантике, будто решаясь, развязать его или пока рано. — Что ты... Люмин приложила палец к его губам, прервав на полуслове. Прошептала самым сладким на который только была способна, голосом: — Тише, я хочу посмотреть, как твоё тело реагирует на меня. Она взяла его руку в свою, прижала к груди... Первым делом Странник почувствовал еë набухший сосок, который так соблазнительно выпирал через тонкую ткань сорочки. Обхватил его двумя пальцами, недолго крутя, а затем больно ущипнул. Люмин едва заметно вздрогнула, но ей понравились эти острые ощущения, которые она испытала, и вторая рука с бантика медленно сползла на пах юноши. И прежде чем Странник успел бы что-либо возразить Люмин впилась в его губы, окончательно теряя над собой контроль. Желание «испортить» Странника завладело ей полностью. И в ночной сорочке уже было так тесно, так жарко... Люмин хотела его. Очень хотела. И глупо было держать всю эту страсть в себе, особенно когда они одни. Никто не посмеет помешать им – это их тихая обитель, райский уголок, где они могли бы уединяться столько, сколько пожелает Люмин. Впрочем, юноше тоже уже было сложно сдерживаться. Явно ощутил, как от поглаживаний путешественницы на шортах натянулась ткань... И это возбуждение требовало выхода. Однако юноша решил пойти наперекор этому возбуждению. Переступая через себя, он насильно заставил оторваться от сладких губ золотоволосой соблазнительницы и сбивчиво, хриплым голосом прошептал: — Нет, Люмин. Мы должны остановиться. Я не хочу играть на твоих чувствах и подавать какие-то ложные надежды. Если я сейчас с тобой пересплю, это всë равно ничего не будет значить для меня, понимаешь? Между нами ничего не будет и не может быть вообще. И я не хочу, чтобы ты потом жалела об этом всю оставшуюся жизнь. Раздражённо вздохнув, Люмин спокойным голосом ответила: — Не строй из себя недотрогу. Признайся уже наконец самому себе, что хочешь меня. Иначе ты бы так пристально меня не рассматривал. Замерла, вглядываясь в его обескураженное лицо, и продолжила, чувствуя, как сердце застучало быстрее от своих же слов. — Возьми меня, Странник. Пусть это будет наша единственная ночь, но я с предыханием буду вспоминать еë. Недолго думая, путешественница стянула с него одеяло. Потянула шорты вниз, освобождая наружу возбужденный член. Она хотела доказать, что умеет не только спасать людей, но и делать приятно... Люмин опустилась ниже, еë лицо уже было совсем близко к его горячей плоти... Обхватила член кольцом, лизнула головку, а затем медленно стала проталкивать его к себе в рот. Странник еле слышно выдохнул, дыхание участилось, но показывать то, что ему это нравится, конечно же, не собирался. Прикусив губу, юноша старался сдерживать подступающие к губам непрошенные стоны, вцепился в волосы Люмин, стягивая их на затылке, чтобы они не мешались. Он не видел ничего перед собой, но явно чувствовал еë ласки, как она дразнила его, замедляясь, а затем вновь возвращала быстрый темп... — «Хороша, чертовка...» А Люмин всë не унималась: сладостные пытки продолжались, а Странник и не знал, куда себя деть. У него и в мыслях не было, что займётся сексом с девушкой, которая его нередко раздражала своими поступками и чрезмерной добротой. Оказывается, помимо добрых дел она умеет делать весьма... интересные вещи. Люмин-Люмин... Сколько же ты ещё тайн в себе хранишь?.. Странник дёрнул девушку за волосы, оттягивая голову назад. — Мне это надоело. Подтянул Люмин к себе, срывая с неë сорочку и промокшие трусики. Путешественница сразу поняла намёк, но решила дальше провоцировать юношу: стала тереться своей промежностью о головку, при этом смотря прямо Страннику в глаза. И ей безумно нравился этот взгляд: такой проницательный, полный вожделения... Наверняка он уже в красках представлял, как грубо, без капли нежности берёт Люмин, в разных позах и до утра... И сейчас это станет явью. Ведь оба уже были на взводе. Игры кончились. Бывший предвестник впился в бёдра девушки, резко насаживая на себя. Люмин охнула, постепенно привыкая к члену внутри себя и со временем начала плавно двигаться вверх-вниз. Но Странника не устраивал такой темп – слишком уж медленно, размеренно двигалась Люмин и раздражала его ещё больше. Руки легли на талию, заставляя девушку двигаться быстрее. Темп толчков стал более резким, грубым. Этот юноша не знал пощады и даже не пытался быть нежнее с Люмин. Его руки нагло блуждали по еë телу: сжимали бёдра, мяли грудь, шлëпали по ягодицам... Несмотря на то, что Люмин была наверху, Странник всё равно занимал доминирующую позицию. Девушка лишь подтолкнула его к действиям, а дальше он взял всë в свои руки. Страсть заполнила их обитель, тела, души, вытесняя другие чувства: презрение, смятение, сожаления... Это может и подождать, сейчас они полностью увлечены друг другом. Странник с наслаждением смотрел на Люмин, как она выгибается, стонет от каждого движения и еле сдерживал себя, чтобы не застонать вместе с ней. Хоть она порядком надоела ему, но чëрт возьми, как же она сексуально сейчас выглядела! Вот бы эта ночь не заканчивалась – думали оба. Но ничто не вечно. Разгорячëнные тела уже приближались к самому пику, всë интенсивнее двигаясь друг о друга. Кончили в одночасье и девушка, содрогаясь от сильного оргазма, упала прямо в объятия Странника. Повисла тишина. Первым подал голос юноша, заговаривая игривым тоном: — Слушай, а мне понравилось. Может, как-нибудь повторим? Странник многозначительно положил руку на бедро Люмин. Путешественница лишь подняла на него суровый взгляд, смахнула руку. Тот вопросительно приподнял бровь – этот жест явно вызвал у юноши недоумение. — Обойдëшься. Он самодовольно усмехнулся, как это часто бывало, когда Люмин говорила что-то, что по его мнению казалось абсурдно смешным. — Ого, путешественница решила показать свои зубки. Осмелела? Знаешь, мне больше нравилось, какие звуки ты издавала пару минут назад. — Ты невыносим. Обидные словечки так и вертелись на языке Люмин, но она совладела с желанием высказать сейчас всë, что о нём думает. Снова подкалывает еë... А она снова старается не вестись на это. Молча встав, Люмин наспех оделась и ушла спать в другую комнату под тихий смех Странника.