Улица приятнее.

Звук открывающиеся двери, какой-то голос, и прижимающая к себе колени Миша, обперевшаяся об холодную стену на кровати. Что делать та не знала. Но сидела в подобной позе не из-за печали, или тоски. Так было, банально, удобнее. Прислушиваться к диалогам старших она не хотела, но знала что стоило бы. Но голова гудела, а тело ныло. Свалить. Мне однозначно нужно свалить, и дождаться его отсутствия. Встать особо сил не было. Хотелось все вместе и одновременно, спать, есть, и уйти подальше отсюда. Та, найдя в себе силы, всё таки преодолела это ужасное расстояние между кроватью и полом, как будто недобитая, как оно и было, шла по, как ей на тот момент казалось, бесконечному коридору. Остановиться её вынудил голос отца. Он не кричал, явно подозревая что та в комнате оставаться не была намерена, и находиться где-то близко. -Миш, сделай нам чай, мы заняты. -Сказал он почти что не поднимая тон. -Бать, а вы сами не можете? -Она зашла в кухню, не смотря на собеседника рута, подходя к чайнику, и ставя его на плиту, раздражённо пытаясь её поджечь. -Я попросил. -Утвердительно сазал Валентин, смотря на неё из под лба. От навязчивого чувства взгляда на своем теле у неё пробегали мурашки, а тело немного терялось между собой. -Понял. - Немногословно пробурчала девушка, обпираясь на столешницу, глубоко вздыхая. Проблематично ей давалось передвижение. -Поздоровалась бы. -Снова пробухтел отец. Доброжелательность не про него, так что, видимо, этот человек был ему чем-то нужен, или важен. -Всё в порядке, привет, Матур. -Сказал второй мужчина, привлекая внимание к своей особе. Она повернулась, и бровь немного дернулась. Но виду она старалась не подавать -Драстье. -пробурчал она. Кащей? Желание уйти просто было на высшем уровне. В её голове что-то мигало красным, обозначая опасность. Нет, нельзя так. Уйдёт, покажет страх. Покажет страх - проиграет. -Не хочешь с нами посидеть?- Спрашивал у той Жора. Она молча сглотнула слюну, поворачиваясь к чайнику. Ну давай же, придурок, кипи быстрее, щас от тебя моя судьба зависит. -Культурнее. Тебя волки растили?-Вбросил в очень милый разговор её отец притензию, которую та проигнорировала. -Да, с одним из них щас разговариваю. - пририкалась младшая. Не смотря на их не разговорчивость, иногда такие выступления и случались, что не могло не радовать. Они пассивно агрессивно срались, на глазах у других людях, что значило одно. Случилось что-то уму непостижимое. Что-то удивительное, что-то.. восьмое чудо света вообще-м. Они оба не имели контроля над происходящим в их жизни в той, или иной период. И скрывать было тяжело. -Я в твоём воспитании участия не принимал. -Спокойно сказал тот, наблюдая за тем как Миша уже наливала им обоим чай, не спросив про сахар. Прекрасно знала, что отец на вид его не переносит, а Кащей.. если и любит с сахаром, то всё равно, пусть давиться горьким, ей то какая разница. -Оно и видно. -Фыркнула она, ласково подставляя обоим кружки. Кащей же наблюдал за этим всем с мерзкой улыбкой на лице, обхватив горячую кружку руками, грея руки. Влезать он не собирался. Но пялил на Мишу настолько откровенно, что у неё появилось желание плюнуть ему в лицоч не извиняясь. Но нельзя, манеры же, чёрт бы их побрал. -Я идти могу?- Встала та возле двери, готовясь уже ей показательно хлопнуть. -Дверью не хлопай. -Буркнул тот, помешивая чай без сахара ложкой. Зачем? Вновь таки, что-то потеребить в руках, это святое для обоих. Она поклонилась в знак согласия, хлопнув дверью кухни, выходя в коридор. Это единственные психи которые мог позволить ей её отец. Непослушание. Ведь покорность для него, это последнее дело. Как и для неё. Девушка, собираясь уходить, встала возле двери, чтобы, вовсе ненароком, услышать обсуждения двух неприятных ей людей. -Чё, куда переезжать думаешь?-Спрашивал у того Жора, будто бы старые друзья, ни меньше. -Стоит. - Задумчиво проговорил тот.- Либо смерть подмазать, одно из двух. -Иронично усмехнулся тот, что было слышно из-за резко сменившегося голоса. -А чё главный то ваш говорит про тебя?- Серьёзно спрашивал Жора. Казалось, ему была не безразлична судьба старшего. Что довольно странно. -Всем говорит что без вести пропавший, ну ты знаешь. -Попивал тот чай, не торопясь. -Но между собой понимают, что не умер. Гады. -Хмыкнул вновь мужчина. Милитари тематику он не любил. Скорее даже презирал. Повиноваться кому-то высшему, лишь из-за того что тот вовремя, и с мозгами подошёл к тому, что и у кого спиздить? Он был слишком категоричен. Зачем пошёл туда добровольно, она не знала. Но знала что их с ним отношение к в то время действующей власти, и войне почти что одинаковы. Ну как одинаковы. Она считала это последним делом, и банальным детским садом, только на кону стояли не сломанные игрушки, а буквально жизни, и воняющие тухлятиной трупы. А он наоборот это любил. Любил момент эйфории, повиновение ему. Любил видеть глаза в последний миг. Он считал что лишь так можно увидеть человека настоящим, проведя его через ужас. Чем он там занимался, даже Вова ей не говорил. Но судя по его выражению лица, и мурашкам, покрывающим тело, делал он слишком много лишнего, за что ему уж точно светил бы срок, как за военное преступление. -Чёт план твой нихуя не сработал.-Смеясь говорил Кащей, грея руки всё так же об кружку. На улице было более чем "пиздец как холодно". -Только хуже сделал.-Дополнил Валентин, тоже смеясь с самого себя. Казалось он был либо уже слишком отчаявшимся человеком, либо был настолько безэмоциональным, и расчётливым лишь с посторонними людьми, и со своей дочерью. -Посижу с тобой ещё минут 30, и пойду, а то и так время твоё трачу. Ещё с твоей мелкой перетереть нужно будет.-Заботливо проговорил Жора, и она могла поклясться, что он вновь так же улыбнулся, как и делает это при ней всегда. Она и забыла про этот инцидент в коморке. Просто вылетело из головы, и вспоминать та не собиралась. Напомнил бы ей он это, она бы его прямо там задушила. Слыша про тридцать минут, и про то что от неё что-то ему нужно у неё в голове было лишь одно. Да пошёл он нахрен, я валю. Та и не заметила как уже была в своём любимом пальто на улице, спокойно прогуливаясь. Не смотря на физическую боль, и на лежачий режим, по совету врачей, она валяться как мёртвая не планировала. Точнее, с присутствием бати в квартире, и этого черта кудрявого, который и так переодически появляется в её голове. Бесит. -Миш, ты чё тут?-Знакомый мужской голос выгнал её из размышлений в собственной голове, возвращая в суровую реальность. Она развернулась на голос, и немного даже улыбнулась уголками губ. На неё смотрел уже хороший ей знакомый Вова, и Марат. Судя по лицу, Вова ему рассказал обо всём, и он, как слишком эмоциональный человек, естественно уже продумал её смерть наперед, но увидя её, заметно обрадовался, что её удивило, ведь те даже не общались особо. Разве что, бывало, она помогала ему с глупыми соррами с Айгуль, уча его уму и разуму. Миша и не заметила, как тот налетел на неё с расспросами. Вова лишь улыбчиво поздоровался. Понимаю что это банальная вежливость. Но он такой хороший. Подумала про себя девушка, здороваясь с Маратом. Активность своего сверстника её всегда забавляла. -Здравствуйте. - неловко та кивнула старшему, матерясь себе в голове о глупости своего вида. Тот же только поздоровался в ответ, похлопав по плечу. - Вова сказал что ты типу нос разбила! А как это было то вообще? -Удивленно спрашивал Марат, явно говоря то, что Вова хотел бы оставить ненаказанным, из-за чего дал тому подзатыльник, но не сильный, а такой, братский. -Не знаешь как людям носы ломают, Маратик?