Комфорт?

Мокрый асфальт, покрытый смесью проливного дождя, и чего-то особенного. Багряного, не похожего ни на что другое, со вкусом железа на языке. Вызывало тошноту. Хрупкие бледные и почти что голубые от холода руки держали кастет. Папин кастет, смотря на который она вспоминала его глаза. Только сейчас что он чувствовал на самом деле к ней. Безразличие. Перед ней лежало тело. Больше не живое, полное ссадин, и, кажется, с раздробленной головой. Руки ей не болели, её тут не было будто. Страха не чувствовала. Просто стояла и смотрела на собственную проделанную работу. Увечья наносились из раза в раз, а рука даже не чувствовала. Состояние эффекта, или она уже сходит с ума? Та села рядом с ним, прижимая ноги к себе, приобнимая себя. Тот парень который держал её. Теперь она почти что свободна. Она подняла глаза на собственные руки, роняя кастет. -Бать, гордишься?-Сказала она в никуда. Возле кровати лежали очки. Её побитые, но не сломленные, оставленные дома у Кащея. Какого чёрта?

********

Девушка проснулась, прикрывая рот рукой. Холодный пот почти что тёк по её лбу, заставляя дышать учащённо. Сон? Чё ты делаешь со своей жизнью, в ментуру собралась? Будто бы отчитывая себя саму говорила про себя Миша. В школе пошли пропуски. А как она пойдет то? Вещи все у неё дома. Уже не у неё дома. Так что в учебном учреждении та решила не появляться пока что и вовсе. Нужно было думать куда идти. Расстраивать Мишу ей не хотелось, так что по просту с ним не пересекалась все это время, попросив Айгуль про её существование молчать. Стук в дверь. Дома она сама. Плохое предчувствие. Она аккуратно посмотрела в глазок, который был закрыт. Ну всё, пизда мне. Постояв ещё пару секунд возле двери она неуверенно её приоткрыла. Мужские руки обхватили младшую, прижимая к себе без спроса, и опираясь подбородком об чужую макушку. Знакомый запах. Очень. -Айгуль сказала?- задавала она риторический вопрос. Ответа не последовало. В холодных руках было тепло, впервые она расслабилась за это время. Приятно. -За тебя Ералаш переживает. - Сказал картавый, будто бы это промурчав фразу. Оба всё ещё стояли в проёме. -Такая дура. -Пробурчала девушка ему в грудь, прикрывая глаза. Ей за всё стыдно было. Перед ним, за то что она не та, которая ему нужна. Ему нужна другая. Стыдно было перед Айгуль, за то что пользуется её добротой, а и сама сделать ничего не может. Стыдно перед Мишей. За всё в целом. За своё существование в его жизни как минимум. Стыдно перед Вовой за то что таскается с ней по чьей-то там просьбе. Или по своей прихоте? Нет, этого она не представляла себе. И наконец-то таки стыдно перед отцом. Прости что не оправдала ожиданий. Подробностей обо всём она особо не знала, но слышала что-то про ребенка от матери через стенку, говорящую по телефону. Догадок было много, а правда одна. Будет ли она признана? Оба сидели на диване, смотря какие-то случайно попавшееся к ним кассеты. Но никто особо по правде не смотрел, каждый о своём думал. Как она поняла, Айгуль мягко ему намекнула что та будет не против если он придёт. А Миша что? Её никто не спрашивал. -Как там Миша?- Неуверенно спросила девушка, поджимая к себе ноги. Сама не своя была. -Мишань.- Он вздохнул, поворачиваясь к ней. Отмазаться не получится, а жаль. -Не знаю чё у тебя случилось...-Начал он. По привычке глаза карие бегали по всему присутствующему. Духу не хватало парню говорить с ней с глазу на глаз. Вроде как пацан он серьёзный, но рядом с ней становится через чур мягким. Жаль лишь что она этого не видела. -Но я хочу помочь, правда.-Он взял её ладонь в свои руки, тем самым их грея. Знал как заставить слушать. Не знает? Боже, Айгуль, спасибо. А говорить парень продолжал. -Помиришься ещё..-После этих слов она приподняла бровь. -Помирюсь? -Спросила она, по привычке поправляя очки. Спасибо, мелкая. -Просто не верю уже. -Оправдывала она свой вопрос странный. А он лишь думал. Как помочь думал, как шанс получить, как заслужить. -Сходи к Мише.- Ложа непринуждённо руки ей на плечи говорил он, будто бы прося, а не советуя. Не понимал причины глупой её. -Потом. -С усталой улыбкой говорила она. В прочем, много дел ещё было. Или она так оттягивала момент? Не сможет же промолчать, и не проговориться. Тут же в объятия любимые упадёт, и начнёт душу изливать, как маленький ребёнок, у которого игрушку отобрали. Не такая она. Но с ним такая. А Вахит смотрел на это всё, и думал о своём. Не было ясно что в голове у этого человека ей, вовсе не было. Не видел того трепета, с которым он к ней относился, ведь любви и признания просто так не считала что давать можно. Нужно её заслужить . План был таковой. В первую очередь разобраться с местом жительства, и с тем, чтобы её не забрали органы опеки. Для них она сбежала из дома, услышав про желание её сдать. Как же комично, и вовсе не продумано. А следующий шаг она не то чтобы оттягивала, скорее не знала как сделать реальным. Или знала?