Часть 9

      — Это что?       Желтый наблюдал, как в кафе зашли домбытовские и вместо простого видеоприемника притащили двух девушек. Одна шла сама, прижимая к груди электротехнику, вторую же, бессознательную, волокли силком, ногами по земле, придерживая под подмышки.       — Ну так, решили лучше в комплекте с бабами забрать, — Лапоть усадил бессознательную Беллу на стул, — за ними то по любому придут, черная вообще со смотрящим ходит.       Облизнув большой палец от остатков рыбы, Вадим осмотрел еще раз заложниц. На белоснежной коже, на виске брюнетки, расцветал синяк. Цвет был насыщенным и темно-голубым, с небольшими оттенками фиолетового. Форма синяка была округлой, с неровными краями, указывающими на его свежесть. Под теплым желтым светом настольной лампы, он выделялся еще сильнее.       — Что с ней?       — Об крышу ударилась, — ответил домбытовский, стоящий рядом.       Момент, когда главный поднялся со стула и приблизился к говорящему, наполнился напряжением. Желтый взмахнул рукой, создавая вихрь, увеличивающий силу удара. Когда его кулак размахнулся в направлении лица говорящего, время, казалось, замедлилось. Удар прилетел в лицо, прямо по носу. Струйка крови моментально стала спускаться вниз, пачкая кожу и верхнюю губу.       — Девушек не бьем, сколько раз повторять? — отвращенно встряхнул кистью, смахивая невидимую пыль, — Тебя как зовут?       Присел к вздрогнувшей школьнице, осматривая ту на наличие повреждений. Немного помедлив, девочка ответила:       — Айгуль. Я с универсамовскими.       — Айгуль, — обратился, беря в руки салфетку, небрежно вытирая рот, — вам здесь никто ничего плохого не сделает… мы просто восстановили справедливость. Этот видеомагнитофон... он принадлежит нашему другу. А ты впрягаешься за людей, которые сотворили недостойное.       — Она там гуляет с одним!       — Тебя спрашивал кто? — девочка лишь силнее притянула к себе железяку, не отдавая, — Ну ладно… Посиди. Вторая как очнется домой пойдет, делать ей тут нечего.

***

      Брюнетка медленно открыла глаза и сразу почувствовала острую боль в голове, словно тысячи иголок пронзали сознание. Открыв глаза полностью, она осторожно осмотрелась, пытаясь привести свои мысли в порядок, и наконец понять, где она находится.       — Ты как?       Рядом сидела зажатая Айгуль, прижимая к груди видак. Какое-то кафе, темные стены придают помещению некую загадочность, создавая идеальный фон для уединенных разговоров. Деревянная резная мебель, покрытая лаком, тускло поблескивала от света ламп. Музыка на фоне хоть и играла тихо, сейчас била по ушам Беллы. Голова гудела, отдавая болью в висках.       — Блять…       — О, очнулась? — незнакомый голос так громко резанул, заставляя зажмуриться, — Давай, приходи в себя и шагай домой.       Подняв глаза на говорящего, девушка не понимала, что вообще тут делает. Неизвестный гопник, сидел за соседним столом с легкостью и непринужденностью, будто здесь находится постоянно. В его олимпийке сочетались разноцветные полосы, а кожаная шапка с козырьком завершала странный наряд. В руках держал граненый стакан, потягивая алкоголь, смотря на Сафину.       — Что происходит? — отвернувшись от молодого мужчины, посмотрела на девочку.       — Да тут ситуация неприятная, — не дав школьнице ответить, произнес парень, подходя, присаживаясь за стол, — видак наш, а вы под горячую руку попались.       — Айгуль, отдай и пойдем, — брюнетка попыталась встать, но боль резанула сильней, заставляя опуститься на место.       — Не, так дело не пойдет, — неизвестный больно надавил на плечо, не давая двинуться, — Желтый сказал отпустить только тебя, а Айгуль ждет.       В этот момент девочка под столом сжала чужую коленку, ее широко раскрытые глаза были наполнены умоляющим взглядом, просящим не уходить. И Белладонна была не в праве оставить школьницу наедине с чужим. Как она волновалась, когда Ералаша бросил Кирилл. Не могла себе позволить повториться ситуации, мало ли что на уме.       — Без Айгуль не уйду, — свободной рукой сжала маленькую ладонь.       — Давай так, — отпуская плечо, сложил руки на столе, переплетая собственные пальцы, — я тебе слово пацана даю, что с Айгуль все в порядке будет, а ты иди, родители небось заждались.       — Не нужно мне твое слово, — повернула голову к парню, осматривая еще раз, — я уже свое условие сказала.       — Ну что же, сиди, — выдохнул, облокачиваясь на спинку, — а что мы сидим как эти… Скучно же. Так, посмотрели бы чего. У нас кстати тоже кассеты есть, «Кто подставил кролика Роджера» например.       — Ты слова пацана дал, что не тронешь, — Айгуль нерешительно покосилась на одного из похитителей.       Видимо, школьнице уже давали это вязкое слово, раз она осознает его ценность. Белладонна все еще пыталась прийти в себя, осматриваясь. Пальто давно развязалось, демонстрируя тощую фигуру, обтянутой белой водолазкой. Сумка валялась рядом со стулом, покоясь на полу. Голова гудела, а сил было катастрофически мало. Хотелось спать.       — Конечно! — снова громкий голос заставил поморщиться.       Молодой человек быстро вскочил с удовлетворительным выражением лица, взяв из обмякших рук тяжелый видеомагнитофон. Он с широкими шагами направился к телевизору, который стоял на противоположной стороне комнаты. Казалось, что время замедлилось вокруг него, так быстро он двигался. Когда он приблизился к телевизору, парень положил видеомагнитофон на ровную поверхность бара рядом с ним. Взяв кабель, который был прикреплен к аппарату, и аккуратно подключил его к телевизору. Затем он покрутил несколько кнопок на видеомагнитофоне, настраивая его на правильные параметры. Установил коробку поверх монитора телевизора, вставляя кассету.       Это был не мультик про кролика, обманул, пользуясь доверием к слову. Парень включил порно. Девушки в винтажных париках застонали на всю, подмахивая бедрами, наслаждаясь. Забирая что-то с бара, группировщик стремительно приблизился к сжавшимся девушкам. Острие ножа приставилось к щеке Беллы, и она ощутила жгучую боль, пронизывающую ее скулу. Оно нежно и жестко прижималось к коже, оставляя отчетливую отметину. Медленно и неправильно, кровь начала литься из ранки — тонкой красной струйкой, которая прокладывала путь по ее щеке. Капельки крови стекали вниз, оставляя следы на ее подбородке в виде красных пятен. Животный страх окутывал, чувствуя, как капли стекали быстрее и быстрее, падая на водолазку.       — Только дернись, — еще раз надавив, присел на стул, отпуская, — прирежу сначала тебя, потом Айгуль.       Парень пододвинулся ближе к девочке, видя в ее глазах искреннее волнение и и испуг. Однако, внезапно и без предупреждения, школьница сорвалась с места и выбежала из зала, пытаясь выбраться наружу. Не задумываясь дольше, группировщик рванул вслед, оставляя окровавленный нож на столе. Оставляя уже посиневшую Белладонну. Страшно и больно. Было невыносимо осознавать, что все происходит наяву. Страх охватил каждую клетку тела, проникает глубоко в душу. Холодный пот обливал спину, заставляя каждый волосок на теле подниматься дыбом. Сердце билось настолько сильно, что кажется, что оно может выскочить из груди в любую секунду. Дыхание стало поверхностным и неровным, словно брюнетка в попытке убежать от чего-то страшного, несмотря на то, что чувствовала, что не может двигаться.       — Отпусти!       Крик Айгуль, длинный и истеричный, заставил выбраться, принимая ситуацию. Девочку сейчас изнасилуют, а Сафина так и останется сидеть, дожидаясь, когда очередь дойдет до нее. Брюнетка, шатаясь от головной боли, с трудом поднялась, спотыкаясь и держась за стол, который был ее опорой в этот момент. Боль в голове не давала ей нормально мыслить и двигаться, но несмотря на это, непокой за девочку, которую она пыталась защитить, придавал ей силу продолжать свой путь, несмотря на плетущиеся ноги. Айгуль сама попросила остаться. Белладонна вооружилась охотничьим ножом, который она удерживала в руке, стараясь уложить его поудобнее. Тот самый, которым порезали ей щеку. Сафина чувствовала его вес и привычность его длинной рукоятки, что давало ей некоторую уверенность. С каждым шагом она старалась передвигаться к источнику звуков, который вызывал лишь тревогу и страх.       Коморка с диваном, на котором была уложена сопротивляющаяся девочка. И насильник, задравший подол школьного платья, тянущего ручонки к колготкам.       Горькая несправедливость захлестнула Беллу. Как можно быть такой конченной мразью. Девчонке даже внешне нет шестнадцати, как так можно. Тихо подходя, уже относительно уверенно держась на ногах, брюнетка занесла руку вверх, резко отпуская, втыкаясь лезвием в бок парня. Так же резко вынимая оружие из раны, направляя на растерянного группировщика.       — Ты че, сука?! — домбытовский, закрывая рану рукой, развернулся, забывая о девочке.       — Айгуль, вставай!       Все еще направляя нож на мужчину, девушка призвала плачущую девочку подняться. И та, повинуясь, вскочила, выбегая из коморки, прячась за тонкой фигурой Сафиной.       — Да я тебя убью!       Дернувшись к девушкам, несмотря на острую боль в боку, протянул руку. На что получил полосящий удар, рассекающий кожу раскрытой ладони. Кровь полилась со всей силы, пачкая пол. Шатаясь, склонился и наконец согнувшись, уселся на диван.       Брюнетка, пятясь назад, все еще направляя лезвие уже на несопротивляющегося парня, вышла. Захлопнула свободной рукой дверь, заставляя занавеску из деревянных шариков громко зашелестеть. Голова гудела, девочка рядом плакала навзрыд, а на одежде уже не только своя, но и чужая кровь. Наконец, она выпустила нож из холодеющих рук, и тот с глухим стуком упал на кафельную плитку.       Негнущимися пальцами, Сафина закрывала коморку на небольшой дверной замочек, дабы обезопасить и себя и Айгуль.       — Тише, тише, — повернувшись к девочке, погладила по спине, пытаясь успокоить, — ничего страшного не произошло… Ты цела…       Белладонна сжала Айгуль в объятиях, а ее тело наполнилось горечью и непреодолимым чувством обиды. Слезы, что вырвались так неожиданно, стекали по ее щекам, смешиваясь с эмоциональным потоком, который словно захлестнул Сафину. Она чувствовала боль, страх и смешанные чувства, которые пронизывали ее сущность. В этот день случилось нечто, что Белладонна никогда не могла предположить о самой себе. Она впервые причинила кому-то вред, пачкая руки в крови. Теперь эта кровь осталась на ее руках, отмечая тот важный момент, когда она переступила некий невидимый предел.       Отпуская тело девочки, когда та более менее успокоилась, Белла попыталась открыть дверь на спасительную улицу. Вот только та была заперта.       — Пиздец…       Ругаясь себе под нос, девушка, невзирая на боль, широкими шагами прошлась по всему заведению. Окна в решетку, а черного выхода и в помине нет.       Айгуль, успокоившись, сидела на стуле в зале кафе, всхлипывая, наблюдала как старшая мельтешит, в поисках выхода.       — Скоро еще четверо вернутся… Они уехали на переговоры с Универсамом… Часа два назад.       И слова стали как приговор для Белладонны. Шокировали, забивая в крышку гроба гвозди. Что с ними сделают, когда узнают, что они чуть не убили одного из них? Отморозки не станут разбираться кто прав, а кто виноват. В лучшем случае убьют сразу, в худшем — отправят на общаг.       — Блять!       Она не знала, что делать. Как спастись?       — Можно позвонить в Универсам, — девочка поерзала на стуле, — они сказали приходить нескольким людям, кто-то будет в штабе.       — Хуйня идея, — ходя взад вперед, брюнетка посмотрела на сжавшуюся школьницу, — не успеют прибежать.       Снимая с себя пальто, накинула на девочку, ту вообще без куртки похитили. А сейчас становилось прохладно. Вещь смотрелась как влитая, только чуть по длине большая. Наконец, стоя рядом с местом, где пол часа назад лежала без сознания, Сафина заметила свою сумку.       — Так, ничего не бойся. Все будет хорошо! — встряхнув девочку за плечи, повела к барной стойке, заводя внутрь.       План казался бредовым и гениальным одновременно. Оружие, что так удачно она забрала с почты. Поугрожает и их отпустят. Подбирая с пола вещь, Белла с нетерпением раскрыла кожаную сумку и с настороженным интересом осмотрела ее содержимое. Сафина нашла то, что искала — пистолет, который внушал страх и восхищение одновременно. Доставая, осторожно сжала его в руке и прочувствовала его вес и холодный металлический блеск. Перед ней был инструмент, способный сокрушить и сохранить, убить и защитить. С кривой усмешкой на лице, Белладонна перевернула пистолет, чтобы проверить количество патронов в барабане. Она начала перебирать и считать патроны один за другим, словно считая свои возможности и шансы. Ей нужно было знать, как долго ее оружие может продержаться и обеспечить ей безопасность в этой невероятной ситуации. Каждый щелчок барабана, каждое вращение патронов напоминало ей, что она отныне обладает силой, которая может изменить ее судьбу. Однако, она также осознавала ответственность, которая лежит на ее плечах. Ее решение будет иметь последствия — будь то спасение или гибель. Под испуганный взгляд Айгуль, девушка щелчком закрыла барабан, снимая предохранитель.       И как раз вовремя. В дали коридора послышалось прокручивание ключа, а следом тяжелые шаги. Брюнетка уже не замечала стонов в фильме, голова наконец прошла, боль уступила место разуму. Пряча подростка за спиной, девушка выжидала появление похитителей.       — Колик, что за дела?       Первый вошедший, в меховой шапке, осмотрел зал кафе, не замечая никого. Снял головной убор, небрежно бросая на стол. Следом вошли еще трое. Белладонна вжала девочку в угол, стараясь слить с фоном бутылок шампанского. Поудобнее перехватив оружие, пряча под барной стойкой.       — Так эту мразь зовут Колик? — привлекла к себе вниманье Сафина, заставляя развернуться присутствующих, — Отпустите нас.       — Что происходит?       Высокий мужчина только хотел сделать шаг навстречу, но заметил включенное порно. Тут же меняясь в лице, покрутил головой в поисках группировщика.       — Успел?       — Нет, — брюнетка не доставала оружие, надеясь на разговор, — он знал, что девочке нет шестнадцати, но все равно полез.       Брюнетка выглядела болезненно. Огромные глаза смотрели на всех с ненавистью. Синяк не скрывался копной рассыпанных волос, а порез, что стал затягиваться, был словно инородным. Кривой, тёмно-красного цвета, засохшая кровь, почти коричневого цвета была так чужда светлому лицу.       — Где он?       — В запертой комнате на диване.       Одного кивка было достаточно, чтобы один из ребят, тот самый, что просил у Белладонны сигарету, метнулся в коридор. И через некоторое время привел еле стоящего Колика. Рана на животе продолжала изливать кровью, пачкая олимпийку, окрашивая чуть ли не в черный цвет.       — Ты его так? — на вопрос, девушка настороженно кивнула.       — Что за это будет?       — Ничего, — главарь подошел к приведенному, жестом прося отпустить того. Ударил коленом один раз, прямо по ране, заставляя тело упасть.       — Да она сама согласилась! — прохрипел лежащий Колик. От этого Айгуль вздрогнула.       — Он слова пацана дал, что не тронет Айгуль, — брюнетка успокаивающе сжала ладонь девочки.       — Ты больше не с нами, — брюнет со всей силы наступил уже бывшему дамбытовцу на лицо, отходя, — уберите его!       Молодой человек подходил к бару, а девушка не знала, что будет дальше. Страшно. За себя и за Айгуль. Хоть главный и сказал, что ничего не будет, Белладонна не верила. Ладони снова холодели, смотря на приближающегося мужчину.       Наконец выключив раздражающую кассету, Желтый сел за барную стойку, осматривая девушек. Втягивая ртом воздух, рвано выдохнул. Они оба не знали, что делать дальше.       — Ты молодец, — наконец произнес, протянув руку к стоящему пиву, — защитила младшую.       Сделал глоток, сгибаясь, наклоняясь к стойке. Белладонна следила молча, переводя взгляд от главаря, на амбалов стоявших смирно и обратно. На душе было пусто. Обычно бы она попыталась защитить избитого, но не в этот раз. Сейчас было плевать на Колика. Пусть хоть помрет.       — Отпусти, — произнесла, смотря на сидящего перед ней молодого человека.       — Знаешь… Ситуация как ни крути не красивая получилась, — доставая из кармана куртки сигареты, протянул Белле, угощая, та, помотала головой, отказываясь, — За вами должен Адидас скоро прийти, тогда и отпущу.       — Сами дойдем, — ответ Сафину не устроил, — отпусти.       — Не по людски это, отпускать девушек на ночь глядя.       Разговор не получился. Белла сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. Ее рука уверенно ухватила рукоятку пистолета, а пальцы слегка сжались вокруг спускового крючка. Ей пришлось наконец-то принять решение — использовать пистолет. Глаза сосредоточенно смотрели прямо в лицо главного противника, сматывающего паутину вокруг своих жертв. Его зловещие черты были искажены усмешкой, но брюнетка не испугалась. Уже не осталось сил. Она чувствовала, что у нее есть преимущество — оружие в ее руках. Белладонна медленно подняла оружие, направляя в голову.       — Ты че, ты че! Хорош! — быстро встал, делая шаг назад, — Ты же не хочешь сесть! Ничего же не произошло!       — Я не сяду, — рука перемещалась вслед за парнем, — отпусти я сказала.       — Эй, давай договоримся, — замечая, что девушка не решалась выстрелить, попытался успокоить Сафину, — ты подумай, убьешь меня и в тюрьму посадят.       — Это только превышение самообороны, да и кому поверят, что группировщика замочила девушка.       — Ты подумай, — медленно опустил руки, — сейчас придет Адидас, отдадим вас ему и поедете на машине. А убьешь ты нас тут, на улице еще наши ребята.       И тут девушка задумалась. Патронов не хватит подстрелить всех.       — Подумай, что будут чувствовать родные, зная, что ты убийца?       Желтый прирожденный манипулятор. Давит на больные точки, прожимая, ища пути спасения. Искажает мысли, эмоции, направляя в нужную для себя сторону.       — Отец сам отправил мне пистолет, — пальцы впились в ручку, неприятно холодя.       — Вот оно как… А у меня нет отца, представляешь? Живу с больной мамой, помогаю ей.       — Обычных путей для заработка не нашел?       — Не в то время живем, чтобы обычно получать деньги.       Сафина была в сложной ситуации. Она оказалась в капкане, в полной неизвестности о том, как выбраться из него. В руках оружие, которое могло быть источником выхода из положения, но Белла осознавала, что его использование может иметь серьезные и непредсказуемые последствия. Перед ней был живой человек, собственная жизнь которого имела такую же ценность, как и жизнь самой Белладонны. Понимала, что у него была своя семья, свои заботы и проблемы, и любые свои действия могли причинить ему непоправимый вред.       В голове у брюнетки бушевали эти противоречивые чувства. С одной стороны, она находилась в опасном положении и пыталась оставаться начеку, чтобы защитить свою жизнь и жизнь подростка. Однако, с другой стороны, она не могла отрицать человеческую составляющую как у себя, так и у своего оппонента.       — Дай уйти, — все же продолжила гнуть свою линию.       — Иди, — вздохнул мужчина, опускаясь на стул, — ключи отдай ей.       На стойку прилетела связка с брелком жигулей. Растерянно, девушка отпустила руку школьницы, забирая ключи от машины.       Не мешкая ни секунды, Белладонна перехватила руку Айгуль, таща к спасительному выходу. Быстро шагая по коридору, наконец отпирая некогда запертую дверь. Сталкиваясь на пороге с высоким усатым мужчиной. В окровавленной куртке, побитым лицом. Смотреть было больно.       — Это Вова Адидас, — замечая растерянность старшей, произнесла Айгуль.       Белла его помнила. Тот, кого вытаскивали из больницы осматривал девушек внимательно.       — Подождите тут, сейчас домой поедем, — обходя, произнес, шагая внутрь «Снежинки».       — Давай так, — послышался голос автора, — тут инцидент был… Мы свою вину признаем. Поэтому деньги не нужны. Так, для информации, Колик, который хотел не по людски поступить с девочкой, наказан старшей и нами отшит. Ключи от тачки у старшей.       Стоя в коридоре, молодые дамы вслушивались в монолог. Владимир не проронил ни слова. Вот только после слов раздались выстрелы и крики. Срываясь с места, брюнетка оставила Айгуль в одиночестве.       Адидас сидел на стуле, пустыми глазами смотря на корчившегося от боли Желтого. Ему хватило мужества выстрелить. Это Белладонна не смогла покарать обидчиков.       — Прости меня говори… — сухой голос разрезал пространство.       Девушка смотрела на все это и не шевелилась. Здесь уже не только месть за видак и похищение, тут что-то большее.       — Пошел ты… — а в ответ получит надавленные на простреленное колено, крича с новой силой от боли.       — Говори… — Вова ждал ответа, — Говори!       Несколько секунд казались вечностью. Адидас ждал ответа, но не дождавшись встал, направляя ствол на грудь корчившегося.       — Ну! Ну, давай! Ну давай стреляй! Ссыкло! Стреляй, ну! — крик разнесся по мертвецки тихому залу. Желтый нарывался, стараясь сбить с толку, в надежде, что тот отступит.       — Вов… Вы же не убийца, — подала голос Белла, выходя из укрытия, осматривая состояние раненого, — вы ему колено раздробили, навсегда калекой останется, ровно стоять не сможет…       — Давай, стреляй! Или ты как она?! Только помашешь пистолетом и уйдешь?!       — У него семья… — девушка не знала на что надавить.       Владимир повернулся, слегка наклонив голову, чтобы взглянуть на брюнетку перед собой. Ее испуганные глаза привлекли внимание. Такие большие на маленьком посиневшем лице, сливались с кожей. Белладонна внимательно рассматривала Адидаса, она пыталась проникнуть сквозь его хладнокровную маску безжизненности. Зная, что что-то в нем искрится, но оно было затушено разочарованием и потерей. Он был на перепутье. Казалось, что с каждым шагом он все глубже погружается в бездну неразрешимых противоречий и выборов.       Сафина неуверенно подошла, забирая из обмякшей руки оружие, обняла безмолвного мужчину.       — Пойдемте, здесь уже достаточно.       Девушка уводила мужчину из этого ужасного кафе, прихватив забытую сумку. Вела по коридору, к испуганной Айгуль. Морозный воздух, который ударил в лицо на выходе, придал привкус свободы. Он ощущался как долгожданный дар, подаренный после многих мучительных мгновений. Белладонна не обращала внимания на свою длинную юбку и тонкую водолазку, которые не могли согреть ее в такой холод. Нет, важно было только одно — они выбрались оттуда, они победили их ловушку. Стоя на пороге, Сафина ощущала, как облегчение проносится по телу.       — Я поведу.       Забирая достанные Беллой ключи, Владимир накинул на хрупкие плечи свою куртку.       Усаживая Айгуль на заднее сиденье, Белладонна села вперед, пристегиваясь. День вымотал, выжимая все соки. Хотелось плакать от ужаса, который происходил вокруг. И выпить, много и до беспамятства.       — Можно на улицу Восстания?       Конечно, брюнетка догадывалась, что повезут их в штаб Универсама, но там она хотела оказаться в последнюю очередь. Сейчас нужно домой. Айгуль возьмет на ночь к себе, у девочки явно состояние не для встречи с родителями.       — Я пацанам обещал вернуть, нужно показаться.       — Ты видел в каком состоянии Айгуль?! — у девушки сдали нервы и Белладонна перешла на крик, — Знаешь, что подумают твои пацаны, глядя на нее? Что она уже не чистая! Отвези нас домой, оттуда позвонишь своим пацанам, скажешь, что все в порядке. Я хоть умою девочку…