1. Мартовский крик. Предвестник

ТРЕПЕТ – Март… Ревашоль медленно, хрипло дышит, просыпаясь ото сна. Зима неохотно отступала, и с таким же нежеланием передавала свои обязанности весне. И ты был свидетелем этого. Дождь со снегом сыпался в Мартинезе, а под ногами холод песков и мелких, местами заледеневших, сугробов. Ты бегал по улицам, собирал воспоминания и пустые бутылки. Ты впитывал все то, что мог в принципе, кроме алкоголя. А после, вместе с лейтенантом, смотрел на убийцу, который стал «первым» в твоей отформатированной памяти. ЭЛЕКТРОХИМИЯ – Ты был в экстазе, который приятными волнами проходился от самой макушки до кончиков пальцев ног. Находить ответы – это твоя новая форма легальных наркотиков. Я не слишком то и рад этому, но и кто меня спрашивать будет… ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ – В дальнейшем март выдался донельзя ужасным и скверным. Весь месяц ты пролежал в больнице, подключенный к капельнице. «Белая горячка» накрыла тебя сразу же как ты увидел родные улицы, которые окружали то странное слово «Дом». ЭМПАТИЯ – В той несчастной мотокарете все перепугались. ЛОГИКА – А с чего бы им НЕ пугаться? Алкогольный делирий пришел спустя неделю. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ – Что, кстати говоря, очень странно. Повышенная температура тела, потливость, зрительные и звуковые галлюцинации, вторичный бред… Обычно ты окунался в это состояние спустя 1-3 дня, что кстати норма для обычного человека. ВНУШЕНИЯ – Но ты же *необычный* человек, Гарри. СУМРАК – Казалось в тот момент ты вот-вот умрешь. Умрешь и никогда больше никого не увидишь. ЭМПАТИЯ – Больше всего волновалась Мино, но она же самая быстрая осознала, что с тобой. Быстро среагировала. Разделила отряд, тебя забрали в стационар. За больным коммунистом отправили других. СТОЙКОСТЬ – Ты потерял сознание от ярких вспышек фонарных столбов. Они смешались перед тобой и яростно били в затылочную долю твоего полуживого мозга. ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ – А перед этим ты только успел запечатлеть последнюю улыбку Долорес возле дома. Больше она не являлась к тебе: ни во снах, ни в бреду, ни в воспоминаниях. Оставила тебя в полнейшем одиночестве… СИЛА ВОЛИ – И это было твоим *облегчением*. Ты был несчастен так долго. Аж больно было смотреть на твою бесконечную, заевшую как пластинку, печаль. Ты погряз в этом ужасном состоянии на долгие годы и вот, начинаешь медленно восстанавливаться. ЭМПАТИЯ – Душевная боль раздирала тебя, я прекрасно понимаю это. Но как же долго своими страданиями ты причинял боль другим? Ты только посмотри. Жан озлоблен на тебя. Это ты чувствовал даже на расстоянии 3-х метров… Но тогда, в тот момент, глаза его были полны необъятным страхом и ощущением скорой потери. Он держал тебя за голову, прижимая ладони к твоим красным, горячим ушам. Говорил что-то, стараясь привести в хотя бы слабое чувство сознания. Кричал что-то Трэнту Хейдельстаму, который вел мотокарету. Жан дрожал всем телом от паники. Множество раз он вытаскивал тебя из этого убогого состояния, но каждый раз будто в первый. Он так устал это делать, но тогда… он это делал, надеясь на что-то лучшее. Ты расплывчато видел мир, но его лицо – напуганного и загнанного волка – ты его не забудешь. Закрыл глаза и провалился в пучину тьмы. СТОЙКОСТЬ – И после 14-ти часов сна, ты проснулся под капельницей. БОЛЕВОЙ ПОРОГ – Голова словно свинец: тяжелая, разгоряченная, и пульсировала тупой болью – будто под прессом, где постоянно простукивается каждый миллиметр. Сердце после твоего пробуждения стучало как бешеное в непонятном, хаотичном ритме. Ты слабой рукой держался за грудь в попытке остановить. Давление еще поднялось, и ты ощущал себя в вакууме. ЭЛЕКТРОХИМИЯ – В капельнице был раствор диазепама. Ни хорошо, ни плохо. Хотя бы пролежал в отключке без кошмаров. СТОЙКОСТЬ – Когда очнулся, ты пытался вновь погрузиться в сон, но тебе это не давалось. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ – Бессонница после выхода из запоя – один из симптомов тяжелого похмелья. СТОЙКОСТЬ – Ты сел на свое спальное место и к тебе, словно огромным потоком, полетели все: врач, медсестры, санитары… Врач осматривал твое тело и пытался расспросить о чем-то (ты смутно помнишь, о чем именно), медсестры меняли катетеры и пластыри, санитары уносили весь мусор, который отрывали или снимали с тебя медсестры. Ты чувствовал себя ужасно. ЭМПАТИЯ – Ужасно важным и больным. БОЛЕВОЙ ПОРОГ – Ты был похож на ежа в тот момент. Утыканный, загнанный, фырчащий. Боль в бедре заныла по-новому – чрезвычайно остро. ЭМПАТИЯ – Ты хотел закричать, но остановился. Помимо тебя в палате были и другие алкоголики, как и ты. Им было гораздо хуже. Ты попросил медсестру вколоть тебе обезболивающие. Женщина так и сделала, после чего ты уснул пуще прежднего. ЭЛЕКТРОХИМИЯ – В такой сладостный сон унес тебя раствор для лечения алкогольной зависимости. И кстати, я скучаю по той тупой еде из стационара. Она была *восхитительной*. СИЛА ВОЛИ – Тебя долго держали под капельницей. Тебя выпустили за 2 дня до начала апреля. Вывели все токсины, которые могли бы повредить, накачали витаминами до минимального уровня, вернули водный баланс в норму. В общем привели тебя в *порядок*. СУМРАК – И вот, тебя встречают на выписке Жан, Жюдит и Ким. Вкимар и Мино стояли отстраненно, будто боялись чего-то. *Тебя*. ЭМПАТИЯ – В Киме же ты уловил слабую полуулыбку, которая скрылась также быстро, как и его синий блокнот, который он спрятал во внутренний карман своей куртки. Ты как неприкаянный, стоял на пороге станционера и держал в руках потертую сумку. Она была наполнена вещами, которые ты носил пока был там. Ты поднял глаза и посмотрел на окружающих. Тебе было сложно сказать в тот момент хоть какие-то слова. Во рту сухость и язык неохотно двигался. Слова не даются тебе, они вертятся на языке. АВТОРИТЕТ – Но они не понадобились. Ким толкнул в бок Жана, он вышел из ступора и сухо приказал тебе лезть в мотокарету. Ты бы грубо обосрал Викмара за все его выходки на том берегу, но в тот момент хотелось чисто человеческого отдохнуть. ЭМПАТИЯ – Ты не спал в последнюю ночь, не смог. Ты думал о том что будет дальше и эти мысли не позволяли сомкнуть глаза. Ты просто лежал и смотрел в потолок в ту ночь. СИЛА ВОЛИ – Но вот ты сел в мотокарету и вы поехали к тебе домой. РИТОРИКА – Ты в жалких потугах объяснял ситуацию с головой, с тем что не помнишь где ключи от дома да и вообще от всего остального. Ким наслушался этого, да и сателлит-офицер тоже по долгу службы успел. Мино же достала из внутреннего кармана своего пиджака связку ключей и вложила ее тебе в ладонь со словами о том, что впереди будет тяжелее. ЛОГИКА – Ты не понимал поначалу к чему она сказала так. А когда ты остался один на один с дверью в свою маленькую, однокомнатную квартиру, ты понял все и сразу. Лампочка зажглась в твоем сознании. ЭЛЕКТРОХИМИЯ – И черт возьми, как же невовремя. КОНПЦЕНТУАЛИЗАЦИЯ – В какой же ты свинюшник попал… Без слез ни взглянешь. Это место *буквально* кричало о том, что тут живет убитая горем звезда. Бутылки, бутылки, бутылки… Разные цвета, разные формы, разные осколки. Собери ты их и сложил бы либо бутылку (что кстати глупо), либо витраж. ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) – А витраж бы не помешал. Окно на кухне было разбитым. Тонкое стекло дребезжало от сквозняка, который ты впустил. Стоял с открытой настежь дверью и тупо смотрел на разбитое стекло. ВОСПРИЯТИЕ (ОБОНЯНИЕ) – Какая же была там страшная вонь! Нос вопил от отвращения и боли. Слезы сами подступали к глазам. Прокисшее молоко и пиво, запах нестиранного белья, мочи и рвоты. А из мусорки вонь была еще сильней. Плесень, пыль и засохшая грязь со спермой забрали твой дом себе. КООРДИНАЦИЯ – Ты запнулся о выкатившуюся к тебе навстречу бутылку «Пильзнера крепкого». Бутылка предательски выплеснула свои жалкие остатки на пол. Вонь стала только сильнее. СТОЙКОСТЬ – Не выдержал. Тебя стошнило последним завтраком из стационара прямо на ноги. СИЛА ВОЛИ – Бывало и такое в твоей жизни, Гарри… Ты нашел в себе силы чтобы войти внутрь и закрыть дверь за собой. Не хотел, чтобы тебя увидели соседи в коридоре. Уборка была долгой. Долгой, мучительной, отвратительной. Даже мысли о том, чтобы слизать остатки скисшего пива в тебя не возникало, настолько тебя воротило. Ты просто собирал все целые бутылки, которые ночью сдал в круглосуточном магазине на переработку и забрал 30 реалов за 8 пластиковых желтых пакета, стучавшие всю дорогу от дома до магазина. ВОСПРИЯТИЕ (СЛУХ) – Бряньк-бряньк-бряньк. ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) – Хотя бы к концу первого дня вне стационара, на кухне и ванне было *относительно* чисто. СИЛА ВОЛИ – На деньги, которые у тебя были, ты докупил недостающую бытовую химию. Да и порошок с кондиционером ты тоже купил. На следующий день ты в тайне пробрался в прачечную чтобы постирать все свои грязные, облёванный вещи. Опять-таки ты не хотел до поры до времени сталкиваться с соседями. СТОЙКОСТЬ – В единственную комнату – спальню – ты не спешил. Там было еще хуже. Ты предпочел уснуть в ванне, нежели чем лезть в этот ужас. Холод чугуна обжигал первые 10 минут, а после тело привыкло. Ты укрылся, найденным под завалами бутылок, пиджаком и закрыл глаза. БОЛЕВОЙ ПОРОГ – Неудобно, неприятно, больно. СИЛА ВОЛИ – Ты убирался и на следующий день. С огромным трудом ты перешагнул кухню и вошел в спальню. БОЛЕВОЙ ПОРОГ – Сердце пропустило укол, и ты схватился за грудь. ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ – Все, что тут было, старалось напомнить тебе о чем-то важном и болезненном. СИЛА ВОЛИ – Ты с какой-то легкостью начал выбрасывать в мусорный пакет и коробки все что мешало тебе жить: безжизненные и уродливые фотографии в рамках, бутылки, неотправленные письма, пустые сигаретные пачки «Астры»… Ты не терял темпов, складывал все в мусор. Тремор рук. Остановился. Ты стоял посередине маленькой неуютной комнаты и смотрел на коробки с "мусором". ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ – Болезненное воспоминание старалось пробиться сквозь стены что ты воздвиг после начала "чистого листа". Этот приятный и знакомый запах абрикосовой жвачки тутти-фрутти. Вдыхаешь его и… Пустота? ВОСПРИЯТИЕ (ЗРЕНИЕ) – Прилипший кусок жвачки остался на твоем указательном пальце. Ты прижал его большим и скрутил в шарик. Круглый, маленький комок пожеванной резины отлип от твоих пальцев, и ты скинул его в мусорный пакет. Тот тихо упал и затерялся среди хлама. Ты кинул последний взгляд на одну из коробок. Из одной выглядывает рамка. Счастливые лица, наполненные любовью и радостью. Ты молод и глуп, а она полна детской невинности и веры в чудо. Обнимаетесь, ты нежно целуешь её в покрасневшую щеку. Ты снимаешь одной рукой на старенькую фотокамеру. Она смеется. Снимок получился чуть смазанным, но это не мешало вам поставить эту фотографию в рамку. ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ – Внутри все сжалось в мгновение. Ты быстро закрыл коробку рукой и закрыл глаза. ЭМПАТИЯ – Больно… СИЛА ВОЛИ – После ты стоял в незахламленной спальне, которая все равно воняла мусором и прошлым. Коробки стояли возле входной двери, как и пакеты, наполненные пустыми бутылками. Спустя 5 минут сомнений, ты повторил вчерашний поход: выкинул все, сдал все бутылки и на руках у тебя уже 10 реалов. ЭЛЕКТРОХИМИЯ – И ты сука не захотел покупать пиво. Взял лишь новую пачку «Астры» и свалил обратно домой. Но спасибо и на том, Гарри. Ты курил пока шел домой. Это было единственной отрадой от твоей прошлой жизни, которую ты перечеркнул и закинул в задворки своего тухлого отравленного разума. Дешевый спрессованный табак сжег в горле, оставляя неприятное послевкусие. Ты выдыхал дым и смотрел как он поднимался вверх. ТРЕПЕТ – Солнце медленно заваливалось за горизонт. Небо окрашено в яркий оранжевый цвет. Облака проплывали размеренно, не закрывая солнечный свет. Постепенно цвета сменялись на приятный малиновый, а после и на темно-фиолетовый. Птицы оглушали криком, предвещали о начале апреля. Они летели легко и невозмутимо – будто перелет с одной изолы на другую им ничего не стоил; не лишал их разума и воспоминаний. На улице стоял стойкий запах мазута и влажной земли. Снег таял с быстротой, ведь солнце стало задерживаться над городом все дольше и дольше. Под ногами были лужи: большие и маленькие, глубокие и не очень, грязные и чистые. На ветках стали образовываться почки, которые к середине апреля распустятся одна за другой. Ты ощущаешь холод и противную дрожь от одной из самых опасных улиц Джемрока. Поспешил стряхнуть с себя это чувство и остановился. ТРЕПЕТ [Немыслимо: Успех] – МНЕ СТРАШНО! ОН ХОЧЕТ ОТРАВИТЬ МЕНЯ, ЗАПОЛНИТЬ МОИ УЛИЦЫ БОЛЕЗНЕНОЙ БЕЛИЗНОЙ И ОКРОВАВЛЕННЫМИ ТЕЛАМИ! ТЫ ЖЕ ОБЕЩАЛ МЕНЯ СПАСТИ! ПОМОГИ! ПОМОГИ, ПОМОГИ, ПОМОГИ! ДРЕВНИЙ РЕПТИЛЬНЫЙ МОЗГ – Сбежать не получиться, мой милый мальчик. Как бы я не хотел, *ты* отказываешься падать в пучину тьмы. Ведь знаешь, что твое место здесь. В колком, холодном ничто. В одиночестве.