Пролог.

— Ешь. — Но он горячий! — Элли! — Я же всё обожгу! — гнусавила я, утирая нос платком. — Ложку в руки и ешь суп! Я украдкой глядела на возмущающегося Рэна в голубом фартуке и старалась не улыбаться. Теперь я совсем не боялась такого большого и злого демона – слишком уж милым он мне казался. — Эллисон! Ешь! — он пригрозил мне половником. — Иначе скажу Риану, а ты знаешь, как он лечит. — Ладно-ладно! — я схватила ложку. — Ешь, не зря же я тут корячился. Но не успела я поднести жирненький и ароматный куриный суп ко рту, как сзади надо мной выросла крупная фигура Бессмертного. Я вздрогнула и подняла голову, тут же встречаясь взглядом с чёрными глазами. — Ты как? — мужская ладонь перекрыла половину моего лица, чтобы потрогать лоб. — Опять температура? — Представляешь, отказывается лежать в постели и снимает шерстяные носки. — Да мне жарко просто! Но меня никто не слушал. Риан, продолжая гладить меня по голове и прижимать спиной к своему торсу, поддерживал чехвостие Даррэна в мою сторону. Они попеременно жаловались друг другу на меня, совершенно не замечая хриплых возмущений. А я... А что я? А я ощущала себя как никогда счастливой. Неужели все мои ошибки, все мои промахи и неудачи в итоге привели меня к собственному счастью? Безграничному, всепоглощающему, долгожданному. Несколько месяцев назад — Колдуй, баба. Колдуй, дед. Трое сбоку... * — я замерла, вдруг забыв, в какую сторону нужно мешать. По часовой или против? — Блин... Колдуй, баба. Колдуй, дед... А, нет! Всё-таки... Да! Третий раз я меняла направление кривой деревянной палки, измазанной в голубой густой жидкости. — Элли, милая, ты уверена во всём этом? — Дэя, моя подружка по несчастью, благоразумно прижалась к дальней стенке, чтобы не пришибло. — Не боись. Какая разница, в какую сторону, — я вытащила язык от натуги. Мешать стало труднее. — Что-то палка туго идёт. Может, водички добавить? — Но нам же говорили, что нужно строго по рецепту... Элли, я тебя прошу... — но, заметив мой взгляд, она лишь подтолкнула ко мне графин с водой. А потом отбежала обратно. — Не понимаю, зачем нам вообще эти зелья? Мы проклятийники или кто? — Для общего развития. Я добавила воды в котёл, но, кажется, всё стало ещё хуже. Зелье поменяло цвет с полупрозрачного голубого на тёмно-зелёный. Я прищурилась в подозрении. — Вот теперь что-то явно не так... — я сделала шаг назад, потому что зелье начало странно бурлить и плеваться. — Элли... — Дэя схватилась за сердце. — Всё нормально! Так и должно быть! Понятия не имею, кого я хотела этим успокоить, но факт в том, что мне никто не поверил. Я аккуратно отходила к Дэе, подальше от будущего места происшествия. — Как думаешь, может, ты что-то забыла добавить? Мы наивно задумались. — Я вроде слюну добавила... И эти... Как их... Мы неотрывно смотрели на прыгающий по столу котелок. — Непентес? — Да! Точно! Слушай, у тебя хорошая память, — я глянула через плечо на подругу, пытаясь как-то отвлечь её. Но она не успела ничего ответить. Наступила звенящая тишина. Всего на секунду. А за ней последовал громкий хлопок, будто лопнул огромный воздушный шар. Мы с Дэей вжались друг в друга, объятые густым дымом, который почему-то не вонял горелым. — Бездна... — Твою мать! Это говорили не мы. Мы с Дэей молчали. Зато две фигуры, стоящие в широком дверном проёме, облитые дымящейся жидкостью, молчать не хотели. Они наверняка хотели сказать многое. — Ой... — я прикрыла собой Дэю, задвинув её за спину. — Ой? — голос лорда-директора сочился ядом. Я ойкнула ещё раз. * Взяла из поэмы "Про Федота-стрельца", Л. А. Филатов