Глава 4. Больница.

Как оказалось, спорт – не самая сильная сторона моей такой разносторонней личности. Задыхаясь, спотыкаясь и отбивая себе всё, что только можно отбить, я неслась ко входной двери. Вернее, мне казалось, что я бегу именно к ней. А на деле лишь загоняла себя в ещё большую ловушку. Я врезалась во все косяки, во все углы и двери, что так неудачно стояли у меня на пути. Ноги еле-еле держали тело и то и дело подкашивались, набивая себе новые ссадины. Но самое страшное не это. Самое страшное – это тихое подхихикивание этого бездного маньяка. Он не бежал за мной, нет. Он шёл. Кажется, иногда вприпрыжку. И всё смеялся и смеялся, смеялся и смеялся. Смех иногда переходил в злые крики, от которых холодело всё внутри. Но я бежала. Кажется, нарезала круги и вновь и вновь возвращалась на одно и то же место, которое в кромешной темноте было похоже на все остальные. В итоге я забилась в какой-то угол и практически перестала дышать в надежде, что он не заметит меня. Пройдёт мимо и не увидит. — Кто-то решил спрятаться? — неестественно милым и сладким голосом пропел он. — Тогда... кто не спрятался, я не виноват! Я могла лишь тихо молиться всем богам мира, а также Юрао, Дэе, лорду-директору, лорду Эллохару и Жловису. — Где же ты, любимая?! — напевал он, а потом кричал, как дурной: — Выходи! Через пару минут у меня было две версии: либо он и правда такой тупой, что не может меня заметить, либо он не так хорошо видит в темноте, как мне казалось до этого. Я аккуратно двигалась куда-то в сторону, пытаясь найти хотя бы окно. Оно обязано быть там. Я видела снаружи! Окна были! Ползла по стеночке, цепляясь юбкой за все неровности пола. В какой-то момент послышался треск ткани. Я замерла. — А вот и моя девочка! — мужчина радостно крикнул и схватил верещащую меня на руки. — Я так скучал! Совершенно омерзительные мокрые поцелуи посыпались на моё лицо. Словно слизняки, они оставляли липкие следы на коже. — Пусти! Пусти меня! - я вырывалась и извивалась. В какой-то момент мои ногти вцепились его лицо и вырвали из него болезненный вскрик. — Помогите! Помогите! Юрао! Я орала во всё горло, в перерыве стараясь цапнуть мужчину побольнее. Но он был ловчее. И сильнее. Сбросил на пол и так треснул по лицу, что из глаз вместе со слезами посыпались и разноцветные звёзды. Но вот боль пришла намного позже. — Ах ты шлюха! — кричал он, пытаясь пнуть меня куда-нибудь побольнее. — Урод! Я схватилась за его карман на штанах и повисла в попытках встать во весь рост. Он мотал ногой, стараясь сбросить меня на пол, но лишь размахивал мною, как имперским флагом. Ни удары по голове, ни его крики, ни тяжёлая хватка на волосах не заставили меня отцепиться. У меня была одна-единственная цель: не дать ему меня изнасиловать. Пускай лучше забьёт до смерти. В голове звенело. Я не понимала, где право, где лево, где верх, а где низ. Но не отпускала его карман, а потом и ремень. И только яркий свет вынудил меня отпрянуть и рухнуть на пол. — Элли! — такой родной голос. Наверное, я не слышала его уже давно… Я выдохнула, сидя на полу. — Элли… Ты как? Жива? Я молча сидела. Облегчение и непонятное беспокойство волнами накрывали всё моё тело. Голова кружилась и почему-то сильно болела, будто по ней лупили дубинкой. Или её и правда лупили? — Элли… Это я виноват… Бездна! Элли! — меня трясли за плечи, заглядывали в слезящиеся глаза. Я не понимала, кто передо мной маячит и кричит мне прямо в лицо. — Элли, я тебя умоляю, а то Дэя меня убьёт. — Дэя? — я уже более осознанно взглянула на дроу. — А… Юрао! — Слава Бездне! — Юрао крепко обнял меня, прижав к своей груди. И я наконец-то ощутила себя в безопасности. Расслабилась и вроде бы даже пустила слезу… ну или разревелась, да. — Прости меня, цветочек. Он тебя бил? Трогал? — Вэйл! — строгий голос, такой низкий и злой, снова вернул неприятный липкий страх. — Вэйл, твою мать! Я прижалась к Юрао, слепо щурясь, и отказалась его отпускать. — Юр, не отдавай меня ему снова… Пожалуйста… — Тише-тише, — шептал он и поглаживал меня по спине. — Это не он. Это другой. Помнишь, такой каланча с белыми волосами? Он тебя не обидит. Ты должна пойти с ним, пока тут разбирается стража и СБИ. Хорошо? Я кивнула и неохотно выпустила Юрао из объятий, чтобы на мои плечи тут же накинули что-то большое и тёплое. — Иди ко мне, девочка, давай-ка, — такие красивые синие глаза, сверкающие в полутьме. — Интересно, почему всегда мне это нужно делать? Он аккуратно поднял меня на руки, совсем не как тот псих. Я тут же обняла его шею так крепко, как только могла. — У меня так болит голова… — Закрой глаза, милая, — такой необычно нежный. И даже как-то приятно стало. — Проснёшься и всё будет в порядке.

***

Вообще, он хотел наказать нерадивую девчонку и этого ушастого ночного стража, которые не умею думать своей головой. Но его злости хватило ровно на тридцать секунд, пока они врывались в дом и брали маньяка со спущенными штанами. То ли из-за зелья, то ли потому что он очень хороший и понимающий Рэн просто не смог наорать и надавать подзатыльников. Как только он увидел маленькую фигурку, которая сгорбившись сидела на полу, внутри почему-то всё перевернулось. Теперь ему хотелось защитить её, укрыть от всех бед и спрятать под своим плащом. Она так доверчиво прижималась к нему и обнимала за шею, что злость полностью испарилась. Он потом разберётся и с нарушителями комендантского часа, и с Ночной Стражей, и с любовным зельем. Всё потом. Потом. — Целителя мне. Главного. Скажи, что от Эллохара, — прошипел он испуганной сестричке, что практически спала за своим столом. — И побыстрее. Она закивала и побежала по пустому тёмному коридору, оставив его наедине с девушкой, которую он до сих пор нежно сжимал в руках. — У меня всё болит. Голова… — прохрипела Эллисон. — Всё болит. — Сейчас тебя проверят. Боли больше не будет, — он аккуратно начал качать её на руках в надежде как-то усыпить. — Расслабься. Ты в безопасности. Он не узнавал свой голос. Даже прокашлялся, чтобы звучать грубее. Ещё чего не хватало! — Лорд Эллохар! — небольшого роста пожилой мужчина в белом халате и пушистых белых тапочках скакал к нему не хуже молодого жеребца. — Что случилось?! — Лорд Фаол, — демон почтительно кивнул. — У нас тут небольшая проблема. Думаю, её избивали. Это в лучшем случае. Он нагнулся, позволяя мужчине взглянуть в лицо Эллисон. Синяки уже начали проявляться, а некоторые даже налились ярким цветом. — Ну, ничего-ничего. Починим и будет как новенькая. Правда, милая? — он улыбнулся девушке. Эллисон, которая до этого опасливо сжимала рубашку Даррэна и куталась в его плащ, немного расслабилась и даже доверчиво кивнула. — Вот и умница. Лорд Эллохар, прошу в процедурную. Несколько часов спустя В воздухе повисло напряжение. — Я уничтожу твою карьеру, — мрачно повторил Риан. — Да-да, — Юрао, бледный, как простыня, сидел напротив лордов и нервно дёргал ногой. — Уволят. Пойду побираться у храма. Знаю-знаю. Мужчины одинаково прищурились и зло посмотрели на дроу. А тот даже не отреагировал на очевидно убийственные взгляды. За последние полтора часа он привык и даже почти не нервничал. Уволят – будут с Дэей сами зарабатывать. И денег будет даже больше! — Ещё и присядешь, если с девчонкой что-то серьёзное будет, — Рэн покачивал ногой, пытаясь выглядеть расслабленно, но внутри всё клокотало от злости. — Да-да, и там меня опустят, буду на коврике спать, — Юрао махнул рукой, одновременно отмахиваясь от желания покурить прямо возле палаты. — И вообще. С чего такая забота? Не ровно дышите к ней, лорд Эллохар? Или больше лорд Тьер? Напряжение между ними практически заискрилось. Риан уже открыл рот, чтобы высказать наглецу всё, что думает о нём, но в коридоре вдруг распахнулась входная дверь. В помещение влетела маленькая рыжая фурия, которая очень быстро надвигалась на мужчин. Но потом стало понятно, что нацелилась она именно на Юрао. — Дэя! Я же сказал сидеть в комнате! Но не успел он возмутиться ещё раз, как звонкая пощёчина оглушила всех четверых. Юрао замер от шока, держась за щёку. Дэя трясла рукой в попытках скинуть боль от удара. Риан тоже сидел и тихо наблюдал ситуацию. И только лорд Эллохар довольно улыбался и переводил взгляд с одного на другую. — Это из-за тебя! Ты нас туда потащил! Ты говорил, что всё под контролем! — Дэя наматывала круги между мужчинами и совсем не обращала внимание на лордов. — И что в итоге? Элли чуть не умерла! А если с ней что-то серьёзное? А если она никогда не восстановится? А если она умрёт?! Девушке становилось всё хуже. Она ещё пару раз шлёпнула дроу по голове, но в итоге злость перешла в истерику, которую взял на себя Юрао. Он аккуратно выловил носящуюся туда-сюда Дэю и крепко обнял её, заглушая слёзы. — Ну что ты, Дэюшка, — шептал он ей на ухо, но любопытные лорды слышали всё-всё до мельчайших подробностей. — С ней всё будет хорошо. У неё не такие серьёзные травмы. — Да, кроме сломанного ребра и сотрясения, — добавил Даррэн, с удовольствием отмечая новую волну слёз. Юрао бросил в него злой взгляд. — И, кажется, отбитой почки. — Рэн, — прошипел Тьер, пихая его в бок. — Умолкни.

***

Наверное, я видела какие-то сны. Или это были воспоминания? Лица, что держали меня на плаву и не давали уходить далеко в сон. Там был и Юрао, и госпожа Халик, директриса нашего приюта, и лорд Тьер, такой серьёзный и суровый, и лорд Эллохар, укутывающий меня во что-то тёплое. Но самой яркой среди них была Дэя. Её карие глаза и весёлая улыбка. Её волосы цвета спелой вишни. Её смех, иногда настолько громкий, что слышно всему этажу. Мы встретились в день поступления. Две испуганные мыши, бегущие от своих проблем в надежде на светлое будущее. Можно сказать, это была любовь с первого взгляда. Дружеская, разумеется. Я никогда в жизни так быстро не находила общий язык с кем-то. Мы болтали несколько часов, разговаривая обо всё и ни о чём одновременно. Мы понимали друг друга так, как не понимал никто вокруг. И именно её голос оказался первым звуком, который я услышала сквозь звон в ушах и тупую боль в голове. — Элли… — Дэя аккуратно трогала мою руку, гладила её. — Элли, доктор сказал, что тебе нужно просыпаться. — Дэя? — я слепла от яркого белого потолка, хотя он вообще не светился. Я застонала от боли. Она была везде. — Бездна, как же плохо… — Ты лежи-лежи! Тебе нельзя вставать. Нужно совсем немного продержаться в сознании. К сожалению, первое, что я увидела, придя в сознание, было совсем не лицо Дэи. Это был злой, как тысяча демонов, лорд Эллохар. А с ним не менее злой лорд Тьер. И глядели эти оба прямо мне в душу. А вот Юрао, стоящий чуть поодаль, выглядел, словно побитая собака. Так виновато, что вся злость на него куда-то улетучилась. Ну как можно обижаться на него и его щенячьи глаза? — Дэюшка… Скажи, что я в Аду и это мне просто снится… Лорд Тьер наклонил голову и фыркнул. Прямо как кот, недовольный, что ему подсунули сухой корм, а не красную рыбку. Я вяло улыбнулась и уронила голову обратно на подушку. — Риате, — бросил лорд Эллохар небрежно. — Ушастый, — это, видимо, моему ушастому Юрао. — На выход. — Но… — попыталась протестовать Дэя. Но лорд Тьер его остановил: — Вон из палаты, Риате. — Нет, Дэя, не уходи! — я схватила подругу за руку. И несмотря на слабость во всём теле, я смогла остановить её на долю секунды. — Не оставляй! — Риате, — угрожающе-предупредительно. — Дэя! Останься! — Риате, иди! — Не бросай меня! Но подлец Юрао, которого я передумала прощать, утащил мою упирающуюся Дэю вон из палаты. Я грустно смотрела им вслед. — А теперь с тобой, Вэйл, — Эллохар навис надо мной. — Дяденька, у меня болит голова и всё тело. Мне так плохо! — захныкала я в надежде, что меня оставят в покое. — Меня чуть не убил маньяк, а ещё… — А ещё ты нарушила комендантский час, нарушила половину правил академии, притворилась проституткой и сорвала операцию, которую мы планировали несколько недель, — прошипел лорд Тьер, тоже нависнув над моим бренным телом. — Чего ты ожидаешь? Похвалы? — Обнимашек, — я потянула руки к ним и, кажется, даже коснулась кого-то из них. Голова даже на подушке кружилась по-страшному. — Можете поцеловать меня в лобик и убаюкать. — Может, придушим её подушкой, чтоб не мучалась? — Рэн!