Часть 1

ПРОЛОГ На вокзальных часах пробило десять утра, и прямо из поезда на перрон выскочил молодой человек Роман Крашенников. Вид его был болезненный, потрёпанный и неаккуратный. Переложив чемодан в другую руку, он взглянул на огромный локомотив ещё раз, глубоко вздохнул и направился к выходу в город. В другой руке он держал два уже распакованных им письма. Одно было от друга Романа, который, крайне любезно предложил погостить у себя в Петербурге. А отправитель второго – нотариальная контора, находившаяся как раз в столице. Именно в ней впервые всё пошло не так. И кто бы тогда подозревал, стоя у нотариуса, к чему всё это могло бы привести. Однако когда уже станет, скажем так, слишком поздно, все они будут говорить, что просто стояли в стороне. Крашенников направился в сторону центра по уже проснувшемуся Невскому проспекту. Жизнь тут, как и всегда, кипела во всю. То какой-нибудь мужичок встанет на лавку и давай играть на трубе, постукивая ногой, а дети, собравшиеся вокруг него, хлопали в ладоши и пели: Быстро, быстро уходи! Солнце, солнце зимнее, Ведь весна уж впереди! Солнце там красивее. Только их пение стало еле слышно, как вдруг около Романа как ветер пронесся целая толпа людей. Все что-то кричали про лошадь крестьянина Фомки, что дурень он, а от того и случилось то, что случилось. Что же именно произошло у Фомки, Крашенникову понять так и не довелось. Почти сразу за ними, на мостовой, показался печальный мещанин с грязным лицом и шапкой в руках. Еле-еле перебирая ногами, он плёлся, казалось, сам не зная куда. Проходя мимо нашего героя он и вовсе споткнулся и почти уже упал, но молодой человек подхватил его и поставил на ноги. – Чего с тобой? – Спросил его Крашенников перепуганным голосом. – М-м-м… Ничего, батюшка, ничего… – Промямлил мещанин и пошел дальше, освободившись от рук Романа. Он проводил мужика недоумевающим взглядом и тоже пошёл своей дорогой. Дойдя до первого перекрестка, Роман остановился и посмотрел на пустую витрину магазина обуви. Стекло прекрасно отражало Невский проспект почти в тех же, что и наяву, красках. Крашенников видел там и себя. Всё как и всегда было на нём: серый плащ, черные брюки, тонкие, как спички руки, худое лицо, и черные, как уголь длинные волосы, подстриженные по уши – таков был Роман. Наконец он опомнился и пошел дальше уже с большей скоростью. Дойдя до Аничкова моста, наш герой свернул влево и пошел вдоль канала прямо до Чернышевской площади. Там он свернул еще раз и миновав три дома, наконец-таки остановился. Перед ним был желтый доходный дом, в котором-то всё и начнётся.