11. Платье Мечты и умривсёживое

Платье Мечты приехало в фирменном zip-пакете с названием бренда EMBERENS и вдохновляющим слоганом: «одежда для особенной тебя». «Гениально!» – подумал Цыплёночек. Платье выпорхнуло из пакета и само собой оделось на Цыплёночка, окутало его, как пышное голубое облако, задрапировало воздушно струящимися складками. Платье было бесконечно счастливо, что попало именно к такому тонкому ценителю красоты, ведь он написал в его честь сказку, похожую на хвалебную оду (см. 10 серия. Внутренний Ватикан, Лас-Вегас и Платье Мечты), долго-долго осыпал миллионами сердечек, розовых и цвета мадженты, заранее любил и ждал, сгорая от нетерпения. Конечно, платье благодарно обнимало Цыплёночкино тельце и его не хотелось снимать. Комфортно, невесомо сидело платье на Цыплёночке. Цыплёночек довольно распушился, посмотрел в зеркало, и-и-и… радость несколько померкла… Почувствовав это, платье вопросительно вздрогнуло. Нет, качество пошива было идеальным, швы – ровными, все рюшечки и бантики на месте. И цвет соответствовал небу Прованса. Но… что-то определённо было не так. В этом платье Цыплёночек выглядел как… праздничный тортик на ножках, как мармеладная безешка со взбитыми сливками, как сахарная пироженка-эклер, и лучший зефир-суфле «Шармэль». Слишком сладко. Чересчур ванильно. Прифигел Цыплёночек с такого внезапного лука, призадумался. И было над чем. К выражению литса Цыплёночка гораздо больше подходила чорная мантия Северуса Снейпа и Авада Кедавра. Выражение литса: «умривсёживое!» и платье, похожее на праздничный тортик-безе, явно диссонировали. Больше того – категорически исключали друг друга. И Цыплёночку пришлось признать сей очевидный факт. Платье Мечты было не для Цыплёночка. «Жызнь – боль! – думал Цыплёночек – Стрдн!» Платье определённо надо было возвращать. Либо менять выражение литса. Как вариант. Последнее было весьма проблематично. Ибо мировоззрение уже сложилось, закрепилось, впечаталось в черты. И не поддавалось переустановке. Цыплёночек попытался скосплеить чихуахуа, но вместо повышенной милоты, на выходе всё равно получалось опасное инфернальное нечто, случайно увязшее в сладкой пироженке, как цианистый калий. Платье и Цыплёночек явно не подходили друг другу. Но Цыплёночек хотел это платье, хотел всё равно. Он было такое… м-м-м… струящееся, воздушное, изысканно-голубое, обильно-рюшечное, и на редкость удачно драпировало Цыплёночкино тельце. В него можно было спрятаться, как в домик, зарыться блаженно в эти милые складочки, затеряться вот в этомвотвсём, укрыться от мерссского мира. Вздыхал Цыплёночек, печалился… Рука не поднималась просто взять и отнести это платье в ПВЗ. Рука поднялась только оформить возврат. И всё. Грустно смотрел Цыплёночек на номер возврата, прощался с мечтой, понимая, что это неизбежно.   Хотя бы потому, что выглядел в этом платье, как минимум, странно. Всё равно, что бультерьер в кружевах. Бультерьер, дышащий духами и туманами. С ноготочками.) Суть Цыплёночка не совпадала с замыслом платья. Разные они были по смыслу. Противоположны друг другу. Увы! К такому платью предполагался изящный букетик цветов, непременно украшенный атласной ленточкой со стразиками, кокетливая шляпка, француссские духи и золотые локоны. Цыплёночек представил себя с букетиком, шляпкой и локонами. Последовательно. В красочных подробностях. Не без сарказма. «Фи!» – определённо, по складу характера ему подходили совершенно другие аксессуары. Например, отравленный кинжал в потайном кармане. Разящий блистающий меч из полновесной легированной стали. Ну, или, на крайний случай – перстень с ядом. Тоже хорошо. И кольчуга. Да, определённо, лёгкая кольчуга была бы Цыплёночку больше к литсу. Или – плащ рыцаря Святого ордена. Но точно – не букетики-хренетики, ленточки и стразики! Закручинился Цыплёночек пуще прежнего. Терзаясь сомнениями, сфоткал себя в зеркале с разных ракурсов, отослал Маковому Цветочку, чтобы тот глянул, заценил, высказал экспертное мнение: «чо-как? оставить, или точно не?»,  ибо в шмотках всяко лучше разбирался. Вердикт был неутешительный: - Ту мач, – сказал Маковый Цветочек. - В смысле? – спросил Цыплёночек, подозревая худшее. Худшее незамедлительно озвучилось: - Вот если бы ты была букетно-конфетной девушкой, с локонами, туфельками и нарумянеными щеками, тогда бы – да. А так – нет,  внешность не сюси-пусечная у тебя. Не для этого платья. Нет, оно красивое само по себе, но… Ты в нём, как Мальвина из фильма «Приключения Буратино». Вернее, Дарт Вейдер в платье Мальвины. «Ъуъ!» – Цыплёночек нахохлился. Но, он же сам просил Макового Цветочка сказать всё честно, как есть? Ну вот. - И размер не твой, –  безжалостно продолжал жестокосердый Маковый Цветочек. – Он слишком оверсайз. И там так много оборочек, что, кажется, ты запуталась в парашуте! Короче, затоксил, запоганил Маковый Цветочек Цыплёночкино Платье Мечты, затоптал абьюзивно последние искры радости, швырнул в тюрьму стереотипов и бездну отчаяния. Ситуация требовала решения, а Цыплёночку больше всего сейчас хотелось всё бросить и традиционно забраться на Дерево-Обиды-На-Весь-Мир. Но Цыплёночек решительно взял себя в руки, просто сел и написал очередную серию сказочки про свою жызнь. В психотерапевтических целях. Вот эту. Пострадал-погрустил Цыплёночек и снова пошёл (да, вы угадали!) на Озон. А куда ещё? Искать что-то более подходящее своей душе, характеру, и, главное – выражению литса. Труъ-гатишную чорную туничку, похожую на кольчугу странствующего рыцаря. Без всяких там букетиков и рюшечек. Это лишнее. 24.06.2024г.