1.2. 268 ударов.

Сатору не волновали причины, по которым Утахиме игнорировала его. Но он слепо верил, что она всего лишь стесняется. Иори в свою очередь ненавидела Годжо. Его насмешки, издевательские шутки, его противный голос. И эта толпа девчонок-фанаток, который таскались за ним всюду. Нет, Химе никак не ревновала. Ее просто раздражали эти взгляды, которые ревновали девушку к Сатору при малейшем взгляде в его сторону. Парня в этом Иори не винила, но лучше от этого факта не становилось. И самым оптимальным решением стало просто возненавидеть его и забыть. Только вот для нынешней Утахиме это обернулось ужасом.

***

-Что-то долго их нет,-Сёко выдохнула дым сигарет с паром от мороза. -Сатору написал мне, что Утахиме стало плохо, и он решил отвести ее домой. А потом она попросила его посидеть с ней, пока ей не станет лучше,-Сугуру стоял рядом, засунув руки в карманы. Телефон отключился на морозе. -Зная Утахиме, это говорила ее подделка,-Сёко на секунду улыбнулась краешком губ, а затем выбросила окурок в снег.-Пошли тогда навстречу остальным, чего тут стоять. Ребята ехали в гостиницу, где собирались отметить поступление. Приехали они, скажем так, не очень удачно, так как в отеле отключили электричество. Сёко заселилась с Мэй Мэй. В первый день девушки просто отдыхали от долгого пути сидя в телефонах и рассказывая друг другу истории. Батарейки так же быстро разрядились. Связь с ними пропала на ближайшие недели две точно.

***

К удивлению Утахиме, никакого кляпа во рту не было. Может быть Годжо забыл про него? Такой придурок способен на что угодно. -Годжо, отпусти меня!-в комнате Химе была одна. Она надеялась, что Сатору был в соседней комнате или хотя бы в зоне, где было бы не слышно. Раздался глухой щелчок. Беловолосый зашёл в помещение, закрыв дверь на ключ. Ключ был у него в кармане. -Не старайся надрывать голос. Тебя никто не услышит. Я хорошо над этим постарался, дорогая Химе. -Отпусти меня, зачем тебе это все нужно?-запястья неприятно жгла боль от верёвок. Вся корочка из крови треснула, и раны снова начали кровоточить. -Все это нужно лишь для того, чтобы вместо тебя была прежняя Утахиме. Поняла, дорогая.. -Не смей меня называть Химе. Так меня называла только моя мама. -Я Сильнейший. Что мне мешает, Химе? -Я тебя ненавижу..- девушка огрызнулась. - Ай-яй-яй, плохая девочка. Нельзя так говорить, это некультурно! Неужели мама не учила тебя в детстве этому? Утахиме не успела и слова сказать, как Сатору навалился на неё всем телом. Он схватил ее за щеки и сильно их сжал. - Я то научу тебя манерам, девчонка. Безумие в его глазах ужасно пугало Иори. Она заикнулась и даже не смогла ничего сказать. Парень опять подошёл к той тумбе, но на этот раз достал настоящую плетку. - Приступим к твоим учениям, плохая Химе. -Сатору, погод…- речь девушки прервалась немым криком боли. Беловолосый со всей силы ударил плеткой по внутренней стороне бедра. Удары Годжо наносил по груди, животу, ногам и бёдрам. Слёзы быстро скатывались по лицу девушки, глаза покраснели, но она не кричала. Не поддавалась всему этому. На теле остались ужасные, длинные следы от ударов. Когда парень проходился по ним несколько раз, боль увеличивалась до пика. Терпеть девушка уже не могла. -Ты знаешь, что должна сказать…всего лишь «прости меня, дорогой Сатору». Давай, это легко,- Сатору нагнулся к ее уху и обжег кожу горячим дыханием. -Да пошёл ты, гандон,- Иори даже не думала, что когда нибудь скажет что-то настолько грязное. -Я давал тебе шанс, дорогая Химе. Ещё около получаса брюнетку бил плетками Годжо. Он перестал после 268 удара. Девушка считала каждый удар, чтобы отвлечься от боли хотя бы на чуть-чуть. Сильнейший взглянул на своё творение и сделал ещё два снимка. Затем он отошёл, и Иори увидела себя в зеркале. Множество синяков, красных следов, а где то удары даже кровоточили. Ее прекрасное тело испортили буквально за час. Девушка даже не заметила, как Сатору разделся. Он расположился у неё между ног. -Стой, Сатору, пожалуйста, не надо,- Химе сорвалась на сипловатый крик. -Замолчи. Ты упустила свой шанс. -Сатору, прости меня пожалуйста! Не надо! -Поздно. Резким толчком парень вошёл в девственное лоно девы. Стенки ее влагалища сжимали его половой орган. По бедру стекала кровь. Утахиме кричала от боли. А Сато ускорялся с каждым толчком, движения были все грубее.

***

Где-то в углу протекала труба. Вода капала на пол. В комнате было абсолютно темно и почти тихо. Тишину нарушали только капание воды и скрипы кровати. Брюнетка потеряла сознание, когда Годжо выпустил своё семя уже в третий раз. А он все продолжал. Продолжал мучить еле живое тело бедняги, которая подавалась его движениям из-за слабости.

***

Утахиме проснулась с жуткой болью между ног. Вокруг висело все больше фото. Фото, где она лежит в первый день всего лишь голая. Фото, где она избита плеткой. Фото, где она лишена девственности. Где сперма Сатору вытекает из ее влагалища. Этот вид был ужасным. Такое унижение, боль и страх. Страх перед тем, что будет дальше. Ведь всего три дня назад Утахиме пообещала Сёко, что они обойдут все магазины, как только достигнут больницы. Нет, так не может продолжаться. Иори дёрнула конечностями. Все ещё привязаны. Она вытянула шею и начала перегрызать веревку, связывающую правую руку. Спустя пятнадцать минут все получилось. Дальше оставалось только порвать остальные. Через шесть минут девушка нашла свой телефон и выбежала. Будучи слишком самоуверенным, Годжо даже не закрыл дверь на ключ. Полностью голая, Химе выбежала на улицу лишь укрывшись простынь с кровью и семенем сильнейшего. Она бежала, не смотря на холод. Ее бросало в озноб. Стопы ужасно болели от холода. Но она бежала. В конце концов, Иори упала. Силы закончились. Девушка включила телефон и набрала Сёко. Не отвечает…Набрала Мэй Мэй. Ответа нет… Пальцы ужасно тряслись. Зубы отбивали морозную песню от холода. Слёзы замерзали прямо на щеках. Отмерзшими подушечками пальцев брюнетка набрала номер Сугуру. Ответа опять не было. Учитель Яга. -Ало? Утахиме? Ты тут? -Учитель Яга, срочно! Спасите меня, я вас прошу! Сатору..он..украл меня и изнасиловал! Учитель Яга…ало? Учитель Яга? Она отстранила телефон от уха. Батарейка села. Все тело затряслось от отчаяния и беспомощности. Она заплакала навзрыд, кашляя. -Ты никому не нужна кроме меня, Химе. Дай мне руку,- Сатору говорил мягким тоном. Утахиме не волновало то, как он здесь оказался. Вопросы были ни к чему. Он сильнейший. Мог сделать что угодно. Ее не волновало то, что он с ней сделал. Сопоставление того, что ей никто не ответил, и жизнь повернулась своей худшей стороной, а Сатору прямо здесь, рядом, предлагает помощь и поддержку. Она доверилась и острожного вложила свою аккуратную руку в его массивную.