Часть 27

Со дня смерти бабушки прошел едва месяц. Мишу выгнали из «Ледяных королей»,как и из сборной России, и ему пришлось вернуться в Подольск. Здесь его встретили Алина, Даша и прочие друзья, всегда готовые поддержать. Долгое время парень не мог смириться с утратой; Алина старалась ему помочь, выводя на свежий воздух, оставив свою работу и ненадолго став его опорой. Однажды Даша решила прогуляться с братом по городу. Они неспешно бродили по парку, заглянули в кафе и прошли мимо дворца спорта, где Миша занимался с детства. Воспоминания нахлынули на него: как бабушка привела его на каток, поддерживала в начинании. Бродя по тротуарам, они наткнулись на небольшую компанию мужчин. —Вот он,вечно не находящий себе места,— сказал один из низ,намекая на Мишу.— Из «Медведей» в «Титан», из «Титана» обратно в «Медведи»,даже в сборной был и оттуда выперли. —Иди пожалуйся, может обратно в «Ледяных королей» возьмут.  —Тебе какое дело до того, в какой команде я играю? — ответил Пономарев. —Мне до предателей родной команды нет никакого дела,— с ухмылкой возразил мужчина. —Миш,пошли отсюда.  —Слыш,а ты че такой борзый?—Даша сжала его руку, поняв, что ситуация накаляется. —Я тебе русским языком объяснил,—и всполыхнув,ударил его по лицу.  —Миша!—вскрикнула девушка. Вскоре завязалась драка, когда мужчину, толкнувшего Дашу, ударил Миша. Понимая, что её не разнять, Даша позвала полицию. Один из мужчин случайно толкнул её, и она ударилась спиной о дерево. —Придурок,—к ним подъехала полиция.—Ты в порядке?—спросил Миша, подбежав к сестре. —Кажется,началось,—тихо ответила она.  —Сейчас найду такси,—Миша выбежал на дорогу, пытаясь поймать такси. Как только ему удалось, он помог Даше подняться и добраться до машины. Сев в автомобиль, он назвал адрес роддома, и водитель молча поехал. Тем временем «Ледяные короли» находились в Москве, и им предстоял очередной матч. После изнурительной тренировки парням не дали время на отдых и велели быстро переодеться в игровую форму, поскольку через 40 минут начиналась игра. Тем временем Миша, прибыв в роддом, пытался дозвониться до Андрея, который не отвечал. В отчаянии он набрал номер отца и дяди. Иван Андреевич был в Сочи по работе, а Виктор Анатольевич находился в Москве на матче у сына и не сразу ответил. В течение всей игры Андрей замечал отсутствие отца на трибунах. После первого периода, заглянув в раздевалку, он взял телефон увидел множество пропущенных звонков от Миши и Ивана Андреевича. Кисляк вскоре понял, что что-то случилось, и начал перезванивать. —Кислый,че случилось?—настороженно спросил Антипов. —Не знаю,хотелось бы знать, — ответил Андрей, вновь набирая номер Миши. — У меня два варианта: либо с ним, либо с Дашей. —А когда ей рожать? В какой срок? —Через 1,5 месяца.  —Отдохнули? Живо на лёд и порвите их,—с этими словами Стрельцов вошёл в раздевалку к парням и все принялись собираться.—Кисляк? Можешь считать,что ты уже получил отдельное приглашение. —Да иду я,—произнес Андрей, надевая шлем и беря в руки клюшку. Весь второй период его мысли витали далеко, погружая его в раздумья, и буллит, который он не взял, отразился на его игре. После второго периода Андрей вновь взялся за телефон и позвонил Мише, который поведал ему о тревожных событиях. Ребенок родился, но сначала врачи опасались, что он умер. Появились осложнения, и малыша оперативно забрали. У Даши также возникли проблемы после родов, что выбило Андрея из колеи; он понял, что в третьем периоде не сможет играть, но Стрельцов настоял, чтобы он вышел на лёд. На льду парень не слушал указаний тренера, его взгляд был устремлен в одну точку. В голове проносились яркие моменты с женой и сыном, когда они радостно узнали о беременности и ожидании мальчика. —Простите, Максим Эдуардович, но я не могу,— произнес он, и, не дождавшись ответа, покинул лёд. Антипов с недоумением поглядел на друга, а тренер немо посмотрел в его сторону. Тем временем Миша не отходил от операционной, жалея, что сообщил эту новость Андрею во время матча. К его удивлению, в больницу пришёл Егор, готовый поддержать друга. —Ну, что, отец,— произнес врач, выходя в коридор и закрывая за собой дверь, обращаясь к Мише. —Нет-нет, я не отец, я брат пациентки,— ответил Пономарев, и врач посмотрел на Егора. —Я друг семьи,—с некоторой неловкостью произнес Егор. —Передайте молодому отцу, что ребенок некоторое время проведет под наблюдением врачей. Мы проведем полное обследование, и тогда сможем вам что-то сообщить. —С ним что-то серьезное? —осведомился Mиша. —Асфикция у малыша.  —Что это? —нахмурился он. —Асфиксия новорожденного клинически проявляется в отсутствии самостоятельного дыхания ребенка в первую минуту после рождения или в наличии поверхностных, нерегулярных дыхательных движений при сохранении сердечной деятельности,— ответил врач. —Вашу сестру вскоре переведут в палату, но какое-то время ей потребуется помощь. Когда ее супруг появится, пусть зайдет ко мне. —Хорошо, мы ему передадим,—сказал Миша, задумчиво глядя в пол, и врач направился к себе. —Ну что, дядь Миш, можно тебя поздравить? —Можно, но не нужно. Сейчас не до этого, Андрей не выходит на связь,—сказал он, и парни вошли в буфет за кофе. Андрей собрал свои вещи, собираясь покинуть раздевалку, и понимал, что не нуждается в прощальных словах тренера, ведь взгляд Стрельцова говорил все: их пути расходятся. Он встретился с командой на выходе. —Удачи вам,—произнес он и вышел, Антипов следовал за ним. —Андрюх! Погоди,—крикнул Антипов,и Андрей остановился.—Че случилось? —поинтересовался он. —Моей жене и сыну плохо, они нуждаются во мне, а я должен здесь шайбы забрасывать? —Ты вот так всё бросишь? Объясни Стрельцову ситуацию, он поймет. —Да плевать мне на этот хоккей,— с отрешением произнес Андрей, направляясь к выходу. По пути на автовокзал он созвонился с отцом, который уже был в Подольске, и сообщил, что все билеты на поезд быстро разобрали, и придется брать на завтрашний день. После разговора с отцом хоккеист решил прогуляться по вечернему городу. Прогулявшись, он заглянул в ближайшее кафе, чтобы утолить голод и обдумать свои мысли. Слова Миши продолжали вертеться в его голове, как навязчивая мелодия, не дающая покоя. Андрей не понимал, как могло так произойти, ведь они обращались к лучшим врачам в Москве, придерживались всех рекомендаций, и каждый из них говорил лишь о хорошем. В кафе он заметил молодую пару, ссорившуюся о чем-то важном. Вдохновлённый моментом, он инстинктивно решил заступиться за девушку, но в ответ получил ранение. В это время Миша находился в больнице, где врачам не удавалось убедить его в необходимости отдыха; он не собирался уходить, ведь обе квартиры напоминали ему о бабушке. В больницу приезжали парни из команды «Медведи»,некоторые из «Титана»,которые узнали о случившемся.  —Андрею звонил? —спросил Виктор Анатольевич,расхаживая по коридору. —Звонил,недоступен. Антипов сказал,что он ушел из команды,—Миша тяжело вздохнул и посмотрел в сторону—Чертовщина какая-то. —Ты поезжай домой,отдохни.  —Нет. —Миш, это ведь для тебя лучше. Я понимаю, сейчас тебе крайне тяжело, но ничем не сможем помочь Даше и ребенку,— Пономарев бросил взгляд на родственника. —Может быть,—произнес Миша, не желая уходить, поскольку обе квартиры напоминали ему о бабушке. —О,Андрей,—обрадовался он. Миша заметил, как резко изменилось выражение лица Виктора и сразу понял, что произошло что-то тревожное. —Что-то случилось?—насторожился он. —В Андрея стреляли,— расслабив галстук, произнес Виктор и попытался объяснить словами следователя парню, который прижал ладонь к лбу. — Так, я еду в Москву. Ничего Даше не говори, понял? Ей нельзя нервничать. —Понял.Виктор Анатольевич, держите меня в курсе. —Хорошо,—пожал руку парню и покинул больницу. Миша снова сел на скамейку, сложил пальцы домиком и задумался. Вскоре Дашу перевели в отдельную палату, где Пономарев провел всю ночь. На следующий день, ближе к обеду, в больницу пришел дядя, уже вдоволь осведомлённый о состоянии Андрея. Войдя в палату, он увидел сонного Мишу и спящую племянницу. —Есть новости?—шепотом спросил Иван. —Нет. Виктор Анатольевич уже в Москве и не оставит всё просто так. —Не одно, так другое,— они вышли из палаты, и мужчина настоял, чтобы Миша пошел домой отдохнуть. Спустя время весть об Андрее разнеслась повсюду, даже его бывшая команда «Медведи» решила приехать навестить друга. Приехал Федор Михайлович, чтобы поддержать и своего друга, и его сына, осознавая всю тяжесть ситуации. Яна оставалась с Дашей, нуждающейся в помощи. Никто из парней не мог представить, что сейчас переживает Андрей. Услышав голос Кострова, он искренне улыбнулся, как и ВасГену с Макеевым, которые не остались в стороне. —Саня,—Андрей повернул голову к Саше, почувствовав его присутствие слева. — Когда ты успел вернуться? —Недавно,Андрюх,—ответил Костров. —И успел сыграть с нами три матча,— с некоторой грустью произнес Бакин. —Круто.  —Андрей, главное, поправляйся. Всё остальное наладится само собой,—поддержали остальные парни, и Кисляк улыбнулся. Когда команда вышла из палаты, Саша решил остаться с другом. —Вы нашли того, кто это сделал?—спросил он у Виктора Анатольевича. —Ищем.  —Сань.  —Да?  —Как там Даша?—парень внезапно замолчал, обменяясь настороженными взглядами.—Чего замолчали? —Ты поправляйся, Андрюха, и старайся ни о чем не думать. С Дашей сейчас Миша и Егор, ну и девочки,—уверенно произнёс Саша, взглянув на Виктора. —Я не могу не думать.  —С ними всё в порядке,—ответил его отец. —Мне пора. Кстати, Антипов и Васильев желают тебе скорейшего выздоровления. —Они приходили? —Да.  —До встречи,Андрюх,—Саша пожал ему руку и, попрощавшись с его отцом, направился вниз к автобусу. Спустя время, когда Даша более-менее пришла в себя, она решилась на поездку в Москву к Андрею, оставив ребенка под наблюдением врачей. Приехав в столицу с дядей и братом, они надели белоснежные халаты и, узнав номер палаты, направились к нему. Поднявшись на нужный этаж, в коридоре они встретили старшего Кисляка, тихо беседующего с врачом. Войдя в палату, Даша осторожно закрыла дверь и, стоя на пороге, долго всматривалась в лицо мужа, чий взгляд был прикован к потолку. — Кто здесь? — произнес он, услышав звук закрывшейся двери. Приподнявшись на локтях, повернул голову в её сторону. — Это я, Андрюш, — смахнув слезы, ответила она и приблизилась к нему. — Дашка… — он искал её глазами.Она молча уселась на край кровати и положила голову ему на грудь. Обнимая её, Андрей одной рукой гладила её по волосам. — Я не хотел, чтобы всё было так… — Ничего не говори, — перебила она, не успевая вытереть слезы. Слёзы безжалостно струились по её щекам, как бы она ни старалась их сдержать. — Как ты? Как там наш сын? — Нормально… под наблюдением… — Ты видела его? — Видела, — с грустной улыбкой ответила Даша. Андрей смотрел на неё пустыми глазами, а на лицe тускло светилась связь нежности. В это время в палату вошли его отец и остальные родственники. — Привет, Кислый, — произнес Миша, поправляя халат. — Миха, — обрадованный парень улыбнулся. — Как ты? — спросил он. — Жить буду. — Ты не только жить будешь, но и видеть, — подправил его Иван Андреевич. — И вы здесь, — с той же радостью добавил он. Наблюдая за разговором мужчин, Даша все время смотрела на Андрея, шмыгая носом. Зная мрачные прогнозы врачей, она теряла веру в то, что он когда-либо увидит, но надежда всё ещё жила. Виктор Анатольевич развернул расследование, задействовав все свои связи, ему помогали Федор Михайлович и дядя Даши, у которых были связи выше. Тем временем Даша заботилась о Андрее, хотя опытные специалисты помогали ему с адаптацией к новой жизни. Андрей старался временами веселить жену, чтобы она не погружалась в мрачные мысли, но его усилия оказывались неудачными. Её эмоции, словно сливаясь воедино, подавили все прежние чувства, и в её взгляде читалась лишь жалость и грусть. Тем не менее, несмотря на собственное послеродовое состояние, она оставалась рядом с ним. После некоторого времени врачи рекомендовали выписку Андрея, отмечая прогресс в его выздоровлении, хотя и не давали гарантий на восстановление зрения. Была назначена целая серия процедур, ответственность за которые легла на её плечи. Миша временно приостановил свою хоккейную карьеру, чтобы поддержать сестру, заданием которой было справиться со всеми навалившимися трудностями. Вскоре младшего Кисляка выписали из больницы. На выписке собралось немало близких, товарищей из обеих команд, и все вместе они направились в подготовленную квартиру. Миша, договорившись с Алиной, остался с сестрой, поскольку ей нужна была его помощь. Через несколько дней в Подольск вернулся Андрей. Виктор, заранее координируя действия врачей в обоих городах, обеспечил всё необходимое для лечения. Даша понимала, что ей предстоит нелёгкий путь, и грусть иногда заставляла опускаться руки. В первые два месяца ей непросто было справляться с новыми обязанностями, несмотря на помощь Марины и Яны, которые сменялись, стараясь облегчить её бремя.