3. В разводе я.

- Оленька, я рад тебя видеть, - разглядывая брюнетку, произнёс мужчина. - Ну, я бы сказала, что была бы гораздо счастливее, встретясь мы при других условиях, - пошутила Арефьева. - Значит, ты и есть грозный и ужасный проверяющий? - Ну про грозного и ужасного не ко мне, а проверку действительно буду проводить я. Ольга слегка напряглась, не понимая как ей реагировать. Семён был старым университетским знакомым, с которым у них когда-то давно были отношения. Расстались они хорошо, без претензий друг к другу, однако в голове женщины пронеслась мысль, не отразится ли это как-то на результатах проверки. - Оль, ну чего ты такая. Это стандартная проверка, никто не стремится сместить тебя с должности. - Семён пытался успокоить Ольгу, увидев её напряжение. - Всё равно ведь ещё не решено, кто будет новым заведующим, - вздохнула Арефьева. - Не решено, ты права, но причин переживать нет. О тебе, как о руководителе, я слышал исключительно хорошее. - Пройдём тогда внутрь что ли, чего мы на морозе стоим. Арефьева так и не заметила, что на подстанцию уже прибыл Рыков, направляющийся к ним. - Ты сама-то как? - заходя внутрь здания, спросил Семён. - Как Рома? Вопрос о бывшем муже слегка вздёрнул Ольгу. С Семёном они не общались давно, да и ни с кем из их старой компании друзей тоже, потому тот явно не был в курсе событий её жизни. - В разводе я, - ответила женщина на вопрос о бывшем муже, даже не сообразив, что именно она сказала. Все стоящие рядом, кто услышал ответ Ольги, были явно удивлены словами женщины, то и дело переводя внимание на Рыкова, что ошарашенно стоял позади, догнав парочку. Пару секунд в ступоре... и он продолжил движение, нарочно задев плечом Семёна, оказавшемся на его пути. Он кинул презрительный взгляд в сторону жены, до которой дошла суть её высказывания, и пошёл прямо по коридору в сторону комнаты отдыха. Оля, поджав губы, смотрела в спину мужу. «Какая же я дура» крутилось в её голове. Она понимала, что сказать хотела совсем другое. Что это она говорила о Роме. Пыталась будто оправдать себя. Вернувшись в реальность, она пригласила Семёна к себе в кабинет, дабы начать проверку. - Паш, - догоняя друга, прервал тишину Кулыгин, - вы с Арефьевой в ссоре что ли? - В какой ссоре, в разводе, не слышал что ли? - Рыков был зол. - Да что у Вас случилось, Пашка, расскажи. - Я уже не знаю, есть ли вообще мы, - завалившись на диван в комнате отдыха, произнёс Павел. - Оле вообще не до меня, она вечно в своей работе, мы не разговариваем, а если и начинаем говорить, то ссоримся. - Ну ты же видишь, в каком она сейчас состоянии, сколько проблем у неё, проверки эти постоянные. - Кость, я всё это вижу, только она вот кроме своих бумажек ничего вокруг не видит. Меня в упор не замечает. Устал я, не знаю, что делать. - Ей поддержка твоя нужна сейчас, как никогда, а ты как дурак обижаешься. - Костя понимал, что тяжёло сейчас и Оле, и Паше. - Не глупи, покажи, что ты с ней несмотря ни на что. - Может ты и прав, - тяжёло вздыхая, сказал Рыков. Тем временем, в кабинете Арефьевой уже пару часов Семён во всю проверял документацию. Арефьева всегда ответственно относилась ко всем бумагам, потому придраться там было не к чему. Прервать их смог стук в дверь. - Войдите. - строго произнесла Арефьева. В кабинет ворвался разъярённый мужчина. - Я требую от Вас объяснений. - Ольга Кирилловна, это вот с 70-й подстанции... - из-за спины мужчины показалась весьма растерянная помощница. - Я прошу сменить Вас тон, - отрываясь от документов, резко ответила Арефьева. - В моём кабинете я не потерплю подобного. Васильева, вызови ко мне нашу троицу. А Вы... - Геннадий Сергеевич, - продолжил мужчина. - Присаживайтесь, Геннадий Сергеевич. Проверяющий с удивлением наблюдал за происходящей картиной, не имея представления, о чём речь. В голове Ольги крутилось лишь то, что она не успела решить проблему ранее, теперь же разбор полётов придётся проводить на глазах проверяющего, что совершенно её не радовало. - Вызывали? Первым в кабинет вошёл Кулыгин. - Вызывала. - Арефьева строго смотрела на входящих в её кабинет врачей. Рыков же не позволил себе пересечься с ней взглядом, всё ещё пропитанный чувством обиды. -Это Геннадий Сергеевич, заведующий подстанции №70. А это Семён Витальевич - проверяющий. И нам всем очень интересно узнать, что послужило поводом для драки. - Драки? - удивлённо вмешался Семён. - Ну на самом деле, всё было не совсем так, как тут представили, - первым начал Кулыгин, поворачиваясь к друзьям. - Паш, расскажи. Рыков лишь отвёл взгляд, продолжая играть в молчанку. - В общем, Паша с Арашем приехали на вызов и увидели, что предыдущая бригада очень халатно отнеслась к пациенту. Неоднократно выезжая к одному и тому, они упорно игнорировали целый букет симптомов, и человек чуть не умер. А вот Паша с Арашем правильно поставили диагноз - Базедову болезнь, тем самым спасли ему жизнь. - Да это бред, - возмутился Геннадий Сергеевич. - У меня на подстанции работают профессионалы, которые не пропустили бы такой диагноз. - Ну вот и мы так подумали, решили поговорить с коллегами, указать на их ошибку, так сказать, чтобы такого больше не повторилось. - продолжил свою речь Кулыгин. - Так вот чья это была идея, - вставая с кресла, сказала заведующая. - Ольга Кирилловна, мы правду говорим. - Нет, идея поехать была моя, - наконец прервал молчание Рыков, словив на себе недовольный взгляд Ольги. - исполнение коллективное. - В любом случае, Ольга Кирилловна, существуют и другие способы решения конфликта. - снова вмешался в разговор заведующий другой подстанции. - Это какой же? Кляузы катать? Вы бы со своими подчинёнными сначала разобрались, - язвительно произнёс Рыков. *Бригада Рыкова на вызов* - Оленька, - сказал Семён, внимательно наблюдающий за происходящим. - Я предлагаю отпустить парней, и продолжить диалог самостоятельно. - Ох, какое ж министерство у нас доброе. Да, Оленька Кирилловна, - натягивая улыбку, передразнил Павел. - Рыков, ты оглох, диспетчера не слышишь? - ответила на его язвительность Ольга. Троица покинула кабинет. - Геннадий Сергеевич, - начал Семён, - Вам бы действительно стоило прежде провести беседу со своими врачами, разобраться в ситуации, а затем уже писать жалобу. - Я заберу. - принял поражение мужчина. Арефьева же с удивлением наблюдала за реакцией Семёна, который встал на её защиту, взглядом выражая ему благодарность.