the dawn (альтернативная концовка)

      Голова раскалывалась с самого утра, и его любимый трюк с «заморозкой мозга» точно добавил ещё пару баллов по шкале боли. Не стоило им злоупотреблять. Но как было устоять под заинтересованным взглядом самой симпатичной девочки в школе?       Оно того стоило. Точно стоило — особенно если в понедельник Вероника согласится пойти с ним на свидание.       Поморщившись от яркого света, Джей Ди щёлкнул выключателем, и комната погрузилась в спасительную темноту. Ему стоило бы лечь спать. Голова, скорее всего, болела именно из-за недосыпа: он толком не спал уже несколько дней. Чёртовы кошмары усиливались каждый раз после переезда.       Но сегодня это должно было закончиться. Не зря же он третьи сутки подряд старательно выматывал себя — усталость обычно помогала ему проваливаться в сон без сновидений.       Джей Ди тяжело рухнул на кровать. В ночной тишине громко скрипнули продавленные пружины матраса. Но едва он закрыл глаза, как комната озарилась светом фар — под окном остановился автомобиль. Послышался тихий разговор: слишком тихий, чтобы разобрать слова, но достаточно громкий, чтобы не дать уснуть.       Раздражённо скривившись, он резко отвернулся и уткнулся лицом в подушку. Не могли поговорить подальше от его окна?       К счастью, это длилось недолго. Вскоре внизу хлопнула дверь, и машина, порыкивая неисправным мотором, уехала. Оставшись наконец в тишине, Джей Ди повернулся на спину и закрыл глаза.              Сон пришёл моментально. И так же быстро обернулся очередным кошмаром…       Это снова была она. Джей Ди давно забыл её лицо — и потому даже во сне никогда не мог его увидеть. Всегда что-то мешало: причудливая игра теней, дрожащий от жара воздух или отблески пламени, стирающие черты её лица невыносимо ярким светом.       Он никогда не осознавал, что это сон, пока тот не обрывался. И хоть каждый раз здание, в котором он видел её, было иным — обычно тем, что взорвалось от рук его отца в последний раз, — всё остальное шло по одному и тому же, набившему оскомину сценарию.       Он замечал её в окне почти перед самым взрывом и бросался к ней в нелепой надежде спасти. Ему казалось, что он ещё может успеть, но всегда не хватало всего нескольких секунд. И оставалось лишь с бессильным отчаянием смотреть, как пламя жадно пожирает её тёмные кудри… Затем дом просто складывался внутрь, погребая её под собой, и Джей Ди просыпался в очередном мотеле или безликом арендованном доме — молча, со сведённым от напряжения горлом.       Но в этот раз всё было иначе: он знал, что это сон. А раз у него был выбор, он предпочёл не делать ничего.       Сжав губы в тонкую линию, Джей Ди отвернулся и приготовился к звуку взрыва.       — Здравствуй, mi pillo, — раздалось вместо этого.       Ошеломлённый, он резко обернулся. Она никогда раньше не говорила в его снах. Даже не кричала — сгорала в полном молчании.       И это был её голос? Он, конечно, не мог его помнить, но… разве он был таким? Шелестящим, как сухие листья под ногами, и таким же безжизненным?       Джей Ди в смятении уставился на неё. Лица всё ещё не было видно, но это точно была она: её кудрявые тёмные волосы, любимое оливково-зелёное платье с закатанными рукавами, ожерелье из дешёвого речного жемчуга. Кажется, она выглядела так в его последнем счастливом воспоминании — на его девятый день рождения.       — Здравствуй, — горло сдавило от нахлынувших эмоций, — мама. Это правда ты?       Она печально улыбнулась.       — И да, и нет.       — Что ты… стой!       Ещё мгновение назад она стояла в проёме окна, а затем вдруг исчезла. Не как обычно, в ревущем пламени, а просто бесследно растворилась в воздухе. На Джей Ди обрушилось резкое чувство потери. В голове помутнело. Он так и не успел поговорить с ней, не успел извиниться, не успел даже обнять её. Если раньше он обрадовался бы, что очередной кошмар кончился, не начавшись, то сейчас…       — Постой! — он бросился вперёд, туда, откуда шёл голос, едва не споткнувшись обо что-то в темноте. — Постой, прошу… мама!       — Тише, тише. Я тут, — прошелестел её тихий голос за спиной.       Джей Ди резко обернулся и впился взглядом в её лицо. Теперь она стояла совсем рядом, и впервые за долгое время он смог рассмотреть его.       Тёплый, немного уставший взгляд карих, почти чёрных глаз. Сеть морщинок на обветренной коже: когда-то она много смеялась, затем — так же много плакала. Вечно спутанные тяжёлые тёмные кудри. Россыпь поблекших веснушек на впалых щеках.       Сердце болезненно защемило. Сглотнув, Джей Ди порывисто шагнул вперёд и сжал её в объятиях. Когда-то мама казалась ему такой высокой; теперь же ему пришлось нагнуться, чтобы обнять её.       Немного помедлив, лёгкие руки опустились на его плечи.       — Мама, — выдохнул он недоверчиво, зарываясь лицом в её волосы. Они пахли чем-то давно забытым: смесью оливкового масла, самодельных леденцов из жжёного сахара и едва заметным запахом лекарств. Пахли домом.       — Я так виноват, — торопливо начал говорить он, стараясь сказать всё, прежде чем она снова исчезнет. — Я бы попытался остановить тебя, правда! Если бы знал… если бы смог понять…       Горло снова сжалось, заставив его замолчать.       — Ты ни в чём не виноват, — выдохнула она, пока её руки осторожно гладили его по спине.       — Но это из-за меня…       — Нет. Нет, это всегда было в моей голове. Стремление к саморазрушению… Единственное, что я смогла тебе передать, — в её словах звучала горечь, — Ради тебя я продержалась долгих девять лет. Я хотела бы быть рядом хотя бы немного дольше… Но в какой-то момент я решила, что другого выхода нет. И в этом нет твоей вины, ты же понимаешь это?       — Нет… Нет, я не… я должен был спасти тебя!       — Ты был всего лишь ребёнком, — с мягким укором покачала она головой, чуть отстраняясь, чтобы заглянуть ему в глаза. — Слишком рано познавшим горе, безумие и смерть, но всё же ребёнком. Ты не мог меня спасти. Это была моя обязанность — спасать тебя, не наоборот.       Он молча вжался лицом в её худое плечо, отказываясь смотреть ей в глаза.       — Но в те дни я уже не различала добра и зла, — всё тем же неживым, неуловимо чуждым голосом продолжила мама. По спине Джей Ди пробежала дрожь, но он постарался отмахнулся от возникшего липкого чувства чего-то неправильного в ней. — Я даже хотела забрать тебя с собой. Думала, что мир слишком жесток для тебя…       — А разве он нет? — говорить было сложно.       — Этот мир действительно жесток, mi pillo. Но я всё равно надеялась, что ты сможешь справиться с ним. Сможешь прожить прекрасную жизнь, вырасти большим и смелым мужчиной. Встретить свою любовь, — её руки на мгновение остановились, — и никогда не быть с ней жестоким. Я так надеялась, что ты будешь похож на своего отца — такого, каким он был до войны. И что никогда не станешь тем, кем он стал после.       — Я никогда не знал его таким, каким знала ты, — коротко, нервно рассмеялся он. — После твоей смерти вся моя жизнь превратилась в непрекращающуюся войну. Он превратил.       — Мне так жаль…       — Если бы ты забрала меня с собой, мне бы не пришлось проходить через это в одиночку, — сорвалось у него с языка, и он мгновенно прикусил его.       — Ты имеешь право злиться.       Джей Ди молча покачал головой. Он не хотел злиться на неё. Не хотел ни в чём винить её.       Если она действительно виновата, если он хотя бы на мгновение засомневается в её непогрешимости, то в его жизни не останется больше ничего светлого. Ничего, за что можно было бы цепляться.       — Я не понимаю, мама… Я правда не понимаю! Почему мы просто не сбежали от него? Мы могли бы начать новую жизнь где-нибудь далеко, — наконец сдавленно произнёс он, моментально возненавидев себя за это. Это был последний шанс поговорить с ней, и Джей Ди не хотел, чтобы всё закончилось… так.       — Я надеялась, что моя смерть изменит его. Что если я исчезну, то мой Бад снова станет прежним, — из её рта вырвался горький смешок. — Я помнила его любящим мужем и хорошим, пусть и неуклюжим отцом, и отказывалась видеть, в кого он превратился. Потому что иначе я не смогла бы оставить тебя с ним, и мне пришлось бы жить дальше. Но правда в том, что я не хотела… Не хотела оставаться, даже ради тебя.       Её голос по-прежнему казался чужим, теперь даже больше, чем прежде.       — Кто ты?       Джей Ди резко отстранился, пытаясь справиться с внезапно возникшей тошнотой. Нет, его мама не могла такое сказать. Или…       — Ты ведь не она, так?       — Я уже отвечала на этот вопрос. И да, и нет. У меня её лицо, её память, — она улыбнулась и легко встрепала ему волосы, заставив Джей Ди растерянно отшатнуться, — и её любовь к тебе. Разве этого недостаточно?       — Я не знаю… — он сглотнул ком в горле. — Мне просто… мне нужно знать правду, ладно? Иначе кажется, будто я схожу с ума.       — Поверь, если ты узнаешь правду, это чувство лишь усилится, — она рассмеялась — безжизненно и неестественно ровно, — и её глаза вдруг вспыхнули жёлтым.       Джей Ди, побледнев, шагнул назад.       — Ты прав. Я действительно не твоя мама. Но клянусь, ни одно моё слово не было ложью. Она бы хотела сказать тебе это. Хотела, чтобы ты перестал винить себя, своего отца и весь мир в том, что она сделала с собой.       — Ты за этим пришла? — подозрительно уточнил он. — Мне кажется, стоило сделать это… ну, не знаю, лет на восемь раньше.       — Прости, — чуть виновато улыбнулась она. — Я действительно здесь не за этим. Мне нужна твоя помощь.       — Помощь? — Джей Ди недоверчиво фыркнул.       — Да. Мне нужно, чтобы ты исправил кое-что, что пошло фатально неправильно. Он недоумённо нахмурился. То, что было в обличье его матери, терпеливо вздохнуло и попыталось объяснить:       — Это сложно объяснить. Скажем так, часы судьбы одного человека случайно сдвинулись на три минуты вперёд. И эти три минуты изменили ход истории слишком сильно, и не только для него. Те, кто должен был погибнуть, остались живы. А те, кто должен был жить… свернули не на ту тропу.       — Ты имеешь в виду меня? Мои часы?       — Нет, — мягко ответила она. — Но твой путь из-за этого тоже изменился.       — Я умру? Или… — он пристально всмотрелся в слегка изменившееся лицо матери, — я должен был умереть, но остался в живых?       — Ты и сам знаешь, так? — её глаза ярче вспыхнули в незаметно сгустившейся темноте.       — Тогда почему ты просто не вернёшь всё на свои места? Зачем нужен я?       — Я не могу напрямую вмешиваться в человеческие жизни. Даже этот сон уже серьёзное нарушение моих принципов, — неожиданно смущенно пожала плечами она. — Обычно я просто закрываю глаза на такие происшествия. Они не так уже редки, как можно было бы представить.       — Что изменилось в этот раз? — не сдержал любопытства Джей Ди. — Разве жизни этих нескольких человек так много значат в масштабах мира, чтобы ты делал исключение?       Она неожиданно рассмеялась.       — Ты меня поймал, не значат, — её улыбка была тёплой. — Я просто выбрала не то лицо, которое должна была. И, думаю, из-за этого испытала что-то вроде резкого чувства несправедливости и желания эту несправедливость исправить. Обычно мне достаточно сочувствия… Оно не требует действий. Но в этот раз я решила, что могу немного исправить судьбу, в качестве исключения. Я не могу вернуть стрелки часов обратно, но могу хотя бы немного замедлить их ход.       — Пожалуйста, — Джей Ди поморщился от вернувшейся боли в висках, — можно чуть попроще?       — Я постараюсь. Но не обещаю, что ты всё поймёшь, — смешливые нотки в голосе его матери были одновременно похожи на её и не похожи. — Ты ведь никогда не любил загадки.       Он криво улыбнулся. И правда — он с детства ненавидел загадки.       — Итак?       — Ты должен был погибнуть, но сначала забрать жизни ещё троих, — её глаза стали яркими светящимися точками. Она вдруг совсем перестала быть похожей на его маму, хотя он всё ещё чувствовал, будто знал её всю жизнь. — Но из-за этих трёх минут ни ты, ни они не умрут. Зато погибнет та, чьи стрелки сбились. И вслед за ней ещё двенадцать девушек — тех, кто должен был остаться в живых.       — Кто она? Та девушка?       — Ты знаешь.       Он действительно знал. Его ладони сжались в кулаки. Почему это должна быть именно она? Если кто-то и должен был умереть, то почему, например, не одна из Хезер? Не кто-то, кто действительно этого заслуживает?       Нет, он не был влюблен — разве что немного. И дело было не в том, Вероника была красивой или что её смех заставлял его чувствовать себя чуть более живым, чем обычно…       Это просто было ужасно несправедливо.       — Я готов, — резко выдохнул Джей Ди, приняв импульсивное, но кажущееся таким правильным решение. — Я не знаю, кто ты, но у меня есть пара догадок…       Она довольно сощурила светящиеся глаза.       — И если я понял тебя правильно, то я готов. Я убью тех троих, кого должен был, и умру сам, — его голос дрогнул в конце, но он быстро взял себя в руки. — У Вероники есть планы, есть любящая семья, есть будущее, в конце концов! Если ей суждено было выжить, а мне умереть… я…       — Не глупи, — вдруг резко оборвала она его, и на этот раз интонации были знакомыми: прямо так мама ругала его в детстве. Сердце Джей Ди невольно сжалось. — Жизнь нельзя насильно вернуть в прежнее русло. Можно только проложить новое.       — …что?       — Я говорю, — с терпеливым вздохом повторила она, — что Вероника уже свернула с тропы. Ваши жизни навсегда изменились, и так, как должно было быть, уже никогда не будет.       — Но что ещё я могу сделать? — медленно разжав кулаки, он потерянно уставился на неё.       — Всего одну вещь, — её глаза вспыхнули ещё ярче, — сойди с пути.       — Снова загадки? — Джей Ди недовольно скривился, заставив собеседницу рассыпаться в смехе.       — Ты поймёшь, когда настанет время, — уклончиво ответила она на его укоризненный взгляд и затем вдруг снова мягко улыбнулась. За спиной послышался странный низкий гул.— Кажется, наше время тут подходит к концу. И если ты хочешь задать мне ещё какой-нибудь вопрос, то лучше поспеши.       — И ты ответишь?       — Постараюсь… но не обещаю, что ты поймёшь.       Пропустив шуточную колкость мимо ушей, Джей Ди задумчиво хмыкнул. У него был миллиард вопросов, но… главный, пожалуй, лишь один.       — Почему я? И почему ты пришла ко мне в её облике?       — Это уже целых два вопроса, вороненок, — шутливо пожурила она, склонив голову на бок. В воздухе стало теплее, в отдалении послышалось знакомое потрескивание на грани слуха. — Прости, у меня нет на это чёткого ответа. Тебе просто будет проще это сделать. Может, из-за того, что ваши жизни должны были пересечься буквально несколько минут назад, и ты всё ещё вплетён в её линию судьбы. Может потому, что в истории, которая уже не случится, ты сильно задолжал ей. А может просто потому что ты уже дважды должен был умереть — при рождении и вместе с матерью, и сегодня уже третий раз, когда ты обманул меня. Я не знаю. Выбирай любое понравившееся тебе объяснения.       Джей Ди шумно сглотнул. Конечно, он уже догадывался, кто стоял перед ним, но услышать это почти прямым текстом…       — А второй вопрос? — упрямо мотнул головой он, попытавшись выкинуть это из головы.       — А вот на это ответить проще простого. Считай это моим подарком. Или платой за услугу, как тебе больше хочется.       — Тогда первое, — Джей Ди криво улыбнулся и поёжился от нарастающего треска. Тёплый воздух коснулся его затылка.       — Хороший выбор, — улыбнулась она, а затем её глаза внезапно погасли. Выражение лица неуловимо изменилось: словно кто-то внёс последний штрих, заставив нарисованный портрет ожить. И только теперь Джей Ди понял, как сильно чувствовалась чуждость в том, кто раньше притворятся его матерью. Но это значит…       — Мама?       — Это я, милый, — она устало улыбнулась, протягивая руки, и Джей Ди стремительно шагнул к ней и обнял.       Треск стал оглушительно-громким, а жар заставлял скручиваться волоски на шее. Руки матери крепко обняли его в ответ.       — Прошу, будь сильным. Не повторяй моих ошибок, — её голос неведомым образом перекрывал усилившийся гул и треск за спиной. — Живи. Люби. И будь любимым.       — Я буду, — прошептал он лихорадочно. — Я обещаю, мама. Я… я люблю тебя.       — Я тебя тоже, mi pillo.       Дом за спиной с грохотом сложился внутрь, и сотни искр, словно в замедленной съемке, двигались вокруг них. Джей Ди зажмурился от залившего всё яркого света…              Открыв глаза, он с силой смял руками лицо и удивлённо хмыкнул. Кожа под пальцами была влажной. Он что, плакал во сне?       Последний раз он плакал лет в девять, ещё до смерти матери. После, кажется, разучился это делать.       Мама… Кажется, она ему снилась сегодня.       Сердце болезненно сжалось в груди, но это была хорошая боль. Он давно не чувствовал себя таким счастливым и одновременно таким печальным. Он вообще не помнил, когда в последний раз чувствовал так много и так ярко.       Джей Ди вскочил с кровати, подошёл к окну и распахнул его настежь. Сделав глубокий вдох, он замер. Пахло старыми коробками, пылью и влажностью — то, чем и должен был пахнуть дом, в котором давно не жили. Но ещё отчётливо пахло лесом. Не городским парком, а настоящим лесом: запахом преющих листьев, сброшенных почек, гниющих поваленных стволов и свежих, клейких проростков. Цветущих и увядающих цветов.       Он нахмурился.       Кажется, он забыл что-то важное. Очень-очень важное.       Джей Ди недовольно скривился и с силой потёр виски. Это не помогло вспомнить, лишь снова заныла голова.       Можно было бы снова лечь спать: судя по почти не сдвинувшейся минутной стрелке на часах, он едва задремал. Он покосился на смятую кровать. Странно, но спать совсем не хотелось.       Более того, что-то словно тянуло его на улицу.       Наверное, стоило прислушаться к себе и немного проветриться. Свежий воздух всегда помогал ему прочистить мозги.       Да и после небольшой поездки всегда можно было заглянуть в круглосуточный на заправке за стаканчиком слаша.       Накинув тренч и захватив с собой пистолет — просто по привычке, Джей Ди неторопливо вышел из дома.              Джей Ди мчал по шоссе, разрубающему лес на две части. Обычно он любил выжимать из мотоцикла всё, на что тот был способен. Он выдавливал ручку газа до упора и летел по ночным дорогам так быстро, словно его жизнь ничего не стоила. Одно неверное движение, случайно подвернувшийся камень или выбоина на дороге — и авария была бы неизбежна. В какой-то мере именно этого он и искал, но смерть почему-то упорно обходила его стороной.       От промелькнувшей мысли по спине вдруг прокатился холодок, и Джей Ди резко сбросил скорость. Возникло ощущение, будто он вот-вот вспомнит сон, всё ещё казавшийся жутко важным. Он прислушался к себе…       Но услышал лишь приглушённый короткий вскрик откуда-то из леса.       Сначала он решил, что ему послышалось. Это могло быть что угодно: птица, зверь, попавший под колесо камень… Сомневаясь, он проехал ещё пару метров, прежде чем остановиться и заглушить мотор. Он всё равно хотел размяться. И хоть обычно прогулка по лесу не входила в его ночную рутину, что-то в том крике не давало ему покоя. А если это человек? Может, съехал с дороги, не справился с управлением, разбился о дерево? Конечно, он не видел следов на асфальте… Но ведь он и не присматривался.       Да, он совсем не мать Тереза, но и хладнокровно оставить незнакомого в беде казалось не совсем правильным. Вот если бы это оказался его отец…       Ухмыльнувшись собственным мыслям, Джей Ди подошёл к краю дороги и внимательно прислушался. В тишине тотчас послышался тихий треск, словно кто-то тянул по земле что-то тяжёлое.       Что ж, это явно была не птица.       Первой мыслью было крикнуть — не нужна ли помощь. Но что-то удержало его. Во всём этом была какая-то неправильность, от которой мурашки побежали по шее. Времени думать не было.       Стараясь двигаться тише, Джей Ди спустился с дороги и, пробираясь сквозь плотные заросли кустов, двинулся вглубь леса.              Сначала он услышал звук расстёгивающейся пряжки ремня, а затем приглушённый отчаянный всхлип. Никаких сомнений в том, что происходит, не осталось.       Первой мыслью было использовать пистолет — он всегда брал его с собой на всякий случай. Но Джей Ди тут же отмел эту идею: слишком велика вероятность промахнуться в темноте.       Вместо этого, прикрыв рукой лицо, он рванул прямо сквозь колючий кустарник. Его сосредоточенный взгляд вырвал из мешанины теней и веток мужчину в потрёпанной кожаной куртке, склонившегося над лежащей на земле девушкой, и её тёмные кудри, рассыпавшиеся по жухлой траве.       Не давая себе времени на раздумья, он обрушился на мужчину и попытался повалить его на землю. Удар получился неуклюжим, и его руки соскользнули с влажной от росы куртки.       Выругавшись от неожиданности, мужчина резко вывернулся и оттолкнул Джей Ди назад. Тот отступил на пару шагов, быстро восстановил равновесие и напряжённо ссутулился. Его взгляд впился в нападавшего.       Обычный, слегка лысеющий мужчина средних лет… Полноватый, в круглых очках, с капельками пота на верхней губе. Чей-то отец, чей-то сосед — тот, кого не боишься встретить на улице ночью. Совсем не похож на монстра.       Рука Джей Ди, тянущаяся к пистолету, замерла.       — Парень, ты что-то не так понял, — заискивающе, с дрожью в голосе пробормотал мужчина, будто почувствовав его колебание. — Мы просто развлекались с моей девушкой. А ты её испугал до смерти… Посмотри, она же слова сказать не может!       Взгляд Джей Ди непроизвольно метнулся в её сторону — и это была ошибка.       Неожиданно сильный удар в грудь отбросил его назад. Споткнувшись о подвернувшийся корень, он рухнул всем весом на выставленную руку. Раздался тихий хруст. Правое запястье взорвалось болью. Мир в глазах на мгновение потемнел. Когда зрение вернулось, мужчина уже стоял над ним. В его руках блестел до боли знакомый пистолет. Его собственный. Вот же чёрт!       — Я не хотел никого убивать, — голос мужчины всё ещё дрожал, но вот прицел, к сожалению, нет. — Я бы дал ей уйти, если бы ты не вмешался. Но теперь мне придётся убить вас обоих.       — Это мы ещё посмотрим, — выплюнул Джей Ди, с ненавистью уставившись на него. Да, расклад был не в его пользу. Мягко говоря, он был абсолютно дерьмовым. Но хотя бы девушка, судя по едва слышному шороху за спиной этого мудака, уже пришла в себя. Значит, у неё есть шанс сбежать.       Теперь главное — отвлечь внимание нападающего на себя.       Сцепив зубы, Джей Ди попытался подняться, опершись на левую руку.       — Стоять! — палец на курке дрогнул.       Раздался тихий щелчок. А затем — глухой, чавкающий звук.       Пистолет выпал из ослабевших рук, и следом за ним мужчина тяжело рухнул на землю.       Над ним, крепко сжимая в руках окровавленный булыжник, стояла Вероника. Её лицо и руки были забрызганы кровью, а широко распахнутые глаза смотрели прямо на Джей Ди.       — Он мёртв? — едва слышно спросила она, избегая смотреть себе под ноги.       Джей Ди сглотнул, поднялся на корточки и неумело нащупал пульс на шее лежащего ничком мужчины. Вроде бы пульса не было… Конечно, он не врач, но растущая лужа крови вокруг головы говорила сама за себя.       — Мёртв, — облегчённо выдохнул он и, поднявшись, окинул девушку внимательным взглядом. — Эй, ты в порядке?       — Да, я… я в порядке. Лучше всех, — камень с тяжёлым стуком упал на землю. Покачнувшись, Вероника уставилась на свои запачканные кровью руки и тихо, неестественно ровно рассмеялась.       Торопливо перешагнув через труп, Джей Ди подошёл ближе. Как раз вовремя — побледнев, она начала оседать на землю. Подхватив её за плечи, он опустился вместе с ней.       — Всё хорошо, — пробормотал он, неловко гладя дрожащую девушку по спине. — Теперь всё будет хорошо, Вероника…       Вздрогнув, она отшатнулась и уставилась на него диким взглядом.       — Откуда ты…? — она прищурилась, пытаясь разглядеть его лицо в неясном свете луны. — Погоди… Джей Ди? Как ты тут оказался?       — Ты не поверишь, — он улыбнулся краешком рта, — но я просто не смог заснуть и решил съездить за стаканчиком слаша.       Она снова рассмеялась. К счастью, на этот раз смех был хоть и надрывный, но уже гораздо более живой.       — Кажется, твоя одержимость этим напитком спасла мне жизнь, — пробормотала Вероника и уронила голову ему на плечо. — Я… я думала, это конец, Джей Ди. Что я просто умру вот так… и что это будет больно…       Она всхлипнула и тяжело задышала, словно с трудом сдерживая слёзы. Вздохнув, он крепче обнял её и прижался губами к макушке.       — Но ты выжила. Ты выжила и убила этого мудака, — адреналин начал отпускать, и его голос тоже слегка задрожал. — И спасла нас обоих.       Вероника снова нервно рассмеялась сквозь слёзы.       — Как думаешь, это хорошая тема для эссе? О боже…       Она внезапно замолчала и в панике прижала окровавленную руку к губам, но тут же с брезгливостью отдернула её.       — Вероника? — Джей Ди нахмурился и обернулся, подозрительно глянув на труп. Тот, к счастью, всё ещё был мёртв. — Что случилось?       — А что если меня не примут в колледж? — она беспомощно посмотрела на него. — Я убила человека. Меня теперь посадят в тюрьму, и я… я не успею сдать экзамены!       Он расхохотался, запрокинув голову.       — Чёрт, Вероника, — отфыркиваясь, наконец выдавил он под её укоризненным взглядом, — тебя не посадят. Обещаю! Это была самооборона. Мы сейчас доедем до ближайшей заправки и вызовем полицию. Если бы ты его не убила, он застрелил бы меня из моего собственного пистолета.       — А если бы ты не пришёл, он бы сделал со мной кое-что хуже. Господи, зачем я только села в его машину…       — Всё уже закончилось, — он успокаивающе сжал её плечо. — И ты всё сделала правильно. Ты всё сделала правильно…       — Ну, не всё… — Вероника вытерла щёку рукой, размазав по лицу чужую кровь. — Чёрт! Мне бы умыться. Да и тебе…       Джей Ди провёл ладонью по лицу и удивлённо уставился на испачканные пальцы.       — Вот блин... Как думаешь, кассир не решит от нас сбежать?       — Надеюсь, что нет. Я умираю, как хочу слаша, — Вероника неожиданно хихикнула. — Кажется, я теперь обожаю его.       — Эй, все лавры ему? — с фальшивой обидой протянул Джей Ди, поднимаясь на ноги и протягивая ей здоровую руку. — Я могу надеяться, что часть этого обожания достанется мне?       — Если угостишь меня стаканчиком, то я, так и быть, подумаю.       Посмеиваясь, она ухватилась за его руку и неловко поднялась, стараясь не наступать на ушибленную ногу. Её взгляд упал на труп — и она, перестав смеяться, поспешно отвернулась.       Джей Ди обнял её за плечи и осторожно повёл к дороге. Они шли медленно, пробираясь сквозь корни и сплетённые ветви. Он и не заметил, как далеко они забрались вглубь леса…       К счастью, вскоре между деревьев показался просвет. Они вышли на шоссе. Вероника замерла, уставившись на открытое небо. Оно было тёмным, но край уже слегка посветлел.       Совсем скоро будет рассвет.       Ещё один рассвет её жизни.       — Хочешь немного постоять здесь? — Джей Ди остановился рядом, осторожно касаясь её руки.       — Нет, — Вероника мотнула головой и уверенно взяла его за руку. — Ты обещал купить мне слаш.       Улыбнувшись краем рта, он кивнул и повёл её к припаркованному неподалёку мотоциклу.