А не мертва ли эта мечта ещё едва живого в ней ребёнка?

      Мужчины спали крепко, даже слишком. Ещё давно привыкшие к чуткому сну даже на базе, они удивительно быстро заснули. Мягкие пледы и подушки были как облака, и здесь они попали на небеса, спокойно провалившись в сон без лишней нервотрёпки о странных звуках и внезапной опасности.       Джонни проснулся, уткнутый носом в подушку, ощущая сладкий запах духов, шлейф чего-то персикового с горьковатой ноткой корицы, приятно щекочущей нос. Он приподнялся на локтях, лохматый и сонный, видя мягкий свет солнечных лучей сквозь полупрозрачный нежно-бежевый тюль. Остальные ещё спали, и, поднимаясь с разложенного кресла, он пошёл на кухню отпить стакан воды. Тишина здесь была приятной, не напряжённо-оглушающей, а спокойной, позволявшей разложить весь накопленный ком мыслей по полочкам. Сделав глоток, ощущая приятную влагу во рту, он отправился в ванную, просто чтобы привести себя в порядок, когда сверху послышался скрип двери, и скоро вниз спустилась и Абигейл, потирая сонные глаза. Голова гудела после выпитого ею вчера, а костяшки зудели. Она также взяла стакан, только на сей раз поставила кипятиться чайник и достала заварочный с пакетом рассыпного чая. Пока один заваривался, во второй она насыпала около пяти столовых ложек чая, до этого хорошенько вдохнув приятный запах — Клэр всегда знала, как сделать времяпрепровождение Абигейл здесь куда счастливее.       — Мята?       Голос рядом заставил её резко вскинуть локоть для удара, только позади был Саймон, которому такой удар был нипочём, потому он легко поймал её за руку, развернув к себе боком.       — Ihr habt beide die unangenehme Angewohnheit, schweigend hinten zu stehen, und das macht mich wütend, — процедила Абигейл. — Я вас обоих когда-нибудь за это ушатаю.       — Кого обоих-то? — поинтересовался в ответ на угрозу мужчина.       — Тебя и Клэр, — попыталась она высвободить руку из его хватки. — Будь так добр отпустить.       Абигейл была одета в большую футболку с белыми, коричневыми, жёлтыми и голубыми полосами ниже бёдер, широкие чёрные штаны, но она ходила босая. Сейчас он мог разглядеть ещё больше шрамов: например, тот, что оборачивал шею, будто Абигейл кто-то однажды душил колючей проволокой. Помимо этого ещё пара шрамов пересекала острые, выпирающие ключицы, и ещё одна проходила где-то от ложбинки груди, и руки все в шрамах, один из которых его и привлёк.       — Что это?       Саймон потянул её руку за запястье, вытягивая, и второй задрал рукав до плеча. Ниже он заметил длинный узор из неких белых шрамов с незамысловатым узором, вперемешку с веточками листьев и цветами.       — Про белые татуировки не слышал? — поинтересовалась девушка и выдернула руку окончательно из его цепких лап. Как раз к тому моменту чайник вскипел, и она залила заварочный. В воздухе завитал приятный запах мяты.       — И много у тебя таких?       — Какая тебе разница? — Абигейл, не задумываясь, грубо отвечала, обращаясь на «ты» к нему, как к ровеснику или даже младшему. Да и сейчас они на гражданке, тут нет сейчас места для так любимых Саймону «устава» и «субординации». Он и не возмущался её грубостью в целом: у неё наверняка сейчас раскалывалась голова, а вчера ей и вовсе испортили вечер какие-то мудаки.       Но также Райли приметил свеже избитые костяшки на её руках. Не помнил он, чтобы она с теми уродами билась на кулаках.       — Когда успела? — кивнул он в сторону её рук. Она не видела этого, но отлично поняла, о чём он.       — Не твоего ума дело, — с лёгким немецким акцентом ответила девушка, что звучало даже забавно, пока она, стараясь остаться спокойной, наливала себе чаю.       — Мятный чай отлично успокаивает.       — Я это знаю.       — Твой любимый?       — С каких пор ты такой прилипала? — она похмурила брови, сделав глоток. — Соуп во сне укусил?       — Вижу, вы неплохо ладите, — где-то у лестницы смеялась Клэр, та стояла, казалось, в одной только рубашке ниже бёдер. — Как спалось?       — Как всегда, — сделала ещё один глоток Абигейл.       — Хорошо, спасибо вам, — мужчина взял стакан из ящика, тоже решив налить себе чаю.       — Да что вы, всё-таки гости, а и… — она замялась, переглядываясь от Райли к Абигейл.       И Саймон понял, что девушка рядом с ним не особо-то рада тому, как он своевольно захотел себе отлить её любимого мятного чая. Такой наглости даже Клэр не позволяла.       — Можно? — спросил он, видя, что Абигейл смотрела на заварочный чайник, чьей крышки он касался пальцами.       Ещё немного, и она с раздражённым вздохом отвернулась, прикрывая глаза и упираясь поясницей в столешницу, и наконец кивнула ему, сделав очередной глоток.       Что ещё он заметил — так это то, что Абигейл за всё время никому не посмотрела в глаза, кроме Клэр, естественно. Она смотрела куда-то вбок, сверху, ниже, но никогда не в глаза, прикрывала свои, отводила в сторону взгляд или ещё что угодно. Она делала это так искусно, что поначалу даже и не заметишь, только когда ты сам попытаешься встретиться с ней взглядом.       Получив согласие, Райли отведал освежающий вкус мяты, приятно оседающий в горле и на языке. Он такого никогда не пробовал, ведь пил самый обычный чёрный чай всегда и везде.       — Очень вкусно, — ухмыльнулся Саймон, что было видно по глазам. Пил он, отвернувшись, чтобы не было заметно, и даже Клэр из некой вежливости прикрывала глаза, пройдя к холодильнику, чтобы достать что-то для разогрева.       — Ребята сейчас уже наверняка скоро проснутся, — вытащила она оставшееся мясо и салат. Как раз к тому моменту из ванны вышел и Джонни.       — Оу, так вы уже проснулись?       — Guten Morgen, — кивнула Абигейл ему, подняв приветственно кружку и сделав ещё глоток, замерла, едва приоткрыла рот, двигая языком со странным тихим звоном, нахмурив брови.       — Ты чего?       — Блять, проебала, — прикрыла она рот, двигая губами.       — Шарик выпал? — Клэр закрыла холодильник, уперевшись рукой в столешницу.       — Возможно.       — Подожди, что?! — сонливость как рукой сняло, и МакТавиш удивлённо округлил глаза.       Абигейл растянула губы с натянутой лёгкой и снисходительной улыбкой, а после просто высунула язык, где красовался металлический шарик. У неё прокол. Ахуеть.       Тут даже Райли слегка приподнял брови, разглядывая штангу, которую она вытащила с языка. Снизу проебался шарик.       — Заебись просто.       — У меня запаски лежат, сейчас принесу.       — Danke, — поблагодарила девушка, отпив ещё чаю, пока Джонни разглядывал пирсинг у неё в руке.       — Это же… Охренеть! Как ты прошла медкомиссию вообще? Ну… — он указал на её проколотые губу и бровь. — Со всем этим?..       — Ну да… — она спокойно сняла колечко из губы, разглядывая и его. — Вынуть и надеть обратно — пиздец как сложно…       — И ты так ходишь постоянно? — поинтересовался Райли, склонив голову набок, смотря, как она надела колечко обратно на губу.       — Только на базе. На заданиях я их вынимаю, ну и на медосмотре тоже.       — Ты как только умудряешься?       — Я училась этому у лучшей, Джонни, — она припомнила ему его же слова тогда в машине. — Эта лучшая, кстати, уже давно над вами прикольнулась всеми, а вы и не заметили.       — Это как?       — Проверь свой жетон.       И действительно, на нём был жетон Гарри, отчего МакТавиш, как рыба на суше, стал открывать и закрывать рот, не в силах ничего сказать подходящего под его ахуй. Райли же не удивлён как минимум потому, что вчера он уже узнал о ловких ручках Клэр, что игриво качали перед ним его жетон тогда на улице, у машины.       — Как?!       — У меня просто очень ловкие руки, — ответила сама Клэр, пройдя к Абигейл, и протянула ей шарик для пирсинга. — Ну и ещё я очень хорошо умею отвлекать внимание.       — Да вы прям искусный карманник.       — Сочту это за комплимент.       Абигейл же спокойно стала закручивать шарик обратно и после немного пошевелила языком, укладывая штангу удобнее, наконец отпив последний глоток чая.       — И каково было колоть? Когда успела-то? — Джонни стало интересно.       — Да херня.       — Колола я ей на семнадцатилетие, — обняла Клэр её за плечи с широкой улыбкой. — Я и сама себе уши колола, она не захотела.       — Побоялась? — Саймон допил понемногу и свой чай.       — Больно это, — прикрыла Абигейл ухо.       — Серьёзно? Язык колоть, так «херня», а уши больно?       Клэр тихо хохотнула на слова Райли и потрепала Абигейл по макушке.       — Mein Frühaufsteher hat einfach sehr empfindliche Ohren.       Хоть Клэр и говорила по-немецки, от этого было не менее неловко Риднесс, потому она пыталась вывернуться из захвата, поймав ту, а Клэр лишь снова хохотала. Нравилось порой ей выбивать своего жаворонка из колеи и смущать, это было ужасно мило.       — Хо-хо, — хихикала Клэр, пытаясь глянуть на Абигейл через плечо. — Думаешь, сможешь свалить бывшего офицера, meine Lerche?       — Ты отслужилась всего ничего до лейтенанта, не лепи тут.       И внезапно Клэр поддела ногу Абигейл, почти сваливая ту на пол, ловя в последний момент. Тут дрогнул даже Джонни, переглянувшись с Райли.       — Я была почти что старшим лейтенантом.       — Fast wegen einer Affäre mit einem Oberstleutnant? — хрипло усмехнулась Абигейл.       — Ну, это тоже могло сыграть, — Клэр подняла её на ноги.       Раздался стук в дверь. Сейчас было раннее утро, почти семь, да и на улице было холодно. Остальные всё так и спали.       — Ты кого-то ждёшь?       — Кого мне ещё было ждать, кроме тебя, Mein Liebling?       Стук снова, на сей раз куда громче. Клэр переглянулась с Абигейл и кивнула ей.       — Das ist für dich.       — Думаешь, это она?       — А кому ещё стучаться в мой дом? Абигейл нахмурилась с раздражённым вздохом. Саймон вытянул голову вбок, пытаясь разглядеть что-то из окна.       — Лучше выйди ты к ней, я не желаю с кем-то собачиться с утра пораньше.       Риднесс поправила футболку на себе, пряча едва оголённую на миг спину, откуда торчала ещё одна татуировка. Конкретно что там было — не разглядеть. Клэр вышла на веранду со вздохом.       — Кто там? — поинтересовался Райли, видя негодование на лице Риднесс.       — Та, которую я не желаю видеть больше всего в своей жизни, — ядовито плюнула девушка, морща нос.       Очень скоро проснулись и остальные двое, умылись и сели за стол, где Абигейл накрыла им на скорую руку, а сама даже есть не стала. Её чуть-чуть тошнило с утра. Из-за двери редко было слышно чью-то ругань, но скоро всё затихло, и тогда вернулась Клэр, кажется, немного морально потрёпанная.       — Вижу, даже тебе пришлось несладко.       — Думаю, выйди ты, там действительно было бы всё намного хуже, — села она на своё козырное место со слабой улыбкой на лице. Никто ничего толком не сказал об этом. Кажется, это было нечто неприятное для них. Особенно для Абигейл.       — Мы ведь сегодня поедем? — решила поинтересоваться она у Джонни.       — Почему?       — Потому что от Прехвиля до нашей базы ебать сколько пиздохать. Так что, сегодня?       — Скорее всего, — если честно, он не особо хотел уезжать сегодня. — Во сколько?       — Ближе к вечеру, как вариант.       — Ты-то сама уверена, что хочешь так скоро уезжать?       — Если опоздаем, нас могут и отчитать. Я этого не хочу, — запихнула она кусочек мяса в рот и, быстро пережевав, проглотила. — Так что сегодня.       Возможно, Абигейл так поступала, убегая от чего-то, непонятного её отряду. За такое короткое время они очень много узнали о ней, даже слишком. Слишком много вещей не укладывалось в их головах, а у Райли тем более. Он видел больше, слышал больше и понимал больше, чем остальной отряд, но не понимал того странного замешательства в своей голове, которое вызывала вся эта информация.       Он видел, как она веселилась, убежав от них, от своего отряда туда, где тусили самые обычные ребята, возможно, даже помладше неё. Это был момент полного забытья от армии, от позывных, от отряда в целом. Она была самым простым человеком на тот момент. Не было и близко никакого «сержанта Энжела».       Была Абигейл, гражданин. А вот как человек Саймон ещё мало что мог сказать о ней, конечно, было что, и в большинстве это были скорее предположения, и он такое не любил. Ему хотелось больше говорить и знать о сухих фактах. Единственное, что он мог сказать точно, — что Абигейл пиздец сломанный человек, впрочем, как и он сам в какой-то мере. Пережить некое дерьмо в детстве, оставшись с такими увечьями на лице до конца жизни. Она пошла в армию, где хряпнула ещё больше дерьма, не имея возможности уже кому-либо нормально доверять.       — Клэр, а вы где служили-то? — МакТавиш доел и сам пошёл вымыть за собой тарелку.       — Ах, ну, — улыбалась та, пока Гас с Роучем оживились, приготовившись слушать. По ней сложно сказать, что она была в армии, но шрамы на теле, едва выглядывающие из-под рубашки, намекали на это. — Не помню точно, что-то типа SAS было, как-никак, уже десять лет прошло с тех пор, — вспоминала Клэр. — Я там недолго протянула.       — А почему?       — Ну… За пять лет службы я много на каких заданиях побывала, — хмыкнула она. — Выгорела просто-напросто…       Она потёрла плечо под рубашкой, тогда и стало заметно шрам в виде следов человеческих зубов. Пиздец, что ещё сказать.       — Ну, я отслужила где-то всего ничего, лет пять, что ли.       — И за пять лет до почти старшего лейтенанта?! — вскочил Джонни. — Это как?!       — Я просто очень старалась, — мурлыкала девушка с ласковой улыбкой, заставляя от такого умилительного личика и взгляда покраснеть и сесть на место.       На это едва тихо хмыкнула Абигейл, поднимаясь, чтобы убрать свою тарелку на кухню.       Внезапно раздался звонок, Райли взял трубку.       — Да? Здравствуйте, Прайс.       Джонни рядом пытался чуть приблизиться к Элти, чтобы услышать разговор полностью.       — Да, мы скоро поедем, наверно, сегодня, — отпихнул он от себя МакТавиша. — В чём дело?       Клэр осторожно склонила голову на стол, подперев её руками, внимательно смотря на меняющиеся эмоции в глазах Саймона, как кошка, лежащая в тени и охотящаяся на бабочку.       — Это отлично, да, да, что ещё?.. Да… Хорошо, спасибо, доброго.       Мужчина закончил звонок, убрав телефон.       — Зачем звонил?       — Аллена выписали.       — Да ну, Элти! Это же круто!       — А ещё у нас будет новенький, — Саймон огляделся по этажу. — А где Абигейл?       — Потерял? — прищурилась Клэр. — Она уже наверх ушла, кстати, хотела показать кое-что ещё.       Эта женщина — один большой и страшно сладкий соблазн для голодных солдат, а она и не боится, а чего ей дрожать-то от страха? Клэр достала телефон и, немного поискав что-то, протянула телефон экраном к Джонни.       — Ты ведь спрашивал по поводу моей службы, вот.       На фото была команда из пяти человек, и в центре восседал капитан с Клэр на коленях, сидящей боком с широкой улыбкой, показывающей пальцами знак мира. Даже тогда носила синие волосы, только короткие. Тон был менее яркий, сдержанный. И она действительно была лейтенантом. Ахуеть.       — Да вы тут выглядите… Как сейчас!       — Мне было тогда всего едва двадцать, — она будто так и млела от похвал, довольно подпирая руками щёчки. — Меня так умиляет, как ты отвешиваешь мне комплименты, Süße.       Джонни неловко заулыбался, опять краснея. Она на него, как на самого открытого из них, влияла, как вода на оголённый провод, и пользовалась этим, каждый раз выбивая его из колеи и заставляя краснеть. Да что уж, не только его, тут даже Гас с Гарри неловко отводили взгляды с идиотскими улыбками. Один лишь Саймон видел в глубине этих золотых глаз опасность, что-то надломленное, острое, с примесью адреналина. Возможно, это ощущал и Гас, но вот Сандерсон и МакТавиш прям таяли от ласкового голоса и в целом от её нахождения рядом.       — Мы уже скоро поедем, — ознаменовал Саймон их отъезд, на что Джонни тяжело выдохнул. Ему так не хотелось уезжать отсюда, он очень быстро привык к этой приятной и уютной обстановке.       — Нам так быстро надо возвращаться?       — Да, давай уже, одевайся.       — Ну Элти.       Но он его не слушал, пройдя наверх, ища свои перчатки. Он их нигде не мог найти и, как вариант, мог оставить их в комнате Абигейл. Пока нёс её, те могли выпасть из кармана. Комната была приоткрыта, позволяя заглянуть внутрь. Краем глаза Райли заметил, как девушка сидела и разглядывала его перчатки.       — Попрошу вернуть, — опёрся мужчина плечом на косяк двери, скрестив руки.       — Попрошу больше тогда не шарахаться по моей комнате, чтобы не терять в ней свои вещи.       — Мне нужно было тебя оставить спать на полу? — поинтересовался он. На это девушка недовольно нахмурилась, поняв, что вчера её спать сюда притащил именно он, блять. Абигейл встала и, подойдя, грубо всучила ему потерянное.       — Спасибо, что донёс, — попыталась она закрыть дверь, когда Саймон преградил путь. Сейчас они могли поговорить наедине.       — Абигейл.       — Что?       — То, что с тобой происходило в других отрядах…       Она сразу нахмурилась, понимая, о чём он, и вытолкнула того в коридор.       — Тема закрыта. Даже не думай её поднимать впредь. Тем более, — поморщилась она. — Какая тебе нахуй-то разница? Утешить захотелось?       И закрыла дверь на щелчок. Неприятно, больная тема, по ощущениям, ей будто вскрыли начавшую заживать рану. И чего он только добивался, хотел сблизиться? Или просто захотелось расставить все точки над «и», дабы утихомирить её порой ужасно бушующий грубостью и агрессией характер? Какая глупость. Саймон уже долгое время ощущал себя глупцом, нет, идиотом даже. Это злило. Он просто пытался понять что-то для себя, чтобы смягчить углы и работать дальше, не более. Не более.       Очень скоро все уже собрались внизу, обувая сапоги и прощаясь с Клэр, особенно грустно прощался с ней Джонни.       — Я буду скучать.       — Когда у вас будет такая возможность, приезжайте. Я буду рада, если ко мне будут приезжать такие, как вы, ребятки, — широко улыбалась она, оборачиваясь на подошедшую Абигейл, которая надела маску с очками. — Подожди. Внезапно развернула Клэр её к себе, снимая маску, несмотря на всё её возмущение. Оно пропало, когда Клэр мягко поцеловала её в лоб.       — Viel Glück, meine liebe Lerche.       Абигейл, глядя ей в глаза, просто обняла, крепко, приподняв даже над полом, и Клэр радостно заулыбалась, обнимая ещё крепче. Они ещё долго не увидятся, и повезёт вообще встретиться снова.       — Спасибо.       Абигейл отпустила её и скоро уже вышла с остальными из дома.       — Абигейл!       К дому подбежали двое. Одна из них была девушка, с которой она танцевала вчера.       — Ты уже уезжаешь?       — Пора, долг зовёт, — пожала Риднесс плечами, на что подруга тоже крепко обняла её.       — Прошу, только вернись живой!       — Да куда я денусь-то от тебя…       После уже подошёл ближе парень, положив подруге Абигейл руку на плечо.       — Там тебя мама ждёт…       — Ай, точно!       Девушка тут же убежала куда-то, оставив их двоих наедине.       — Ну… Ты-то нас не забывай, возвращайся.       — Конечно.       Снова крепкие объятия, и Абигейл нахмурилась. Губы сжались в тонкую кривую линию. Она почти была готова разрыдаться.       Нет, нельзя, не при них. Абигейл подняла голову, отпустив друга, и попрощалась с ним, наблюдая, как он уходил.       — Бедняжка, — коротко комментировала Клэр, стоя рядом с Райли.       — У неё ведь могла быть обычная жизнь.       — И она разменяла её на давнюю мечту, выплачивая её своим телом и душой, — вздохнула девушка. — Я только надеюсь, что она всё ещё помнит, ради чего себя так истязает…       Абигейл лишь смотрела с болью на уходящего друга. У неё могла быть нормальная жизнь, простая гражданская жизнь, ради чего она так старается? Ради чего столько страданий? Помнит ли ещё она, почему это всё делает вообще? Её глупая, идиотская мечта стоила всех её слёз и боли? Она лишь снова натянула маску и очки, подходя к машине.       Она уже давно сделала свой собственный выбор, и идти ей по этой тропинке до самого конца.