Эхо войны

Последнее время Мирослава не находила себе места. После гибели Джирайи прошло пять дней, и никто не знал, чего ожидать дальше. Было непонятно, решит ли Коноха отправить шиноби для возмездия или же будет готовиться к нападению. Неясными были и дальнейшие действия Пейна. Хотя пора было называть всё своими именами: Пейн давно мёртв, и вместо него, в тени, теперь управляет Нагато. Мирославе за это время не выпадали миссии — обычно отправлялись Дейдара с Тоби. Конан же и вовсе стала избегать девушку. Мирослава чувствовала, что что-то не так, но не могла понять, в чём дело. Она пыталась поговорить с Конан, но та отмалчивалась или уходила, не дослушав. Мирослава не могла не заметить, что отношения в команде изменились. Влияло ли на это их последний разговор? Но отсиживаться девушка не хотела. Очередной раз, собирая вещи, девушка думала, куда ей отправиться сейчас. Было бы неплохо найти союзников в лице неприметных, богом забытых деревень, ведь в будущем это может изменить ход событий. Внезапно в комнате появился Зецу. Его способность появляться из-под земли до сих пор раздражала Миру. — Мирослава-сан. В последнее время вы все чаще стали покидать штаб. Лидеру это не очень нравится. — Что тебе нужно, зеленый сорняк? — спросила девушка, не обращая внимания на Зецу. Зецу, словно, не замечая ее пренебрежения, продолжил своим монотонным голосом: — Лидер желает знать причину ваших частых отлучек. Он обеспокоен вашей безопасностью и возможными последствиями ваших действий для организации. Мирослава усмехнулась, натягивая ремень сумки на плечо. «Безопасность? Последствия?» Слова Лидера звучали как пустой звук, когда она сама чувствовала, как мир вокруг нее трещит по швам. — Скажи Лидеру, что я ищу ответы. Ответы, которые здесь, в этих стенах, мне не найти. И что моя безопасность — это моя забота. А если ему так уж интересно, пусть пришлет кого-нибудь, кто сможет меня остановить. Она бросила на Зецу последний взгляд, в котором читалось нетерпение и вызов. Зецу, как всегда, остался невозмутим. Его единственное, что могло бы выдать хоть какую-то реакцию, это легкое подёргивание одной из его половин, но даже это было едва заметно. — Ваше неповиновение будет доложено, Мирослава-сан. Лидер не терпит неподчинения. — Пусть докладывает. Мне плевать, что там думает Лидер. Я никогда не была его ручным песиком. — С этими словами Мирослава решительно направилась к выходу, не дожидаясь ответа. Дверь за ней захлопнулась с глухим стуком, оставляя Зецу одного в опустевшей комнате. Он медленно повернулся, его взгляд скользнул по удаляющейся фигуре девушки, а затем снова устремился в пустоту. В его безликом лице не было ни тени эмоций, но где-то глубоко внутри, в его клетках, зарождалось новое, тревожное предчувствие. Мирослава была не просто очередной непокорной шиноби. В ней было что-то иное, что-то, что могло изменить ход событий. И это не могло не настораживать. Зецу не стал ждать, пока Мирослава окончательно скроется из виду. Его тело начало растворяться в полу, превращаясь в черную жижу, которая стремительно поползла по полу, следуя за ней. Он не мог позволить ей уйти без дальнейших инструкций, без понимания истинных мотивов ее дерзости. Лидер был не просто обеспокоен, он был насторожен. Мирослава всегда была особенной, ее сила и интеллект выделяли ее из толпы, но сейчас в ней появилось нечто новое, нечто, что могло стать как величайшим активом, так и смертельной угрозой. Мирослава, почувствовав за спиной едва уловимое движение, ускорила шаг. Она знала, что Зецу не отстанет так просто. Его способность преследовать, проникать повсюду, была одной из причин, почему она так ненавидела эту организацию. Но сейчас ей было не до страха. В ее голове роились вопросы, ответы на которые, как она была уверена, лежали за пределами этих серых стен, за пределами лживых обещаний и манипуляций. Она вышла из здания, вдохнув свежий, прохладный воздух. Город жил своей жизнью, люди спешили по своим делам, не подозревая о скрытых силах, которые дергали за ниточки их мира. Мирослава огляделась, пытаясь определить, куда направиться дальше. Ее сумка была набита необходимыми вещами: несколько свитков с базовыми техниками, немного еды, карта местности и, самое главное, старый, потрепанный дневник, который она нашла в заброшенной библиотеке. В нем были намеки на древние знания, на силы, которые могли бы изменить все. Внезапно, из тени ближайшего переулка, выскользнула знакомая фигура. Это был не Зецу, а другой член организации, более грубый и прямолинейный. Его лицо было скрыто маской, но Мирослава узнала его по характерной походке и ауре. — Мирослава-сан, Лидер приказал вам вернуться немедленно, — прозвучал искаженный голос. — Не испытывайте его терпение. Мирослава остановилась, ее взгляд стал жестче. Она знала, что этот человек не будет церемониться. — Передай Пейну, Тоби, что если у него прекрасная память, то он вспомнит с какими условиями я вступила в Акацки. Фигура в маске замерла, словно ожидая дальнейших слов, но Мирослава не собиралась продолжать. Она лишь слегка наклонила голову, давая понять, что ее сообщение исчерпывающее. В воздухе повисло напряжение, густое и осязаемое, как туман перед грозой. Человек в маске, видимо, не привык к такому отпору, его плечи слегка напряглись. — Ваши условия, Мирослава-сан, были приняты, — наконец произнес он, его голос стал чуть более резким. — Но сейчас ситуация иная. Лидер не будет обсуждать прошлое. Он требует вашего присутствия. Мирослава усмехнулась, но в этой усмешке не было ни капли веселья. Скорее, это было предвестие бури. «— Мое присутствие здесь, на этой земле, было обусловлено определенными договоренностями», — произнесла она, медленно обводя взглядом темный переулок, словно ища там невидимых свидетелей. — И если эти договоренности нарушаются, то и моя лояльность может оказаться под вопросом. Скажите Пейну, что я не его пешка, которую можно дергать за ниточки по своему усмотрению. Я — сила, с которой приходится считаться. И если он забыл об этом, я готова напомнить. Она сделала шаг вперед, и в ее глазах мелькнул отблеск Мангёке Шарингана. Человек в маске отступил на шаг, инстинктивно прикрывая рукой грудь. Он явно почувствовал исходящую от нее угрозу, которая была куда более реальной, чем просто слова. — Я передам ваше сообщение, — прошипел он, и в его голосе прозвучала нотка неуверенности. — Но не говорите, что вас не предупреждали. С этими словами он, так же внезапно, как и появился, растворился в тенях, оставив Мирославу одну в тишине ночи. Она же, не сводя глаз с того места, где только что стоял посланник, медленно выдохнула. Игра началась. И она была готова к ней. Мирослава не стала ждать ответа. Она знала, что этот человек, как и большинство членов Акацуки, не обладает ни капли эмпатии или понимания. Его задача — передать приказ, а не вести переговоры. Она повернулась и, не оглядываясь, направилась прочь от переулка, вглубь города. Каждый ее шаг был уверенным, словно она шла по знакомой тропе, а не по пути к неизвестности. В ее голове уже прокручивались варианты развития событий. Нагато, или Пейн, как он предпочитал себя называть, явно что-то затевал. Его внезапный приказ о возвращении, да еще и через такого грубого посланника, говорил о том, что дело не терпит отлагательств. Возможно, это связано с тем заданием, которое она выполняла, или же с чем-то совершенно новым, что могло угрожать ее собственным планам. Она вспомнила условия, которые поставила при вступлении в организацию. Свобода действий в рамках миссий, отсутствие вмешательства в ее личные дела и, самое главное, право на отказ от выполнения приказов, если они противоречат ее собственным целям. Эти условия были выкованы в огне многих битв и предательств, и она не собиралась от них отказываться. Мирослава остановилась у витрины закрытого магазина, отражение ее лица в стекле было спокойным, но в глазах горел холодный огонь. Она знала, что Пейн — не тот, кто любит играть по правилам, особенно если эти правила ей выгодны. Он видел в ней лишь инструмент, ценный, но все же инструмент. И это было его главной ошибкой. Ее сила заключалась не только в отточенных навыках убийцы, но и в умении просчитывать ходы наперед, предугадывать намерения противника и использовать их слабости против них самих. Пейн, одержимый своей идеей мира, построенного на боли и страхе, был слишком слеп, чтобы увидеть истинную природу той, кого он так неосторожно призвал обратно. Он не понимал, что инструмент, если он достаточно остр и умен, может сам решать, кого и как резать. Она не была верной пешкой в его игре. Она была хищником, который позволил себя поймать в клетку лишь для того, чтобы изучить ее изнутри и найти способ вырваться, оставив за собой лишь пепел и разочарование. Приказ о возвращении был для нее не вызовом, а приглашением к финальному акту. Акту, где роли будут пересмотрены, а цена за недооценку будет оплачена сполна. Мирослава усмехнулась, едва заметно. В ее мире не было места для слепой веры или бездумного подчинения. Была лишь холодная логика выживания и неумолимое стремление к собственной свободе. И если Пейн хотел получить ее обратно, ему придется заплатить за это куда больше, чем он мог себе представить. Она отвернулась от витрины, ее взгляд скользнул по темным переулкам, словно выискивая в них союзников или, скорее, потенциальные жертвы. Время играть по чужим правилам закончилось. Теперь она сама будет диктовать условия. Первым делом, нужно понять, что именно так взволновало Пейна. Информация — вот что ей нужно. И она знала, где ее искать. Внутри организации всегда найдутся те, кто недоволен, кто ищет выгоду, кто готов предать за нужную цену. А Мирослава умела платить. Не только деньгами, но и обещаниями, которые, впрочем, не всегда собиралась выполнять. Главное — получить то, что нужно, а дальше… дальше каждый сам за себя. Она глубоко вдохнула холодный ночной воздух, ощущая, как адреналин начинает бурлить в крови. Игра началась. * * * Отойти от изначального плана было вынужденной мерой. Деревню, которую она приметила как источник престижных союзников, найти было не очень сложно. Только появился один нюанс. Теперь они находились под покровительством Конохи. Это удивило Учиху. Если знать главу деревни Риги, то подумать нельзя, что мужчина, яростно отвергавший влияние шиноби больших деревень, вдруг решил обзавестись «хранителями». Он всегда твердил, что их независимость — их сила, а теперь… что-то явно изменилось. И это «что-то» пахло вмешательством Конохи. И главное, девушке не повезло, потому что ее заметили. Не просто заметили краем глаза, а выделили из толпы, как яркий цветок на фоне серого камня. Взгляд, острый и проницательный, принадлежал молодому шиноби в жилете Конохи. Его волосы цвета воронова крыла, собранные в высокий хвост, развевались на ветру, а на лице читалась неприкрытая настороженность. Он явно что-то заподозрил. Теперь у нее было два варианта: попытаться раствориться в толпе, надеясь, что он не станет поднимать шум, или же… вступить в игру. Второй вариант был рискованным, но и более перспективным. Если она сможет убедить его в своей безобидности, то получит возможность узнать больше о ситуации в Риге и, возможно, даже использовать его в своих целях. Учиха усмехнулась про себя. Что ж, будет весело Она медленно развернулась, стараясь придать своему лицу выражение невинного любопытства. Ее глаза, цвета грозового неба, встретились с его пристальным взглядом. Легкая улыбка тронула ее губы. — Простите, я, кажется, заблудилась, — произнесла она мягким, мелодичным голосом, который, как она надеялась, должен был успокоить его подозрения. — Я ищу дорогу к храму, но, похоже, свернула не туда. Шиноби Конохи не ответил сразу. Он продолжал внимательно изучать ее, словно пытаясь прочитать ее мысли. Его молчание затягивалось, и Учиха почувствовала, как внутри нарастает напряжение. Она знала, что от его следующего слова зависит ее дальнейший план. Наконец, он медленно кивнул. — Храм находится в другой стороне деревни. Я могу вас проводить, если хотите. — Это было бы очень любезно с вашей стороны. Я очень признательна. — Учиха слегка наклонила голову в знак благодарности. Они двинулись в сторону храма, и Учиха чувствовала, как его взгляд прожигает ее спину. Она знала, что он не поверил ни единому ее слову, но, по крайней мере, она получила возможность приблизиться к нему. — Вы из Конохи? — спросила она, стараясь поддержать разговор. — Да, — коротко ответил он. — И как вам здесь, в Риге? — Все спокойно, — его ответ был таким же лаконичным. Учиха усмехнулась про себя. Он явно не собирался делиться с ней никакой информацией. Что ж, придется действовать тоньше. — Я слышала, что Рига славится своими целебными травами, — продолжила она. — Я изучаю медицину и хотела бы узнать больше о местных растениях. — Действительно, здесь растут уникальные травы. Мой друг, Сакумо, очень хорошо в них разбирается. Он местный. — На этот раз он немного оживился. — Сакумо? — переспросила Учиха, делая вид, что удивлена. — Какое интересное имя. Может быть, вы могли бы меня с ним познакомить? — Возможно. Но сначала мне нужно убедиться, что у вас нет скрытых мотивов. — Шиноби Конохи на мгновение задумался. Скрытые мотивы? У меня? Я всего лишь заблудившаяся девушка, интересующаяся травами. Что я могу сделать? — Учиха рассмеялась. Она знала, что он ей не поверит, но, по крайней мере, она посеяла зерно сомнения. И это было только начало. Игра только началась, и Учиха была готова играть до конца. Она чувствовала, что этот шиноби Конохи может стать ключом к разгадке тайны Риги и ее внезапного союза с Конохой. И она не собиралась упускать свой шанс. Его взгляд снова стал более пристальным, но в нем уже не было той прежней холодной настороженности. Скорее, это было любопытство, смешанное с легким недоверием. Он явно оценивал ее слова, взвешивал их на весах своих подозрений. — Убедиться в отсутствии скрытых мотивов — это разумно, — согласилась Учиха, сохраняя легкую, непринужденную улыбку. — Но как именно вы собираетесь это сделать? Я не думаю, что у меня есть что-то, что можно было бы назвать мотивом, тем более скрытым. — Она сделала паузу, давая ему возможность ответить, и добавила, понизив голос: — Если, конечно, вы не имеете в виду мое желание найти дорогу к храму, чтобы помолиться о благополучии моей семьи. Она видела, как его брови слегка приподнялись. Это был хороший знак. Он не отмахнулся от ее слов, а задумался. Возможно, ее игра в наивность начинала приносить плоды. — Храм — это одно. Но твои вопросы о Риге, о травах… это уже другое. Ты не местная, это видно. И ты не похожа на обычную путешественницу, ищущую сувениры. — произнес он, его голос стал чуть более ровным — Вы правы. Я не местная. И я не ищу сувениры. Я ищу знания. Знания, которые, как я слышала, можно найти только в таких местах, как Рига. Местах, где природа еще не покорена полностью, где есть свои тайны. А что касается скрытых мотивов… если бы они у меня были, я бы, наверное, не стала так открыто говорить о своем интересе к местным травам, не так ли? — Учиха кивнула, не отрицая его слов. Она снова посмотрела ему в глаза, стараясь передать искренность своего интереса. Он снова замолчал, и на этот раз молчание было более долгим. Учиха чувствовала, как еге сердце бьется чуть быстрее. Она знала, что находится на грани. Один неверный шаг, одно неосторожное слово, и вся ее тщательно выстроенная конструкция рухнет. — Ты говоришь так, будто знаешь о Риге больше, чем обычный человек. Ты говоришь о тайнах, о природе, которая не покорена. Это звучит… как будто ты ищешь что-то конкретное. — наконец произнес он, его взгляд стал еще более проницательным. — Возможно, я ищу что-то конкретное. Но это не то, что может навредить Риге или ее жителям. Это скорее… поиск понимания. Понимание того, почему такое место, как Рига, решило принять покровительство Конохи. Ведь, насколько я знаю, глава деревни всегда был против такого рода союзов. — Учиха позволила себе легкую, едва заметную улыбку. Она видела, как его глаза расширились от удивления. Она попала в точку. Его реакция была красноречивее любых слов. Он не ожидал, что она знает об этом. — Откуда ты это знаешь? — спросил он, его голос стал напряженным. — Я же сказала, я ищу знания. Иногда знания приходят из самых неожиданных источников. А теперь, когда я знаю, что вы из Конохи, я могу задать вам вопрос напрямую. Что произошло в Риге? Почему глава деревни изменил свое мнение? — ответила Учиха, ее голос оставался спокойным и ровным. Она видела, как он колеблется. Он явно не был готов к такому прямому напору. Но в то же время, ее слова заставили его задуматься. Она видела в его глазах проблеск интереса, смешанный с осторожностью. — Это не твое дело, — наконец произнес он, но в его голосе не было прежней уверенности. Он явно боролся с желанием ответить и необходимостью сохранить тайну. — Возможно, — согласилась Учиха, не отступая. — Но, если я смогу понять, что произошло, возможно, я смогу быть полезной. Или, по крайней мере, не помешать. А вы, как представитель Конохи, должны быть заинтересованы в том, чтобы ситуация в Риге была стабильной, не так ли? Она снова улыбнулась, на этот раз более открыто. Она чувствовала, что перешла на новый уровень игры. Он уже не просто подозревал ее, он начал видеть в ней потенциального союзника, или, по крайней мере, человека, с которым можно вести диалог. — Ты очень смелая, — сказал он, и в его голосе прозвучала нотка уважения. — И очень умная. Но смелость без осторожности может привести к беде. — А осторожность без смелости не приведет ни к чему, — парировала Мирослава. — А вы, кажется, готовы поделиться информацией, если я смогу доказать, что не представляю угрозы. Он снова замолчал, его взгляд скользнул по ее лицу, словно пытаясь уловить малейший признак лжи. Учиха выдержала его взгляд, сохраняя спокойствие. Она знала, что сейчас решается многое. — Хорошо, — наконец произнес он, и это слово прозвучало как долгожданная победа. — Я не могу рассказать тебе все. Но я могу сказать, что в Риге действительно произошло нечто, что изменило их отношение к внешнему миру. И это связано с угрозой, которую Коноха помогла им нейтрализовать. — Угроза? Какая угроза? — Девушка кивнула, внимательно слушая. — Это… сложная история, — ответил он, и на этот раз в его голосе прозвучала усталость. — Но суть в том, что Рига оказалась в опасности, и без помощи Конохи они бы не справились. Поэтому глава деревни и принял такое решение. — И вы считаете, что я могу быть полезна в этой ситуации, раз решили поделиться информацией? — спросила Мирослава, чувствуя, как ее интерес растет с каждой секундой. — Я не знаю, — честно ответил он. — Но ты проявила интерес к Риге и ее тайнам. И ты не похожа на обычного шпиона. Возможно, твои знания о травах и медицине могут пригодиться. Но я должен предупредить тебя: если ты попытаешься использовать эту информацию во вред Риге или Конохе, я найду тебя. И тогда тебе не поможет никакая смелость. — Я понимаю. И я ценю ваше доверие. Я готова помочь, если это будет в моих силах. А теперь, если вы не против, я бы хотела увидеть этот храм. И, возможно, познакомиться с вашим другом Сакумо. — Учиха улыбнулась. — Хорошо. Но помни, что я буду наблюдать. — Он кивнул, и на его лице появилась легкая улыбка. Они продолжили свой путь, и Учиха чувствовала, что ее план начал приносить плоды. Она не только получила доступ к информации, но и установила контакт с представителем Конохи, который, возможно, станет ее проводником. Они подошли к храму, величественному сооружению из темного дерева, увитому плющом. Атмосфера здесь была пропитана спокойствием и умиротворением, что резко контрастировало с напряжением, витавшим между ними. Учиха сделала вид, что восхищается архитектурой, но на самом деле внимательно наблюдала за шиноби Конохи. Она чувствовала, что он все еще оценивает ее, взвешивает все за и против сотрудничества. — Храм красив. Но я больше интересуюсь людьми, которые его посещают. И, конечно, травами, которые растут вокруг. — произнесла она, стараясь звучать непринужденно. — Я буду терпелива. А пока, может быть, вы расскажете мне о себе? Я знаю, что вы из Конохи, но как вас зовут? — Меня зовут Дан. Дан Охара. — Он немного поколебался, называя свою фамилию. Учиха слегка удивилась. Она не ожидала, что он назовет свое имя. Это был еще один признак доверия, пусть и небольшого. — Дан, — повторила она, пробуя имя на вкус. — Приятно познакомиться. Меня зовут… Акари. — Она решила не называть свое настоящее имя. В мире шиноби осторожность никогда не бывает лишней. — Акари, — повторил шиноби. — Что ж, Акари, я надеюсь, что наше знакомство принесет пользу обеим сторонам. И я надеюсь, что ты не разочаруешь меня. Они провели некоторое время у храма, разговаривая о разных вещах — о Конохе, о Риге, о травах и о шиноби. Учиха старалась быть открытой и дружелюбной, но в то же время не раскрывать слишком много о себе. Она чувствовала, что Охара внимательно наблюдает за ней, пытаясь понять ее истинные намерения. Когда солнце начало клониться к закату, Дан сказал: — Мне пора возвращаться в Коноху. Я должен доложить о ситуации в Риге. - Я понимаю. — ответила Акари. — Я не хочу задерживать тебя. Но прежде чем ты уйдешь, можешь рассказать мне немного о том, что происходит в Конохе? Я слышала слухи, но всегда лучше узнать правду из первых уст. — Ситуация в Конохе напряженная. Есть много внутренних конфликтов, и некоторые кланы начинают проявлять недовольство. Я стараюсь держать все под контролем, но это непросто. Мы должны быть осторожны, чтобы не допустить эскалации. — Дан задумался на мгновение, его глаза стали серьезными. — Береги себя, Акари, — сказал парень, поднимаясь с места. — Спасибо, Дан. Я буду помнить об этом, — ответила она, наблюдая, как он уходит, растворяясь в вечерних тенях. Как только удостоверившись, что шиноби ушел за пределы, девушка и сама последовала как можно быстрее уйти из Риги. Узнать что-то ценное с первого раза не получилось и неизвестно, завтра придет тот же человек или другой. Дан Охара совершил большую ошибку. Доверился незнакомой девушке, не увидев в нем врага. Конохе это может стоить много. А когда они узнают, кто из обвел вокруг носа, то будут в гневе, что Джонины их деревни не знают кто находиться в списке отступников. Она — Учиха Мирослава. Саске Учиха И наконец непревзойденный Итачи Учиха Они были выжившими из клана. Единственные члены клана, которые сами ушли, без чьего-то вмешательства. Теперь, когда есть информация, что Рига действительно обратилась к Конохе, Мирослава думала, как влиться во внутреннюю систему Листа, оставаясь в тени, чтобы узнать более точную причину союза. Она действительно не хотела связываться с Конохой на прямую и по личным причинам, и по своему статусу. Радужного приема не стоит ожидать. С такими мыслями она опустила на широкую ветку огромного дерева на окраине деревни. Завтра новый день, в который она узнает все, что планирует Коноха. * * * Утро, девушка встретила в плохом расположении духа. Даже на окраине деревни чувствовалась чакра Коноховских шиноби. И все было бы намного проще если бы они не знали кто-такая Мирослава, но как назло, сегодня было дежурство Какаши и Сакуры. Выйдя из своего прикрытия, девушка медленно, словно тень перемешалась по крышам следуя за ниндзя. — Какаши-сенсей, — позвала своего наставника Сакура, — Вы не думаете, что нам стоит проверить окрестности? Я чувствую, что что-то не так. Какаши, не отрываясь от чтения своей книги, лишь слегка приподнял бровь. Он знал, что Сакура всегда была внимательной и чуткой, но в этот раз его интуиция подсказывала, что это всего лишь её предчувствие. — Возможно, ты права, — ответил он, наконец, отложив книгу. — Но давай подождем немного. Если кто-то действительно собирается что-то замышлять, они не будут действовать на глазах у всей деревни. Тем временем, Мирослава, притаившись на крыше, внимательно слушала их разговор. Она знала, что Какаши — один из самых опытных шиноби, и его интуиция могла стать для неё серьезной преградой. Её сердце забилось быстрее, когда она заметила, как Сакура обернулась в её сторону, словно почувствовав её присутствие. — Ты что-то слышала? — спросила Сакура, прищурившись. Мирослава замерла, стараясь не выдать себя. Она понимала, что если её поймают, то шансов на успешное выполнение миссии не останется. — Нет, — ответила она про себя, — просто нужно быть осторожной. Какаши, заметив, что Сакура отвлеклась, снова вернулся к своим мыслям. Он не знал, что в этот момент в тени наблюдает за ними девушка, которая могла бы изменить ход событий. — Ладно, — сказал он, — давай проверим окрестности. Если ты действительно чувствуешь что-то странное, лучше убедиться, чем потом жалеть. Сакура кивнула, её решимость укрепилась. Она знала, что интуиция редко подводила её, и сейчас это чувство было особенно сильным. — Хорошо, — произнесла она, — я пойду первой. Если что-то случится я дам знак. Какаши усмехнулся, но в его глазах мелькнуло одобрение. Он знал, что Сакура стала сильнее, чем когда-либо, и её уверенность внушала ему надежду. — Давай, — сказал он, поднимаясь с места. — Но будь осторожна. Мы не знаем, с чем можем столкнуться. Они вышли из укрытия и направились к лесу, который окружал деревню. Тишина была подавляющей, лишь ветер шептал среди деревьев, словно предостерегая их о чем-то. Сакура шла впереди, её чуйка подсказывала, что они не одни. Вдруг она остановилась, прислушиваясь. Вдалеке послышался треск веток. — Ты слышал это? — спросила она, оборачиваясь к Какаши. — Да, — ответил он, его лицо стало серьезным. — Похоже, мы не одни. Сакура сделала шаг назад, готовясь к возможной атаке. Она сосредоточилась, активируя свой шаринган, чтобы лучше видеть в темноте леса. Какаши тоже принял боевую стойку, его рука уже тянулась к катану, готовой к действию. Из-за деревьев вышла фигура, и Сакура, узнав её, облегченно вздохнула. Это была Наруто. — Эй, ребята! Я вас искал! — закричал он, не замечая напряженности в воздухе. — Я нашел что-то странное! Какаши и Сакура обменялись взглядами. — Что именно? — спросила Сакура, стараясь не выдать своего беспокойства. — Я наткнулся на группу странных шиноби, — продолжал Наруто, его глаза блестели от волнения. — Они обсуждали какие-то планы, и мне кажется, это связано с деревней! Какаши нахмурился. — Мы должны выяснить, что они замышляют, — сказал он, его голос стал решительным. — Наруто, веди нас к ним. Сакура кивнула, её сердце забилось быстрее. Какаши и Сакура вышли из укрытия и начали осматривать окрестности. Мирослава, всё ещё оставаясь незамеченной, следила за их действиями, передвигаясь взади них. — Что ты вообще здесь делаешь. Мы думали, ты выйдешь из дома еще не скоро. — осматривая наруто спросила Сакура. В ее слова проскальзывала обеспокоенность за товарища. — Да. Скоро отправляюсь на гору Мьебоко. Джирайя-сама… Он был великим шиноби и моим учителем. И пал он как герой. — ответил Наруто, его голос дрогнул, но в глазах горел огонь. — Я должен стать сильнее. Ради него. Ради деревни. Какаши положил руку на плечо Наруто. — Мы знаем, Наруто. И мы будем рядом. Но сейчас у нас есть более насущная проблема. Эти шиноби, о которых ты говорил. Ты уверен, что они представляют угрозу? — Абсолютно! — Наруто кивнул с такой силой, что его волосы развевались. — Они говорили о каком-то «ключе, который откроет врата». И я видел на их одежде странный символ, похожий на спираль с тремя лепестками. — Спираль с тремя лепестками… — пробормотал Какаши, его взгляд стал задумчивым. — Это может быть связано с чем-то еще более древним. Нам нужно действовать быстро. Наруто, ты помнишь, где ты их видел? Наруто кивнул, его лицо снова озарилось решимостью. — Да! Я могу привести вас туда! Они были недалеко от старого леса, у подножия холма. Мирослава, наблюдая за ними из тени, почувствовала, как ее собственное сердце начинает биться быстрее. Она не знала, кто такие эти шиноби, о которых говорил Наруто, но чувствовала, что это нечто большее, чем просто очередная стычка. Это было начало чего-то грандиозного, что точно не входило в ее планы. — Хорошо. Сакура, ты идешь с нами. Наруто, ты будешь нашим проводником. Будьте осторожны, мы не знаем, с чем столкнемся. — Какаши кивнул, его глаз прищурился. Они двинулись вперед, Наруто уверенно вел их по знакомым тропам. Сакура шла рядом с Какаши, ее взгляд был сосредоточен на каждом движении Наруто, пытаясь уловить малейшие признаки опасности. Мирослава, словно тень, следовала за ними, ее присутствие было почти неощутимым, но она была там, наблюдая и анализируя. Когда они приблизились к старому лесу, воздух стал более плотным, наполненным запахом влажной земли и прелой листвы. Наруто остановился, указывая вперед. — Там, за этими деревьями. Я слышал их голоса оттуда. Какаши жестом приказал им остановиться и пригнуться. Он осторожно выглянул из-за ствола огромного дуба. Внизу, на небольшой поляне, действительно находилась группа людей. Их одежда была темной, с капюшонами, скрывающими лица, но на одном из них, который стоял чуть впереди, отчетливо виднелся тот самый символ, описанный Наруто — спираль с тремя лепестками. Они тихо переговаривались, их голоса были приглушенными, но напряженными. — Они здесь, прошептал Какаши, его голос был полон решимости. — Наруто, ты помнишь, что они говорили о «ключе»? Может быть, они собираются использовать его здесь? Я не уверен, Какаши-сенсей. Но они выглядели очень серьезно. И этот символ… он мне не знаком. — Наруто кивнул, его взгляд был прикован к фигурам на поляне. Сакура почувствовала, как по ее спине пробежал холодок. Она знала, что Наруто не ошибся. Эти люди были опасны, и их намерения были далеко не мирными. — Мы должны действовать быстро, — сказала она, ее голос был тихим, но твердым. — Если они собираются что-то сделать с деревней, мы не можем им позволить. — Хорошо. Наруто, ты останешься здесь, в укрытии, и будешь наблюдать. Сакура, ты со мной. Мы попробуем подобраться ближе и узнать, что они делают. Если что-то пойдет не так, Наруто, ты знаешь, что делать. — Какаши кивнул, его взгляд скользнул по Наруто и Сакуре. Наруто хотел возразить, но, увидев решимость в глазах Какаши и Сакуры, он лишь кивнул. Он понимал, что они хотят защитить его, но в то же время чувствовал, что должен быть в центре событий. Какаши и Сакура начали осторожно спускаться по склону, их движения были плавными и бесшумными, как у хищников. Мирослава, все еще скрытая в тени деревьев, наблюдала за ними, ее сердце билось в унисон с их напряжением. Она чувствовала, что этот момент — поворотный. Что бы ни происходило на этой поляне, оно изменит их жизни, и она была готова встретить это изменение. Она не знала, какую роль ей предстоит сыграть, но знала одно — она не будет просто наблюдателем. Какаши и Сакура, двигаясь с невероятной грацией, достигли края поляны. Они прижались к земле, сливаясь с тенями деревьев. Наруто, оставшись на возвышенности, напряженно вглядывался вниз, готовый в любой момент броситься на помощь. Мирослава, следуя за ними, заняла позицию чуть дальше, обеспечивая себе обзор. На поляне один из шиноби, тот, что носил символ, поднял руку. В его ладони появился странный кристалл, излучающий тусклый синий свет. Он начал произносить слова на незнакомом языке, и кристалл стал светиться ярче. Воздух вокруг него начал вибрировать, словно от мощной энергии. — Что это? — прошептала Сакура, ее глаза расширились от удивления и тревоги. — Похоже на какую-то технику призыва или активации, — ответил Какаши, его голос был напряжен. — Или, возможно, это тот самый «ключ», о котором говорил Наруто. В этот момент один из шиноби, стоявший ближе к краю поляны, поднял голову и посмотрел прямо в сторону их укрытия. Его глаза, казалось, пронзили темноту. — Кто там? — прокричал он, его голос был резким и подозрительным. Какаши понял, что их заметили. Он быстро обернулся к Сакуре. — Приготовься! Прежде чем они успели предпринять какие-либо действия, шиноби на поляне начали двигаться. Тот, что держал кристалл, направил его на землю, и из кристалла вырвался луч синего света, который ударил в центр поляны. Земля под ним начала трескаться, и из разлома показался странный, пульсирующий свет. — Это не просто шиноби, — прошептал Какаши, его взгляд был прикован к происходящему. — Это что-то другое. — Эй! Прекратите! — Наруто, видя, что его сенсеи и товарищ в опасности, не мог больше оставаться в стороне. Он выскочил из своего укрытия, крича. Его появление заставило шиноби на поляне обернуться. Они были удивлены, но их удивление быстро сменилось холодной решимостью. — Еще один? — проговорил один из них, его голос был полон презрения. — Неважно. Он тоже будет уничтожен. Шиноби начали атаковать Наруто, но он был готов. Его тренировки с Джирайей не прошли даром. Он уклонялся от их атак, контратакуя с невероятной скоростью. Сакура, видя, что Наруто вступил в бой, не могла оставаться в стороне. Она бросилась вперед, чтобы поддержать его. Какаши, оценив ситуацию, решил, что им нужно действовать более решительно. Он активировал свой Шаринган и бросился в бой, его движения были быстрыми и точными. Мирослава, наблюдая за хаосом, который развернулся на поляне, почувствовала, как ее тело наполняется решимостью вмешаться. Она выскользнула из тени, ее глаза горели решимостью. Она не знала, что это за сила, которую они пытались высвободить, но знала, что должна остановить их. Она бросилась вперед, ее движения были быстрыми и бесшумными. Девушка увидела, как один из шиноби готовится нанести удар по Наруто, который был окружен несколькими противниками. Мирослава, не раздумывая, бросилась вперед, выставив вперед руки. Из ее ладоней вырвался поток огненной энергии, который ударил в шиноби, отбросив его назад. Шиноби, удивленные появлением Мирославы, на мгновение остановились. Этот неожиданный противник, казалось, обладал силой, которую они не могли предвидеть. — Кто ты такая? — прорычал тот, кто держал кристалл, его голос был полон ярости. — Твой кошмар. — Она сосредоточилась на шиноби, который держал кристалл. Она чувствовала, что именно он является источником этой странной энергии. Она знала, что должна остановить его, прежде чем он сможет использовать эту силу. Активировав Мангёке Шаринган девушка вступила в схватку. Какаши, заметив, что Мирослава вступила в бой, почувствовал облегчение, но и новую волну беспокойства. Он не знал, зачем она здесь. Он решил использовать этот момент, чтобы сосредоточиться на остальных шиноби. — Сакура, прикрой Наруто! — крикнул Какаши, активируя свой Мангекё Шаринган. Его глаза сверкнули, и он бросился в бой, его движения стали еще более стремительными и смертоносными. Наруто, несмотря на то, что был в меньшинстве, сражался с невероятной отвагой. Он использовал свои новые техники, которые освоил во время тренировок, и его решимость только росла с каждой секундой. Мирослава же, сосредоточившись на шиноби с кристаллом, начала медленно приближаться к нему. Она чувствовала, как энергия кристалла пульсирует, становясь все более мощной. Она знала, что у нее мало времени. — Ты думаешь, что можешь остановить нас? Ты ничего не знаешь о силе, которую мы пробуждаем! — Шиноби с кристаллом, видя, что Мирослава приближается, усмехнулся. Он поднял кристалл выше, и из него вырвался ослепительный луч света, который ударил в землю. Земля под ним начала дрожать, и из разлома показался огромный, пульсирующий шар энергии. — Что это такое? — прошептала Сакура, ее лицо было бледным от страха. — Это… это недры Ада — ответил Какаши, его голос был напряженным. Он чувствовал, как эта энергия искажает пространство вокруг них. Мирослава, видя это, поняла, что ей нужно действовать немедленно. Она собрала всю свою силу и бросилась вперед, направляя поток энергии прямо в кристалл. — Нет! — крикнул шиноби с кристаллом, пытаясь защитить его. Но было слишком поздно. Сокрушительный поток чакры Мирославы столкнулся с энергией кристалла, создав мощный взрыв. Взрыв был настолько сильным, что отбросил всех шиноби назад. Земля под ними треснула, и из разлома, который образовался, вырвался поток темной энергии. Наруто, Какаши и Сакура, несмотря на то, что были отброшены взрывом, быстро поднялись на ноги. Они видели, как из разлома вырывается темная энергия, и чувствовали, как она наполняет воздух зловещей силой. Мирослава, также отброшенная взрывом, лежала на земле, тяжело дыша. Она видела, как из разлома вырывается темная энергия, и понимала, что это только начало. — Что это за сила? — прохрипел Какаши, его Шаринган был напряжен до предела. Он чувствовал, как эта темная энергия пытается проникнуть в его сознание, исказить его мысли. — Это врата нижнего мира. — ответила Мирослава, поднимаясь на ноги. — Они пытались открыть врата в другое измерение. Шиноби, которые были отброшены взрывом, начали подниматься. Их одежда была порвана, но их глаза горели злобой. Тот, кто держал кристалл, был ранен, но кристалл в его руке все еще светился, хотя и более тускло. — Вы пожалеете об этом! — прорычал он, его голос был полон ненависти. — Мы вернемся! И тогда вы все заплатите! С этими словами он и оставшиеся шиноби начали отступать, исчезая в тенях леса. Они не были побеждены, но их план был сорван. Какаши, Сакура и Наруто смотрели им вслед, их сердца были полны тревоги. Они знали, что это не конец. Это было только начало. — Что мы будем делать, Какаши-сенсей? — спросила Сакура, ее голос дрожал. — Мы должны сообщить об этом Хокаге. И мы должны быть готовы. Эти люди, кем бы они ни были, представляют серьезную угрозу для деревни. — Какаши опустил руку с Шарингана. Он повернулся к Мирославе, которая стояла рядом, отряхивая плащ от пыли. — Ты спасла нас. Мирослава лишь кивнула, ее взгляд был направлен на лес, в котором скрылись шиноби. — Они представляют угрозу для мира, я не могла просто стоять в стороне. — Мирослава-Сан? Что вы тут делаете. Какаши—сенсей, мы должны отвести ее к Бабуле Цунаде. — воскликнул парень, махая руками. — Вы же знаете что у вас ничего не получится. — как бы внезначай кинула девушка, скучающе смотря на блондина. — Мирослава, ты же понимаешь, что они ещё вернутся. Нам нужна твоя помощь. — старался уговорить девушку Хатаке, закрывая оба глаза. — Вернутся и вернутся. К тому времени как это произойдет вам будет не до них, уж поверьте мне. — усмехнулась девушка, понимая, что Акацки уже готовят последний ход игры. — А у меня нету ни времени, ни желания, чтобы в этом участвовать. Девушка развернулась и пошла дальше. На кой черт, она снова помогает им? А черт его знает.