Часть 5: Известность

Сотриголова крепче сжал свое оружие захвата и сильнее прижал злодея к стене: «Сопротивляться нелогично, просто скажи то, что я должен знать». — Чувак, это просто легкие наркотики! — Нервно воскликнул злодей. — Если у тебя с этим проблемы, то, может тебе стоит попробовать? У меня есть пара образцов, пригодных для новичка. — Конечно, предложи наркотики герою, который тебя арестовывает. — Закатил глаза Айзава. — Честно говоря, если бы это были просто наркотики для вечеринок, меня, вероятно, это не так сильно волновало. Но это Триггер, поэтому я спрошу вас еще раз, где ты их взял. — Пошел ты! — Хорошо, будь по-твоему. — Раздраженно выдохнул герой, набирая номер Тсукаучи. Дождавшись, пока в трубке застонал полусонный голос детектива, мужчина перешёл сразу к делу. — Можешь прислать машину? Нужно доставить одного кадра для обработки и допроса.

***

Цукаучи оторвал взгляд от своих бумаг, когда вошел Сотриголова с злодеем на буксире, которого только что арестовал. Этот парень, вероятно, был дилером низкого уровня, как и другие, которых ловили, но всегда оставалась надежда, что следующий злодей укажет, кто стоит за Триггером. — Восьмая допросная открыта, Стерка. Веди его туда. Герой хмыкнул в знак согласия и потащил дилера в заднюю часть участка, пока Наомаса наливал им обоим кофе. Тсукаучи придется допросить этого парня позже, поскольку он был одним из следователей, ведущих дело «Триггера», но это могло немного подождать, пока не будут готовы все документы. Даже если заставить преступников подождать несколько минут, они все равно могут взять ситуацию под контроль. Шота, наконец, сел напротив и взял кофе, и, отхлебнув, поморщился: «Тсукаучи, ты не упомянул, что участок заменил кофе на растворенную краску». — О, ты просто злишься, что в Мусутафу нет твоего любимого кошачьего кафе. — Рассмеялся детектив. — Что я могу сказать, братья Хотта готовят прекрасный кофе. — Пожал плечами герой. — У тебя есть эти бланки? Хочу закончить с этим побыстрее. Тсукаучи покачал головой, но достал бланк приема злодеев из ящика справа от себя и протянул Айзаве, который начал заполнять его одновременно с раздражением и скукой. Бумажная волокита ни в коем случае не была забавой, и Шота предпочел бы патрулировать улицы в поисках дополнительной информации по делу, но бюрократия была частью жизни, так что ему оставалось с этим мириться. Они продолжали работать в дружеском молчании в течение нескольких минут, пока двери участка снова не распахнулись, и внутрь не влетела Усилитель со злодеем на буксире и не отвела его прямо в камеру предварительного заключения. — Почему она такая громкая? — Проворчал Айзава. — Она еще даже ничего не сказала. — Приподнял бровь детектив. — Именно. Даже ее присутствие достаточно громкое, чтобы привлечь внимание, это раздражает. — О, не будь брюзгой. — Ухмыльнулась Усилитель, хватая стул, чтобы сесть рядом с ним. — Ты просто злишься, потому что крыса тебя не замечает. — Это намеренно, знаешь ли. — отбил Шота, когда Тсукаучи протянул Усилителю бланк приема злодеев. — Люди не замечают меня, если я не хочу, чтобы они заметили меня. — Может быть, именно поэтому ты еще не столкнулся с нашим маленьким проводником-линчевателем. — Сказал Усилитель. — Он просто не знает о твоем существовании. — Куда более вероятно, что UA находится вне его зоны досяггаемости, а поскольку я всегда придерживаюсь этой зоны, если не иду по следу, у нас просто не было шанса столкнуться друг с другом. — Закатил глаза Айзава, объясняя очевидное стечение обстоятельств. — Конечно, — ухмыльнулась Усилитель, — как скажешь, Стерка. — Этот от Зеленого Проводника? — Спросил Тсукаучи. — Зависит от того, что ты имеешь в виду. — Сказала Усилитель. — Если ты имеешь в виду, привел ли он меня к парню, тогда да, а если имеешь в виду, сам ли он уложил парня, тогда нет. — Я думал, ты сказал, что Проводник не сражаеться со злодеями. — нахмурился Шота. — Он и не сражался, по крайней мере, до прошлой ночи. Когда мы приняли звонок о попытке изнасилования, обнаружили, что преступник уже нокаутирован и связан кусками старой футболки. Жертва сказала, что парень, который это сделал, был в зеленой толстовке и защитных зеленых очках. — Со вздохом пояснил детектив. — Как? Судя по тому, что ты мне рассказал, у него кожа да кости, как же он справился с настоящим злодеем? — Сотриголова потер виски, пытаясь унять подступающую головную боль. Этот проблемный ребенок должен был его доконать. — С помощью банки бобов. — … Что? — Герой остановился и уставился на Наомасу. Нет. Ему точно послышалось. — Ты правильно услышал. По словам жертвы, Зеленый Проводник начал драться с парнем, но не мог одержать верх, пока не схватил банку бобов и не начал избивать парня, как будто это был импровизированный кастет. Это было довольно жестоко, но эффективно. — Кивнул Тсукаучи. Герой не знал, гордиться парнем за быстрое мышление под давлением или злиться за то, что так необдуманно бросился навстречу опасности. Вероятно, и то, и другое. — Уву! — Взвизгнула Усилитель. — Наш мальчик растет! Расправляется со злодеями и все такое! — Я не думаю, что это хорошо, — нахмурился Айзава. — Должен согласиться с Сотриголовой в этом вопросе. — Выразил свое мнение Цукаучи. — Жертва сказала, что он, казалось, был не в себе. Я бы предпочел, чтобы он продолжал гоняться за героями, а не ввязывался в драки, к которым не готов. — О, да ладно! — Застонала Усилитель. — Вы, ребята, должны признать, что победить преступника, используя только свой ум и консервную банку, довольно впечатляюще. Шота лишь бросил на нее равнодушный взгляд: «Ничего, кроме сообразительности, консервной банки, и, возможно, скоростной причуды». — Да ну! — Обиженно воскликнула Усилитель. — Хорошо, признаю, что он сообразителен и определенно хорош в использовании импровизированного оружия, но парню явно не хватает подготовки. Я не хочу, чтобы он ввязывался в драки, если он просто убьет себя. — Устало вздохнул подпольный герой. — Ну, у Ползущего и Поп Степа тоже не было официальной подготовки, когда они только начинали. — Указал Цукаучи. — Может и так, но у них также был Кастет, который наставлял и вытаскивал их задницы из переплётов. — Сухо проинформировал Сотриголова. — У Зеленого Проводника нет даже этого. — Тогда, может, тебе стоит взять на себя эту роль. — Во весь рот ухмылчлесь Усилитель. — Мне и так сопляков хватает, спасибо. Никакого желания добавлять к этому еще и обучение подражателя. — Просто мысль, Стерка, учитывая, как ты беспокоишся за ребенка, которого даже ни разу не видел. — Усилитель невозмутимо пожала плечами. — Да, и насчет имени, я не думаю, что он будет пользоваться «Зеленым Проводником». — Что? Зачем это менять? — В замешательстве нахмурился Тсукаучи. — Вы что, не видели статью сегодня утром? — Спросила Усилитель, шокировано переводя взгляд с одного на другого. Они покачали головами, а Усилитель улыбнулась, доставая свой телефон. — Женщина, которую он спас прошлой ночью, репортер. Поскольку он не назвал ей свой псевдоним, поэтому она назвала его Виридиан. Цепляет, правда? Как я мог пропустить это? — Нахмурился Тсукаучи. — Вероятно, потому, что ключевые слова были неверными. Скорее всего, твой компьютер настроен на статьи, если в новостях упоминается Зелёный Проводник, но поскольку использовали другое имя, система не отреагировала. В любом случае, Виридиан мне нравится больше. — Пожала плечами Усилитель. — Ну, сказать легче сказать… Линчеватели, получающие общественную известность, никогда не заканчивали хорошо. — проворчал Сотриголова. — Это ударяет им в голову, и они в конечном итоге подвергают себя еще большей опасности, чтобы произвести впечатление на своих фанатов.- Он устало вздохнул. — Парень, вероятно, утопает в своей славе, пока мы разговариваем.

***

Изуку был в ужасе. Он не мог выбросить эту статью из головы, даже когда бегал по улицам, ведя героев к преступлениям. Когда Мидория увидел статью по дороге домой из школы, ему пришлось бороться с приступом паники, и он почти не выходил из дома той ночью. Мальчик не хотел быть знаменитым. Чем больше людей обращало на него внимание, тем выше вероятность, что они поймут, что у него нет причуды, и тем быстрее он распрощаеться с любой положительной репутацией, которую приобрел. Технически, он даже не был линчевателем, так почему у него должно было быть имя? Та женщина была репортером? И она написала, как он, то есть Виридиан, расправился со злодеем, и, очевидно, немного покопавшись, увидела, что обычно он держался подальше от драк. Изуку не заслуживал того, чтобы о нем писали статьи, как о героях, поэтому не мог избавиться от чувства, что каким-то образом обманул репортера. Мальчик не пытался обмануть ее, заставив думать, что не бесполезен, но, по-видимому, именно это и произошло, поскольку ее статья была такой позитивной. Мидория просто пытался ей помочь! В конечном счете, именно поэтому он сегодня вечером и оказался на улице. Конечно, Изуку не особо был счастлив от статьи, но он не собирался позволять этому мешать помогать людям. И он помогал! Мидория помогал героям находить людей, которых нужно спасти! Он творил добро! Но ему следует начать носить оружие, если когда-нибудь планирует снова ввязаться в драку. Из-за ухода за своими ранами и всего, что связано со статьей, Изуку совершенно забыл о добавлении оружия к своему костюму в тот день, но это не имело большого значения. Он все еще покрыт царапинами и ушибами после драки с Кротом, так что было плохой идеей ввязываться в новые переплёты так скоро. Так что оружие ему пока не понадобится, но мозговой штурм все равно был полезен. Мидория почти подумывал о том, чтобы обзавестись бейсбольной битой, но тут была пара проблем. Хоть это было полезным оружием типа дубинки, оно слишком громоздкое. Изуку не сможет быстро бегать, если ему придется постоянно поднимать биту, так что фактически это помешает спасать людей, что полная противоположность тому, чего мальчик хотел. Не говоря уже о том, что Изуку никогда не занимался спортом, поэтому, если он придет домой с бейсбольной битой, мама точно задаст слишком много вопросов, на которые на самом деле не хочется отвечать. Оружие должно быть небольшим. Нужно иметь возможность рассовать его по карманам, чтобы не мешали бежать и при необходимости легко достать, так что это означало, что ничего похожего на посох не подходит. Возможно, а… Мальчик услышал, как кто-то зовет на помощь, оценил ситуацию, и побежал за героем. Об экипировке можно подумать позже. Сейчас есть люди, которых нужно спасти.