Часть. 2. Истинное образование – есть преступление, есть и наказание

– Кто может мне рассказать о государствах Корё и Бохай? – учитель истории сорока шести лет с осторожностью оглядел класс, поправляя прямоугольные очки. – Кхм, Тен Хё Ин, как насчет тебя? Девушка отвлеклась от просмотра ролика на ютубе с участием На Хва Джина, вынимая наушник из уха. Выдохнув и на мгновение сомкнув веки, она поднялась со своего места, озаряя учителя вежливой улыбкой. – Простите, я ничего не знаю по этой теме. – Хё Ин, – зашептал голос позади – Мин Гю, побитый вчера Те Хёном со злости, прикрывал свой выбитый зуб, пытаясь подсказать ответ однокласснице. Однако, прежде чем она повторила сказанное, выдавая за свои слова, как делала не раз, справа ее дернули за рукав – черноволосая ученица кивнула в сторону двери, и Хё Ин подметила едва различимый через окно силуэт госслужащего. – Я ничего не знаю, – с улыбкой повторила девушка, улавливая разочарованный вздох со стороны своего соседа позади. – Я... Кхм, может, еще подумаешь? Мужчина мешкал, перелистывая страницы учебника, растягивая время и гнетущую паузу, удушающую своими оковами и его горло, и шею названной ученицы. Одноклассники, прославленные своей жестокостью, сверлили его щуплое тело, горя желанием порвать в клочья сейчас или во время обеда за школой – их угрозы никогда не были чем-то, что можно игнорировать. Именно поэтому большинство учителей и покидали это проклятое место. – Я... буду вынужден поставить тебе F и попросить остаться после занятий... – голос преподавателя открыто дрожал. Пак Те Хён, сидящий в конце класса, сжал карандаш с такой силой, что тот треснул пополам. – Для чего? – прорычал он сквозь стиснутые зубы. – Дополнительные занятия? Консультация? Тогда я справлюсь с этим не хуже, не так ли? Успеваемость у меня всё равно выше. – Хищная улыбка придала его лицу нелепый вид в тот момент, когда в класс уверенно прошел учитель На, бесцеремонно ударяя бессовестного ученика книгой по голове. Те Хён хотел было возмутиться, да только не посмел и слова сказать, пристыженный прямо посреди урока. Сорвется сейчас – подставит всех, и не важно, как сильно сжимается его кулак под партой, желая расквасить лицо заносчивого преподавателя. – Стоит полагать, из вчерашнего нашего разговора ты так и не усвоил ничего, Хёнчик? – наигранно раздосадованно произнес Хва Джин, растягивая губы в улыбке. – Тогда, если вы позволите, учитель Ха Ныль, – мужчина повернулся к человеку в центре класса, – я проведу общий урок школьного этикета. Можете остаться и посмотреть – я никогда не был против открытых занятий. – К-конечно, господин На, класс в вашем распоряжении, – учитель мог только вжать голову в плечи, стараясь не смотреть ученикам в глаза, и отойти в поближе к двери, туда, где безопасно. Его место с легкостью занял госслужащий из бюро по защите прав на образование. – Начнем с простого, староста – собери телефоны. Электроника во время занятий запрещена, – проговаривая это с довольной улыбкой на губах, На Хва Джин смотрел точно на ребят на задних партах, играющих на своих смартфонах. Кто-то из них открыто послал подошедшего с коробкой ученика, и учитель моментально отреагировал. – Отлично, второе: вы все – коллектив, можно сказать маленькая семья. Взаимовыручка – это неплохо, хоть и прямые подсказки недопустимы, – взгляд его обратился к Мин Гю, на что юноша шустро фыркнул, отворачиваясь и закрывая рот рукой. – Именно поэтому с сегодняшнего дня вводится новое правило – если хоть кто-то нарушает школьные правила, наказание несет весь класс. – Это нечестно! – воспротивился голос с первых парт. Девушка, возмутившаяся первой, не выдержала зрительного контакта, и смущенно отвела взгляд, понурив голову. Однако, ее восклицание вскоре поддержали другие. – Почему же? Слышал, «командная» работа у вас тут не вновинку. Или я не прав? Класс без особого желания притих. – Отлично. Теперь поблагодарите вашего одноклассника, не пожелавшего сдать телефон, за уборку класса после занятий – самое минимальное из того, что вас ждет. – А если кто-то уйдет? – переспросил староста трусливо. – Тогда остальным придется отдраить всю школу, а с этим учеником говорить буду уже я. – Ещё чего, – Те Хён сплюнул на пол, – кажется, вы всё же зазнались, учитель. – Он поднялся со своего места, и несколько ребят последовали его примеру. – Мы уходим. – Ах, ну, что за приятный сюрприз, – мужчина ничуть не удивился, уверенным движением вскидывая руку со складной указкой. – Что же, начнем наш урок.

***

– Хорошо хоть, что девочкам не досталось, – качала головой Рю Мин, протирая пыль под своей партой, – наш учитель настоящий садист по отношению к мальчикам. – Я предупреждала их, – выдохнула Хё Ин, ополаскивая тряпку в ведре с чистой водой, – но они всё равно полезли – и получили по заслугам. – Но ведь мы сидели тихо пару дней – и ничего, – Ю Хон, единственный, кто не полез в драку из хулиганов, поковырял пальцем в зубах, пытаясь убрать кусочек мяса, застрявший там, – так себе твой план. – У меня он хотя бы был... Не успела Тен выпрямиться, как вдруг почувствовала сильный удар под ребра, мигом выпуская весь воздух из легких с тихим хрипом. Ее дернули вверх, бросая на пол, и от внезапного движения ведро опрокинулось на пол, разливая холодную воду. Ю Хон бросился вперед, замирая перед свирепым противником. Ноздри Пак Те Хёна широко раздувались, а вены на руках и лице набухли так, словно вот-вот могли взорваться алым фейерверком. – Ты!.. – закипая от гнева, хулиган едва мог говорить членораздельно. – Ты спелась с этим выродком?! Поэтому подставила меня?! Шлюха, признавайся! – он ринулся было вперед, желая схватить девушку за горло и поднять в воздух, как вдруг ее закрыл собой Ю Хон. – Уйди прочь, – прорычал по-звериному хулиган, тяжело дыша. – Тебе нужно успокоиться, – осторожно начал юноша, в примирительном жесте вскидывая руки, – если сейчас начнем очередную драку, переломами можем не отделаться, – и кивнул на перебинтованное запястье собеседника – в последний раз Хва Джин не сдерживался. – Помнишь: мы разберемся с ним, как только всё закончится, как ты и хотел... – Да насрать! – резким движением Те Хён оттолкнул того в сторону, хватая за ногу пытающуюся отползти назад Хё Ин. – Отвечай: ты спелась с этим выродком?! – Нет, – стиснув зубы, прошипела девушка, тут же впиваясь ногтями в его ладонь. – Сука, он спрашивал о тебе, – рывком подтянув ту к себе, Те Хён хотел было сместить руку на ее горло, однако не успел – его схватили за голову, со всей силы прикладывая о пол. Кровь брызнула во все стороны, растекаясь неказистыми пятнами на пролитой воде. Тен быстро среагировала, отползая в сторону, когда же Хва Джин продолжал бить ученика до тех пор, пока тот не потерял сознание. Словно свинью его тело отбросили в сторону, небрежно вытирая грязные руки о одну из тряпок для пыли. – Спасибо, Рю Мин, – учитель повернулся к девушке, дрожащей в дверном проеме. Он вновь улыбался, словно ничего не произошло, хотя всего секунду назад Хё Ин отчетливо видела ярость в его глазах, такую же пугающую как и у ее одноклассников во время издевательств. – Ю Хон, верно? – обратился госслужащий к юноше, потирающему ушибленный стараниями Те Хёна локоть. – Займись этим тугодумом, ладно? А ты, Хё Ин, не пострадала? – Мужчина протянул вперед руку, желая помочь девушке подняться, однако ее реакция оказалась совсем не той, что он себе представлял. В ее глазах роился страх, искренний, гремучий. Скованная этим чувством фигура почти не шевелилась, не дышала, всей душой желая провалиться под землю прямо сейчас, лишь бы исчезнуть из поля зрения хищника. И сейчас хищником для нее был сам На Хва Джин. – Встретимся после занятий? У тебя ведь будет дополнительный урок с учителем Ха Ныль, верно? Я подойду к воротам, постарайся не опаздывать. – Обворожительная улыбка стала последним, что увидела Тен перед тем, как статная фигура скрылась в коридоре, горько усмехаясь себе под нос. Весь оставшийся день Хё Ин не могла выбросить из головы слова временного учителя. С чего бы ему желать встречи с ней? Из-за произошедшего? Тогда бояться нечего – здесь нет ее вины, она была уверена в этом. Если же причиной послужили слова, произнесенные на крыше, тогда ей стоит начать волноваться. Погруженная в раздумья ученица и завершила свой учебный день, собрав вещи и попрощавшись с учителем Ха Ныль, удивленным ее растерянностью на индивидуальном занятии. Лишенная поддержки одноклассников она была совсем иной. На действительно ждал ее у ворот в назначенное время. Обменялись приветствиями, мужчина узнал об успехах подопечной и, не услышав ничего интересного, попросил следовать за ним. Тен послушно исполнила просьбу, пряча взгляд в носках собственных кед. Проулок, затем остановка у парка, десять минут на транспорте, входная дверь, гостевая, и вот Хё Ин уже стояла в съемной квартире госслужащего, наблюдая за тем, как тот снимает обувь, оставляя ее у входа, и направляется в комнату. Она растерянно осмотрелась по сторонам – обычная прихожая, пара пустых крючков для одежды, тапки и вторая пара обуви; покосилась на зеркало, отражающее ее побледневшее лицо в своей тусклой поверхности, и наконец, сделав глубокий вздох, прошла следом за хозяином квартиры. – Расскажешь мне немного о Пак Те Хёне? – Хва Джин опустился на край кровати и включил телевизор, сразу же переводя его в беззвучный режим. Отчего-то девушка ощутила себя лишней, однако постаралась этого не выказать, внешне оставаясь равнодушной к происходящему. Взгляд ее вновь забегал, стараясь отыскать что-то особенное в совершенно пустой и безликой квартире. – Мне нечего рассказывать. – Вот как? – тон собеседника казался разочарованным, хоть и излишне наигранным. Выпуск новостей рассказывал о министре образования и, похоже, о самом бюро, членом которого и являлся На Хва Джин. Однако, подробностей в молчаливых картинках Хё Ин разобрать не смогла. – Тогда давай расскажу я, – мужчина смотрел на свою гостью, не скрывая самодовольной улыбки. – Жадный до внимания, агрессивный и самовлюбленный «король школы», подмявший под себя всех остальных. Из родителей – только пьющий отец, не занимающийся обучением сына. Более того, он и слова сыну сказать не может, боится. Чудовище во плоти, не иначе. Тен молчала, перебирая пальцы за спиной. – Те Хён долгое время был причиной сотен обращений о помощи от учителей и учеников. Но в последний год их число сократилось. – Хва Джин усмехнулся довольно, закинув ногу на ногу. – Не знаешь почему? – Знаю, – честно ответила девушка, пряча взгляд. Ей не нравилось русло, в которое повернул этот разговор. – Вот как! Тогда поведай мне. Но Хё Ин продолжать не спешила. Нервно поджав губу, она перебирала в голове варианты дальнейших событий, всё еще надеясь, что сможет выйти сухой из воды. – Что же, – На Хва Джин театрально тоскливо вздохнул, пожав плечами, – видно, придется опять мне. Это произошло пятнадцатого апреля прошлого года. Убийство ученицы, три недели назад переведенной из другой школы. Девушка вздрогнула. Краска отлила от лица. Ей вдруг стало невыносимо жарко и страшно. Гулко стучащее сердце отдавало ударами в голову, эхом ударяя по барабанным перепонкам. – Те Хён убил ее за пределами школы, по дороге домой. Довольно жестоко. Для семьи той ученицы это стало настоящим ударом. Только вот, что-то не могу вспомнить ее имя... – Ким Джи Су, – прошипела Хё Ин, стиснув против воли ладони в кулаки. Хва Джин поднял взгляд к ней: в ее глазах стояли слезы, девчонка едва сдерживала себя, окутанная воспоминаниями прошлого. Судьба-злодейка распорядилась ее жизнью довольно жестоко, лишив сначала поддержки родных, а после и единственной подруги. – Верно, – спокойно, без насмешек и колкостей, согласился мужчина. – После смерти Джи Су в этой школе что-то изменилось... – Хватит! – взмолилась собеседница, мотнув головой. Но госслужащий прекращать не собирался. – В школе появилась ты. Прежде кроткая и тихая девица мигом расцвела и окрепла. Не только одноклассники, но и сам «король школы» со своей бандой стали тебе послушны. – Замолчите!.. Хва Джин едва заметно приподнял уголки губ в улыбке. – Не ты ли надоумила Те Хёна на то убийство? – Нет! – выкрикнула Хё Ин, и слезы брызнули из ее глаз. – Я бы никогда этого не сделала! Джи Су – моя подруга детства! Он хотел ее, как какой-то зверь, грязное животное, а она не давалась! Давала отпор, как могла! Еще и меня защищала! И вот к чему это ее привело! – Девушка всхлипнула, стараясь перевести дыхание. Грудь сдавило обидой и чувством глубокой вины. – Если бы я продолжала дрожать при каждом их виде, последовала бы за ней в могилу! – И поэтому решила посадить всю школу на короткий поводок. – Я делала то, что могла, – злобно прошипела девушка, вытирая слезы ладонями. – Я – не вы! У меня нет силы противостоять хулиганам. – Почему же? – мужчина усмехнулся, указав кивком на свою собеседницу. – Именно этим ты и занималась. Просто не в полной мере. И не до конца. Не хочешь завершить дело? На Хва Джин потянулся, откинувшись на спину, и вытянул из-под подушки собачий ошейник с шипами. Завидев тот, Хё Ин распахнула глаза в удивлении. – Нет, я не могу... вы же не животное. – Но именно это ты и делала раньше: сажала детей на поводок. Что, разве не этим ты занималась? Надевала ошейник и дрессировала, как домашнюю зверюшку кнутом и пряником. А самых сильных зверей держала при себе, у самых ног, создавая для себя непробиваемую защиту. Так, почему не хочешь сделать тоже самое сейчас? – Его нахальная улыбка пробуждала стыд, проявляющийся румянцем на женских щеках, и гнев, нарастающий в груди. Самодовольный мужчина, уверенный в собственных догадках, разжигал в душе Хё Ин давно отринутые чувства. – Давай я упрощу тебе задачу – оденешь его на меня и можешь идти домой. Я больше не потревожу ни тебя, ни твою школу. Всё вернется на круги своя. Девушка дернула плечом, нервно закусив губу. Предложение манило, определенно, но принять его Хё Ин была уже не в силах. Ей показали, каков мир за стеклами розовых очков, которые та на себя нацепила, и продолжать врать самой себе уже не было никакого смысла. – Я отказываюсь. – Неужели? Не хочешь новую игрушку? Разве я не сильнее Те Хёна? Собеседница зарделась, мотнув головой. – Не в этом дело. Мне это не приносило никакого удовольствия! Это просто способ выжить! – Значит, я верно всё понял. – Мужчина поднялся со своего места, сделав несколько шагов навстречу Хё Ин. Ошейник болтался на его правом запястье подобно большому кожаному браслету. – Хочешь, покажу тебе иной способ? – Хочу, – выпалила девушка, ухватив учителя за руку. Она давно желала сбежать из собственной клетки, отбросить цепи чужих ожиданий и больше не распоряжаться чужими жизнями в попытке сберечь собственную. Если возможно сбросить все маски и зажить иначе – она готова будет сделать что угодно.

***

Те Хён был арестован спустя день после нападения на Хё Ин. Судя по рассказам одноклассников его ожидал суд – бюро обналичило все имеющиеся показания в его адрес и предоставило множество доказательств, в том числа видеозаписи с телефонов его дружков. Их наказание было гораздо мягче за счет подачи показаний. Всего за несколько дней школа преобразилась. Будто с уходом главного задиры учащиеся смогли наконец задышать полной грудью. На Хё Ин всё еще косились, боязливо поглядывая и вздрагивая каждый раз при встрече с ней, а в коридорах можно было услышать презрительные шепотки, но в остальном атмосфера в учебном заведении сделалась куда легче. – Всё же бюро – не такая плохая вещь, – подметила после занятий Рю Мин, решившая проводить Тен Хё Ин до дома. Хё Ин во время «восстановления» получала угрозы от противников перемен, боящихся участи Те Хёна, которые считали, что в его аресте повинна в том числе и бывшая «королева» школы. Защитников, правда, у девушки тоже было немало. – Не могу не согласиться, – выдохнула Хё Ин. Ее участие в «восстановлении» можно было считать знаковым. Если На Хва Джин действовал извне, выбирая зачинщиков по одному и беседуя – порой с применением силы – с каждым, то Хё Ин ломала систему изнутри, сама того поначалу не замечая. С устроенным Хва Джином шоу ее статус заметно пошатнулся, а после поимки Те Хёна и вовсе упал почти до нуля. Руководство школы оказалось уничтожено. Муравейник лишился своей госпожи, и рядовым муравьишкам пришлось взять судьбу в свои руки. Всё же Хва Джин оказался прав – она изначально действовала неправильно, излишне эгоистично, страшась за свою жизнь. Трусость привела Хё Ин в капкан, из которого выбраться самостоятельно у девушки не вышло бы. Получается, Хва Джин невольно спас ее. Вытащил, показав, каким может быть другой мир. Отличный от полного жестокостей и манипуляций. Такой, какой Хё Ин давно забыла. – Ой, – Рю Мин остановилась, толкнув одноклассницу локтем в бок. Хё Ин подняла взгляд перед собой и едва сдержала улыбку, заметив у школьных ворот знакомую самодовольную морду. – Оставишь нас? Дальше я сама, – Хё Ин приобняла спутницу на прощание, пожелав ей удачной дороги, и проследовала к Хва Джину. – Смотрю: дела хорошо идут? Новых подруг, вон, завела, – оптимистично начал мужчина, сунув руки в карманы брюк. Он выглядел привычно беспечно, самоуверенно и расслабленно. Всё двигалось по его плану. И одновременно с этим его пребывание в школе подходило к завершению. – Вроде того. Хё Ин прильнула спиной к створке железных ворот, сложив руки на груди. Ей хотелось спросить госслужащего о судьбе Те Хёна, но голос будто разом пропал. Что-то иное терзало ее душу, перебивая прочие мысли. Тоска. И страх. – Спасибо, – сдавленно пробормотала девушка, пристыженно опустив голову, – что пришли к нам. И... за всё остальное. Она не хотела прощаться. Хва Джин изменил школу. Изменил ее саму. Ее взгляд на многие вещи. И для этого потребовались не физические усилия, а всего несколько правильных слов. – Всегда пожалуйста. Потребуется помощь – сообщи в бюро. Все знали, что Хва Джин скоро уйдет, но только Хё Ин, казалось, боялась его отпускать. Что, если с его уходом всё вернется на круги своя? Что, если ей вновь придется потерять себя в попытке выжить в этом месте? – А знаешь что? – Хва Джин легонько хлопнул девушку по плечу, заставив поднять на него взгляд. – Манипуляции – не лучшее твое качество. Но и они могут сыграть хорошую службу в дальнейшем. – Мужчина порылся в карманах, вытащил зажигалку, сигареты, пару смятых бумажек и наконец извлек темную визитку. – Возьми. Это секрет, но шеф планирует набрать еще людей в наше бюро. Свяжись с нами по этому номеру через неделю, и, глядишь, попадешь в список кандидатов. – Но... я же едва всё не испортила. – Все совершают ошибки. Особенно подростки. Ради этого и существует наше бюро – для наставления вас на верный путь. Если ты сможешь поделиться своим опытом с другими ребятами, это значительно поможет нам ускорить процесс. – То есть, – беспокойно выдохнула Хё Ин, – есть шанс, что мы еще встретимся? В груди приятно зажгло. Болезненно, тянуще, гнетуще – но так тепло. – Конечно! – ухмыльнулся На Хва Джин. – Знаешь, а я вот думаю, к лицу ли мне тот ошейник? Девушка мигом зарделась, шумно сглотнув. – Хей! – Всего лишь шучу. – Он закатил глаза, вскинув в примирительном жесте руки. – А может, и нет.