Утро после ужина

На ужине народ засиделся до поздней ночи и проснулся только в десять утра следующего дня. Незнайка тоже уже проснулся, что было странно: он был тем еще соней. Однако вставать не хотелось, а всё потому что лень. Поэтому он лежал, разглядывал потолок, иногда поглядывая на сладко спящего Гуньку. Тому ну очень понравились здешние матрасы — мягкие, тёплые, как будто лежишь в облачке. Изначально рыжего хотели поселить со Знайкой, но, примерно представив, что тот с ним сделает, провинившийся стал умолять переселить его к другу. В итоге над ним сжалились, ибо выслушивать писклявые мольбы вообще никому не хотелось, махнули рукой, и этот самый провинившийся спал спокойно. А вот на утро малыш начал думать тяжелую думу: о новом дне, что сегодня будет… о двойнике не думал совсем. Вообще не думал. Правда. Ла-а-адно, немного и о нем тоже. Но только немного! — «Да плевать я хотел на него, — убеждал себя Незнайка. — Тоже мне выпендрёжник. У меня вот Гунька есть. Гунька в сто раз лучше, чем эта агрессивная омега. Так. Всё. Хватит о нём думать. Мне на него плевать!» Шевеля в этом направлении мозгами, он и не заметил, как, сладко потянувшись, проснулся Гунька. Гунька поёрзал-поёрзал на кровати, приподнялся и с улыбкой воскликнул. — Доброе утро! — Ага… — задумчиво протянул малыш, не поменяв позы. — Нет, ну я так не играю! — брюнет сел на кровати. — Что с тобой? Ты такой грустный… и задумчивый… Что, о нём думаешь? О двойнике? — Нет! — громко и резко крикнул Незнайка, так будто стены задрожали. — Ладно… Я понял, — проговорил малыш, пойдя на попятную. — Слушай, так что ты делать-то будешь? — В каком смысле? — В смысле Знайка тебе спуску не даст и сто пудов ещё накажет… А я не хуже того Гуньки… Я тоже очень хочу тебе помочь и спасти твоё, скажем так, … мягкое место. Многострадальное мягкое место, — повторил Гунька слова своего двойника. — А, ты об этом? Да не грозит мне ничего! — пострадавший махнул рукой. — Он уже отыгрался на мне. Вчера. Хотя… Может ты и прав. — Так, а как тебе помочь? Ну, спасаться как ты будешь? — Для начала я отосплюсь, — здраво рассудил собеседник. — А чего дальше то? — Будем решать проблемы… — Незнайка зевнул. — по мере их поступления… — Послушай, а если, ну, поступление произойдёт, а ты не будешь готов? — Гунька, чтоб тебя шляпой придавило! Отвянь! Не нагнетай обстановку, и так тошно! — бросил рыжик и улёгся на другой бок. Гунька страшно обиделся. Ещё бы! Он тут старается придумать, как спасти этого балбеса, мозг напрягает, а его затыкают и мягко говоря посылают. Так что он тоже отвернулся на другой бок. — «Этих рыжих надо мирить… Другой вопрос: хотят ли они того…?» — с этой мыслью глаза брюнета закрылись и он опять уснул. Ну, как уснул… Постарался уснуть. В отличии от друга, его более умный соратник окончательно проснулся, но принял решение не вставать, так сказать в знак протеста, чтобы один неприятный тип наконец вернулся с небес на землю. Неожиданно открылась дверь. — Так. Вы ещё дрыхните? — строго спросил Пилюлькин. Незнайка даже не шевельнулся; Гунька тоже. Тогда доктор без замедления вошёл в комнату, закрыл дверь и стал каждого будить хлопками, шлепками и трясти каждого малыша. — Просыпайтесь!!! Сони! Доброе утро! — Доброе утро… — обрадовался брюнет, осознав, что больше не придётся просто лежать, и сел на кровати. — Ага… — повторил второй, поворачиваясь на другой бок. — Незнайка, вставай! — Я спать хочу… Отвянь, медик… — проговорил малыш. Пилюлькин недовольно помотал головой, схватил малыша за ухо и стал поднимать. — Ау! Ай! — запищал малыш. Когда соня оказался в сидячем положении, врач отпустил ухо. — А сейчас спать хочется? — злорадствуя, спросил доктор. — Нет, — пробурчал рыжий, держась за покрасневшее ухо. Расстолкав друзей, врач стал наливать в ложку противную микстуру — ребята съежились моментально! Откуда вообще она у него? Взял у своего двойника? Тот вроде при первом знакомстве не отличился любовью к подобным издевательствам. У Медуницы попросил? Да нет, мёд там не чувствовался. Короче, шут его знает. — Так. Гунька, открывай рот. — малыш жалостно посмотрел сначала на медика, потом на ложку и повино открыл рот. — Вот умница! — похвалил Пилюлькин и стал наливать вторую порцию для сочувствующего. — Незнайка, открывай рот, — сочувствующий замотал головой и закрыл рот руками. — Открой ротик, летит самолётик! — словно диснеевская принцесса пропел экзекутор. Выглядело это шедеврально, ибо голосом медицинский работник не отличался. — Ну, нет! Не надо! Пожалуйста!.. — рыжик умоляюще смотрел на медика, но того было не сломить. — Незнайка. Открой. Рот, — доктор стал чеканить слова, что делало их ещё более пугающими. Рыжик с сожалением вздохнул и, убрав руки, открыл рот и сейчас же сморщился: хоть они и в другом мире, но вкус всё такой же противный. Пилюлькин взъёрошил рыжие волосы. — Вот. Молодец! — и сложив всё в карман, направился к выходу. — Всё. Вставайте, через минут десять мы идём на завтрак. С этими словами доктор вышел, а малыши стали одеваться в свою одежду. И пока у приезжих все шло достаточно стандартным путём, у их двойников день начался не так хорошо. Во первых, Гусля при демонстрации своих умений, будучи несколько подшофе, растянул ажно три связки и плюсом заснул в крайне неудобной позе, поэтому для него утро началось с воя и риторических вопросов. По этой же причине у Пилюлькина утро началось с проклятий. Взяв небольшую домашнюю аптечку, он поспешил к музыканту в комнату, где уже крутился Цветик, делая массаж незадачливому коротышке. Во-вторых, все кулинары в числе, напомню, Пончика, Сиропчика, Небоськи, Пульки и Торопыжки потребовали отмены их дежурства через две недели, аргументировав это, если переводить на литературный язык, следующим образом: спасибо, дорогие, любимые братцы, но лучше не надо, мы достаточно сильно устали, да и вы прекрасно сможете справиться без нашей помощи. Чмок. Знайка, решивший начать день не с кофе, а с зеленого чая с парой десятков капель валерьянки, вздохнул, но согласился. Незнайка еще ночью убежал тусить с Гунькой и своей компанией. Позволю себе небольшой спойлер, об этой компании мы вскоре поговорим поподробнее. Наконец, когда все позавтракали, умылись, оделись и приняли все необходимые лекарства, обе компании вышли на Центральный бульвар на зарядку, которая шла уже полным ходом. Утром там было не протолкнуться! Помимо тех, кто просто там бегал, прыгал, скакал и просто занимался всякими непотребствами, там естественно было много-много спортсменов самых разных мастей: фигуристы и хоккеисты, которые только здесь могли спокойно сосуществовать без драк. Во всё остальное время первые очень не любили вторых за то, что эти самые вторые портят лёд. А вторые в свою очередь не любили первых, потому что считали, что фигурное катание это так, просто выйти покататься, а вот хоккей — настоящий спорт. Обычно именно после этих слов кто-то из фигуристов не выдерживал, и начиналась драка. Конечно, фигуристами дело не ограничивалось! Здесь же были акробаты, гимнасты и гимнастки. Между ними конфликтов было намного меньше, хотя иногда находились умники, которые прямо в лицо заявляли, что художественная гимнастика это так, ленточкой помахать. После чего оскорбленные гимнастки делились на два вида: те, кто просто брал ногу и поднимал к уху, а потом опускал её на 270 градусов (после чего вопросы отпадали сразу же), и те, кто молча вытаскивал из чехлов булавы и хотел накостылять своему обидчику. Обычно именно в этот момент подбегали акробаты и разнимали их, но иногда малышам везло меньше. Помимо них здесь же собирались пловцы и синхронистки, которые за разминкой вели душевную беседу, конники и лыжники, ворковавшие о погоде, боксёры и лучники, делившиеся контактами хороших травматологов и массажистов, фехтовальщики и теннисисты, размышлявшие о новом походе в кино, и другие спортсмены. Да и не только спортсмены: обычные жители города ходили на пробежку, подтягивались на турниках, медитировали под тенью цветов прямо в пижаме, а то и в халате, коим являлся Цветик, а иногда присоединялись к разговорчивым спортсменам, чтобы вместе с ними сделать растяжку. Правда больше пяти минут обычно не выдерживали. — Красиво здесь, — отметила Медуница. — Согласен, — кивнул доктор. — Тишь да гладь! Опа! Братцы, смотрите! — Пилюлькин показал рукой на коротышек занимающихся спортом, которых было довольно много. — Вот это я понимаю! ЗОЖ, режим, здоровье! — А если попробовать к ним присоединиться? — предложил Винтик. — Я поддерживаю. Идея хорошая. Вместе веселей, — кивнул Шпунтик. Коротышки согласились и стали подходить ближе к спортсменам. Однако их опередили знакомые голоса. — Поднажали! — бодро воскликнул местный профессор, поддерживая бегущих рядом с ним альф, в числе которых были Медуница и Пилюлькин. Доктора друг на друга посматривали крайне неприятно, ибо оба поспорили, что выпьют залпом два бокала хорошего виски и безошибочно окажут первую помощь. В итоге оба проиграли и на утро отпивались кефиром. — Стой, раз-два! — скомандовал Знайка-альфа, завидев двойников. — Бодрое утро, товарищи! — Бодрое! — Тоже за спорт? — поинтересовалась малышка-альфа, сверкая подтянутыми бедрами, которые особенно хороши были в шортах. — Конечно! В спорте жизнь! — Мы каждое утро начинаем с зарядки! — ответил Торопыжка. — А, я прошу прощения, — перебила друзей Синеглазка. — А ваш Цветик что делает? — она кивнула в сторону малыша, что сидел в халате и странной позе. — Медитирует, — отмахнулся Пилюлькин. — Повторяю еще раз! — слева от них снова умудрился лопухнуться малыш-гимнаст, назвав художественную гимнастику — легкотней для малышек. Теперь те самые малышки, взяв скакалку на манер удавки, булавы на манер пыточного инструмента и двоих сокомандниц, усевшихся прямо на малыша, выполняя таким образом роль удерживающих кандалов, всячески издевались над провинившимся. Вот так этот альфа с подкачанными жилистыми руками страдал от четвёрки худеньких девочек-омег. Справедливости ради страдал по своей глупости. — Художественная гимнастика — спорт для слабаков?! — Ни-никак нет! — почти пискнул малыш. — Я-а приношу сво-свои извинения! — Вот это… Я так понимаю это обычное дело? — обратился доктор к альфе, кивнув в сторону гимнасток. — Абсолютно, — буднично отозвался доктор, прохрустывпя плечами. — Сам виноват. Если хотите, это примерно та же история, что и у вас… и у меня тоже… с Медуницей, да. Только мы по поводу лечения, а эти по поводу спорта. Есть те, кто в драку вступает. — Пресвятые кузнечики… Драку? Ну и ну… — Драку, — кивнул доктор альфа. — Хорошо, мы тебя отпускаем, — смилостивилась капитан команды гимнасток. — Но если еще раз. — Раза не будет! — сходу заявил спортсмен, отползая от них и пытаясь надышаться. — Клянусь! Тем временем разминка закончилась и ребята начали расходиться: кто на тренировку, кто на репетицию, кто просто погулять, а наши ребята пошли одеваться и на завтрак, после которого все разошлись на осмотр местных красот. Пончик с Сиропчиком отправились в именитый ресторан своих двойников. Ресторан «ПончСтайл» представлял из себя фешенебельное заведение со свежей отделкой и новейшей солнечногородской техникой на кухне. Двойников поваров позвали в зал для пятиминуток, которые владелец ресторана очень любил: так он видел собственный послушный штат и начинал гордиться собой еще больше. Пончик принарядился в собственный поварской китель с вензелем-буквой П на кармашке. Несмотря нс то, что готовил он в ресторане редко, — как ворчала Кнопочка, только если Луна идеально совпадает с дырочкой в бублике — он обожал его носить для гостей. — Пятиминутка — очень важная часть любого бизнеса, — важно говорил малыш, привычно растягивая буквы «о» и поглаживая животик. — Это я еще на Луне освоил. Здесь вы можете видеть всех сотрудников и давать задания. — Понч, мера длины, три буквы, последняя «д», — сидящий рядом Сиропчик увлеченно разгадывал кроссворд. — Ярд? — Ярд! Между тем собирались коротышки в фирменных поварских кителях: малыши-шеф повара, малышки-кондитеры, близнецы-бариста и даже бармен с акуратно уложенными светлыми волосами. — Уютно тут у вас, — заметил Сиропчик-младший, обескураженный увиденным. — И пахнет очень вкусно! — добавил его брат который тоже был удивлён. — А где все официанты? — осведомился Сиропчик, оторвавшись от бумажки. — Простите за опоздание, — как по велению волшебной палочки в зал зашло коротышек двадцать: красавцы и красавицы с аккуратными прическами, макияжем, красивыми шейными платками у девочек и воротниками у мальчиков. — Коллективно весь состав официантов решил опоздать? — Мы случайно, честно! — Короче, — он показал на пару двойников, — у них сегодня дегустация, — приезжие кивнули и помахали ручкой, неловко улыбаясь. — Так что вот вам поварские кители, вот вам колпаки и за работу! — подытожил Пончик, хлопнув в ладоши. — И ради этого надо было нас так рано поднимать? — осведомился бармен и взглянул на часы. — Две минуты прошло. — Пуншик, меньше слов — больше дела, — недовольно парировал владелец ресторана. — Хорошо-хорошо, — примирительно вздохнул Пуншик и поправил бабочку. — За дело! Все разошлись по своим местам, а гостей, у которых до сих пор многое не укладывалось в голове и было много вопросов, повели пробовать закусочки. — Это работает Салатик и Мимоза, — с гордостью пояснил ресторатор, показав на малышей, ловко орудующих острыми ножами и нарезающих салат и морковку тонкой соломкой. — Вы не стесняйтесь, задавайте вопросы. А пока возьмите стартовый лимонадик с мандарином и мятным сиропом — И им не страшно так… ножами? — спросил Сиропчик-младший. — Это же опасно, случайно соскользнёт рука и всё — пальца нет… — проговорил Пончик-младший, запивая стресс вкусным напитком. — Они учились долго, — пояснил Сиропчик-старший, скручивая кроссворд и убирая его в карман. — Но да, лучше не отвлекать. Рядом орудовала пара — малыш и малышка. Судя по виду, оба были альфами и оба прекрасно разделывали мясное филе. А рядом другая малышка окунала кусочки в маринад и ставила в холодильник. — А у нас-то только мы готовим и кормим всех. — Да. Хотя нет! — вспомнил младший повар. — Есть же ещё Конфетка, Мандаринка, Сухарик, Мак и… — Вареник! — У нас на весь город одна столовая для всех и одна кафешка со сладостями и напитками. — А всё-таки лимонад просто прекрасен! В меру сладкий, не приторный… — проговорил Пончик, отпив этого питья. — Приятный, пахнет прекрасно, не сильно холодный… — Пуншик делает потрясающие коктейли, — важно закивал совладелец ресторана. — И алкогольные и безалкогольные. — А здесь работают кондитеры, — за столом трудились четверо девочек. Кто-то отсаживал колечки, кто-то карамелизировал грушу. — Наши девочки самые лучшие! — Как же вкусно пахнет… — как один проговорили гости. — А теперь, — они вышли в зал со столиками, — присядьте за этот столик, испробуем же наши несравненные блюда! *** Медиков встретили в современной больнице в кафетерии. Как выяснилось, они уже успели стать знаменитостью, так что вместе с их двойниками их встречал доктор Компрессик из Солнечного города, доктор из Томатного города Календулка и сам министр здравоохранения Водяного города Термометро, который сразу при появлении Медуницы-младшй одарил ее кучей комплиментов. Та пыталась сдерживать свой восторг, в то время как Пилюлькин, словно маленький ребёнок, смотрел на всё большими удивленными глазами, не сдерживая эмоций. — Коллеги, рад вас видеть в нашей больнице, — радушно произнес Пилюлькин-альфа. Сразу за этим последовал громкий смех его коллеги, и он поспешил исправиться. — Как бы это странно не звучало. — Я так понимаю, это еще не все? — Компрессик поправил очки. — Верно, не все. Коллега, ну хватит вам уже хохотать, ну! — Простите, — смеясь ответила малышка альфа. — Просто эта фраза гениальна. — Так что знакомьтесь, Колендулка из соседнего Томатного, — малышка-омега приветливо помахала рукой, — Компрессик из Солнечного, — бета коротко кивнул, и цепочка на его пенсне колыхнулась. — И самая важная персона почти во всей медицине нашей страны — Термометро из Водяного города, министр здравоохранения. — Che bellezza, дорогая, присаживайтесь, — Термометро, увлеченный ухаживанием за малышкой, даже не заметил как его представили. Доктора же кивнули в знак благодарности за приём и знакомство. — Термометро, верно? — Медуница хитро улыбнулась и, не дожидаясь ответа добавила. — Благодарю, — и села на стул. Пилюлькин почувствовал что-то странное и почему-то словно маленький малыш надулся. Казалось из его ушей хлынет пар. Заметив это Медуница захихикала. — Si, affascinantа! — малыш сам сел на свое место. — Рад знакомству. — Доктор Термометро на половину итальянец, — пояснила Календулка. — Простите, кто? — спросили хором Пилюлькин и Медуница. Знали-то они только свою страну. — Итальянец, — хором сказали коротышки. Медуница хотела было пояснить, но Термометро взял слово. — Житель Италии, — он грациозно улыбнулся, и его речь была похожа на чириканье райской птички из-за небольшого акцента. — Мы красивы, очень эмоциональны, любим отдых и малышек. И наша страна такая же: уютная, с медленным темпом жизни, жаркая, что хоть весь год купайся в море! А еще у нас вкусное мороженое. Ах, и наши доктора такие же — мягкие и добрые, не позволят себе причинить ни милиграмма боли пациенту. — Ну разрекламировал! — похлопал в ладоши Компрессик. — С ума сойти, — протянула младшая малышка, а её компаньон добавил. — В нашем мире нет других стран. — Нет, может есть, — поправила первая. — Только мы об этом не знаем. А вот коротыш почему-то задумался. Слова о причинении боли неприятно резанули сознание. — Повезло… — А что у вас не так? — заинтересовалась Календулка. Она была альтруистом и, не жалея себя, помогала другим. — Инъекции больно делает, — пояснила Медуница-старшая, отпивая чай. — Ну-ка покажите-покажите, — оживился Компрессик. — Mostramello!— воскликнул Термометро, снял пиджак и подставил руку, чем ввел многих в ступор. — Дорогой Термометро, по-русски будьте добры, — смягчил углы Пилюлькин. — Тут не все понимают итальянский, — добавила Медуница. Минздрав поднял глаза к потолку, силясь перевести это искрометное выражение. Давалось это тяжело. — Э-э… Покажите… на мне… технику. Да, именно так, — немного не отойдя от тяжелых раздумий, малыш говорил с более сильным акцентом. Пилюлькин после такого предложения выпал в осадок. На живом малыше?! Он стоял выпучив ничего не понимающие глаза, в то время как Медуница тихо хихикала над коллегой. — Не беспокойтесь, дорогой коллега, — поспешил его успокоить Компрессик, бывший вполне неплохим психологом. — Доктор Термометро лишь хочет, чтобы вы показали как будто бы у вас в руках шприц. — Si! — взмахнул руками минздрав. Доктор перевёл взгляд на хихикающую коллегу. Та ему подмигнула. Пилюлькин пожал плечами и стал показывать шприц в руках. Со стороны это казалось комичным зрелищем, но самому малышу было неловко. Большинство медиков внимательно смотрело за действиями. Календула же перевела взгляд за спину доктору, приветливо улыбнулась и кивнула. Руки показывающего накрыли аккуратные ладони с длинными пальцами и чуть-чуть подправили положение. — Техника у вас, голубчик, неправильная, — пояснил достаточно приятный голос. — Угол не выдерживаете. Это был худощавый малыш с аккуратно уложенными каштановыми волосами и очками в квадратной металлической оправе. Пилюлькин услышав приятный голос не подпрыгнул, не испугался, а просто полетел в обморок. Он был и без того в сильном напряжении. Благо Медуница его поймала. — Чш-чш-чш! — здесь подлетели второй Пилюлькин и Термометро. Последний аккуратно снял нагрузку с Медуницы, придержав пациента, а потом начав его аккуратно опускать, и наконец положил его на диванчик. Воротник рубашки расстегнули ловкие пальцы хирурга в душе и по призванию — Медуницы — они же ослабили туго затянутый ремень. Пилюлькин чуть приподнял ноги пострадавшего, а на Укольчика — именно так звали новоприбывшего доктора — взвалили задачу в виде измерения давления, пульса и сатурации — уровня кислорода в крови. Календулка же занялась первой помощью при пробуждении — попросила сделать сладкий чай и дать плитку темного шоколада. — Ох ты ж… шприц мне в глаз… — проговорил пострадавший, приходя в себя. — Ну вы и нервный, коллега, — проворковала Медуница-младшая. — Без резких движений, дорогой мой, без резких движений, — ласково проговорил Укольчик, повторно измеряя давление. — Как самочувствие? — осведомилась Календула, подавая шоколад. — Попейте отвар ромашки с мятой. — Лучше магний попить, — вставил свою лепту Компрессик. — И на пару сеансов к психологу. — Что вы на него налетели? — строго насколько строго мог спросить постоянно жестикулирующий коротышка, спросил минздрав. — Ему просто нужен отдых у моря. — Ну, коллега, — театрально произнес Пилюлькин-альфа, повернувшись к Медунице, — нам с вами осталось сказать только про мёд и касторку внутрь, — и оба рассмеялись. Доктор окончательно пришёл в себя, переглянулся с подругой, и оба засмеялись. Компания переместилась за столик. Точнее кто-то переместился, а пострадавшего переместили, несмотря на верещания и взывания к уму, на руках. — А мы кого-то ждем? — спросил Укольчик, разворачивая конфетку. — Зеленку. В этот момент подавились Укольчик, Термометро и Медуница-альфа, а Компрессик только тяжело вздохнул. Приезжие непонимающе уставились на всех. — Она придет, и вы все сами увидите, — малышка-альфа сделала глоток воды. — Если в кратце, это та малышка, — проговорил Пилюлькин-альфа, — из-за которой мне приходится на каждом осмотре Тюбика подключать Гуслю и разыгрывать целый спектакль! Младшие снова переглянулись и приготовились к шоу. — Что, вы уже успели рассказать про меня всё? — хмыкнули рядом. Это была красивая шатенка, со стильной укладкой, ярко-зелеными глазами, в зеленом платье и с аккуратным макияжем. Голос у нее был достаточно мелодичный. — Здравствуйте. — Доктор Соснового города, Зелёнка, — представил ее Пилюлькин. Укольчик и Термометро лишь сдержанно кивнули, ибо оба не очень любили Зеленку. Первый не признавал стыдотерапию, которую очень любила эта малышка, а минздрава она нервировала в первую очередь как малыша, ибо задевала его мужское достоинство. Малышка тем временем спокойно улыбнулась и пожала руки новым знакомым. С улыбкой, полной нежности, она жала ладонь Пилюлькина-альфы, смотря на него влюбленными глазами. Правда она сошла с лица сразу, как-только взгляд перешел на Медуницу-альфу. — И вы тут? — на повышенных тонах заявила малышка. — Как видите, — сквозь зубы проговорила альфа. — Что ж, здравствуйте. — И вам того же. — Здравствуйте, — поздоровались Пилюлькин и Медуница, пялясь на только что пришедшую малышку.: — Здравствуйте, — малышка присела на диванчик. — Двойники Пилюлькин и Медуницы. — Будем знакомы, — доктор кивнула и поджала губы. — Простите, но пялиться на других коротышек как минимум не вежливо. Атмосфера накалилась. Пилюлькин незаметно толкнул Укольчика и выразительно посмотрел на него. Тот намек понял и незаметно вышел из-за стола. — А, да извините, — опомнились доктора. Повисла пауза. Неловкость продолжалась вечность, если бы через некоторое время не подошла буфетчица. — Комплимент от заведения, — и подала бокал с чем-то тёмным. — Благодарю, — малышка покачала бокал в руке. — Вы всегда алкоголь подаете? Это же больница! — Только коллегам, — пояснил Пилюлькин. Здесь стоит остановиться и рассказать, что же случилось. * некоторое время назад * — Нужен алкоголь! — Укольчик шумно выдохнул и положил локти на стол регистратуры. Малышки за стойкой и пациентки переглянулись. — Простите, мы… пациентов оформляем, — неуверенно подала голос одна. — Можете чуть-чуть подождать? — Никак нет, — замахал руками доктор. — Ситуация касается вашего шефа! Девочки переглянулись и попросили подождать пациенток. Те были в таком шоке, что только кивнули. Одна из малышек взяла телефон и судорожно стала нажимать кнопочки. На вызов очень быстро спустилась доктор Марганцовочка. В прошлом она была ближайшей медсестрой Пилюлькина и очень хорошо его знала. — Нужна бутылка самого крепкого! — ТЗ принято, сейчас найдем, — отозвалась малышка, побежав в ординаторскую, где хранились запасы специально для корпоративов. Потом подошла Белладонна, глава отделения скорой помощи. Нет, она не была отравительницей, как могли подумать некоторые из вас, Белладонной ее прозвали за непростой характер и темные глазки-бусинки. — Белла, нам нужен самый лучший коктейль! Вот так, используя силы одного кандидата медицинских наук, главы отделения скорой, врача для альф и малышки буфетчицы и был приготовлен тот прекрасный напиток. План оказался надёжным, как часы из Солнечного города, ибо через пять минут атмосфера стала веселой и динамичной. Начался ярый спор. — А я говорю, здесь нужно лечить медом! — Да вы задрали со своим медом! Смажьте зелёнкой и успокойтесь! — Вы обе не правы, колоть курс витаминов и будет здоров! — Но пациент на зад уже не сядет! — А это уже не мои проблемы! — М-да… — тихо протянула Медуница. — Это чего это с ними? — А шут их знает… — пожал плечами малыш. — В любом случае мы с тобой уже пришли к компромиссу и опять не поссоримся! — Это точно, — тихо усмехнулась малышка. — Но всё-таки признай, что мёд лучше! — Нет, позволь, но мёд абсолютно безболезнен! У него всего одна функция, в то время как у йода два в одном — лечение и воспитание! — Нет, дорогой, уж прости, но ты болван! — Что?! — Правильно! — поддержала ее вторая Медуница. — Да вы все неучи! — воскликнул Пилюлькин. — Дать каждому касторового масла! — Коллега, вы же в курсе, что оно ядовито? — аккуратно уточнил Укольчик. — Тихо, не порти мне выступление — Микстуру! Каждому утром по ложке микстуры! — заявил приезжий врач. — Это очень хорошо повышает деятельность мозга, прогоняет сонливость и… — Пчелиный яд! Крапивный отвар!!! Лучше чем ваша гадкая микстура! — Отвары из трав!!! — подключилась Календулка к спору младших докторов. — Стыдотерапия! — продолжала гнуть Зеленка, немного пьяно улыбаясь. — Антинаучное недоказанное средство! — взвизгнул Укольчик. — Ну, ты же не глупая малышка!!! — Пойми ты наконец, что лечение мёдом абсолютно неэффективно!!! — Ты тоже вроде не глупый, хоть и упрямый как осёл! — съязвила Медуница. — Что, прости? — Так еще и глухой от микстуры, — добавила Календулка. А Термометро, как нормальный министр здравоохранения спокойно подъедал тортик. — Эх, вы, — подумал итальянец, — самое лучшее средство — жить у моря. И больше ничего не надо. Ни лекарств, ни уколов. **? А вот у Гуньки все было спокойно. Со своим двойником они условились встретиться в парке, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. — Привет. Как добрался? — Привет! Вполне неплохо… Только заблудился два раза, — неловко усмехнулся малыш. — Это нормально, ты же в первый раз у нас, — малыш поправил синие шорты и нацепил матроский беретик. — Какие предложения? — Есть одна идея… — гость поправил лямки на зелёных брючках и нацепил синий кепарик. — Только скажи. У твоего плохое настроение после той их ссоры? — Не, — отмахнулся малыш. — Мой отходчивый. Он уже небось и забыл, — бета сделал паузу, задумчиво поковыряв носком камушек. — Ладно, может быть для галочки подуется, но так уже все забыл — Мой тоже наверное забыл, правда утром он дулся, но за завтраком он уже новую шалость придумал, — усмехнулся Гунька. — Слушай, а давай мы устроим им случайную встречу? — Пф, да проще простого! Им нужно где нибудь сойтись, они сами всё обсудят и помирятся! — Гунька потянулся и хрустнул плечом. — Ауч. — Вот! А давай ещё так: мы их с тобой приведём в одно и тоже место, как бы случайно встретимся, их оставим и уйдём куда-нибудь. Можем спрятаться на дереве! — предложил малыш. — На дереве видно будет, а так идея во! — он поднял большой палец вверх. — Слушай, тут речка недалеко… А почему при слове речка ты так морщишься? — Ой… Лучше даже не спрашивай… — махнул Гунька рукой. — Ну… ладно, не буду. Короче, есть у нас здесь речка, отсюда по прямой и у фонтана налево, а там до упора. Я своего приведу обходными путями. А после познакомим со всей нашей компанией! Уговор? — он подал руку доя пожатия. — По рукам! — малыши подали руки.