Найти её

       Эва задержала дыхание, прижимаясь спиной к холодной стене хижины. Она не смела закрыть глаза, не позволила себе этой слабости, только сильнее вжалась лопатками в здание, стараясь отрезвить разум холодом.       В нескольких метрах от нее прошёл охотник с факелом. Он был не из любопытных, по сторонам не смотрел, а может просто устал или думал, что никто кроме него ночью по лагерю гулять не будет.       Девушка тихо выдохнула воздух через рот, расслабляясь, как только свет факела расстаял за поворотом.       Она отделилась от стены и сделала робкий шаг в сторону, а потом ещё и ещё, ускоряясь. Женское чутьё не давало ей покоя с самого вечера. Стоило солнцу уверенно покатиться в сторону запада, в груди Эвы зародилась тревога.       Сет давно не являлся ей.       Эва приняла свою тоску по нему легко и быстро, не задумываясь часто на эту тему. А стоило ей за завтраком поймать тяжелый взгляд эпистата и увидеть его рассеченные костяшки пальцев, что-то похожее на предчувствие зашевелилось в её душе. Позже предчувствие переросло в уверенность, а уверенность эта не сулила ничего хорошего.       Поэтому стоило ночной тьме сменить свет, Эва выскользнула из своей хижины.       Ей оставался только один пост, мимо которого надо было пройти, чтобы выбраться из лагеря.       Девушка едва слышно скользила по тени, сливаясь с мраком. Она застыла, заметив, что на последнем посту охранников двое. До этого было по одному. Эва насторожилась, огляделась и решительно двинулась в обход, напрягая каждую клеточку тела. Она будто перестала быть собой, превратившись целиком в слух и осязание.       — Эпистат учуял что-то, — приглушенный голос одного из мужчин заставил Эву замереть. Её сердце застыло в груди вместе с ней.       Она закусила губу и повернулась обратно, тихонько скользнула к хижине совсем рядом с охотниками, прижалась к стене и замерла, прислушиваясь.       — Сомневался? Девку повесил и остальных найдёт, — мужчины держали в руках по факелу, заливая светом небольшой участок вокруг себя.       — Думаешь, много этих… остальных?       Эва от напряжения и страха едва удерживала себя в сознании и совсем не заметила, как отстранилась от стены, наклоняясь в сторону охотников.       — Эпистат не просто так в Фивах задерживается.       Разговор резко прервался. Эва спохватилась, заметив свою тень на песке и дернулась назад, впечатываясь лопатками в стену здания. Она вся сжалась, забывая дышать.       — Злой он стал. Бегает, как цепной, нюхает, а следа нет.       Эва прикрыла веки, выдыхая благодарность богам. Не заметили её.       — Помалкивай, — жёсткий ответ заинтересовал Эву. Она замерла в ожидании продолжения, но мужчины не молчали.       — Нет никого. Кто услышит?       — А разве слушать надо, чтобы узнать что-то?       Эва нахмурилась. Охотники говорили странные слова, смысла которых девушка уловить не могла. Именно это приковало её к месту у стены — любопытство.       — Ты обычных людей с эпистатом не сравнивай.       Эва впитывала каждое слово мужчин, каждую эмоцию, предчувствуя, что скоро узнает что-то важное.       — А ты язык за зубами держи, если себе его оставить хочешь.       Как бы второй охотник не пытался заставить молчать первого, диалог про чутьё Амена продолжался. Эва растянула губы в ухмылке. Люди с такой лёгкостью поддаются своим слабостям.       — И всё же мешает что-то эпистату. Или кто-то. Долго он топчется на одном месте.       Второй охотник молчал минуту, но не выдержал. Эва улыбнулась.       — Ты что-то знаешь?       — Слушок есть один, — мужчина оживился, чувствуя заинтересованность товарища по службе. Его тон был заговорщический, когда он продолжил. — Эпистат по рынку в Фивах шёл на днях. Двое наших с ним. День торговый, людей тьма. И вдруг эпистат как вкопанный встал, стал по сторонам оглядываться. А мимо него мужчина прошёл, плечом его задел. Амен тогда сразу за клинок схватился, но парень уже в толпе растворился, хотя в полушаге был. Говорят, расстаял будто.       Эва нахмурилась. Такие сказки были ей неинтересны. Она бы гневно пнула песок ногой, но ее бы заметили, пришлось стерпеть злость.       — И дальше что?       Эва продолжение слушать не захотела. Ей было жаль потраченного времени.       — У мужчины того волосы цвета алого пламени были и глаза красным сверкнули.       Эва застыла, не успевая сделать и шага в сторону. Всё внутри нее сжалось от страха. Зачем Сет явился Амену? Подразнить решил? Усугубить?       Совершенно потерянная Эва стояла, не зная, что делать. Бежать сейчас? Эпистат поймёт, кто она, из-под земли достанет и на помост за волосы притащит. Остаться? Ждать, когда охотник жертву в своём же логове найдёт?       Мерзкий, противный страх лип к Эве хуже заразы. И не вылечиться от него.       Эва понимала, что стояла на краю обрыва уже давно, едва удерживая равновесие. Она теряла всё: родных, друзей, свою безопасность, шанс на счастливое будущее и настоящее.       Единственной надеждой был покровитель. А теперь...       — Точно тебе язык отрежут. Болтаешь много. Где ты видел, чтобы глаза сверкали?       — У того сверкнули.       — Солнце попало и всё.       Эва решила вернуться в свою хижину. Предчувствие стало совсем гадким.       Она вспомнила, как на носочках, стараясь ступать бесшумно, выскользнула из дома, оставляя спящую Агнию одну.       Что-то подсказало ей, что соседка встретит Эву далеко не крепко спящей и с вопросами. Проблем было слишком много, решить их не получалось, а Агния стала новой проблемой.       Но Эва не могла сдерживать себя. Неведомая сила вытянула её на улицу ночью, подталкивая выбраться из лагеря и найти Сета. Та же сила теперь тянула девушку обратно.       Эва проклинала весь свет.       Она хотела было отойти от стены и двинуться в глубь лагеря, но резко дёрнулась назад, вжимаясь в здание. Страх парализовал её.       — Весь лагерь слышит ваш трёп, — сухой, властный голос Амена полоснул воздух словно клинком.       Охотники и стоящая за углом Эва вытянулись по струнке, не смея пошевелиться.       — Сейчас двое уедут из лагеря по моему поручению. Ясно?       Эва закрыла глаза. От страха и напряжения хотелось плакать, но здравый смысл заставлял подавлять это желание. Она задумалась.       Эпистат сам предупредил охрану на выезде из лагеря, что двое его солдат уезжают. Какое поручение он им дал? Почему от своих же людей это скрывает, раз ночью тайно посылает?       Она услышала, как чьи-то шаги стали отдаляться.       Эва сделала шаг назад, сжимая челюсти, словно это помогало держать под контролем всё тело. Она не стала выглядывать и проверять, кто именно ушёл. Ей хотелось надеяться, что Амен.       Она стала аккуратно продвигаться в сторону, из которой пришла, миновала ещё нескольких охотников на страже.       До ее хижины оставался один поворот. Эва вышла из-за него и сразу метнулась обратно, леденея от ужаса.       Около двери в их с Агнией жилище стоял Амен.       Эва думала, что хуже этой ночью уже быть не может. Она ошиблась.       Ужасное отчаяние пролезло в ее сознание, в котором на костях спокойствия танцевал страх. Он стал для Эвы таким родным в ту ночь, привычным.       Собрав всю волю, какая у нее была, и приняв возможные последствия, Эва выглянула из-за угла. Она надеялась, что эпистат не заметил это движение боковым зрением. Темнота спасала.       Амен стоял гипнотизируя взглядом дверь, он протянул руку вперёд, решая всё же открыть, и замер.       За секунду до того, как он бы повернул голову в её сторону, Эва поняла, что это произойдёт.       Она дернулась назад и, не рассчитав силу, ударилась головой о стену.       Он, конечно, слышал.       Эве не надо было смотреть, как его рука опустилась вниз, как он развернулся всем корпусом в ее сторону и уверенно пошёл на шум. Ей было достаточно фантазии.       Радовало только одно — у него нет с собой клинка. Эпистат был облачён в одни только лёгкие штаны, как обычно ночью.       Его шаги резко замерли всего в паре метров, по ощущениям Эвы, от угла.       И тут она заметила, как мимо нее по песку бежит поток воздуха, поднимая пыль. Эва с тихим ужасом наблюдала за ним. Ночь решила окончательно её добить.       Это был не просто ветер, он целенаправленно двигался по земле, как будто кто-то им управлял.       Эва встала на носочки, вжимаясь в стену, страясь быть дальше от этого явления. Это было что-то новое, неожиданное, внушающее страх и желание сбежать, спастись.       Ветер завернул за угол, к Амену, который стоял, не двигаясь, а потом зашагал в противоположную от Эвы сторону. Она прислушалась, понимая, что он перешёл на бег.       Краем глаза Эва заметила что-то на земле, она опустила голову.       На песке была надпись.       «К себе»       Эва не успела почувствовать ни одной эмоции, когда порыв ветра пробежал по земле, оставляя едва читаемую новую надпись.       «Живо»       Осознание пришло позже, чем Эва начала действовать. Два раза ей повторять не надо было. Она быстрым движением мазнула ногой по песку, стирая надпись, и побежала к своей хижине, оглядываясь. Никого.       Она влетела в жилище, тихо, но плотно закрыла дверь, и замерла.       Агния спала, как спала.       Эва, даже не стараясь выровнять дыхание, добралась до постели и рухнула в нее. Она бы не уснула, но на случай, если всё же эпистат решил бы вернуться, она бы притворилась спящей.       Эва поняла, что со странным ветром был связан Сет. Он увёл Амена от неё.       При мысли об этом в груди разлилось тепло. Но следующей мыслью стала безопасность Сета. Дал ли он Амену себя поймать? Пострадал? Или только подразнил и исчез?       Голова Эвы лопнула бы от разрывающих её мыслей о Сете, эпистате, ситуации на рынке и надписи на песке. Но прошло не так много времени, когда девушка услышала шум за окном и тут же вскочила.       Она подошла к окну сбоку, прислушалась, осторожно выглянула, и тут же её сердце кольнула тревога.       Напротив её окна стоял Сет. Он ухмылялся, обнажая клыки. Его расслабленная поза и озорной блеск глаз совсем не вязались с рассеченной бровью, ссадинами и пыльной одеждой.       — О, Исфет...       Эва перегнулась через подоконник, совершенно не думая об Агнии, способная думать только о покровителе и крови на его красивом лице.       — Что произошло? Вы дрались? Где Ам...       — Тихо! — Сет приблизился к окну, поднимая голову, чтобы посмотреть Эве в глаза. Она наклонилась ниже, неосознанно желая быть ближе.       Сет снова ухмыльнулся, оглядывая девушку. Ему словно приносило удовольствие видеть в ее глазах страх за него, тревогу.       — Всё потом.       Эва открыла рот, удивлённо всматриваясь в лицо мужчины. По ней было так видно, что она хочет задать сотню вопросов?       Эва покорно поджала губы, оставляя всё на потом.       — Ты уйдёшь сейчас?       Сет ухмыльнулся, не отвечая и молча смотря на Эву. Она мысленно отругала себя. Её слова звучали слишком нежно, слишком отчаянно, просто... слишком. Для них.       — Уйду, — Сет не переставал ухмыляться. Эва сжала челюсти, её начинало злить его поведение.       Или собственное.       Она кивнула, отводя взгляд и подалась назад с намерением вернуться в постель.       — Стоять, — Сет подошёл ещё ближе, почти прижимаясь грудью к стене хижины.       Он поманил Эву пальцем, призывая перегнуться через окно. Девушка помедлила. Но сделала, как он хотел.       — Не обижайся, маленькая Неферут.       Он протянул руку обхватывая ладонью щеку Эвы и легко задел губами её губы, дразня. Эва нетерпеливо подалась вперед, ощущая дискомфорт от впивающегося в живот подоконника.       Сет ухмыльнулся ей в губы и наконец поцеловал. Эва протянула руку и вцепилась ему в шею, чтобы не смел сбегать. Ей было ужасно неудобно, всё тело ныло, но она не сдавалась, получая то, чего так требовало её влюблённое сердце.       Сет целовал ее легко, мягко — дразнил. От этого Эва отчаяннее прижималась к его губам, почти до боли. Она хотела бы, чтобы он терял голову, как и она. А он просто давал ей то, что она хотела.       Сет ловко освободился от ее хватки, убрал свою ладонь с ее лица и отошёл сразу на несколько шагов, будто боялся ещё большего проявления чувств с её стороны.       — Ты расскажешь мне всё! — злость вспышкой затмила разум. Она была хорошей защитой от боли.       — Как твоя голова?       Эва удивленно замерла. Злость исчезла, испарилась, словно её и не было.       Она смотрела, как Сет растворялся во мраке, даря ей прощальную ухмылку, и ничего ему не ответила. Да и ждал ли он ответ?       Она гневно ударила рукой по подоконнику.       «Проклятый манипулятор!»       Агния подняла голову с подушки, сонно и удивленно оглядывая Эву.       — Ты чего не спишь?       Эва сжала челюсти, даже не повернувшись к соседке.       — За окном что-то шумело.       Агния приподнялась на локте, более осознанно вглядываясь в Эву.       — Что это было?       — Без понятия, — Эва плюхнулась на свою постель и отвернулась от ничего не понимающей сонной девушки.       Агния повозилась в своей постели и затихла, не задавая больше вопросов.

      Утром, во время трапезы Эва нашла глазами Амена. Увиденное ей очень не понравилось.       На всегда непроницаемом лице Амена был синяк, его взгляд был острее обычного, а злость и ярость сквозили в каждом движении.       Что произошло между ним и Сетом прошлой ночью всё ещё оставалось загадкой для Эвы. Но кое-что она поняла ясно — эпистат не добился того, чего хотел. Не поймал...       Эва мучила себя мыслями о том, что же происходит между ним и Сетом. Они не могут быть давно знакомы. Чутьё Амена откликается на Сета? Он чувствует угрозу? Связь с черномагами?       Из радумий Эву вывел Тизиан. Он застыл напротив нее. Эва не сразу заметила его присутствие, глубоко погрузившись в спутанные мысли.       — Эвтида.       Девушка испуганно моргнула, подняла голову.       — Эпистат завтра уезжает в поселение рядом с Фивами. С ним поедешь.       — Зачем? — Тизиан окинул Эву странным взглядом.       — Писарь ты или кто? — он отошёл, а взгляд Эвы сам скользнул к Амену.       Он смотрел. Словно изучал её реакцию. Эва выдержала его взгляд, а потом отвернулась к Рэймссу, который пребывал в притихшем состоянии со дня казни Дии.       Ночью Эва наплевала на всё: Агнию, охотников, безопасность. И побежала вон из лагеря. Страх и отчаяние кипели в крови, подстёгивали желание действовать, не медля.       Эве повезло обойти каждый пост без лишней осторожности и остаться незамеченной.       Она, конечно, не замечала ветер бегающий странными потоками по песку, который отвлекал внимание охотников от неё.       И, когда она увидела Сета на берегу Нила, она не подумала, что это он явился ей, а не она нашла его.       Эва подошла ближе и села на остывший песок рядом с ним. Так, в тишине, они просидели какое-то время.       — Спрашивай.       Эва повернула голову к Сету, скользя взглядом по его профилю.       — Зачем задел его плечом на рынке?       Сет облизнул губы. Он выглядел серьёзно, на Эву не смотрел. И это заставляло её переживать.       — Чтобы на меня переключился. А не вас отлавливал.       Эва нахмурила брови. Она ни секунды не сомневалась в его словах. Но это было... непривычно, странно. Такая забота.       — А вчера?       Сет повернулся к Эве, рассматривая её.       — А сама как думаешь?       Эве стало неуютно под его взглядом.       — Чтобы я не попалась.       Сет отвернулся от неё, ничего не ответил, не кивнул, но Эва поняла, что права. Она решила не задавать ему вопросы, на которые ответ был очевиден.       Но язык за зубами не удержала.       — Как он тебя не убил? Вы же дрались?       Сет молчал минуту, разглядывая ровную гладь воды.       — Ты веришь в его победу надо мной? В победу смертного над богом?       Эва закрыла глаза, проклиная себя. Ее сердце судорожно забилось в груди.       — Нет, я...       — Тогда не задавай такие вопросы.       Сет резко повернулся к ней. Эва сжала ладонь в кулак, но не дернулась. Она впилась ногтями в кожу, стиснула так сильно, как могла, чтобы выжечь болью страх в сердце.       Она не хотела его бояться.       Она хотела его. Любить. Быть рядом. Быть его. Но не так, как рассудила судьба, а искренне.       Сет внимательно смотрел в глаза Эвы, склонил голову набок и протянул руку к её лицу. Эва прикрыла веки, когда его пальцы прочертили линию от скулы к подбородку.       — Я волнуюсь.       Сет скользил пальцами по её щеке, а Эва не могла открыть глаза. Тогда она бы увидела его лицо совсем рядом и расплакалась от накопившихся эмоций, от пронзительного прямого взгляда.       — За меня? — его приглушенный голос в самое ухо.       — Да, — дрожь по всему телу.       — Не будь глупой. Волнуйся за себя.       Эва открыла глаза, чтобы метнуть в Сета острый взгляд. Он усмехнулся, смотрел... ласково.       — Я буду волноваться за тебя. Потому что хочу. Потому что...       С ее губ почти сорвалось признание. Сет прервал ее, накрывая её губы своими.       «Не боишься крови, но боишься слов.»       Его руки легли на её талию, он слегка надавил, и Эва тут же поняла, чего он хочет.       Ее тело откликалось на его прикосновения слишком хорошо. Эва чувствовала Сета.       Она ловко перекинула ногу через его бедро и, чуть помедлив, села сверху на мужчину.       Он тут же обхватил ладонями ее ягодицы, прижимая Эву теснее к себе.       Его губы целовали ее иначе. Он не дразнил, не играл, а желал. И Эва плавилась от настойчивых касаний его мягких губ. Горячие ладони скользнули по спине Эвы к лопаткам, прожигая лёгкую ткань платья.       Эва мечтала скинуть с себя и Сета всё, что мешало. Она хотела бы прижиматься к его обнажённому торсу, чтобы чувствовать бархат его кожи своей, плавить сердцем сердце.       Ее пальцы против воли легли на его грудь слева. Сет ухмыльнулся в поцелуй, сжимая ладонью талию Эвы.       — Проверяешь насколько я жив?       Эва слегка смутилась, но пальцы не убрала, ощущая, как под ними стучит его сердце, гоняя, она была уверена, бурлящую кровь под его кожей.       Сет оторвался от губ Эвы, она недовольно поёрзала на его коленях, ощутила его возбуждение и немного смутилась. Мужчина ухмыльнулся, перекинул волосы Эвы на одно её плечо, открывая себе доступ к её шее.       Он припал губами к ее коже, даря невероятные ощущения. Эва заерзала снова, теперь от нетерпения, и уже не смущаясь. Сет приоткрыл губы, скользя горячим языком по изгибу её шеи, и Эва вцепилась пальцами в его накидку.       Сет подался назад.       Он разраженно скинул с себя накидку и прижал Эву к себе сильнее, впечатывая её в свой торс. Он терял терпение тоже.       — Не думал, что ты моей во всех смыслах станешь.       — А хотел?       Сердце Эвы застыло в ожидании...       — Хотел.       ... и забилось в два раза быстрее.       Она посмотрела в его глаза. Они были серьёзные, наполненные отчаянной решительностью доказать правдивость признания.       Эва прижалась губами к губам Сета, обхватывая ладонями его лицо. Она горела от одной лишь мысли о том, что он хотел взаимности.       — Почему же боялся моих слов?       Сет не ответил.       — Сделай так ещё.       Он немного надавил пальцами на бедра Эвы, задавая направление движения, и она качнула ими, задевая его возбуждение. Он надавил ещё раз, она сделала то же самое снова.       Сет откинул голову назад, такое яркое удовольствие застыло на его лице, что Эва стала повторять эти движения сама, обвивая его шею руками. Ладони Сета сжались на её ягодицах, ускоряя заданный темп.       У Эвы кружилась голова. Они делали такие вещи, о которых она и подумать не могла. И это было до умопомрачения приятно.       Эва обожглась о мысли о том, сколько ещё разных способов знает Сет, чтобы доставить им обоим удовольствие. Она не знала точно, но чувствовала, что он был опытен.       И она не хотела его ни с кем делить отныне.       — Мой покровитель.       — Моя шезмочка.       Сет ловко залез ладонями под платье Эвы и так же ловко избавил её от него.       Эва сидела на его коленях совершенно обнажённая, но стеснению не было места. Она так страстно и пылко желала мужчину, которого считала уже своим, что не могла думать о смущении.       Только он. Здесь и сейчас. В мыслях и действительности.       Сет поймал ее губы своими, его ладони мягко и настойчиво сжали обнаженную грудь Эвы, приподнимая. Большим пальцем одной руки он очертил затвердевший сосок, второй переместился к впалому животу Эвы, погладил.       Эва вся напряглась, застыла, прикрывая глаза, отдаваясь полностью ощущениям.       Сет скользнул ладонью ниже, его пальцы коснулись ее между ног. Эва задрожала. Сет внимательно смотрел на её лицо, второй ладонью поглаживая её талию, словно успокаивал.       — Не нужно... Расслабься.       Эва кивнула, стараясь не напрягаться всем телом так сильно.       Сет медленно гладил Эву пальцами между ног, а потом надавил, стоило ей привыкнуть к его касаниям, и проник внутрь.       Было непривычно, но очень приятно. Он касался её совсем нежно. И Эва расслабилась совсем, доверяя мужчине.       Сет ухмыльнулся. Тоже чувствовал ее.       Его пальцы доставляли Эве ни разу не испытываемое ею удовольствие. Эти плавные движения кружили голову.       — Уверена, что хочешь этого сейчас?       Эва приоткрыла глаза, ее дыхание сбилось, грудь рвано вздымалась.       Она сфокусировала взгляд на лице Сета и насторожилась. Он ухмыльнулся ее нахмуренным бровям.       — Ты недовольна, даже когда мои пальцы в тебе.       Он ускорил темп. Специально. Эва схватилась за его плечо, выдыхая стон наслаждения.       — Почему ты спрашиваешь? — она проигнорировала его последнюю фразу. Переняла от Сета привычку отвечать на вопросы избирательно.       Сет облизнул губы, улыбаясь. Он помолчал, наблюдая, с каким удовольствием Эва насаживается на его пальцы сама.       — Девушкам часто важно лежать на мягкой постели, становясь женщиной.       Эва помотала головой, удивляя Сета, круговые движения бёдрами, которые она продолжала делать, начинали сводить его с ума, вытягивать остатки терпения медленно, но верно.       — Я собираюсь отдать себя богу хаоса и песчаных бурь. Я... Я хочу сделать это здесь, на свободе, — Эва едва могла говорить, теряясь в ощущениях.       — Моя.       Сет не дал Эве достичь пика наслаждения, к которому приближалось ее тело. Её слова довели его до крайности.       Эва не успела опомниться, а Сет заставил ее встать с его колен. Он быстро избавился от штанов и усадил Эву обратно.       Он прижался щекой к ее шее, вдыхая ее запах и не шевелясь.       Пальцы Эвы скользнули в его волосы на затылке. Она сидела на коленях Сета, перебирала его пламенные пряди, и ни думала ни о чём. Её голова была пуста от мыслей.       И она не могла знать, какие хороводы неприятных мыслей кружатся в голове её покровителя.       — Ты будешь в безопасности, — его шёпот в основание её шеи был глухим, лишённых эмоций.       Сет поднял голову, чтобы заглянуть в глаза Эвы.       Она уверенно ответила на его взгляд, обвила крепче его шею.       И Сет заставил ее слегка приподняться, принимая движение Эвы за готовность. Она послушалась, и он коснулся её половых губ снова, совершая плавные, ласкающие движения. А потом обхватил себя ладонью и направил в Эву.       Девушка стиснула пальцами его плечо, насаживаясь на твердый член, постепенно вбирая его в себя.       Она распахнула глаза, ощущая усиливающееся давление между ног, сжала пальцы так сильно, что на лице Сета мелькнула искорка боли. Но тут же расстаяла.       Его ладонь легла на талию девушки, он нежно гладил её кожу, смотрел в глаза Эвы так внимательно, что девушка повернула голову в бок.       Он не торопил, не двигался, позволяя Эве делать так, как ей комфортно.       Он потянулся и оставил поцелуй горячих губ на её плече, а потом ещё один и ещё. Он целовал её, стремясь заглушить лаской боль.       У Эвы на глазах появились слезы. Боли или радости – она не знала.       Она опустилась до конца и застыла. Сет повернул её голову к себе и поцеловал. Его мокрый, горячий язык толкнулся ей между губ, прошёлся по ряду зубов, изучая. Эва отвлеклась на мягкие губы мужчины, отвечая ему яростно, пылко. Это стало переломным моментом.       Сет потерял спокойствие и терпение. Он рукой нашёл сзади накидку и расправил ее сбоку от них, стараясь не отрываться от губ Эвы надолго.       Его руки стали бегать по её телу уже не так нежно и медленно. Он изучал её, ласкал, сжимал. А Эва могла только издавать приглушенные стоны ему в рот, выгибаясь в его руках.       Сет перевернул их, укладывая Эву спиной на накидку. Она рвано выдохнула, стоило ему выйти из нее.       Но тут же прикусила губу, ощутив его снова в себе. Сет наклонился к ней, она заметила, как вздулись вены на его руках и лбу. Он продолжал сдерживаться, постепенно расстягивая Эву изнутри.       — Стой.       Сет покорно замер. Его нетерпение ощущалось слишком явно, но причинять боль Эве он не желал.       Его удивление не сменилось злостью или недовольством, когда Эва потянулась вдруг к сережкам в его ушах. Она аккуратно сняла их и положила сверху на лежащее рядом платье. Её пальцы чуть дольше задержались на кончиках ушей Сета, вызывая у него недоумение.       — Что ты делаешь?       Эва не ответила. Она потянулась к его кулону, скользнула пальцем по кожаному шнурку.       Сет не препятствовал, удерживая себя на весу. Он был в ней. И его желание продолжить было невыносимо. Он терпел.       — Нет, Эва.       Девушка подняла глаза. Она понимала, что может перейти грань, но ей хотелось раздеть его целиком. Чтобы они оба были совершенно обнажены. Телом, душой. Лишённые всего мирского.       — Я хочу снять, — её тихое желание.       И Сет молчал, позволяя ей снять и кулон. Его взгляд метнулся к ее платью, на котором лежали его сережки и шнурок с клыком. Он с трудом перевёл глаза на Эву.       Она смотрела осторожно, излучая молчаливый восторг. Ее рука коснулась его брови, на которой почти не осталось и следа от раны.       Сет продолжал терпеть, позволяя девушке изучать его. Она не знала, каких усилий ему это стоило.       Но Эва не хотела, чтобы её нежность спугнула его. Она опустила руки ему на плечи и сама качнула бёдрами.       Сет блаженно прикрыл глаза, начиная двигаться в Эве. Он развёл ее ноги шире, проникая глубже, ускоряясь по мере её привыкания.       Эва закинула ноги ему на талию, притягивая теснее к себе. И Сет почти лёг на нее, вжимая своим крепким торсом в накидку, песок.       Тяжесть его тела, запах казались уже совсем родными, до безумия нужными.       Эва выгибалась сильнее, льнула к горячему торсу. Ей нравилось чувствовать Сета над собой, ощущать себя в его власти. Он любил её ласково, внимательно, но страстно и ярко.       Эва забыла где она и кто. Его руки на её теле, его горячее дыхание в ключицу — только это имело значение.       Легкая ночная прохлада скользила по её разгоряченной коже, Эва чувствовала мурашки, теряла контроль. Ей было так приятно, так сладко.       Она повернула голову на бок, закрывая глаза, и тут же ощутила поцелуй за ухом, а потом влажный язык на коже. Ее стоны удовольствия несдержанно разнелись по берегу Нила.       Только Сет. Только его руки, губы, объятия, горящие глаза.       Ощущения, который доставлял ей Сет пальцами не шли ни в какое сравнение с настоящей близостью. Чувствовать в себе его твёрдую плоть было непривычно, но приятно, нужно.       Эва сильнее обнимала Сета за шею, сама целовала его лицо, щеку, куда попадала, постанывала, закрывала глаза, а потом смотрела в звёздное небо и целовала его снова.       Ей так нравилось касаться его тела руками, губами, ощущать кожу кожей.       Внизу живота Эвы появилось тянущее ощущение нетерпения. Она уже не понимала: она сама подавалась Сету на встречу, или он ритмично вгонял в неё член. Неистовое желание охватило ее всю. Она была не способна думать.       Эва еще чувствовала толчки, продлевающие удовольствие, внутри себя, когда по ощущениям перестала существовать. Она словно расплавилась, чувствуя сначала напряжение в каждой клеточке тела, а потом невероятную лёгкость, волнами растёкшуюся по телу.       — Эва.       Девушка ничего не ответила, ощущая, как сокращается вокруг члена мужчины, она погладила его шею слабыми, ласкающими движениями. Он продолжал двигаться в ней, и лишь спустя пару мгновений, Эва почувствовала, как Сет замер. Его глухой стон удовольствия заглушил все её мысли.       Она почувствовала, как что-то тёплое наполняет её. Сет не двигался пару минут. Он почти лёг на нее, неровно дыша в её шею.       Эва запустила пальцы в его волосы. Она вспомнила, как он погладил ее живот до их близости, помнила его предупреждающее "Эва", и на сердце разлилось тепло, а лёгкая улыбка тронула губы. Она хотела бы продолжения их любви.       Она принимала то, что он не хотел говорить о чувствах, потому что теперь знала, что важна для него так же, как и он для нее. Позже она спросит у него, почему он боится подобных слов и проявления откровенной нежности — она пообещала себе.       Сет вышел из нее, накрыл её краем накидки и лёг на спину, касаясь её плеча своим.       — Почему ты не называешь меня Меренсет?       — Ты не зря забыла это имя. Уступаю.       Он уступал ей, ее желанию. Эва улыбнулась и повернулась к нему.       — Что мне делать? — улыбка сменилась серьёзностью.       — Эпистат не успокоится, пока не доберётся до тебя... живой или мёртвой. Но я помогу ему никогда тебя не найти.       Эва поняла. Она вспомнила Рэймсса, Ливия, Агнию,.. наставника.       — Я готова.       Она выбрала. Выбрала Сета.       — Готова к тому, что часто будешь одна?       Ладонь Эвы легла на ее живот, Сет проследил за этим движением и ухмыльнулся краешком губ.       — На моих руках кровь.       — Ты – бог и наш покровитель. Странно ожидать другого.       — Боги тоже ошибаются, шезмочка, — Сет замолчал, но всего на пару мгновений. — Эпистат разъярён. Придётся успокоить.       Эва всё поняла. Она протянула руку и переплела их с Сетом пальцы. Он позволил.       Но быстро поднялся, ловко надел кулон, словно без него ему было невыносимо. Следом шли сережки.       Сет надел одну и задумчиво посмотрел на вторую.       — Иди сюда.       Эва села, завороженно наблюдая за Сетом. Он убрал волосы ей за спину и ловким движением надел ей сережку.       Эва недоверчиво коснулась ее пальцами.       Сет молчал, не требуя слов. Ему хватило её восторженного, благодарного взгляда.       Эва и Сет одновременно повернули головы к лагерю, в котором зажглись десятки факелов.       — Эпистат начал охоту, — ухмыльнулся Сет.       Он протянул Эве платье, замечая легкую дрожь её тела. Эва перехватила его запястье рукой, заглядывая в глаза, совершенно игнорируя собственную наготу.       — Почему сейчас?       — Двое его охотников не вернулись в лагерь. И... тебя не оказалось в хижине.       Эва закусила губу, неосознанно сжимая ладонь на запятье Сета сильнее.       — Почему они не вернулись? — ответ был ей очевиден, но нужно было пояснение.       Эве нравилось, как они с Сетом легко друг друга понимали. Она задавала вопрос и он давал не прямой, но нужный ответ.       — Его поручением было доставить письмо фараону.       Глаза Эвы в панике забегали по лицу Сета. Ее дыхание сбилось от волнения.       — Что было в письме?       Сет не старался сгладить углы, сказал, как есть, доверяя Эве правду.       — Рассказ обо мне.