Часть 7

День не задался с самого утра. На ночь окно Кира забыла закрыть, и как только солнце встало, раздались тихие голоса, которые еле-еле было слышно. Она их пропустила мимо ушеё, и вслушиваться не стала: — Да давай, кидай уже. — Да чёт очкую я, давай ты. — Ну бля, давай я. Пять секунд молчания, и что-то тяжелое упало на пол у открытого окна. Звонкий удар отдался в ушах звоном. Ничего не поняв, девушка открыла глаза и увидела на полу увесистый камень, и на нём свёрнутая бумажка, перемотанная изолентой. " Это ещё чё за романтик хренов " , — подумала про себя она, встала, подняла камень и стала отрывать от него бумажку. Аккуратно это сделать не очень получилось, один из уголков всё же оторвался и остался на изоленте, а остальную часть она раскрыла и прочитала текст, ломая глаза от корявого почерка. Подём сегодня в кино в 19:00. Я буду ждать тебя у входа. Прошу не опаздывать, мадам. У Малышенко на лице проскочила улыбка на лице, но она быстро её убрала, ведь не известно кто-это кинул. Она подошла к окну, и увидела двух парней. Один из них был Зима, второй, уже её парень, Валера. Туркин помахал своей возлюбленной рукой, она помахала взаимно. Он опустил руку и стал перекачиваться с пятки на носок, смотря на стоящую в одной короткой ночнушке девицу. Она подняла камень и выгнула бровь. А после крикнула: — Ты не мог зайти и это не через камень сказать? — Ну так романтичнее, — отвечая, расплылся и развёл руки в стороны «романтик». Малышенко цокнула, закатила глаза, и продолжила. — Ты же мог окно разбить, тупень. — Ваще-та кидал я, — вмешался Зима в их перепалку. Туркин толкнул его в плечо, тот лишь тихо повозмущался и обиженно посмотрел в окно девушки. Та посмеялась, закрыла своё окно, развернулась и сняла свою ночнушку, тем самым дразня парня. Тот, увидев её оголенную спину, закрыл глаза рядом стоящему другу, и наблюдал, как та повернула голову назад, чтоб увидеть, не наблюдает за ней кто-нибудь ещё, никого не увидев, повернулась уже всем телом лицом вперёд, закрывая руками грудь. Валера такого не ожидал, и просто открыл рот не говоря не слова. Малышенко упала прядь волос на лицо, и та, открывая одну грудь убрала её за ухо. Парень, смотрящий на всё это с каждой секундой лишь всё больше краснел. Кира, улыбнувшись пошла спиной назад, и скрылась в пространстве комнаты. — Наигрались там уже? , — по злому произнёс всё это время с закрытыми глазами Зима. — Наигрались, ага, — убрал руку его друг и засунул в карман штанов. — А ты чё весь красный, а? , — посмеялся тот. — Слыш, Зима, отвали со своими тупыми вопросами, — жестикулируя начал агрессировать и уходить Туркин. — Да чё сразу то так, она те чё-то показала, — поспешил за ним с расспросами друг, спотыкаясь на льду.

***

Кира вышла из здания, после целого дня работы. Положила руки в карман и нащупала тот самый пистолет, который ей подарил тот смутный мужчина по кличке Кащей. Посмотрела на наручные часы, которые она только сегодня надела на свою руку. На их циферблате маленькая стрелка показывала «18», а большая «33». Она быстрым шагом пошла к кинотеатру, чтоб увидеться со своим возлюбленным. Пока она шла, задумалась. Правда ли ей нравится Валера, или это временная симпатия к нему. Насколько он опасен? Что будет с ними дальше? Что будет с ней? На все эти вопросы она не могла ответить, и оставалось лишь ждать, когда она сможет понять всё. Перебирая все возможные исходы, она дошла до места. Снова взглянул на наручные часы, увидела «19:05». Осмотрела вход, и никого не увидела. Решила постоять ещё минут пять, вдруг он задерживается. Тут к ней подходят со спины, и закрывают глаза ладонями: — Угадай кто? , — раздался голос, через улыбку. — Ну Валера, — посмеялась и убрала руки со своего лица, после обернулась и увидела улыбающегося до ушей парня. Он вытащил из кармана жвачку «Турбо», и протянул девушке. — Эт тебе. — Спасибо, — приняла жвачку девушка. Туркин потянулся снова в карман, и достал ещё одну жевательную резинку. — Эт снова тебе. — Спасибо. — И это тоже тебе, — достал третью жвачку и протянул Малышенко. — Спасибо, а ещё будет? , — улыбаясь ответила та. — Не, больше нет. Ну одну захамячил по пути, только вкладыш остался. Нужен? , — посмеялся тот. — Оставь себе. Ну что, пошли в кино? , — направилась девушка, которая только что положила в рот подаренную её жвачку. — А нам не туда, — взял её за руку Туркин, — мы видео-салон открыли, тут в комиссионке, поёдем там кино посмотрим. Там сейчас как-раз «Робокоп» начинается. — Ну пошли, — пошла за парнем Кира. Пройдя немного, они уже были в комиссионке. Зайдя в маленькое помещение справа от входа, увидела девочку. Она сразу подскочила, и потребовала один рубль. — Тише, эта со мной, по блату проходит. Кира хихикнула, и не снимая свою увесистую куртку за счёт оружия села на свободное место, рядом с телевизором, рядом с которым лежал видеомагнитофон. Тут девочка, сидящая у входа громко пискнула, и тут-же замолчала. Кира обернулась, и увидела троих взрослых, которые были очевидно старше даже её. Ничего умнее в голову не пришло, чем схватить видеомагнитофон. Трое подошли к ней, и вместе с видеомагнитофоном забрали и её. Посадили в машину, и куда-то повезли.На пол пути она вдруг спросила: — А зачем вам магнитофон вообще? Хотите свой бизнес открыть? — Разговаривать с тобой будем не мы, а старший. Едь молча, девица, — грубо ответил один из парней. — Вас найдут, и убьют, черти, — буркнула Кира. — За что, — рассмеялся тот же мужик, — за тебя? Да кому ты нужна, дура. Малышенко стало обидно. Хоть, наверное, он и прав, но слышать это на прямую было довольно жестоко. Оставшиёся путь все ехали молча. Лишь Кира каждые пять минут меняла положение ног. Они повели её в какое-то стрёмное кафе, где горел тусклый свет. Зайдя в зал, её усадили напротив взрослого мужчины, который облизал пальцы от солёной рыбы и сказал: — Эт чё? Яж за магнитофоном вас посылал? — Мы решили вместе с девушкой, так они точно придут за ней. Старший повернулся к Кире, и спокойно сказал ей: — Мы тебя не тронем, но за кого ты впрягаешься совершили не красивый поступок, за который их надо наказать. Понимаешь? Малышенко промолчала, и закатила глаза. — Дерзкая слишком, девица? , — наклонив голову произнёс старший. Они начали что-то обсуждать, но в это Кира не вслушивалась. Тут всех перебил телефонный звонок, после которого все собрались и куда-то пошли, оставив одного человека следить за девушкой. Он начал: — Давай подключил этот видик к телеку, у нас кассеты есть, посмотрим. Кира молча посмотрела на стоящего напротив парня. — Ничё с тобой не случится, слово пацана даю. — Ты слово пацана дал, — недоверительно повторила светловолосая. Белокурая отдала видеомагнитофон и опустила голову на руку, которую поставила на локоть на стол. Надзиратель подошёл к телевизору, подключил один из проводов к видику и вставил в него кассету. На ней Кира разглядела пустое наименование, а после того как она заиграла ей стало не по себе. На экране показались обнаженные женщины, в кучерявых париках, которые громко стонали и скакали на мужчинах. Пацан подставил рядом стул к девушке. И начал всё ближе и ближе пододвигаться. Когда его рука была на плече девушки и начало опускаться ниже, она подорвалась с месте и побежала к двери, попутно опустив в карман руку, и доставая пистолет. Огромная, железная дверь была заперта, а возбужденный парень уже догнал Киру. Он начал поднимать чёрную водолазку девушки, и одновременно стягивать брюки. Малышенко еле-как смогла достать пистолет, и ударить им по лицу парня. Он отшатнулся, и приложил руку в место будущего синяка. Светловолосая неумело зарядила яркий пистолет, и направила на озабоченного мужчину. Руки и ноги тряслись от страха, на глазах появлялись слезы. Но девушка понимала, либо её, либо она. — Ещё хоть немного подойдёшь ко мне, стрельну, — чуть не плача вымолвила она. — Осмелишься то? Руки-то вон как дрожат, — но сделал пол шага к напуганной девушке, — подошёл, и чё? Раздался выстрел. Малышенко закрыла глаза и нажала на курок. Она не знала куда попала, и ей было очень страшно открывать глаза. Сразу после этого раздался душераздирающий крик и так покалеченного парня. Кире пришлось открыть глаза, и она увидела, как тот держится за плечо, а вокруг дырки в куртке начал появляться кровавый круг. Парень схватился за плечо, отошёл назад и спустился по стене. Кире было очень страшно, и тошно от самой себя. Она причинила человеку вред, первый раз в жизни. Опустив пистолет в пол, она пошла в зал. А там уже к бару попить воды. Воды не нашла, в истерике села на пол за барной стойкой, прижав к себе пистолет, и начала считать секунды, чтоб сократить время ожидания приезда старших. Рядом с ней стоял телевизор, а на нём всё так-же играла кассета с порнографией. Раздался резкий толчок двери, а после ускоренный шаги в зал. Старший, который разговаривал по телефону и договаривался о встрече, забежал. Увидел изображение на телевизионной коробке, зажатую, потрепанную девушку и всё понял. Громко сматерился, и ушёл обратно в коридор, где недавно озабоченный парень пытался совершить отвратительное и ужасное действие. После пары ударов и слов «Ты больше не с нами» старшак подошёл к Малышенко, присел, и спросил: — Не успел? — Не успел. Услышав это, ему пришло облегчение. Он похлопал по плечу девушки, и показал ей жестом, чтоб та вставала. Она послушно встала и прошла к тому-же столику, за которым и сидела до инцидента, всё также прижимая пистолет к себе. Из её глаз просто лились слёзы, которые она не могла остановить. При это она ничего не испытывала. Её взгляд был опустошенным и поникшим. Волосы были запутанны, а одежда помятой и растянутой. Она не смотря засунула пистолет в карман куртки, и опустила обе руки. Через некоторое время в дверь врывается побитый парень, который недавно просил у Киры сигарету на улице и пытался познакомиться с ней. Тот, кто избил насильника начал с ним говорить. — Тут такая ситуация вышла. Вообщем, вы нам ничего не должны, девушку забирайте и уходите. Отдай ему ключи от машины, — к кому-то обратился говорящий и тот, кинул ключи на ближайший стол. Снова послышались выстрелы. Кира посмотрела, кто это был и увидела Суворова, который ранил уже троих, одним из которых был старший из другой группировки. Перед ним сел Владимир, и начал: — Извиняйся, — и навёл пистолет на голову лежащего, который держался за ногу. — Пацаны не извиняются. Вова надавил ногой на рану, от чего тот взвыл, и повторил: — Извиняйся. — Ну чё ты, давай, стреляй! Будь мужиком, стреляй! Ну-же, — повторял парень. Кира очнулась, и подошла к парню с пистолетом со словами: — Зачем его убивать? Ты ему колено прострелил, всё равно же ходить не сможет. Считай жизнь ему уже и так испортил. Малышенко удивилась, как её уста могли такое сказать. Вова молча повернул на неё голову, посмотрел в глаза, и развернулся обратно. Через пару секунд убрал пистолет в свою куртку и поднялся, а после сказал: — Ну что, поехали. Приобнял за плечо девушку, забрал со стола ключи от машины, и они вышли на улицу. А после направились к белой машине, недалеко стоявшей от входа в кафе. Вова посадил туда девушку. Сел за водительское сиденье, не с первого раза завёл машину, и они тронулись. — Отвези меня домой, — прервала тишину девушка. — Адрес? Девушка продиктовала, и они ехали до места молча, слыша только ворчание двигателя и скирп снега под колёсами.