Часть 1

Лето 1916 года в селе Михеево выдалось жарким и солнечным. Это было неудивительно: всё же юг, для местных широт палящее солнце, горячий воздух и сухость не были диковинкой. Несмотря на жару, местные жители занимались своими привычными делами. Женщины и девушки хлопотали по хозяйству: убирались, ухаживали за скотиной, готовили, кто-то работал в полях. Мужчины и юноши также работали в полях. Среди этих юношей был двадцатилетний Семён Бумбараш. Светловолосый парень среднего роста с заразительным смехом и яркими голубыми глазами. Закончив работу в поле, юноша бросился обратно в деревню — у него там было неотложное дело. Добравшись до небольшой избы, он принялся стучать в окошко: — Варька! Варенька! — заголосил он. Окно открылось, и из него высунулась голубоглазая, румяная, русоволосая дивчина лет этак девятнадцати, может, двадцати. Её светло-русые, словно колосья ржи, волосы были собраны в косу. — Чего тебе, Бумбарашка? — А пошли завтра на Ивана Купалу гулять! Авось все эти гулянья и убедят тебя! — Неисправим ты, Семён… Пойдём… Она перевалилась через подоконник и поцеловала его в лоб. Бумбараш раскраснелся как маков цвет — он всегда краснел, когда возлюбленная целовала его. На следующий день гулянья шли на славу. Среди игрищ были и разные гадания на будущее супружество, в том числе. В них участвовали и Семён с Варей. Почти все из гаданий и примет говорили о скорой женитьбе. Тем же вечером они лежали на траве на берегу озера и, держа друг дружку в крепких объятьях, смотрели на звёзды. — А ты пойдёшь венок пускать на воду? — лениво спросил парень. — Пойду, наверное… Девушка уже сонно уткнулась носом ему в ложбинку между шеей и ключицей. — От тебя так вкусно соломой всегда пахнет… — мурлыкала она. — А от тебя парным молоком… и васильками… Шершавые от работы мужские руки гладили женскую спину. — А хочешь, я к тебе завтра свататься приду? Я уж и костюм себе новый купил… — Правда? А какой? — Не поверишь… синий! Точь-в-точь как твои глаза… Хотя нет… с твоими глазами ничего не сравнится… Варька стукнула кулачком Семёна по груди: — Хватит меня смущать, Бумбарашка! Тот лишь заливисто захохотал: — Какая ты у меня неженка, словно яблонька, али василёк. — К слову о яблоньках, пошли под нашей яблоней сидеть… Ну их, эти венки… Я и так всё про своего суженого ряженого знаю… Особенно ряженого! Пока они шли до яблони, парень всё запевал: «Ты отрада, ты отрада, ты отрадушка моя! Мы пойдём с тобой, отрада, во зелёный сад гулять! Во зелёный сад гулять, сладки яблочки рвать!» Спустя н-ное время Варвара провожала Семёна на окраине деревни: — Как же я тут без тебя, Бумбарашка? Я ж так скучать по тебе буду… — Не кисни. Через годик вернусь, клянусь! Сыграем свадьбу, детишек нарожаем, как и хотели. Всего годик, может, полтора — это ж всего ничего, Варь! Парень взял её личико в свои руки: — Я тебя очень сильно люблю, слышишь? — А я тебя ещё сильнее. Молодые люди подкрепили это поцелуем. — Всё, иди давай… Иначе не отпущу. Варвара поправила ему гимнастёрку: — Ну, тогда я пошёл… Не отойдя и на пять метров, он громко заголосил: — Ты отрада, ты отрада, ты отрадушка моя! Мы пойдём с тобой, отрада, во зелёный сад гулять! Его голос доносился до того момента, пока он сам не исчез из поля зрения. Через три недели Семён Бумбараш попал в плен.