Глава 12. Возвращение к работе

Анна вошла в здание управления с ощущением, будто вернулась после долгого отпуска. За спиной остались два дня беззаботного отдыха с детьми у озера — яркие, солнечные, наполненные смехом и простыми радостями. Теперь же её снова окружили привычные звуки: гул голосов в коридорах, стук клавиш компьютеров, отдалённые телефонные звонки. Игорь встретил её у входа в отдел: — Анна, наконец‑то! У нас новые дела — три за неделю. Всё по шаблону: тот же символ, те же раны, те же пуговицы «М.К. 1897». — Понимаю, — она кивнула, стараясь сосредоточиться. — Покажи материалы. В кабинете Анна села за стол и разложила перед собой папки с делами. Фотографии мест преступлений, схемы, отчёты экспертов — всё это привычно выстраивалось в логическую цепочку, но теперь что‑то в ней не сходилось. — Смотри, — Игорь указал на снимки. — В этот раз пуговица лежала не рядом с телом, а в кармане жертвы. И символ вырезан не на коже, а на куске дерева рядом. — Меняется почерк? — задумчиво произнесла Анна. — Или это другой человек? — Возможно, — Игорь сел напротив. — Но метод тот же. И пуговицы те же. Анна всмотрелась в фотографии. Знакомая гравировка «М.К. 1897» на пуговице. Но сейчас она не вызвала в ней никаких ассоциаций с Денисом — мысли были полностью поглощены расследованием. День пролетел незаметно. Анна изучала отчёты, сверяла данные, составляла хронологию событий. Она отметила, что места преступлений теперь располагались ближе к центру города — раньше убийца действовал на окраинах. — Игорь, проверь, есть ли связь между жертвами, — попросила она. — Не только очевидная — возраст, пол, профессия. Посмотри, где они бывали, с кем общались, какие маршруты использовали. — Уже начал, — он кивнул. — Пока вижу одно совпадение: все посещали городскую библиотеку в последние два месяца. — Библиотека? — Анна нахмурилась. — Что там общего? — Не знаю. Может, кто‑то из сотрудников? Или читательский клуб? — Проверь всё, — она встала. — И запроси записи с камер у входа. Во второй половине дня Анна отправилась на место последнего преступления. Тихий переулок в старом районе города, окружённый старинными домами с коваными балконами. Она медленно обошла территорию, отмечая детали: следы обуви у стены, обломок ветки рядом с телом, едва заметные царапины на асфальте. — Здесь что‑то не так, — пробормотала она себе под нос. — Слишком открыто. Раньше он выбирал укромные места. Эксперт, работавший на месте, подошёл к ней: — Анна Владимировна, мы нашли ещё одну деталь. На дереве рядом с символом — отпечаток пальца. Чистый, почти идеальный. — Отлично, — она оживилась. — Сверьте с базой. И проверьте, нет ли совпадений с предыдущими делами. Вечером Анна вернулась в кабинет. На столе её ждало несколько распечаток от Игоря: список посетителей библиотеки за последние три месяца; карта перемещений жертв за неделю до убийства; отчёт о пуговицах — все идентичны, изготовлены в XIX веке, партия неизвестна. Она разложила листы на столе, соединяя линии между точками. Постепенно перед ней начала вырисовываться схема: маршруты жертв пересекались в нескольких местах, одно из них — парк у реки, где они с семьёй отдыхали вчера. «Совпадение?» — подумала Анна. Но тут же отбросила эту мысль. Сейчас её задача — найти убийцу, а не вспоминать выходные. Телефон завибрировал — сообщение от Дениса: «Всё идёт по плану. Вернусь завтра вечером. Скучаю. Целую.» Анна улыбнулась, быстро напечатала ответ: «Мы тоже скучаем. Дети ждут тебя с новыми пиратскими историями. Будь осторожен.» Отложив телефон, она снова повернулась к схемам. Мысль о муже не вызвала ни тревоги, ни подозрений — сейчас всё её внимание было сосредоточено на деле. Перед уходом Анна ещё раз просмотрела фотографии с мест преступлений. Символ — перевёрнутый треугольник с кругом внутри — теперь казался ей знакомым, будто она видела его где‑то раньше. Но где? — Завтра с утра — в библиотеку, — решила она вслух. — Нужно поговорить с сотрудниками, проверить записи, посмотреть, кто из посетителей выделяется. Выключая свет в кабинете, она почувствовала привычное напряжение перед новым этапом расследования. Никаких сомнений, никаких личных переживаний — только работа, только поиск ответов. Убийства продолжались, и она должна была остановить преступника, кем бы он ни был.