Пятнадцать минут

Я смотрела ввысь, выискивая звезды на ночном небе. Небесные дворцы заслоняли их своей величественностью и красотой. Но сейчас я нуждалась в звездах, а не очередном напоминании об ангелах и своей глупости. Внутри уже зияла дыра, которую невозможно наполнить чем-либо. Предательство Люцифера отнимало намного больше сил, чем бои на арене. Трое мужчин уже были готовы расправиться со мной, но их не устроило что я не сопротивляюсь. Их злила моя безучастность. Словно тряпичная кукла я упала на землю, инстинктивно закрывая голову руками. Удары приходились по спине, бокам, по раненным и всё еще не зажившим ладоням. Слезы наворачивались от боли, но я так устала. Заключительный удар пришёлся мне в бок чем-то острым. Боль пронзила моё тело настолько резко, что перехватило дыхание. В груди зародилось странное ощущение облегчения. Никто не знает, что я сбежала. Никто не сможет мне помочь. Это конец. Раньше я иначе представляла свой финал. Что я умру в бою, останусь героем. Вместо этого я лежу возле таверны в лужи собственной крови и плачу из-за неразделенной любви. Пф, как же это смешно. И жалко… Выглядит очень жалко. Люцифер наверняка скривится, когда увидит меня в таком состоянии. Мусор. Разодранная одежда, заплывший глаз, кровоподтеки и вся в крови. Он не станет пачкать руки, оставит эту грязную работу кому-нибудь другому. Меня пробил озноб, становилось невыносимо холодно. Голова словно размякшая вата, веки тяжело опускались. Уже не было слез, не было мыслей о Люцифере, Стар и Тициане. Я позабыла даже об Аллесио. Тьма поглотила, не оставляя мне шансов. Яркий свет резкой вспышкой ударил в глаза. Я стояла посреди замка, сотворенного из стекла. Блестящие своды уходили под самый потолок, который казался бескрайним. Стены переливались от ярко розового в желто-оранжевые оттенки. За стенами был рассвет. Коридору без дверей не было конца и края, я продолжала ступать вперёд, пока что-то не уцепилось мне в руку. Искрящийся свет, по очертаниям напоминал человека. Словно бенгальский огонь, свет отбрасывал в стороны искры, пока не начал тухнуть и приобретать человеческий облик. Передо мной стоял мужчина средних лет. Он напоминал мне Пьетро - редкие проседи в волосах, морщинки в уголках глаз и на лбу. Он казался таким знакомым, но ранее ни разу его не встречала. Выглядел сурово, не смотря на то, как мягко зазвучал его голос. - Мун Де Анджелис, - произнес он так, что эхо его слов едва не разрушило стены замка. Я присела, чувствуя, как пол ходит ходуном под моими голыми ступнями. В воздухе стоял сладкий аромат цветов, но их нигде не было видно. Я с ужасом оглядывалась вокруг, когда ко мне начало приходить осознание, где я. В голову ударила мысль о необратимости ситуации, я должна вернуться. Это было ошибкой, отсюда я не смогу ничем помочь родным. – Не этого ли ты хотела? Чтобы я забрал твою душу. - Я была в отчаянии, - мой голос звучал сломлено. Я должна взять себя в руки, найти выход и вернуться. Не смотря на происходящее ранее, по-прежнему верю, что остаюсь нужна Тициану. Быть может, Стар уже нашла своё место в этом мире и предназначение. Сама того не зная, забрала у меня то, что стало мне так дорого. Люцифер… Интересно, он уже видел моё тело? Словно прочитав мои мысли, наш отец – Бог, щелкнул пальцами, и обстановка стала более угрюмой. Шикарное убранство сменилось на пошарпанные, с кое-где отваливающейся краской, стены. Неровные половицы пола, с торчащими гвоздями. Окна, наполовину закрытые картонкой. Больница Пьетро. Если бы я чувствовала своё сердце сейчас, оно бы колотилось о грудную клетку с неимоверной силой. Словно частички паззла – всё плавно вставало на свои места. Безжизненное тело лежало на металлической каталке, в ногах лежала белоснежная простыня. Словно в ускоренном режиме я наблюдала, как в помещение заходят люди, чтобы попрощаться со мной. Громкие рыдания сотрясали стены. Сэм, не скрывая слёз, из последних сил удерживал Лилит, рвущуюся к телу. Она плакала до изнеможения, пока голос не срывался до хрипа. Сэм крепко сжимал её в объятиях, целовал волосы, поглаживал по спине. - Ты сильнее всех, кого я знала. Ты воин, - Наама поцеловала пояс с карманами и ножнами для оружия и надевает его на моё тело. На тёмной коже серебряными буквами выведено «Мун». Девушка почтенно встает на одно колено и прижимается лбом к моей холодной и бледной руке. Кьяра и Тициан вкладывают в пояс мои меч и метательные ножи, Стар складывает маленькую мозаику из стекла в форме сердца в кармашек пояса. Их лица безжизненно бледны, глаза распухли и красные от пролитых слез. Наверняка, они провели немало времени над моим телом. На их лицах отражалась скорбь и непередаваемая боль. Ангелы пятого небесного дворца толпились среди людей, как знакомых мне – так и незнакомых. Кассиэль стоит в тени коридора, не найдя в себе силы подойти ближе. На его глазах блестят слёзы, а нижняя губа предательски подергивается. Он всё ещё считает себя виноватым, так ещё и считал, что был у меня в долгу… Наверняка, его гложет, что не сумел меня спасти. Что приставил недостаточно охраны. Кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как я оказалась здесь. С каждым горьким плачем, всё больше хочется заткнуть уши и закричать. Невыносимо смотреть на боль, отражающуюся на лицах родных и близких мне друзей. Но среди них не было заметно Люцифера… Он даже не пришел попрощаться. Его отсутствие задело меня сильнее, чем хотелось бы. - Я слышу каждую молитву за тебя, Мун де Анджелис, - за моей спиной всё это время стоял Бог. Он с сожалением обвёл меня взглядом и подошел ближе. – Ты отчаянно сражалась, я слышал каждую твою просьбу, помогал, как только мог, присылал нужных людей в нужное время. Но ты не сочла это даром. - Я думала, что Вы не слышите нас, - тихо призналась я, стыдливо опустив глаза. Я раньше никогда не верила в то, что не могла увидеть. – Случалось столько ужасных событий, смертей… - Они должны были случиться, каждому отведено свое время. - И в случае со мной? – я посмотрела в сторону. Феникс где-то нашёл свежие цветы. Он вырвал их с корнями, прихватив горстку земли с собой. Положив цветы на мою грудную клетку, он погладил мою руку и даже пустил слезу. Кто же теперь будет для тебя как заноза в заднице, если не я? - Ты другой случай. На тебя было возложено слишком много надежд, но твой необдуманный поступок – должен быть усвоен. Я ждал, что ты защитишься, - честно ответил он и постучал пальцем по виску. – Молитвы о тебе затмевают мои собственные мысли. Мужчина подошел ближе, его белоснежные одеяния засветились ещё ярче, когда он коснулся пальцами моих висков. Я услышала сотни голосов - один прерывал другой. Все просили, чтобы это оказалось неправдой, умоляли, чтобы это была нелепая шутка и я проснулась. Кто-то просил мне упокоения, кто-то облаков помягче… Мелькали картинки с воспоминаниями. Мой первый выход на арену, тренировки в саду, я иду по площади, помогаю Тициану с уроками. И лишь один из голосов прорывался громче всех. Он твердил одно: «Верни её. Лучше забери мою душу, Отец». Я резко распахнула глаза, узнав голос. Сердитый, почти рычащий и в то же время, такой отчаянный… У меня разболелась голова. И как он выдерживает - слышать нас ежедневно? Ежесекундно? Мысли метались от одной к другой, но остановились на нём. Люцифер гневался, проклинал этот мир, себя, каждую гнилую душу. Мгновение - и я оказалась в другом месте. Я всё ещё слышала каждую мысль Люцифера, так громко и отчетливо, что остальные голоса заглушались. Словно они были где-то далеко, а он шептал мне на ухо. Тёмная тень окутала Венецию, словно чёрный туман протекал по узким улочкам. Небо заполонили тучи, вокруг пахло гарью и ветром развеивало пепел в воздухе. «Я найду каждого, кто причинил ей боль. Я разберусь с ними. А потом, забери меня к ней» - твердил голос. «Прошу, Отец, дай мне побыть с ней хотя бы ещё мгновение!» - Люцифер гортанно рычал и тогда я увидела его. Он шел по пустой улице с горящими крыльями за спиной. Кончики крыльев горели адским потрескивающим пламенем. Люц сжигал всё на своём пути, пока не дошел до того самого места. У таверны всё еще виднелась лужица крови и лоскуты оборванных вещей. Спина Люцифера напряглась, а затем он рухнул на колени. Всё в миг изменилось и теперь он держал на руках моё тело, прижимая к себе и покачивая из стороны в сторону. Он шептал, что всё будет хорошо. Говорил нежные слова, просил прощения за всю боль, которую мне причинил. Представлял, какими непоседливыми были бы наши дети. Стоя тут, позади – я чувствовала, как по моим щекам сплошным потоком льются слезы, вынести это было ужасным испытанием. Сильный мужчина, перенесший десять тысяч лет заточения под землей в полном одиночестве – плачет. Он никого не подпускает. Окружающие с сочувствием тянут руки помощи, но он лишь отмахивается, прижимая меня ближе к себе. Целует щеки, веки, нос. Просит проснуться, просит не оставлять его одного. Всё вокруг снова рябит, и я вижу, как он идет по городу. По крыльям, словно лава спускается огонь. Он ползет по земле тонкими змейками, словно кто-то разлил бензин и бросил спичку. Люди бегут в ужасе, разбегаясь по центральной площади у Сан-Марко. Но ему плевать, пустой взгляд уставился в брусчатку. Он поселил хаос в этот мир, хочет уничтожить его до последней щепотки земли. Из-за меня. Я знаю это, я слышу это. - Люцифер! – кричу я, отмахиваясь от рук «Отца». Я бегу что есть силы и только сейчас замечаю, что на мне - белоснежное платье. То самое, что на меня нацепили на церемонию, где я выбрала Четвертый Небесный Двор. Длинный подол путается в ногах, сковывая движения, а каждый острый камешек впивается в босые ступни. – Люцифер, прошу! – мой голос дрожит, срывается, теряется в гуле разрушенного города. По моим щекам бегут обжигающие слезы, я не уверена, что он слышит меня. Я пытаюсь докричаться и с разбегу запрыгиваю на него, обнимая со спины. Казалось, это не сработает, и я полечу мимо него. Но вот она, крепкая, напряженная спина застывает. Сердце Люцифера колотится о грудную клетку с гулким эхом, я чувствовала удары своей ладонью. Он опустил свой взгляд на мои руки и попытался расцепить их, отводя в стороны. В замешательстве я обхожу его и мягко кладу ладонь на его щеку. Кожа кажется холодной, впалой – будто он неделями отказывался от еды и сна. Круги под глазами напоминают глубокие тени, а едва проступающие вены сквозь кожу – стали черными. Его взгляд – тоскливый, измученный – скользит по моему лицу, будто пытается отыскать в нём что-то знакомое, что-то настоящее. Я и сама не видела себя с тех пор, как лежала на той проклятой каталке. Люцифер прикрыл глаза и прислонился щекой к моей ладони. Вероятно, он считает, что я всего лишь иллюзия. Но я и сама не знаю правды. Я чувствую его жар, от него источается адское пламя, ползущее по брусчатке к близ стоящим зданиям. - Посмотри на меня, Люц. Я здесь, - осторожно шепчу я, подходя ближе. Его измучанный взгляд был словно затуманен. Слезы собирались в уголках глаз, но я продолжала подходить ближе, пока не ощущаю грудью тепло его тела, пока моя переносица не касается его щеки, покрытой легкой щетиной. – Я сделаю всё, что могу, только бы остаться с тобой, - мой голос звучит твёрже. - Я люблю тебя, Люцифер. Он замирает. Взгляд становится острым, недоверчивым. Челюсти плотно сжимаются, будто он готовится к удару. - Снова твои проделки, Отец? – он выглядит так, будто он утерял все свои силы. Устал от бесконечной борьбы и сдался. Носил в себе план о мести десять тысяч лет и теперь, так просто сдался. Неужели, я всё-таки значила что-то в его плане? - Нет, Отец привел меня. Это я, Мун, - продолжила твердить я. – Знаешь, обидно было не видеть тебя в прощальном зале. Но видимо, у тебя были дела чрезвычайной важности, - я кивнула на полыхающий огнем город. Люцифер нахмурился и пригляделся. Всматривался в лицо, осторожно дотронулся до плеча, затем до волос. –Ты ведь не считал, что я почту тебя такой честью, как оставлю тебя в покое и так просто умру. Кто же будет создавать тебе проблемы, м? - Моя Мун, - на мгновение его лицо искажается – то ли от боли, то ли от смеха. Он сжимает меня в объятиях. Его губы заскользили по моей щеке, он глубоко вдыхал запах моих волос. Люцифер нашёл мои губы и целовал так, словно я его воздух. Руки крепко сжимали мою талию, я готова поклясться, что слышала хруст своих позвонков. – Никому не позволю забрать тебя у меня, - рычит он прямо в губы. У меня перехватило дыхание от того, как уверенно звучал его голос. – Ты моя. - Возвращайтесь, - прогремел Отец, разносясь по улицам, словно раскат грома. Он не дал насладиться моментом, который перевернул всё внутри меня. Я обвела взглядом свой родной город. Огонь потух, остались лишь дым и обугленные стены домов. – Доведите дело до конца и больше не допускайте ошибок. Я не всесилен, как вы считаете. Он щелкает пальцами и мир вокруг меняется. Я очнулась на улице. Всё возле той же таверны. Лёгкие горят при каждом вдохе, ребра ноют от малейшего движения. Из раны сбоку струится алая дорожка крови, оставляя темный след на брусчатке. «Какое замечательное у вас чувство юмора, Отец – мысленно шиплю я. - Я знаю, что вы меня слышите». Кое-как поднимаюсь на ноги, опираясь на полуразрушенную каменную стену. - Начнём оттуда, где остановились, - пробормотала я. Боль пульсирует в висках, остро отзывается в боку, но я заставляю себя сделать первый шаг. Затем еще один. Я направляюсь к Дворцу Дожей, стараясь не думать о том, видел ли Люцифер то же, что и я. Как бы мне этого ни хотелось…