Часть 1. Глава 8. "Бой подушками"

      Наступил поздний вечер. Солнце ушло за горизонт, уступая место Луне, проливающей свой серебристый свет на крыши зданий. Время от времени её закрывали редкие облака, лениво проплывающие по небу, что днём казались белыми, а сейчас имели тёмно-серый оттенок. Лёгкий августовский ветерок завывал под окном, оповещая о скором приближении осени, и отрывал слабо прикреплённые листья с веток деревьев, заставляя танцевать в воздухе. Фонари, что освещали улицу, уже не первые сутки мигали, намекая городским властям поменять в них лампочки, но, как обычно, оставались незамечеными. Когда свет в большей части окон многоэтажек потух, город будто погрузился в сон. Все жители Йокогамы ложились спать, чтобы отдохнуть и запастись силами перед новым рабочим днём. - Чуя!!! - девушка, сидящая на подоконнике и попивающая гёкуро, услышала пронзительный голос своего соседа и недовольно отвернула голову от ночной улицы, чтобы посмотреть, из-за чего же он её потревожил.       Дадзай уверенными шагами подошел к окну и встал рядом, опираясь на кухонный гарнитур, чтобы во время разговора смотреть хозяйке квартиры прямо в глаза. Накахара устало выдохнула, отставила свою кружку в сторону, подтянула ноги к телу и приобняла их, будто закрываясь в защитную позу. - Ну чего тебе ещё, скумбрия? - поинтересовалась она, выглядывая из-за сложенных рук, пряча румянец.       Это прозвище Осаму получил в магазине после ловкой шутки Чуи, выбиравшей рыбку для приготовления суши. Если сначала она просто хотела отвадить парня, надоевшего за день, то потом с удовольствием обзывала его так. Неужели совместное проживание с напарником разбудило в девушке остроумие, всю жизнь дремавшее где-то глубоко внутри? На радостях она даже не огрызалась до самого детского отдела. Там парень её выбесил. Возле полок с прокладками он и вовсе перешёл все границы приличных подколов, предлагая Чуе потерять девственность этой ночью вместе с ним... Всё это время Накахара старательно сдерживала себя и меньше, чем обычно, давала Дадзаю подзатыльники.       Сильнее всего напарник удивил её, когда расплачивался за покупки. Сначала он одарил её ласками, потом объяснил что-то незнакомому подростку, а дальше, гордо подняв голову, ушел с Чуей, придерживая за ручку. Она изо всех сил пыталась узнать, о чем таком интересном беседовали парни, однако Осаму постоянно отмахивался, утверждая, что мужской разговор, состоявшийся около кассы, не для нежных женских ушей.       До самого похода в магазин ей, всё ещё считающей глупостью обвинять Мори в сватовстве, не верилось в искренность Дадзая, однако после звонка босса, оказывается, впервые за всю жизнь пришедшего к ней в гости, сомнения Накахары растворились. Огай действительно хотел сделать из "Двойного чёрного" парочку. Эта мысль и радовала, и пугала одновременно. Теперь Чуе придётся усерднее играть даму сердца своего напарника и иногда первой проявлять ласку, чего она так стеснялась. Было волнительно окунаться с головой в свои чувства, прекрасно понимая, что у них нет будущего. Как только они с Осаму покажут всей мафии свои отношения, спустя какое-то время разойдутся как в море корабли, сославшись на то, что не сошлись характерами. Вряд ли босс такой глупый, чтобы начать сватовство заново, прекрасно понимая, что расстались молодые в ссоре.       Чуе хотелось настоящих отношений с напарником. Хотелось понимать, что он влюблён в неё и целует, вкладывая все чувства, таящиеся в сердце, как делает это она, целуя в ответ. Хотелось кидаться к нему в объятия, не ожидая подвоха, и дарить всю свою нежность, на какую только была способна.       Увы, такого никогда не случится, ведь Осаму, не сомневалась Накахара, совершенно ничего не испытывает к ней. Стал бы парень вести себя, как подонок, рядом с любимой девушкой, и вечно обзывать её своей собачкой? Оставалось только смириться с его безразличием и молча терпеть издевательства, ни на что не надеясь в будущем... - Где я буду спать? - спросил парень, забирая кружку с подоконника и делая пару глотков, - неужели с тобой? - Не пускай свои слюни мне в чай! - разозлилась Чуя, выхватывая свой гёкуро из его рук, - если не прекратишь поясничать, то на коврике! - Жаль, а я так хотел согревать тебя своим теплом до самого утра... - Спасибо, но мне поможет одеяло! - Чиби, я серьёзно, расстели мне, хочу поваляться! - потянулся к волосам Накахары Дадзай, наматывая влажную рыжую прядь на палец.       Девушка, которая не так давно помыла голову, его жест не оценила. Не хотелось, чтобы и так вьющиеся волосы к утру напоминали завитушки, как у барашка. Она отбила руку шатена, нехотя спрыгнула с подоконника и пошла ко столу, рядом с которым стояли небольшие табуретки, взяла одну и потащила к шифоньеру. Парень с интересом наблюдал за ней, открывшей дверки шкафа и усердно копающейся в простынях на самой высокой полке.       Накахара, заметившая напарника, стоящего рядом и вновь попивающего её чаёк, смотрящего, как она, маленькая ростиком девушка, мучается, не дотягиваясь до верха, раздражённо кинула подушку, которую ей всё же удалось достать, прямо ему на голову, намекая, что ждёт помощи. Конечно, она с удовольствием бы воспользовалась своим даром управления гравитацией, однако боялась, что дурной Дадзай мог схватить её за ногу, обнулить способность и повалить на пол.       Шатен недовольно потер свою маковку, отставил кружку на столешницу и подёргал надувшуюся Накахару за домашнюю футболку. Когда же Чуя повернулась к нему, то почувствовала чужие руки, крепко прижатые к талии. Она перестала ощущать пол под собой, оказавшись в воздухе. Осаму поднял её над табуреткой и подержал пару секунд, заглядывая прямо в глаза.       Исполнительнице показалось, что в его взгляде промелькнула немая нежность, скрытая в обычное время. Однако она тут же отогнала от себя навязчивые мысли, стараясь не выдумывать лишнего. Все-таки это был напарник, относящийся к ней, как к прислуге. - Почему ты такая тяжелая? - пропыхтел он, когда наконец поставил Накахару на землю, - все дамы, как дамы, легче перышка, и только ты у меня весишь, как большущее дождевое облако! - Беги... - А что? Сейчас молнией кинешь? Чиби - грозовая туча? - подливал он масло в огонь, будто специально дразня сожительницу. - Это не я тяжелая, а ты слишком слабый! Только посмотри на свои руки - две палки, не иначе! - ещё сильнее обозлилась она, подняла подушку, упавшую на пол, и вновь стукнула Дадзая по голове.       Молодой человек, видимо, решил пожалеть напарницу и больше не издеваться над ней, с лицом победителя погладив по рыжей макушке. Затем он ловко запрыгнул на табуретку, запустил руки вглубь шкафа и достал оттуда пуховое одеяло. Теперь уже девушка дёрнула его за штаны, чтобы привлечь к себе внимание, и забрала у него из рук одеяло, таким образом позволяя парню спуститься без груза.       Осаму поднял подушку, лежавшую у ног Чуи, и понёс в сторону кровати. Снимая покрывало, которым была заправлена постель, он положил свою ношу к изголовью. За всем этим с красным от злости и смущения лицом наблюдала хозяйка квартиры, быстро кинувшаяся к приборзевшему гостю. - Ты что делаешь?! - завопила она, колотя кулаками по руке шатена. - Свое спальное место, - как в порядке вещей ответил ей Дадзай, игнорируя удары, присаживаясь на кровать и утягивая за запястье напарницу, - хочешь спать у стенки? - Твоё спальное место на диване, тупая ты рыба!!! - скинула с себя его ладонь Накахара, ещё гуще заливаясь краской. - Почему? Если прижмёмся друг к другу, места хватит обоим... - Прочь отсюда, я сказала!!!       Парень недовольно цыкнул, забрал подушку с одеялом и ушел в противоположный угол комнаты, дожидаясь, когда за ним последует девушка. Чуя же, наоборот, снова повернула к шкафу, чтобы покопаться на нижних полках и найти чистое постельное бельё. ***       Когда Дадзай получил свои наволочки, на его лице отразилось невероятное недоумение, заставившее Накахару насторожиться. Он принялся внимательно изучать хлопковую ткань с красочным принтом в цветочек, с отвращением рассматривая каждый маленький бутончик розового цвета. - Это что?.. - развернувший простыню Осаму ещё сильнее скорчил мину, - у тебя есть что-нибудь получше? - Хочешь с фиолетовыми бабочками? - предложила Чуя, порядком заколебавшаяся.       Если честно, ей уже очень надоело угождать парню. Мало того, что завтра девушка будет готовить его любимый кани-дзосуй, так ещё сегодня должна, конечно, по мнению молодого человека, в лепёшку расшибиться, только чтобы найти для него классное постельное бельё! - Значит, вот так ты ко мне относишься?! - сквозь стиснутые зубы брезгливо проговорил шатен, поворачивая голову в сторону кровати, одиноко стоящей у входа в комнату, - а у самой однотонный комплект! - Потому что то, что дала тебе я, для гостей, уяснил? - вырвала из его рук наволочку Накахара, запихивая в неё подушку, - иногда Кое приводит ко мне Кëку на ночь, а она ещё ребёнок, которого эти лютики-цветочки увлекают! - Эта та малявка, что вечно носится по нашему кабинету с телефоном, на котором весит брелок с кроликом? - Молодец, угадал, возьми конфетку... - Чиби, ну я же не девчонка! - Извини, с машинками нет! - огрызнулась она, всучившая Осаму предмет, на который недавно натягивала ткань. - Да мне больше динозаврики нравятся, - пожал плечами парень, принимая подушку.       Девушка решила демонстративно игнорировать соседа, а потому молча передала ему угол тёплого покрывала, на который уже одела пододеяльник, чтобы тот занял руки и помог закончить работу. Он явно развеселился, глядя на пыхтящую напарницу, и ненадолго застыл. Когда Накахара подняла голову, чтобы передать второй уголок одеяла, в её лицо прилетела подушка. - Расслабься, чиби, - смеясь, сказал Дадзай, разглядывая ошарашенное личико напротив.       Гнев внутри Чуи вскипел с новой силой, поэтому она решила использовать свою способность по полной. Декоративные подушечки с дивана, которые она положила на стол, готовя постель для молодого человека, засветились красным цветом и устремились в одном направлении. Все они были наготовлены на Осаму, явно не ожидавшего такой реакции. - Это война? - удивленно воскликнул он, закрываясь одеялом, как щитом.       Мягкое покрывало не могло полностью защитить тело от снарядов, усиленных гравитацией, поэтому прогибалось при каждом новом ударе. Шатен, безусловно, чувствовал эти совсем не лёгкие прикосновения, тянулся к подушкам и забирал их себе. Когда у Накахары ничего не осталось, она гордо хмыкнула, подошла к дивану, от которого успела отбежать во время обстрела, и опустила одеяло, которое обеими руками удерживал молодой человек, желая посмотреть на его лицо и увидеть на нём испуганное выражение. Однако то, что она разглядела, вовсе её не обрадовало.       Темнота, темнота, и ещё раз темнота.       "Этот идиот накопил подушек, а теперь решил побить меня? Так не пойдёт!" - подумала девушка, уже применившая свою способность на лежащих рядом с Осаму снарядах.       К сожалению, она поняла, как сильно просчиталась, когда увидела, что Дадзай на них уселся, таким образом не позволяя ей использовать дар. - Это против правил! - остановила битву Чуя, дёргая парня за плечи. - А, значит, тебе можно избивать меня своей способностью, а мне в рукопашную тебя - нет? - подался вперёд он, сокращая расстояние между собой и хозяйкой квартиры.       Исполнительница не успела возмутиться, потому что её опять, как на свалке, заткнули поцелуем. Он был очень требовательным и смелым, силой заставляющим впустить мужской язык в её маленький ротик. Она просидела с широкими глазами буквально пару мгновений, потом взяла себя в руки и потянулась к голове Осаму, чтобы отстранить от себя. Внезапно её ладонь соскочила, цепляясь за бинты и увлекая их за собой. Парень резко отстранился от мягких девичьих губок и проследил взглядом за своей повязкой, улетевшей вниз. - Чёртова скумбрия, я-то думала, что у тебя глаза нет, - пихнула смущённая и ошарашенная Чуя Дадзая в грудь, - тебе заняться нечем, кроме как бинты на всю башку наматывать? - Ничего ты не понимаешь, слизняк, - возразил он, поднимая чёлку, упавшую на правый глаз, не так давно закрытый бинтами, - это - мой стиль! - Ты кого слизняком назвал?! - Тебя, подбородок протри!       Девушка в замешательстве не заметила, какое количество жидкости набежало в нижней части лица и уже было готово капнуть на диван. Она судорожно начала растирать слюни, смахивая излишки на пол, стыдливо косясь на Осаму, весело смеющегося рядом. - Ты... - Пускать слюнки естественно, чиби, - перебил её он, падая назад себя, - давай уже помиримся? Ай, ты чего?! - Всё, вот теперь мы в рассчете, - невинно похлопала глазками Накахара с подушкой в руках, вернувшая напарнику первый внезапный удар. - Иди сюда! - Я и так тут. - Нет, сюда! - Дадзай дёрнул девушку за предплечье и сделал щенячьи глазки.       Она поняла его намёк, откинула всё из своих рук и плюхнулась рядом, опьянённая победой над парнем, а потому не имея ничего против его воли. - Как часто к тебе приходит Кëка? - внезапно вспомнил о юной подопечной Озаки молодой человек, сложивший руки на груди в замок. - Ну, раз в месяц точно... - задумалась исполнительница, просиявшая от упоминания девочки, - когда она приходит, мы играем чуть ли не до самого вечера... А к чему ты спросил? - Да мне Мори пытается навязать опеку над Кюсаку! Сейчас ему 6 лет, и я совершенно не понимаю, как с ним быть... - Босс какой-то странный... Я бы ни за что не доверила тебе маленького ребёнка... - А если ты родишь мне малыша, то дашь его понянчить? - Ты опять за своё? - вмиг посерьёзнела Чуя, поднявшая в воздух самую большую подушку с помощью гравитации, - не забывай: у нас фиктивные отношения! - Ладно, не злись, я же шучу, - рассмеялся Осаму, расцепил руки и запустил одну ладонь в волосы Накахары, пропуская между пальцев рыжие пряди. - Как же ты меня сегодня достал, Дадзай... - прошептала девушка и почувствовала, как её глаза слипаются от усталости, - я пойду... - Не уходи... - схватил он её за футболку, заставляя остаться на месте, - полежи со мной ещё чуть-чуть... - Ладно, скумбрия, но если ты ко мне пристанешь...       Вопреки своей настороженности и выдержке, через пять минут Чуя погрузилась в сон. Все-таки насыщенный день дал о себе знать, и усталость, накопившаяся за эти сутки, в один момент вылилась на плечи исполнительницы. Она уснула, совершенно забывая о том, что лежит рядом с ненавистным напарником, очень часто глупо шутящим, но постоянно дарящим столько тепла и ласки, сколько не дарит никто.       Сквозь сон Накахара лишь чувствовала, как кто-то нежно поглаживает её по волосам, однако была не в силах разлепить веки, понимая, что находится дома в полной безопасности с человеком, который никогда не даст её в обиду...       Вот так и началась временная совместная жизнь "Двойного чёрного"...